Как будет жить мир, когда кончится нефть

+T -
Как будет жить мир, когда кончится нефть
От редакции
Поделиться:

Нужно понять, что же нам делать с энергией. Как ее получать, когда закончится нефть? 95% всей доступной нефти закончится примерно через 50-60 лет. Что же касается ресурсов нефти у нас в стране, то их осталось на 15-20 лет.

Во многих отраслях нефть можно заменить газом. Россия не только производит больше газа, чем любая другая страна, но и обладает намного более крупными ресурсами.

Нам нашего газа хватит лет на 100. Америка является второй страной по объему добычи газа после нас, и им ресурсов хватит всего на 10 лет.

Один из альтернативных источников газа, который вообще не разрабатывается ни в одной стране, — это газовые гидраты, форма льда, которая существует на океанском дне. Структура гидратов построена как сетка, в узлах которой находятся молекулы воды, а в пустотах этой сетки находятся молекулы метана — природного газа.

Ресурсы газовых гидратов на Земле плохо разведаны и плохо оценены, но по тем заниженным оценкам, которые у нас есть, они практически неограниченны. Добывать эти гидраты — дело непростое. Существуют они только при относительно высоких давлениях и низких температурах.

С распределением ресурсов газовых гидратов американцам повезло, вокруг их побережья таковых колоссальное количество. У нас они еще до конца не разведаны, но их тоже немало.

 

Мыпереводим энергию движения воды в электричество на наших гидроэлектростанциях. Теплоэлектроцентрали производят энергию из химической реакции горения. Атомные электростанции производят энергию путем ядерных превращений.

 Экзотический пример производства энергии на другой планете: Нептун — сейчас самая отдаленная планета от Солнца. Поверхность ее холодна, но она гораздо горячее, чем планетологи могли бы предсказать по своим моделям. Это означает, что внутри Нептуна есть какой-то источник энергии. В чем же этот источник?

30 лет назад американские ученые предположили, что метан в условиях планеты разваливается с образованием алмаза и водорода. Нептун — планета жидкая и состоит из жидких газов. Теперь представьте себе, что в этом жидком шаре образуется частица алмаза, который падает в жидком слое планеты. Вот эта энергия падения алмаза и нагревает планету Нептун.

Сейчас мы знаем, что этот процесс именно в такой форме не происходит, но происходит какой-то другой процесс, которого мы пока не знаем.

Хотя поверхность планеты очень холодная, порядка 70 градусов по Кельвину, центр ее исключительно горяч, порядка 8 тысяч градусов — это горячее, чем центр Земли.

Биотопливо — это, главным образом, спирт, который производят из сахарного тростника.

Тут Бразилия лидирует — они производят уже много биотоплива. Нам, к сожалению, это мало поможет, у нас сахарный тростник не растет.

Есть еще одна проблема: несмотря на такое экологическое название, оно исключительно опасно для окружающей среды. Бразильцы вырубили колоссальные площади тропических лесов, чтобы засеять их сахарным тростником.

Каменный уголь. Ресурсы угля, особенно в России, колоссальны. Его хватит не то что на век, а на тысячелетия. Западная Сибирь — это большой кусок каменного угля толщиной в несколько сот метров. Но есть огромная проблема: это экологически самый грязный источник энергии.

Солнечная энергия никогда нам не заменит нефти, атомной энергии и прочих источников, но может служить хорошим дополнением.

Первый способ — это классические солнечные батареи-фотоэлементы, которые делаются из полупроводниковых материалов и сейчас имеют довольно высокий КПД, порядка 40%. То есть 40% солнечной энергии мы можем перевести в электрическую энергию.

Второй способ использования солнечной энергии — это фотокатализ. Тут готовых технологических разработок пока нет, мы находимся в процессе.

 Самый мощный способ производства энергии — ядерная энергия.

Ресурсы для получения ядерной энергии исчерпаемы, так как количество урана на Земле не бесконечно. Цена на уран резко возрастает, и у нас в ближайшее время может начаться урановый кризис. Уже через лет 15-20 урана нам может не хватить.

Термоядерная энергия, пожалуй, еще более мощный источник энергии, но пока нами не прирученный. Мы еще не научились пользоваться этим источником, кроме как в водородных бомбах, и тут технологически есть колоссальные проблемы.

Термоядерная энергия основывается на очень легких ядрах, таких как водород, гелий, литий. Энергия связи нейтронов и протонов в этих ядрах довольно низкая.

Если взять два ядра и разогнать их до такой степени, чтобы они подошли очень близко друг к другу, то они начинают слипаться и образуют более устойчивое ядро — гелий. Выделяется такая колоссальная энергия, по сравнению с которой энергия распада урана — это ничто. Термоядерная энергия — наверное, будущее нашей энергетики.

Сейчас начинается эра водородной энергетики. Это не производство энергии, это ее транспортировка. Водород обладает замечательным свойством — он хорошо горит.

Если смешать водород с кислородом и поджечь, будет взрыв, производящий энергию.

Представьте себе, что в бак автомобиля вы будете загружать не бензин, а водород вместе с кислородом. Но тут есть проблема: во-первых, водород взрывоопасен, а во-вторых, водород — это неплотный газ. Если его загружать в сильно сжатой форме, то количество энергии будет невелико.

Нужно изобрести какой-то материал, который бы поглощал гигантское количество водорода, и из этого материала мы могли бы получать водород легким нагреванием, а затем на автозаправочных станциях в эту губку опять вкачивать большое количество водорода. Сейчас огромное количество лабораторий по всему миру занимается этой задачей.

Водородная энергетика, наверное, самая перспективная идея транспорта энергии, но есть еще одна идея, которую высказал Михаил Еремец: азотная энергетика.

Если мы научимся каким-то легким способом переводить наш азот, которые мы вдыхаем из воздуха, в неустойчивую форму, то это будет аккумулятором энергии.

Наступающий энергетический голод — это очень жесткое испытание для всех стран, в особенности для нашей, поскольку у нас нефть кончится гораздо быстрее, чем в других странах.

Мы сейчас совершаем опасный, болезненный переход от норвежской экономики к шведской. И нам нужно помнить, что будущее нашей страны не может быть сконцентрировано только в одной области, какой бы хорошей она ни была.

 

Комментировать Всего 24 комментария
Артем, спасибо большое. Удивительная и очень интересная лекция.)
Поверхостно...
а отсюда и сомнительно. Ну, например, насчет "грязной" угольной энергетики... это неверно... сейчас научились так сжигать уголь и так ловить копоть, что в энергобалансе целого ряда европейских стран для угля начала расти, и это при том, что там очень жесткие экологические требования
Ответ Шмарову
На непрофессиональные комментарии требуется долгий ответ... Насчет угля г-н Шмаров заблуждается. Ловить копоть (т.е. углерод) нетрудно, а вот ловить огромное количество СО2, а впридачу еще и сернистого газа (которым у нас отравлен Донбасс), очень тяжело. На Западе выделяются колоссальные средства для решения этой проблемы, потому что она еще не решена. Если кто-то знает решение этой технологической проблемы, то ему гарантирована Нобелевская Премия, но для начала надо знать разницу между копотью (т.е. углеродом) и углекислотой (двуокисью углерода). Доля угля в энергетике действительно растет, но все еще мала. Есть малое число полуэкспериментальных фабрик, где учатся сжигать уголь "чисто", но это скорее эксперимент, чем индустрия. Вспомним, что тот же Евросоюз давит, в частности, на Польшу, требуя уменьшить сжигание угля. Вот вам и "доля угля в энергетике".Насчет поверхностности - с субьективными оценками людей, не знающих разницу между углеродом и углекислотой, трудно спорить. А научно-популярные лекции всегда кому-то могут показаться поверхностными, а кому-то излишне наукообразными.
Насчет моего непрофессионализма, юноша, вы немного горячитесь...
Я, вообще-то руководитель и соавтор двух научных исследований -- "Инновации в экологии" и "Инновации в угольной отрасли", обсужденных на солидных конференциях [(с) Аналитический центр Эксперт].А вот что по-существу.В развитых странах, где в отличие от России цена на природный газ выше, чем цена на уголь, упор делается на опережающее развитие угольной энергетики: после некоторого снижения этого сегмента энергорынка в 80-х годах прошлого века с середины 90-х годов начался его непрерывный рост. По данным World Energy Council (WEC), на угольные станции в США и Германии приходится более половины вырабатываемой электроэнергии, а в Австралии эта доля подтягивается к 80% или даже превышает ее. Современные технологии сжигания угля вкупе с развитой системой логистики, связанной с обогащением, складированием и доставкой обогащенного энергетического угля, привели к тому, что киловатт, вырабатываемый на угле, оказывается дешевле, чем получаемый на нефтегазовом топливе. Поэтому угольная энергетика занимает во многих странах преимущественное место в теплоэнергетике.Касательно диоксида углерода. Конечно, я отличаю газ от копоти, и понимаю, насколько труднее отлавливать последний. Но и тут Запад довольно далеко продвинулся, да и не только он, даже в нашей небогатой стране что-то постоянно придумывают и внедряют. Вот, к примеру, совсем недавние технологии, о которых Вы, конечно же не в курсе:
- Разработка технологии снижения выбросов СО2 на алюминиевых заводах РУСАЛА в связи с подписанием Россией Киотского протоколаИзвестно, что 120 стран мира подписали Киотский протокол, обязывающий их вести научно-технические разработки, направленные на снижение выбросов СО2 в атмосферу. Одним из загрязнителей по диоксиду углерода является алюминиевая промышленность. На 1 т алюминия образуется 1,222 т СО2 (или ? 630 нм3).Получен патент на изобретение Российской Федерации на близкое по сути изобретение, относящееся к очистке отходящих газов тепловых электрических станций от диоксида углерода.Сорбент на основе эластичного пенополиуретана и шелухи гречихи (ППУ ШГ-45) представляет собой композиционный материал, используемый для сбора нефти, нефтепродуктов, масел и других химических веществ с водной и иных поверхностей в случае аварийных разливов. В состав сорбента входит до 45% шелухи гречихи, являющейся отходом сельскохозяйственных производств и в настоящее время квалифицированно не утилизируемая, что загрязняет окружающую среду и выводит полезные площади из оборота. Вторым ингредиентом композиции является эластичный пенополиуретан (поролон), признанно являющийся отличным поглотителем. К достоинству последнего относится гидрофобность и олеофильность, универсальность, высокий коэффициент рентабельности на поглощенный литр нефтепродукта.
- Экологически чистая угольная котельная серии «Термококс»Специалистами компании «Сибтермо» (Красноярск) разработана принципиально новая технология комплексного использования угля «Термококс». В основу положен принцип автотермической неполной газификации угля с использованием открытого авторами разработки в 90-е годы эффекта «обратной тепловой волны» в слое угля. В газификатор подаются только уголь и воздух, а продуктами являются только среднетемпературный кокс (полукокс) и не содержащий смолистых и других вредных веществ горючий газ, который может эффективно использоваться в энергетике. Предложен технический проект котельной нового типа, представляющей собой блок неполной газификации угля в связке с наиболее распространенными угольными котлами серий КЕ.
шмаров снова не по теме
Вы вновь не по теме. То, что уголь дешев, известно всем. Но его экологическая опасность очень велика и именно в этом проблема.

Вообще, на Западе больше внимания уделяется экономической целесообразности, а не экологической. Те же названные вами США лидируют по выбросам в атмосферу и являются плохим примером. В США, где, кстати я живу, выделяются огромные средства на разработку технологий экологически чистой угольной энергетики. Почему? Потому что эта проблема (дешевой, надежной технологии "чистого" сожжения угля) не решена. Я сам участвую в одном из таких проектов.

Теперь о проектах - вы пишите "предложен такой-то проект", но вряд ли понимаете, что за этим стоит. Как автор 70 научных исследований, многомиллионных проектов и патента, могу объяснить. Между проектом или патентом и их реализацией огромная пропасть. Огромное число проектов и патентов, вероятно даже большинство, никогда не находят реализации.
Более того, переписанный вами слово в слово из интернета (www.rusal.ru/docs/inno_ecology.pdf, стр. 118) технический текст ученых Казанского Гостеуниверситета о технологии сбора разлитой нефти, не имеет ни малейшего отношения к сбору углекислого газа. Шелуха гречихи может впитывать масло и нефть, но, увы, не улавливает углекислый газ.

В прошлом комментарии вы перепутали углекислый газ с углеродом, а сейчас - с разлитой нефтью. Я уверен, что в чем-то вы несомненно профессионал - не в химии. И именно эти ваши комментарии, увы, не выдерживают никакой критики.

Артем Оганов Комментарий удален

Говорить о непрофессионализме комментария Андрея нелепо.
Дело в том, что "ловить" сероводород и CO2 дорого и сложно, только если речь идет об обычных угольных электростанциях, которые сжигают уголь для производства пара. В этом случае приходится извлекать их из дымовых газов при низком давлении и слабой концентрации.
Сейчас по всему миру действительно активно внедряются новые, гораздо более "зеленые" технологии по переработке угля. Такие технологии основаны на превращении угля в смесь водорода и монооксида углерода путем неполного окисления при высоком давлении и в присутствии пара и кислорода. В этом случае очистка от H2S и CO2 весьма проста: для этого используется один из нескольких широко применяющихся в промышленности процессов (например "Selexol"). Из H2S потом производится граулированная сера - удобрение. А CO2 секвестируется (закачивается глубоко под землю). И Нобелевская премия тут совершенно ни при чем.
Я пишу этот комментарий, сидя на техническом совещании, посвященном строительству завода по переработке угля в природный газ в шт. Иллинойс. Завод будет перерабатывать 3 млн. тонн угля в год, а на выходе – получать 800 млн. м3 т.н. синтетического природного газа. Я бы не стал называть этот проект «полуэкспериментальной фабрикой». В Китае за последние несколько лет реализовано ок. 30 подобных проектов. Часть из них производят из угля электричество, часть природный газ, часть пропилен и прочую химию.
А доля угля в энергетике всегда была высокой. В США –почти 50%, в Китае и Индии более 50%. И в последнее время она действительно растет.
Евросоюз же требует от Польши не уменьшить сжигание угля (если бы он это делал, то толкал бы ее в жаркие объятия России, которая с удовольствием предложит ей покупать газ), а сократить вредные выбросы.
Во-первых, давайте не придавать этому личную окраску. Г-на Шмарова я не знаю лично - возможно, в отличие от вас. Его профессионализм вообще я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть - но эти его конкретные комментарии непрофессиональны. Защищать это невозможно - В одном комментарии он перепутал углекислый газ с углеродом, а в другом с нефтью. Собирать углекислый газ с помощью шелухи гречихи, вопреки предложению г-на Шмарова, невозможно.

Далее, об угле. Вы сами пишите, что "обычные" (т.е. наиболее распространенные) угольные электростанции загрязняют атмосферу - те самые, о которых г-н Шмаров писал в стиле "уголь сжигать, копоть ловить". В этих станциях значительная часть проблемы. Те 30 "чистых" угольных заводов, что реализованы в Китае - капля в море на фоне нужд и объемов китайской энергетики. Вспомним, как Китай пытается получить наш газ. Польские вредные выбросы - откуда же они идут? Значительная доля - именно от угля.

Теперь о вредных газах. Вы пишите - из H2S сделать серу, а СО2 секвестировать под землей.
Вопреки тому, что вы пишите, в угле присутствует не сероводород H2S, а сульфиды железа - которые при сожжении дают сернистый газ SO2. Посещение самовозгорающихся угольных отвалов (я сам на них был) произведет на вас неизгладимое впечатление.
Что касается СО2, то напомню, что надежного метода секвестирования СО2 пока нет. Закачивать СО2 насосами в скважину довольно бессмысленно. Наилучший способ - создать материал, который реагировал бы с СО2 или поглощал бы его молекулы. Это одна из самых горячих тем в химии сегодня - говорить о ней, как о решенной проблеме, совершенно неверно.

Эта проблема, как и другие, будет решена. Достоинство угля в том, что его очень много. То, что до сих пор его доля в энергетике была велика - горе, потому что обернулось колоссальным уроном для окружающей среды. Но в том же угле может быть и надежда энергетики будещего. Только для этого надо еще решить ряд очень непростых проблем - технологических и научных.
Я не знаю лично Андрея Шмарова. Мне просто показалось, что Ваша ссылка на его непрофессионализм появилась в отместку за его комментарий о поверхностности (чудное словечко - написать проще, чем произнести) Вашей лекции. Я, кстати, не разделяю ни первой, ни второй оценки.
Насчет шелухи гречихи - не исключаю, что материал, сорбирующий жидкости, также может сорбировать газы.
По поводу грязных угольных станций. Вы делаете акцент на старые технологии, а Шмаров и я - на новые, гораздо более "чистые". 30 угольных проектов в Китае - это не мало. Каждый из них перерабатывает минимум по 5 млн. тонн угля в год. Всего - более 150 млн. тонн, или более 7% от общего производства угля в Китае. Это уже не капля в море. В США в настоящее время в стадии поиска финансирования находятся от 10 до 20 новых проектов, в которых будут применяться "чистые" угольные технологии. При этом сделать новый проект даже с технологией вдувания угольной пыли (так сказать, немного обновленная старая технология) в этой стране практически невозможно. В ЮАР 2/3 моторного топлива производится из угля. Европа проявляет высокую активность в продвижении проектов «чистых» угольных технологий. Это видно хотя бы из того, что «Сименс» инвестировал громадные средства в разработку собственного газификатора угля.
Так что я остаюсь при своем мнении, что:
А) новые технологии переработки угля уже прошли экспериментальную стадию,
Б) большинство новых проектов в мире, связанных с углем, будут использовать именно такие технологии
В) эти технологии приведут к росту доли угля в мировом энергобалансе в течение ближайших 20-30 лет
По поводу «нашего газа» и Китая. Китай хочет получать не наш газ, а главным образом газ из Средней Азии (и уже, кстати, получает). Это для них ближе и политические риски ниже. Газ же с Ковыктинского месторождения в России мы, наверное, хотим продать китайцам больше, чем они хотят его от нас получить, поскольку девать его кроме как в Китай, пока некуда. При этом Китай хочет получать газ по определенной цене, которая не должна быть выше стоимости угля . Но при этой цене добыча газа в Ковыкте нерентабельна. Вот, кстати, конкретный пример, когда есть громадное месторождение газа, но его разработка не ведется из-за конкуренции со стороны угля на рынке потенциального потребителя.
Вредные газы. Я не писал, что сероводород присутствует в угле, (хотя он иногда встречается в составе метаносодержащего газа - coal bed methane - присутствующего в порах угля). Я имел в виду тот сероводород, который образуется в результате реакции сульфидов железа с водяным паром в процессе газификации. Признаю свою неточность: при сожжение угля действительно образуется SO2, а не H2S. Но суть неизменна: улавливать сернистый газ после сожжения содержащего серу угля неизмеримо сложнее, чем при газификации того же угля. Пример. Иллинойский уголь содержит более 3 % серы и не может использоваться на обычных угольных электростанциях, которые сжигают уголь, поскольку в этом случае действительно образуется большое количество SOх. Поэтому в штат Illinois привозится бессернистый уголь из штата Wyoming, а местный уголь почти не используется (хотя запасы угля в Illinois по количеству энергии, в нем содержащейся превышают запасы нефти в Саудовской Аравии). Если же Иллинойский уголь не сжигать, а газифицировать, то в образующемся после газификации сингазе содержится примерно 1% сероводорода, а SOx – только следы. Этот сероводород легко удалется в процессе газоочистки с помощью, напрмер, процесса Selexol.
Секвестирование CO2. Вы на этот вопрос смотрите с точки зрения теоретика, я – с точки зрения практика. Для меня не бессмысленно закачивать CO2 под землю, поскольку это непременное условие получения федеральной кредитной гарантии. При этом секвестирование осуществляется не просто путем закачки в скважины, а с помощью скважин в специальные формации, которые могут хранить СО2 в течение многих сотен, если не тысяч, лет. Это примерно тоже, что «хранение» природного газа в месторождениях. Наверное, если когда-нибудь наука создаст экономически целесообразный процесс по извлечению энергии из СО2, то запасы СО2, созданные путем подземной секвестрации, окажутся весьма кстати.

Вывод: старые угольные технологии, основанные на сожжении угля, действительно наиболее экологически грязные; новые технологии, основанные на газификации угля, гораздо чище экологически.
Ваша позиция понятна,
Но если вы с комментарием Шмарова не согласны, почему быне возразить ему. Предлагаю вам это сделать.
Возразили же вы пока что только мне на мой ответ Шмарову. Мой ответ г-ну Шмарову был довольно суров, но справедлив по любому стандарту. Кому понравится, когда человек, буквально не различающий углерод от углекислого газа, дает комментарии о химии. В своем ответе Шмарову я это ясно указал. Что касается шелухи гречихи, то, поверьте мне, она не поглощает углекислый газ. Это вам подтвердит любая домохозяйка. А впитывать разлитое масло может очень неплохо. Опять-таки, г-н Шмаров перепутал технологию сбора углекислого газа с технологией, предложенной для сбора разлитой нефти.
Когда мы говорим о старых и новых технологиях, то сегодняшние позиции надо оценивать с точки зрения того, что есть сегодня. Если сегодня 7% китайской угольной энергетики "чистые", то 93% "грязные". Да и "чистые" технологии не так чисты - хотя и намного лучше традиционных. Моя лекция была о новых технологиях, как способе решения старых проблем - и некоторые из таких технологий я довольно подробно упомянул.
Далее, СО2 не может быть источником энергии. Это исключительно устойчивая молекула, а устойчивые состояния не могут быть источником энергии. Насколько мне известно, прямая закачка СО2 в скважины не является надежным долгосрочным решением - я подозреваю, что если ее делать правильно, то и обойдется она дорого. Я лично участвую в большом проекте, нацеленном на разработку материалов для секвестирования СО2. Как я уже писал, идей тут много, а практических решений пока нет. Среди множества идей, мне больше всего нравится идея образования гидратов СО2 - это, грубо говоря, формы льда с большим количеством молекул СО2 в структуре. Такой лед при определенных условиях устойчив и оказывается тяжелее воды, поэтому может быть захоронен на океанском дне, надолго и, вероятно, без вреда. Но и тут есть масса вопросов и технических сложностей.
Возражение Вам не было самоцелью. Его смысл - внести дополнения в Вашу лекцию с позиции практика. Например, я не вижу практической возможности образовывать гидраты СО2 в Иллинойсе, затем отвозить их на берег океана, перегружать на корабли и сбрасывать посреди Атлантического или другого океана.
А вот пробурить скважины и закачать СО2 под землю в соответствующую формацию - это практично и на это будет затрачено не более15% от энергии перерабатываемого угля. Существуют и используются на практике антикоррозионные покрытия компрессоров и труб для закачки СО2.

Евгения Кандиано Комментарий удален

спасибо за лекцию
Вы очень интересно и увлекательно излагаете.
А что у нас с шельфовой нефтью? Мне казалось, что у нас ее весьма много. И не вся еще толком разведана.
спасибо за ваш интерес к моей лекции
Да, запасы не все разведаны - особенно на океанском дне. И расчет, который я приводил (что нам нефти хватит лет на 15-20) основан, разумеется, только на известных запасах и исходя из нынешних объемов добычи нефти. Но:
1. Потребность в энергии и, в частности, в нефти растет довольно быстро. Поэтому если новые источники нефти не будут открыты и использованы достаточно скоро, нефтяной голод может начаться раньше, чем через 15-20 лет.
2. Говоря об океанским дне, в случае России мы говорим о Северном Ледовитом океане, где добыча любых полезных ископаемых будет трудоемкой и дорогостоящей.
К тому же мы должны помнить, что с нефтью связано загрязнение окружающей среды - выбросы углекислого газа, побочные эффекты от бензина (свинцовое заражение), а к тому же довольно частые аварии нефтяных танкеров. Надвигающийся нефтяной голод должнен нас заставить перейти к более умной энергетике.
Проектируется разработка
огромного Штокмановского газового месторождения в Северном ледовитом океане, Лукойл начал добычу на Каспийском шельфе возле Астрахани, ведется добыча возле Сахалина (Роснефть и Сахалинэнерджи), ведется разведка в Охотском море возле Магадана
я учитывал эти известные факты,
проводя лекцию. Эти запасы разведаны и потому включены в тот расчет, из которого следует, что нам нефти хватит на 15-20 лет.
Как будет жить мир, когда кончится...
...эта дискуссия? Лет через 15-20 в России и 50-60 вообще, вместе с нефтью... Похоже, скучновато.
Вы правы. Но дело не в том, хватит нам нефти на 20 лет или на 100 лет. Дело в том, что она исчерпаема и альтернативные источники необходимы.

Евгения Кандиано Комментарий удален

Евгения Кандиано Комментарий удален

Евгения Кандиано Комментарий удален

Евгения Кандиано Комментарий удален

Теория абиогенного происхождения углеводородов (Deep gas theory)
Эту теорию стоило бы здесь упомянуть. Впервые была высказана Д. Менделеевым. Согласно этой теории углеводороды возникли не из-за разложения биологического материала, а в результате химических реакций глубоко под землей при высоком давлении и температуре. Согласно этой теории, запасы нефти и газа глубоко под землей находятся практически безграничны. Дело только за технологией глубокого бурения.

Артем Оганов Комментарий удален

Артем Оганов Комментарий удален

Артем Оганов Комментарий удален

Артем Оганов Комментарий удален

Эту теорию я упонимал на лекции,
но я не помню, вошла ли она в окончательный смонтированный вариант. Эта теория была подробно развита в СССР, а теперь ее развивают в США. Многие ошибочно считают ее автором Т. Голда.
Но к этой теории две огромные оговорки:
1. Хотя эта теория очень красива с химической точки зрения, ее геологическое обоснование недостаточно убедительно и вызывает массу сомнений. Стоит поискать приповерхностные месторождения, которые могли бы возникнуть таким путем. Но слишком ориентироваться на такую теорию (вернее, гипотезу) не стоит.
2. Что касается глубокого бурения, то тут встает практически непреодолимое препятствие. Самая глубокая скважина на Земле - Кольская Сверхглубокая - оказалась катастрофически дорогостоящей. До сих пор ни в одной стране мира ее рекорд не превзойден, никто даже не мечтает об этом. Притом, что ее глубина "всего" 12 с лишним километров (ее активно бурили 13 лет). В масштабах Земли (диаметр почти 13 тысяч км) это ничто. Так что мы вынуждены ориентироваться только на приповерхностные полезные ископаемые - то, что лежит в грубинах земной коры или тем более в мантии, нам никогда не будет доступно.

Артем Оганов Комментарий удален

Артем Оганов Комментарий удален

Метанольная энергетика
Метанол в качестве способа транспортировки водорода более интересен, чем сам водород. В жидком водороде, как ни парадоксально это звучит, содержится меньше водорода, чем в таком же объеме метанола. И метанол гораздо легче перевозить и хранить. Поэтому многие компании работают над производством топливных элементов DMFC, которые вырабатывают электроэнергию непосредственно из метанола, а не из водорода. Это на мой взгляд, более перспективно, чем изобретение нового материала для хранения водорода
Тут я склонен с вами согласиться,
и возможное будущее биотопливной энергетики я затрагивал (не помню, было ли это оставлено в окончательном смонтированном варианте - по-моему, что да). Но и тут не все так гладко - метанол очень ядовит, а для его промышленного получения нужно много биомассы. В Бразилии, где производят много биотоплива, вырубают тропические леса и сажают сахарный тростник (для производства очень сходного биотоплива, этанола). Это наносит огромный ущерб природе. Наверняка можно делать этанол и метанол из бытовых отходов, но вряд ли этого будет достаточно на все наши нужды.
Что касается водорода, то он привлекал огромное внимание в течение последнего десятилетия, но надежды пока не оправдались. Впрочем, списывать водород со счетов слишком рано. В принципе, водород - идеальное топливо, но научная проблема его хранения пока не решена.
Метанол мне интересен не как топливо, которое можно получить из биомассы, а прежде всего как способ "монетизации" удаленных ресурсов природного газа. В частности, в России (а также в Нигерии) сжигаются миллиарды кубов попутного нефтяного газа из-за того, что слишком дорого строить "трубу" для его транспортировки. В этих случаях один из возможных способов транспорта - именно в виде метанола.

Галина Бирчанская Комментарий удален

Спасибо!

Очень позновательно!

Артем, спасибо за лекцию.Скажите, какие решения существуют для химичиской промышленности, где как Вы сказали замены нефти нет. Если запасы нефти иссякнут через 50-60 лет, что будет с химической промышленностью?

Вторсырье, как мне кажется, эту проблему может очень сильно смягчить.