«Русские люди терпеливы, и потому ничего не меняется»: победители премии «Сделано в России» — о будущем

В Москве прошла пятая церемония награждения победителей премии «Сноба» «Сделано в России». Мы вручили награды в 13 номинациях: кино, театр, гастрономия, предпринимательство, инновации, технологии, медиа и спорт. Победители в трех номинациях делятся своими соображениями о происходящем в российском кино, науке и медицине

+T -
Поделиться:

Михаил Местецкий: «Очень сложно попасть к широкой аудитории, если ты не понравился власти»

Режиссер и сценарист Михаил Местецкий получил премию «Сноба» «Сделано в России» в номинации «Кинопремьера» за свою киноленту «Тряпичный союз». Михаил снял несколько короткометражных фильмов («Ноги-атавизм», «Незначительные подробности случайного эпизода» и др.), написал сценарий блокбастера «Легенда №17» и создал музыкальную группу «Шкловский». В интервью «Снобу» после вручения статуэтки он рассказал о том, куда идет отечественный кинематограф

Фото: Иван Клейменов
Фото: Иван Клейменов

СКакой главный тренд в сегодняшнем российском кино? Кажется, сегодня все стараются снимать в основном патриотические фильмы.

Если серьезно и коротко, то есть три тенденции. Первая — это кино, которое ориентировано на фестивальную судьбу и Запад; оно обычно предназначено для узкой интеллектуальной публики и критически относится к нынешним российским реалиям. Оно не приносит прибыли создателям. Вторая — кино, которое должно завлечь широкую аудиторию, которая страшно инфантильна. Это тинейджеры или совсем молодые люди. И третья — кино, которое должно привлечь непосредственно власть имущих. Вот между этими тремя направлениями русский кинематограф и балансирует. Хорошо тому, кто точно знает, в каком он сегменте. Хуже тому, кто хочет захватить сразу все.

СНо вы работали над очень разным кино. К какому сегменту вы сами себя относите?

Скажем так, я все больше двигаюсь от массового кино к артхаусу. Потому что намного жестче становятся заборы между этими сферами, поэтому болтаться посередине не получается. Тебя ставят перед выбором, по большому счету.

СКак этот выбор выглядит на практике?

Режиссер, который хочет снимать артхаусное кино, никогда не попадет к широким массам. И это целая гигантская система. Большие компании производят фильм уже с определенными договоренностями с крупными дистрибьюторами, и маленькие компании к ним попадают крайне редко. Это суровая схема. С другой стороны, это совершенно неважно, потому что в конце остается только хорошее и плохое кино. И, на самом деле, даже в третьем сегменте, где пытаются понравиться власть имущим, иногда можно разглядеть что-то приличное.

СНапример?

На самом деле, это я абстрактно сказал, ни черта хорошего там нет. А вообще, выясняется, что очень сложно попасть к широкой аудитории, если ты не понравился власти. Но есть некое постоянное количество свободных людей, которые, в том числе, аккумулируются вокруг журнала «Сноб», которым, как видите, нравится то, что мы делаем. Мне это очень приятно, я верю, что все это не зря.С

 

Дмитрий Морозов: «Нужно переводить онкологию из летального в хроническое заболевание»

Фармкомпания Biocad разрабатывает препараты на основе моноклональных антител для лечения сложных заболеваний, таких как онкологические и аутоиммунные заболевания, и получила награду в номинации «Компания». Президент Biocad Дмитрий Морозов рассказал «Снобу», чего нам стоит ждать от отечественной медицины

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

ССегодня все сложнее привезти иностранные лекарства против рака, постоянно вводят новые запреты и ограничения, люди меньше раком не болеют, а лечить рак в стране становится все сложнее. Какое вы видите решение этой проблемы в России?

Основная печальная история связана даже не столько с лекарствами, сколько с качеством российского здравоохранения в принципе. Это то, что нам предстоит изменить. Качество низкое, и мы должны работать над этой проблемой вместе. Для начала сами люди не должны молчать, когда их не удовлетворяет качество лечения. Но русские люди очень терпеливы, не жалуются, не пишут в соответствующие инстанции — и в том числе поэтому ничего не меняется.

СНо ведь мы привыкли к тому, что от наших жалоб все равно ничего не изменится. Сегодня есть механизмы, которые позволяют действительно что-то менять, если пациенты выражают свое недовольство?

Я считаю, что это неправильно. Администраторы клиник сегодня заинтересованы в обратной связи с теми людьми, которые к ним обращаются. Я убежден, что нужно отстаивать свои права. Здравоохранение у нас не самое худшее, но работать нужно.

СТема рака в нашем обществе до сих пор является табуированной. При этом во всем мире давно известно, что лучший способ борьбы с онкологией — это ранняя диагностика. Что с этим делать?

Мне кажется, наши врачи-онкологи неправильно представляют себе это заболевание, а для того, чтобы снять табу, нужно как можно больше говорить на эту тему в медиа. Нужно говорить о ранней диагностике, переводить это заболевание из летального в хроническое. И современное медикаментозное лечение может это сделать. И весь мир работает над этим. Например, сейчас появилось новое направление в медицине — онкоиммунология. Научный прорыв позволяет сделать так, чтобы иммунная система человека сама боролась с раком. И я вижу за этим направлением огромный потенциал.

СРаспространено мнение, что если ты заболел раком и у тебя есть деньги, лучше уехать лечиться за границу. Что вы об этом думаете?

Лечение за границей отличается только одним — там выше дисциплина. Наши врачи — большие фантазеры (и иногда это хорошо), а за границей есть очень строгие протоколы. Это дает возможность более эффективно проходить те курсы терапии, которые с точки зрения препаратов во всем мире проводят одинаково. Но я думаю, что мы движемся в правильном направлении и скоро принципиальной разницы не будет.С

 

Илья Чех: «Отечественные компании не могут создать запрещенные изделия»

Инженер-робототехник и генеральный директор компании «Моторика» Илья Чех получил награду в номинации «Наука и технологии» за создание технологии 3D-печати тяговых протезов кистей рук и ее успешный вывод на рынок. Протезирование и производство бионических конечностей — одно из самых передовых технологических направлений в медицине — дает возможность людям, потерявшим руки или ноги, снова зажить полноценной жизнью. На церемонию Чех пришел с женой и младенцем и рассказал «Снобу», как награда поможет ему в дальнейшей работе

Фото: Дмитрий Смирнов
Фото: Дмитрий Смирнов

СКак вы решились прийти на церемонию с таким маленьким человеком? Или он тоже участвовал в создании вашего проекта?

Да, он принимал непосредственное участие. Он будущий наследник всей компании, поэтому ездит с нами на все мероприятия, чтобы с детства вникать в суть дела. А вообще для нас было полной неожиданностью, что мы были номинированы, мы даже узнали об этом в последний момент. Тем более приятно оказаться в такой компании — я сам голосовал за Игоря Митрофанова и его космический проект, потому что хочу, чтобы наш головной офис был на Марсе.

СНа ваш взгляд, сложная политическая и экономическая ситуация, законодательство, которое запрещает импортные товары, как-то провоцируют в стране развитие собственных технологий, лекарств, сделанных в России?

С одной стороны, это провоцирует интерес к созданию аналогичных технологий внутри страны, у рынка появляется интерес к этому. Но интерес рынка вовсе не означает, что технология будет принята. В некоторых сферах мы столкнулись с тем, что отечественные компании чисто технически не могут создать те изделия, которые запретили ввозить. Но в нашей области санкции никак не сказались — как 80% импорта было, так и осталось.

С другой стороны, сейчас ощущается существенная поддержка государства. Мы плотно работаем с государственным структурами, и интерес с их стороны возрастает. Другой вопрос, как ученые и разработчики этим интересом могут распорядиться.

СА эта награда имеет для вас какое-то практическое значение?

Да, с той точки зрения, что мы сейчас ищем партнеров в разных областях: и благотворительные фонды, и просто меценатов. У нас есть большая проблема: люди в основном получают протезы по госконтрактам, а это может растянуться на несколько лет. Поэтому мы предпочитаем работать через другие механизмы: человек покупает протез за свой счет, а потом ему государство полностью эту сумму компенсирует. И мы сейчас ищем фонды, которые будут покупать людям протезы, а потом получать компенсацию от государства. Кроме того, это дает нам медийное освещение, которое нужно для привлечения внимания будущих клиентов. Благодаря такой премии они будут нам доверять.С

Генеральный партнер премии — компания «Норникель»

 

 

 

 

 

Титульный партнер премии — компания «Билайн»

 

 

 

 

Автомобильный партнер церемонии — компания BMW Group Россия

 

 

 



Стратегический партнер премии — Фонд развития промышленности

 

 

Читайте также

 

Новости наших партнеров