Живая земля

+T -
Поделиться:

Предисловие автора к роману «Живая земля»

специально для проекта «Сноб»

 

Обложка книги «Живая земля»
Обложка книги «Живая земля»

 

Никогда не писал я предисловий к своим книгам, но вот — приходится. Видимо, мое презрение к предисловиям, эпиграфам, посвящениям и прочим виньеткам было проявлением некоего ложного снобизма, от которого люди из проекта «Сноб» меня избавили.

В 2002 году я придумал роман про Москву, заросшую исполинской травой. И не просто исполинской, а съедобной. Зимой 2009-го я этот роман написал, озаглавил «Хлорофилия» — и продал. Книжечка вышла простая, веселая и галлюциногенная. Говорят, она стала бестселлером и нашумела.

Издатель сразу заказал продолжение, второй том, и вот он готов, называется «Живая земля». Придумывать второй том было просто: я взял хлорофильную вселенную и перевернул ее, поставил с ног на голову (или с головы на ноги; зависит от точки зрения). В первой книге общество погружено в изобилие и депрессию, во второй — все бедные, голодные и веселые. Собственно, продолжение напрашивалось, поскольку сама «травяная» фабула очень сильна и развивать ее, как любую другую сильную фабулу, можно до бесконечности. Хоть в двух томах, хоть в десяти. У всякой монетки бесконечное количество сторон, это очевидно.

Августовские события — всероссийский пожар, дым в Москве и последующее снижение температуры в течение двух суток с плюс сорока до плюс восьми по Цельсию (при таком перепаде лопаются камни) — показали нам, что апокалипсисы приходят и уходят, а люди остаются. Примерно об этом и книга.

Попутно мне хотелось по капле выдавить из себя сатирика, и роман «Живая земля» знаменует собой конец этого процесса. Мне не хочется больше делать сатиру, и я счастлив. По моему субъективному мнению, сатира в современной России полностью девальвировалась и век ее окончен. Посмеиваться и критиковать больше не хочется, а хочется предлагать ясные практические идеи. И подкреплять их действиями. Я утверждаю, что выброшенный мною в романе лозунг — «Делай вещи, а не деньги» — (парафраз классического хипповского девиза) — есть идея ясная и практическая.

Других идей, кроме ясных и практических, у меня нет. Предлагаю, что имею. Таков мой личный — если угодно, выстраданный — снобизм.

С уважением,

Андрей Рубанов

Живая земля

(Отрывок из романа)

Извините, этот материал доступен целиком только участникам проекта «Сноб» и подписчикам нашего журнала. Стать участником проекта или подписчиком журнала можно прямо сейчас.

Хотите стать участником?

Если у вас уже есть логин и пароль для доступа на Snob.ru, – пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы иметь возможность читать все материалы сайта.

Комментировать Всего 16 комментариев

Андрей, начала читать, испытала обиду оттого, что текст закончился, прочту! Куплю.

Спасибо большое. А я наслаждаюсь иллюстрациями. Видеть иллюстрации к своей истории - это особенное удовольствие.

 Книжка, кстати, со дня на день появится в магазинах.

Спасибо,обязатально прочитаю.Скажите,Андрей а как на Ваш взгляд лучше: сначала первую книгу прочитать,а потом -вторую,или для восприятия это не имеет значения?

Не имеет значения. Это две самостоятельные истории.

шикарный текст))) очень смеялась)

Благодарствую. Писалось это, кстати, в беспредельно мрачном состоянии духа. )))

Андрей, только что прочитала фразу из блога Александра Гаврилова ("В русской массовой культуре фантастика полностью ушла в низкие жанры") и как раз подумала: "Как это ушла? а разве Рубанов - это не фантастика? Или это не "высший жанр"?" А Как Вы сами относитесь к своему роману - считаете его фантастикой?

Мне еще вспомнился прекрасный комментарий Миши Идова к ноябрьской статье Александра Гаросса. В этом комментарии (который следует прочитать полностью) Михаил написал о том, что "А система в наши дни настолько бесформенная и всепроницающая, что ей и противостоять-то толком невозможно, не превращая себя в карикатуру. Поэтому начинаются экивоки, эпатаж, "эрудиция, эстампы" - уход в жанровые игры, псевдотриллер, псевдобылинный сказ, диалоги с невидимыми западному читателю предтечами и так далее. Ни у кого не хватает наивности, что ли - unselfconsciousness, короче - на то, чтобы написать реалистичный бытовой роман." Согласны ли вы с этими выводами Михаила?

  Спасибо за вопрос, Мария. Я не силен в теории. "Хлорофилию" и ее продолжение называю фантастикой прежде всего для собственного удобства. На самом деле с точки зрения сегодняшних реалий это не фантастика.

Есть такое понятие, как "фэндом": сплоченное сообщество любителей фантастической литературы. У них свои критерии оценки, своя жизнь, форумы, сайты, журналы, свой премиальный процесс и т.п. Так вот, в фэндоме очень прохладно приняли мою "фантастическую" книгу. Презрительно назвали "политотой". Современный любитель фантастики не хочет намеков на современность, не хочет аллюзий, рассуждений о человеке, всего этого бла-бла-бла, - он желает перенестись в иной мир и там некоторое время побыть. Всякая связь фантастического романа с современностью его оскорбляет, мешает интимному акту эскапизма. Современный фантаст продает свою фантазию в чистом виде, не отвлекаясь на стиль, язык, психологию - все равно его будут любить, уважать и читать не за это, а за умение грамотно конструировать собственную вселенную. Зачем фантасту думать о высоких материях, зачем точить фразу, если читатель посто не обратит на нее внимания? Когда вы смотрели "Аватар", вы тоже - я так предполагаю - не слишком переживали насчет психолгической прорисовки образов, а просто наслаждались картинкой. Иными словами, если я назову "Хлорофилию" фантастикой, мне возразит сама реальность.

Как сказал по этому поводу Гаррос, "фантасты так не пишут".     

Насчет второй реплики - Идову виднее, наверное. Некоторым образом я сам подвизался на ниве сочинителя реалистичных бытовых романов, и один даже продал в Лондон, его издали, и  вроде как заметили, но на этом все закончилось. По моим ощущениям, российская литература западного издателя вообще не интересует. Противостояние системе - не знаю, сомневаюсь. Нынче в моде конформизм. Максимум - осторожная фронда. Ваш покорный слуга рассмотрел эту "систему" с разных сторон и сейчас не стал бы делать книгу о "противостоянии".  

Спасибо. Захотелось прочитать "Сажайте, и вырастет". 

Правда от такого подхода становится немного грустно: получается, что фантасмагория в современной русской литературе - это все еще защита от цензуры (хоть и более своеобразной сегодня чем в годы Стругацких).

Иносказательность, к сожалению, и переводится с трудом на иностранный, и не всегда выдерживает проверку времени. Вот Генис и Вайль пишут об иносказательности Крылова - все его политические сатиры забыты из-за непонимания политических тонкостей того времени, а помнится только то, что затрагивает общечеловеческие моральные ценности. 

Вам не кажется что есть опасность, что такие книги имеют шанс быть только 'книгой дня', а не книгой вечности?

Уважаемая Мария, в литературе сейчас нет никакой цензуры, кроме рыночной. Кроме того, я не стал бы противопоставлять "день" и "вечность". Злободневность должна быть. Пишешь всякий раз про "здесь и сейчас". Издатель просит хороший роман про здесь и сейчас. Идеи неоткуда брать, кроме как из сегодняшнего дня. Любая классическая книга (особенно у наших классиков), битком набита аллюзиями и прямыми отсылками к текущей общественной ситуации. Расмотреть ее вне контекста нельзя, - она сама и есть контекст. 

  Что касается переводов на иностранные языки, там несколько другая проблема. Пока Россия была социалистической, мы интересовали мир хотя бы как живописные оригиналы. Сейчас Россия - всего-лишь еще одна капиталистическая страна, и все ее проблемы Западом давно пережиты, осмыслены и описаны.  

Андрей, спасибо за интересную дискуссию!

И вам спасибо.

"неярко, но приятно")) жаль только мало

Спасибо. Я не виноват, объем текста заказывает редакция "Сноба".