«Я больше не боюсь смерти». История одного бездомного

«Сноб» и благотворительная организация «Ночлежка» поговорили с бездомными, которые живут на улице десятилетиями. Если вам кажется, что с вами этого не может случиться, в конце этого монолога вы найдете тест и узнаете, высока ли вероятность, что лично вы потеряете дом

+T -
Поделиться:
Фото: Виктория Рыжкова
Фото: Виктория Рыжкова

Андрей. 52 года, бывший вор, бездомный

Я питерский, родился в Ленинграде в 1965 году. Хорошо, что мое детство позади. Я не из благополучной семьи. Особого достатка у нас не было. Помню, было мне лет 16. Все вокруг жвачки жуют, джинсы носят, а джинсы тогда 220 рублей стоили — это же две зарплаты по тем временам. И мне этого хотелось. Вот я, наверно, потому и пошел воровать, что у кого-то что-то есть, а у меня нет.

Всего я сидел почти двадцать лет. За всякое: и воровал, и грабил. Когда вернулся из тюрьмы в 2001-м, был дом, была мать, мне ума не хватило тормознуться, и в 2004 году мать сгорела с домом, погибла. Меня опять посадили. В 2008 году я освободился — и все: у меня ни дома, ничего и никого, я один.

В тюрьме не страшно. В тюрьме есть закон, который действует. Ты знаешь: во столько-то завтрак, обед, ужин, отбой… Ты подстраиваешься под это. Если ты человек, к тебе везде будет человеческое отношение, независимо от того, какое там постановление администрации. Мы же между собой живем, а не с администрацией.

В июле месяце получу первую пенсию. Для меня это богатство! Шесть триста. Для меня это несусветные деньги. Телефон себе мобильный куплю

А вот на улице страшно. Ты ничего не знаешь: может, ты поешь, а может, не поешь, может, тебя выгонят зимой с вокзала, а может, оставят.

Я в Невском районе несколько лет жил по подвалам, на чердаках, в лифтовых шахтах… Пил много. Потом у меня инсульт случился. И меня в Александровскую больницу положили, а там меня нашли волонтеры. Молодой пацан пришел. Я думал, это сказки какие-то, а он улыбнулся просто, мои данные переписал и уехал. Ну, думаю, Бог с тобой. А потом меня выписывают. И сюда, в «Ночлежку». Я даже ходить не мог. У меня левая сторона тела полностью онемела. Ни рук, ни ног не чувствовал. На ходиках передвигался как-то. И вот они мной здесь как-то занимались, выхаживали. Смотри, что получилось!

Фото: Виктория Рыжкова
Фото: Виктория Рыжкова

В больнице я поверил в Бога. Там на первом этаже часовня есть. И вот там акафисты, и по субботам литургия. Сходил первый раз, конечно, ничего на службе не понял. Человек несведущий, он так сразу и не поймет, правильно? Там ведь язык устаревший. Но вот раз-два сходил и чего-то задумался. Один волонтер — Михаил, ему 60 лет, — он как нянечка: памперсы мне менял, мыл меня, стриг. И вот мы с ним как-то поговорили. И я ему: «Знаешь что, Миш, я хочу покреститься». И у нас с ним по этому поводу случился диалог. Он мне многое рассказал, а потом дал мне такой китайский плеер с наушниками, а там Евангелие и другие истории библейские. Я все прослушал и снова говорю: «Миш, как хочешь, давай меня крестить». Он говорит: «Я-то не могу, но сейчас схожу к отцу Александру, и он тебя покрестит». Они вдвоем пришли ко мне в палату, поговорили, батюшка несколько вопросов мне задал. И все, крестил.

После того как я крестился, я не боюсь смерти.

Есть такой митрополит Антоний Сурожский. Его мысли подходят любому, бизнесмен ты или бомж. Он говорит, что сначала нужно разобраться в самом себе. Вот я и разобрался. Я не хочу больше воровать. И молодым пацанам запрещаю.

Я многое умею. Я ведь родился в деревне. Я умею все по огороду, по дому. Я — фрезеровщик. Я — токарь. Я — водитель. У меня масса специальностей: я почти 20 лет отсидел. Я умею даже сетки рыбацкие плести.

Стою я у метро, женщина выходит из него и так просто говорит: «Идем, куплю поесть»

Найду себе не то что подругу жизни, но человека, с которым я мог бы как-то сесть возле печки, или в квартире, неважно, обняться, покушать нормально. Что смогу по здоровью, я сделаю.  

В июле месяце получу первую пенсию. Для меня это богатство! Шесть триста. Для меня это несусветные деньги. Телефон себе мобильный куплю. У меня пара человек есть, которым позвонить хочется. Есть один друг, он сидит, но он хороший, добрый. Он уходил с места кражи на машине. Увидел, что человеку плохо, — остановился, помог человеку, и только из-за этого его полиция взяла. А если б не это, если б он мимо проехал, его б не взяли, а он мимо проехать не смог. Он помог человеку, старику, которому только и нужно было таблетку дать из его же кармана. Он сказать про таблетку — сказал, а взять не мог. И выжил человек в тот момент, а что сейчас, я не знаю.

Если люди друг другу не будут помогать, то всё. Однажды я с похмелья подошел к магазину, мужик на «хаммере» подъехал, на джипе. Я — ему: «Слушай, уважаемый, дай мелочи опохмелиться». Он так на меня посмотрел, у него глаза аж сузились: «Слушай, у меня мелочи нет, а, во, — говорит, — нашел…» — и дает мне пять тыщ. Для него это мелочь, а для меня… Дает и говорит: «Поправляйся». Или стою я у метро, женщина выходит из него и так просто говорит: «Идем, куплю поесть».

Я не буду выражаться так, как написано в Писании, но все-таки в жизни главное — любовь. И настоящая любовь — это любовь к Богу.  

Пройдите тест «Ночлежки» и узнайте, высока ли вероятность, что лично вы потеряете дом.