Игорь Порошин /

Ничто не забито

Четыре вещи, которые должна сделать сборная России в игре против Уэльса, чтобы выжить на Евро-2016. «Сноб» освещает события ЧЕ-2016 при поддержке банка «Открытие»

Фото: Виталий Белоусов/РИА Новости
Фото: Виталий Белоусов/РИА Новости
+T -
Поделиться:

Поскольку как раз к концу первой стадии большого летнего футбольного турнира все начинают думать, что отлично понимают в футболе, ну уж, во всяком случае, много больше тренера сборной России, не говоря уж о самих недорослях-футболистах, я позволю себе написать текст в жанре «если бы Слуцким в этот момент был я». Он будет довольно специальный.

Формула выживания сборной России на Евро-2016 предельно проста. Нужно выиграть последний матч у Уэльса. В этом случае мы, скорее всего, займем второе место в группе и получим суперприз — встречу в первом раунде плей-офф с Венгрией или Австрией. То есть вполне соразмерной нам силой.

Для обладания ровно тем же суперпризом нашему сопернику, Уэльсу, нужно еще меньше — ничья с нами. Это заведомо невыгодная для нас диспозиция. Потому что Уэльс — это команда, которая как раз отлично умеет играть на ничью с командами вроде нас.  Мы, в свою очередь, совсем не предрасположены обыгрывать команды такого масштаба, которым от нас ничего не надо, кроме ничьей.

Принято произносить в связи с Уэльсом три имени — суперзвезды мирового футбола Гаррета Бэйла, звезды «Арсенала» Аарона Рэмзи и Джо Аллена из «Ливерпуля» (на самом деле, самой важной фигуры Уэльса — он поджигает атаки). Но фундамент команды — остальные парни, практически анонимы. Они создают очень стойкую оборонительную конструкцию — одну из лучших в отборочном турнире к Евро-2016. Меньше Уэльса пропустила только Англия, Испания и еще Румыния. Эти ребята не дали забить, между прочим, Бельгии ни разу в двух матчах, где вместо Смолова и Кокорина — Азар и Де Брюйне.

Почти все, что мы видели в исполнении России на Евро-2016, говорит нам о том, что Уэльсу будет с нами не очень сложно — мы плохо сочиняем атаку. Именно в начальной ее фазе. Отсюда складывается ощущение, что ее нет.  Другой образ игры может родиться только в преобразовании состава, еще более конкретно — изменении системы игры.

1. Оставить Дзюбу на скамейке

Обаяние самого популярного российского футболиста продолжает гипнотически действовать на публику. Не только болельщики, но и даже те, кто называет себя экспертами, считают Дзюбу самым живым игроком атаки сборной России первых двух матчей. Вообще — чуть не самым живым. Это впечатление рождается из атлетических этюдов Дзюбы — его борьбы с защитниками, часто даже успешной. Большой человек борется с другим большим человеком. Большой человек делает все немного медленнее маленького. Это создает эффект замедленного повтора, в котором, как знают обладатели телефонов с камерой режима slow, даже сбор огурцов на грядке вдруг становится преисполнен значимости торжественной мессы.

От всей этой гигантомахии Дзюбы в первых двух матчах толку было ноль. Он боролся с врагом либо в плотном оцеплении, либо в надежном (для соперника) удалении от ворот. С Уэльсом усилия Дзюбы с высокой долей вероятности будут смотреться еще более обреченными в условиях противостояния сверхплотной, эшелонированной обороне. Он может сгодиться только во втором тайме, если потребуется прибегнуть уже к самым отчаянным средствам — безоглядному навалу. На фоне усталости защитников Уэльса может сработать.

России требуется в этой игре легкое, маневренное нападение, где Смолов будет действовать как центральный нападающий, к чему он привык у себя в Краснодаре и был очень успешен в этом качестве. Справа останется Кокорин, а Шатов уйдет в свою любимую левую зону атаки. Но вероятность такого перестроения очень мала. Тренер национальной сборной, конечно, может называть себя художником, но чаще всего ему приходится вертеть головой по сторонам и прикладывать ухо к стенам, как политикам, чтобы слышать, о чем гудит толпа. Он не может не учитывать последствий поражений. Они могут стать поистине нестерпимыми, если решающее сражение французской кампании будет проиграно без Дзюбы в составе. Тогда из каждой щели будет верещать жирик о том, что тренера нужно сослать в Сибирь, потому что он ничего не понимает в футболе.

Слуцкий принадлежит к тому типу тренеров, которые выстраивают и поддерживают свои команды как социум, а не химическую лабораторию, где люди приравнены к порошкам и реактивам. Поэтому Слуцкий не решится радикально перестраивать команду, чтобы не повредить социальные связи. Хотя после Франции ему эти связи уже, возможно, не пригодятся.

2. Выпустить Широкова с первых минут

С Дзюбой или без, как ни крути атакующий треугольник, какими новыми смыслами его не наполняй, а все равно не может быть убежденности, что эти перестроения принесут результат. Эта троица нападающих должна существовать в связи со всеми остальными. А этой связи сейчас совсем нет. Это смело можно назвать худшим в нашей сборной — нет последнего, обостряющего паса, вернее, даже предпоследнего — тот, что задает направление атаки, ее перспективу. Когда Глушаков забивал Словакии, этот решающий, предпоследний пас сделал Широков — в сущности, до сих пор даже в нынешнем своем увядании, замедлении — единственная звезда российской команды в поле, в том смысле, в каком ими в Уэльсе являются Бэйл или Рэмзи. Речь не о масштабе дарования, разумеется, но о способности одним движением развернуть течение игры. Выход Широкова — пожалуй, самая очевидная и предсказуемая реформа состава сборной России на матч с Уэльсом.

3. Не фолить ближе 30 метров от своих ворот

Это будет одной из самых важных задач России: не фолить перед воротами. Притом что в игре противника все будет подчинено именно этой задаче — заставить нарушить правила в убойной для Гаррета Бэйла зоне. В матче против Англии эта зона оказалась в 35 метрах от ворот. Бэйл забил Джо Харту прямым ударом со штрафного.

4. Игра в три центральных защитника

Нашим центральным защитникам Игнашевичу и Березуцкому много лет. Они не быстры и, самое главное, в них нет достаточно резкости, чтобы справляться с молодыми и очень быстрыми Рэмзи и Бэйлом (Бэйл считается одним из самых скоростных нападающих мира). Выходом из этой ситуации стало бы перестроение сборной России на игру в три центральных защитника, обеспечивающую большую надежность обороны. Третьим центральным защитником мог бы стать Роман Нейштедтер — именно на этой позиции он провел последний сезон в немецком «Шальке». Но странность ситуации заключается в том, что Слуцкий с такой возрастной парой центральных защитников ни у себя в ЦСКА, ни в сборной даже не пытался наигрывать резервной схемы построения обороны. Сборная играет только в два центральных защитника и никак иначе. Как будто это прописано в Конституции РФ. Запустить новую схему игры за три дня между матчами Слуцкий, скорее всего, не решится.

В общем, слишком многое говорит о том, что сборная России, скорее всего, попадет в первый отсев на Евро-2016, и единственное, что может отменить этот приговор, — это что-то странное, нелепое, немыслимое.  То есть то, что обычно случается в футболе с кем-то другим, но не с нами.

При поддержке: