Юлия Дудкина /

Замурованные в собственном дворе. Как Симоновы борются с забором

Из очередного выпуска «Истории одной борьбы» вы узнаете о семье Симоновых из Самары, вокруг участка которых построили бетонный забор без выходов: смерть, партизанщина, голодовка, суды

Фото: Kai Pfaffenbach/REUTERS
Фото: Kai Pfaffenbach/REUTERS
+T -
Поделиться:

Уже почти год семья Симоновых замурована в собственном дворе.

— Водопровода у нас нет, и мы привыкли ходить за водой к ближайшей колонке, — объясняет Вячеслав Симонов. — А ведра приходится передавать друг другу через забор — аккуратно, чтобы ничего не расплескать. То же самое и с продуктами. Каждый раз пытаюсь купить в магазине побольше еды, чтобы потом не скоро пришлось идти опять и перетаскивать через забор пакеты.

Летом 2015 года компания «Стройиндустрия» оградила железобетонными плитами участок под строительство на улице Пушкина в Самаре и закрыла жителям дома 215 В выход на улицу. Теперь с врачами, полицейскими и знакомыми Симоновы общаются через забор. Недавно, первого июня 2016 года, Валерий Симонов и его сын Вячеслав начали голодовку, но ничего этим не добились. 10 июня Вячеславу стало плохо, и к нему приехала скорая. 11 июня стало еще хуже — он потерял сознание. На этом протест решили на какое-то время прервать.

В доме на улице Пушкина семья Симоновых живет с 1965 года. Пять лет назад выяснилось, что участок не оформлен в собственность. Приватизировать его так и не получилось, пришлось выкупать. На то, чтобы поставить землю на кадастровый учет, ушло четыре года. И вот, когда Симоновы наконец-то стали официальными собственниками участка, появился забор.

— Все началось с того, что в 2014 году Минстрой Самарской области предоставил один участок прямо перед нашим домом компании «Строй-ком», — объясняет Вячеслав. — Это при том, что она была зарегистрирована всего три года назад, а по условиям конкурса на застройку этого участка компания-победитель должна пять лет работать на территории Самарской области. Потом, в 2015 году, в результате еще одного конкурса соседний участок передали компании «Стройком» — то есть фирме с почти таким же названием, только без дефиса. Потом участки продали физическому лицу, и через две недели их перекупила «Стройиндустрия» и начала устанавливать забор.

Раньше по этим участкам шла дорога, по которой Симоновы выходили из своего дома через единственные ворота. Теоретически можно было бы сделать калитку с другой стороны забора, но тогда придется ходить через чужие дворы, а Вячеслав говорит, что не собирается нарушать права соседей. В 2000-м году дорогу, которая вела от участка Симоновых, решением суда признали участком общего пользования, так что никто не думал, что когда-нибудь ее огородят.

— Когда «Стройиндустрия» только начала ставить свой забор и строители пришли в первый раз, мы вызвали участкового, и он помешал им начать работу, — вспоминает Вячеслав.

Впрочем, официальный представитель застройщика Анна Иванова эту ситуацию помнит немного по-другому: она говорит, что Валерий Симонов вышел встречать строителей не с участковым, а с палкой и камнями. Как бы то ни было, следующие две недели на спорном участке никто не появлялся.

— А потом я выглянул в окно и увидел, что рабочие опять пришли, — говорит Вячеслав. — Мы с отцом вышли и встали на то место, где они собирались устанавливать забор, чтобы им помешать. Но нельзя же так вечно стоять. Я устал и пошел звонить в полицию. А когда полицейские приехали, им показали документы, где говорилось, что собственник участка — «Стройиндустрия», так что мы ничего не могли сделать.

Вскоре после появления забора у Валерия сильно заболела мать. Ей вызывали скорую, но машина не смогла проехать через огражденный участок, а врачи не стали лезть через забор.

— Ей было 69 лет, и неудивительно, что вся эта нервотрепка с забором пошатнула ее здоровье, — рассуждает Вячеслав. —  При этом у нее давно уже был артрит, поэтому выйти из дома, когда ей вызвали скорую, она не смогла. Но проехать к нам доктора тоже не смогли, так что мы с одной стороны забора рассказывали им про симптомы, а они слушали, давали советы и выписывали рецепты, стоя по другую сторону. Но с таким лечением спасти ее не удалось.

Летом 2015 года Александр Хинштейн, который на тот момент еще был депутатом Госдумы от Самарской области, узнал о сложившейся ситуации и сказал, что попытается на нее повлиять. Но его помощь ни к чему не привела.

— Он узнал о нашем случае, когда выступал на телеканале «Самара-24» в прямом эфире и ему показали про нас сюжет, — объясняет Вячеслав. — И он сказал, что будет отстаивать права жителей. Я сам об этом узнал из телевизора и через пару дней позвонил в его приемную. Мне сказали, что Хинштейн в отпуске до сентября. В сентябре, когда я еще раз поговорил с сотрудниками его приемной, он все-таки приехал. Осмотрел участок и сказал, что может помочь сделать калитку в заборе, чтобы мы выходили через чужие дворы. Ничего другого он не предложил, а нас такой вариант не устраивает.

Пресс-секретарь Хинштейна Ольга Наумова эту ситуацию видит так: «Депутат на месте лично убедился в том, что ситуация не безвыходная, как это преподносилось в ряде СМИ, и заявитель Валерий Симонов не замурован в бетонных стенах и не живет, как Робинзон Крузо, в центре города, в то же время ему были предложены алгоритмы решения проблемы, связанные с временными неудобствами. Так, например, застройщик был готов взять на себя установку новой калитки для выхода жильцов дома на улицу. Однако от помощи заявитель отказался — просто развернулся и ушел».

За год Валерий и Вячеслав Симоновы успели дважды побывать в суде из-за огороженного участка. В первый раз они сами подали иск против Министерства строительства и проиграли. Во второй раз в суд подали уже на них. Дело в том, что, когда забор только построили, а ворот в нем еще не было, проем для них заколотили досками; по словам Вячеслава, это были старые доски, оставшиеся после какой-то другой стройки. Вячеслав с отцом взяли гвоздодер, убрали все доски и сложили рядом с забором, чтобы через проем можно было ходить. «Стройиндустрия» потребовала 30 тысяч рублей за причинение материального ущерба, суд снизил эту сумму до 20 тысяч, и теперь из пенсии Вячеслава Симонова регулярно вычитают деньги.

— Ворота в этом заборе есть, но они постоянно закрыты, — говорит Вячеслав Симонов. — Их открывают только когда надо что-то провезти на стройку, которая, кстати, так и не началась. А еще недавно каким-то чудом через них пропустили скорую, которая приехала к отцу. Но этот случай — скорее исключение, обычно приходится лезть через забор. Я и мой племянник делаем это без особых проблем, а вот отец за пределы нашего участка не выходил уже очень давно.

Представитель застройщика Анна Иванова знает, что раньше на месте огороженной площади была дорога, но формально у «Стройиндустрии» есть все документы, подтверждающие право собственности на этот участок, а значит, проблемы Симоновых ее не касаются. «Жизнь идет, площадки формируются, люди отселяются», — резюмирует представитель застройщика. С одной стороны, ничто не мешает Симоновым уступить в этом споре и позволить «Стройиндустрии» наконец сделать для них калитку в соседний двор — может быть, если бы они сделали это с самого начала, последствия у этой истории были бы не такими печальными. Но теперь, когда они сражаются за свою дорожку уже целый год, отступать поздно, поэтому Вячеслав и Валерий планируют следующую голодовку.