Искусственный интеллект vs лесное дело

Как мы искали профессии для будущего

Иллюстрация: Corbis/East News
Иллюстрация: Corbis/East News
+T -
Поделиться:

Мой сын, ему 13 лет, год назад определился с профессией: он собирается быть нейропрограммистом, ну, или нейроинженером. Смысл в том, что он хочет работать с искусственным интеллектом и изучать возможности создания нейронных сетей для соединения их с человеческим мозгом.

Это прозвучит ужасно, но у меня нет ни одной идеи, куда ему надо идти после окончания школы. Ради эксперимента, со слабой надеждой, что мне станет понятнее, к чему готовиться, мы пошли на Московский международный салон образования (ММСО). Субботняя программа была полностью посвящена профессиям будущего. Результат превзошел мои ожидания: я впервые видела своего интровертного парня в ярости.

Утро в субботу совсем не задалось: сначала шел дождь, потом начался град, переросший в метель. Мы стремительно, даже в каком-то воодушевлении, прошли через погоду до павильона, где проходил ММСО. В аннотации к программе этого дня было написано: «Площадка рассчитана на подростков и родителей, чтобы помочь им реалистично оценить перспективы тех или иных профессий в ближайшие десятилетия. В сегодняшних условиях родители становятся продюсерами образования своих детей, именно они должны понимать, что ситуация на рынке труда стремительно меняется и мыслить прежними категориями уже не получится, нужно немного заглянуть в будущее, когда роботы и новые технологии, которые активно меняют мир на наших глазах, радикально изменят и список “престижных профессий”». В целом мы были согласны: мне очень хотелось понять, в какую сторону продюсировать, а Феде досталась роль естествоиспытателя — это как бы не то же самое, что с мамочкой на выставку переться.

«Современный павильон», — оценил Федя, когда мы вошли. И приуныл, когда увидел, что нам надо в обычный выставочный зал с толпами школьников и родителей. Народу к 11 утра было совсем не мало. Мы бодро дошли до сектора профессий будущего. Прекрасные девушки около длинного красивого стенда отправили нас проходить профориентационный тест — без этого консультаций не дают. Федя спросил: а можно с кем-то тут поговорить о neural engineering или artificial intelligence? «Очень смешно», — сказала девушка за стойкой и показала, где профориентироваться. Через пять минут Федя вернулся от стойки с айпадами и сказал, что у него результат «26». «Это значит, что у тебя высокие склонности к IT», — сказала девушка и выдала нам памятку, что это вообще за наука. «Очень смешно», — сказали мы ей и пошли проходить другой тест.

Новый тест занял минут десять.  В результате Феде выдали распечатку, в которой значилось, что у него есть склонности к трем специальностям. Во-первых, «географические науки», для этого надо сдавать: русский, географию, математику, биологию, ИКТ, иностранные языки. Во-вторых, «теоретическая физика и химия», сдавать нужно русский, физику-химию, математику, биологию, ИКТ и иностранный язык. В-третьих, «геология и лесное дело» — готовиться для сдачи надо к русскому, математике, географии, физике, химии, биологии, ИКТ, иностранному языку. «Лесное дело! Лесное дело!!! — стал закипать мой сын. — Я предполагал сдавать похожий набор экзаменов на нейропрограммирование, а они называют это “лесное дело”! Я собираюсь изучать связь между информацией и мозгом. В мозге есть система передачи сигналов — вот мне нужно для создания нейросетей все это понимать. Нейросеть — это устройство, которое напрямую будет подключаться к мозгу, по сути дата-памяти, все наши знания будут там и можно будет закачивать данные. Так что никакого смысла в этих тестах нет — знания будут общими. Образование или станет “вау”, или умрет». Все это он шипел мне, пока мы шли послушать лекции о том, какие профессии надо выбирать.  

Зал был полон, известные в профессиональных кругах докладчики начали с того, что есть профессии, которые отомрут. «Кассиров заменят на автоматы, — говорил специалист, — фуры уже управляются дистанционно без водителей».  У Феди постепенно округлялись глаза: «Мы все тут сидящие видели это в VK. Мы что, будем обсуждать неквалифицированный труд для будущего?» Докладчики говорили, что необходимо думать о профессии с креативной составляющей, что нужно обладать уникальными компетенциями. «Мне и моим друзьям нужно три вещи от образования: скорость, легкость и доступность. Вот если мне предложат новый айпад или какую-то принципиально новую технику, для меня сомнений нет, что надо брать второе. Айпад, понимаешь, устарел. Линза с интернетом — удобнее. Надо не улучшать старое, а создавать новое. Все профессии, которые тут предлагают, они старые и аналоговые. Нужно грамотно переучивать всех тех, кто не сидит в интернете — все должны там быть, — а не креативность обсуждать!» — сын пыхтел, покрылся нервными пятнами и тащил меня к выходу.

— Мальчик! — позвала к своему стенду Федю миловидная женщина. — У нас лотерея профессий будущего. Скорее узнай свою судьбу — тяни бумажку! Ну, что там у тебя написано?

— Медиаполицейский, — объявил Федя, не разжимая зубов.   

— Мальчик, а ты знаешь, что это? Ты будешь охранять людей от плохого контента, ты будешь...

— Я этого не буду делать. Это значит быть цензором. В моем будущем не будет такой профессии! Это, простите, ваше настоящее!

Мы вышли из павильона. Федя причитал: «Какой кошмар, медиаполицейский! Мне не смешно вообще. Это очень печально. Мне интересно говорить про будущее с теми, кто воспринимает его как гигантскую информационную сеть. Где мы все будем с ловкостью доставать любую информацию. Так выглядит мое будущее, а что с ними со всеми будет, я не знаю».

Вечером я села «продюсировать образование». Программу для бакалавров по «искусственному интеллекту» можно найти в лучших университетах мира: MIT, Stanford, Yale, Harvard. Она есть во многих британских университетах, сингапурских, китайских, тайваньских, два университета в Чехии, по одному в Хорватии и Белоруссии. В западных списках университетов нет ни одного российского.  

На сайте организации, которая составляет международный университетский рейтинг QS, создан большой раздел о том, что такое науки будущего. В основе новых технологических специальностей лежат четыре базовых предмета: наука, технология, инженерия и математика — все вместе называется STEM subject. Для того чтобы учиться создавать «искусственный интеллект», нужно знать: программирование, психологию, когнитивные науки, математику, нейроинженерию. Специализации включают: большие данные, мехатронику, естественную информатику, обработку естественного языка (Natural Language Processing, NLP), робототехнику и программную инженерию.

Разобравшись с начинкой, можно понять, что предлагают российские вузы на этой поляне. Для бакалавров, то есть для тех, кто после школы, практически ничего нет, а для магистров уже есть выбор, в основном в исследовательских вузах. Но, кажется, мы все еще далеки от будущего, по крайней мере того, в котором уже живут наши дети.