/ Москва

Наталья Конрадова: Отец Александр не боится опеки

Священник Александр Орехов из Приморья рассказал историю своей двухлетней войны с органами опеки за приемных детей

Иллюстрация: Сноб.Ру; фотоматериалы: РИА Новости, ИТАР-ТАСС
Иллюстрация: Сноб.Ру; фотоматериалы: РИА Новости, ИТАР-ТАСС
+T -
Поделиться:

Отец Александр живет в селе Хороль Приморского края в большом двухэтажном доме с женой, семью родными и двумя приемными детьми. У них шесть компьютеров, интернет, спутниковое телевидение. За последние два года он выиграл полтора десятка судов у опеки: приемных сыновей то и дело пытаются отобрать. «Я пробую жить нормально, заниматься детьми, но вместо этого у меня уже готовое юридическое образование», — говорит отец Александр.

Священник то и дело пишет письма в православные СМИ, а недавно его историю подробно рассказал Сергей Шаргунов в «Известиях». Несмотря на нарочито светлый, приторный образ отца Александра из той статьи, мне захотелось понять, почему приморские чиновники вот уже два года судятся с многодетным священником. Их неожиданная ненависть должна иметь какое-то объяснение. В каком обществе все это происходит: как реагируют соседи, учителя, врачи и начальники чиновников? И что представляет собой сам отец Александр: он бесхитростный, озлобленный, педантичный, яростный борец или испуганный обыватель?

Я написала, а потом и позвонила в село Хороль. Ожидать можно было чего угодно. Отец Александр оказался очень рефлексивным и остроумным. Он говорит понятные слова. Его веселит диагноз, который врачи из местной больницы дали его родному, совершенно здоровому сыну: ДЦП. Он думает, что агрессивные, необразованные тетки из опеки — продукт бездетного общества. Он видит системную проблему, с которой если и можно справиться, то точно не в одиночку. Да, и он так оперативно ответил на мое письмо, что стало понятно: по ночам сидит в интернете. Короче говоря, отец Александр нормальный человек. И тем фантастичнее выглядит его история.

Священник терпеливо рассказывает мне подробности своей войны с чиновниками из опеки и детской комнаты милиции. Картина поражает воображение: подлог документов, обман, кража детей и даже медицинские преступления — банальная, скучная повседневность. Мелкие чиновники, вставшие на путь борьбы с чуждым элементом, могли бы стать мечтой антрополога, если бы до них хоть кому-нибудь было дело. На фоне полного интеллектуального и морального разложения в их головах вдруг всплывают архаические страхи: эти люди убеждены, что православный священник обладает сверхъестественными способностями. В смысле они боятся, что отец Александр умеет гипнотизировать.

Как я и подозревала, это противостояние началось ровно в тот момент, когда отец Александр приехал в Приморье — в 2004 году. Он родился во Владимире (про себя говорит «я с запада»), окончил художественно-графический факультет педагогического университета в Москве. А появившись в своем новом приходе в Приморье, обнаружил, что на востоке жизнь застыла в 1970-х годах. Рассказывает, как поначалу испытывал желание подойти к кому-нибудь, потрясти и спросить: «Вы в курсе, что у нас власть поменялась?»

Отец Александр с женой начали рожать детей, а заодно решили взять двух сирот из детского дома. Опека оказала неожиданное сопротивление: мол, кто их знает, священников, что они там с детьми делают. Спрашиваю: эти женщины из опеки не смотрят новости? «Сериалы они смотрят, — говорит. — И по сериалам составляют себе картину идеальной семьи. Они все разведенные и без детей — я не знаю, как разговаривать с ними. Священник для них — это очень странно. Мы рожаем почти каждый год — для них это ужас и кошмар».

Наконец после двух лет бесконечных проверок и комиссий им все-таки разрешили забрать, но... четверых. К двум мальчикам шести лет прилагалось две девочки, шести и четырнадцати. «Возьмите, говорят, возьмите. Ну я взял, что же не взять». Мальчишки были очень агрессивными, разговаривали матом и не умели читать. Именно по поводу этих детей отец Александр больше десяти раз судился, все суды выиграл и в результате отбил их у опеки.

Девочки были не менее проблемными. Старшая вскоре сбежала. Ее вернули, но уже в детский дом. У младшей обнаружилась серьезная кожная болезнь. Отец Александр отвез ее в больницу, но опека тут же решила забрать ребенка обратно. То, что происходило дальше, у нормального человека в голове не укладывается. «То ли они безграмотные и не понимают, что творят, то ли это заказуха». Врачи полгода держали в больнице девочку с незаживающими ранами, рассказывает священник, но когда он наконец «хитростью» забрал ее домой, раны — «о чудо», смеется — прошли за два дня.

Больницы, считает отец Александр, — главное поле деятельности сотрудников опеки. «Там они находят людей, которых судьба тяжко ударила. Если видят, что родители небогатые и отпор дать не могут, сразу предлагают в детский дом. Но могут без переговоров, властно отобрать детей, как у меня. Пришли, предложили сводить мальчиков к психологу. Ну хорошо, думаю, если вам так хочется, давайте сходим. Меня больше всего поражает их наглость и коварство. Когда мы вышли, я сразу спросил: “Зачем мы туда идем? Хотите детей забрать?” Они отвечают: “Нет-нет, что вы, Александр Борисович, как вы могли о нас такое подумать, никто у вас детей забирать не собирается”. Доходим до больницы, детей заводят, а перед моим носом железную дверь запирают на замок. На следующее утро дети босиком появляются дома — сбежали».

Чтобы опека отстала от их семьи, он звонил во Владивосток. Оттуда ответили: «Мы понимаем, что вы детей любите и дети вас любят, но у нас есть нормативы и инструкции». Попросили войти в положение.

Я все еще не верю, что бывают люди, которые могут шестилетнему ребенку специально открывать раны, чтобы доказать несостоятельность родителей. Или те, которые объясняют все это инструкциями. Отец Александр рассказывает, что уже прошел этот этап: «У меня раньше очки были розовые, я все надеялся, что это люди с моралью и с сердцем. А там ничего нет. Я теперь совершенно иначе с ними поступаю».

Отбив детей, отец Александр готовится к следующему суду. 15 февраля рассматривается дело о его, священника, «хулиганском» поведении: якобы он напал на сотрудниц опеки, когда забирал приемного сына обратно. «Для меня это уже какой-то сюрреализм. Я чего-то даже не понимаю, где я нахожусь».

***

Оставалось только позвонить в отдел опеки Хорольского района, чтобы узнать, как вся эта история выглядит с их точки зрения. Трубку подняла инспектор Марианна Анатольевна Тарасова. Хочу, говорю, разобраться, что там у вас происходит. Инспектор отвечает: «Да никто уже не понимает, что происходит». На вопрос о претензиях к отцу Александру: «Нет у нас к нему претензий. Он вам ведь все уже сам рассказал?» Но после этого Марианна Анатольевна, спохватившись, попросила меня отправить официальный запрос по почте в департамент образования Хорольского района: «Я же по телефону не могу понять, откуда вы. Придет запрос — мы ответим». Село Хороль — это все еще Россия, но все же семь часовых поясов. Пока я получу заведомо формальный ответ, пройдет месяца два-три. На форуме «Владмама» нахожу комментарий сотрудницы опеки из Владивостока (300 км от села Хороль): «Работаю в органах опеки, лично знаю специалистов Хорольского отдела. Ни за что не поверю, что они кидались с кулаками на священнослужителя».

Обращаюсь к Елене Альшанской — правда ли, что опека всесильна и может отобрать детей у любых, даже самых успешных родителей? Елена боится вести «ложную защиту». Она говорит, что большинство самых раскрученных случаев вовсе не так однозначны, как их представляют пострадавшие: родители часто пьют или бьют детей. Впрочем, это не означает, что детей надо отбирать: главная задача опеки — помогать неблагополучным семьям, привлекая психологов и других экспертов. Но именно этого у нас обычно не делают — вместо этого существует система наказаний: если опека перестаралась, ей ничего не будет. Если не заметила проблему, получит втык от начальства. Разумеется, им проще лишний раз отобрать ребенка. «В общем, — говорит Елена, — не стоит слишком демонизировать опеку и идеализировать семьи. Надо менять систему защиты прав детей, которая вся состоит в перемещении ребенка из семьи в детский дом и обратно».

Комментировать Всего 51 комментарий

Недавно слушала рассказ своей знакомой, которая переехала жить в город Торопец Тверской области, и чтобы пристроить ребенка там в детский сад пошла работать в местную администрацию. Так вот, она рассказывает какие-то жуткие вещи. В частности о том, что у местных органов опеки есть норма выработки (план) по отъему детей из неблагополучных семей (есть даже по этому поводу какие-то письменные распоряжения). В реальности это выливается в то, что время от времени они объявляются в каком-нибудь доме и просто берут и увозят оттуда ребенка (на самом деле никого не волнует даже насколько «благополучная» или «неблагополучная» эта семья). Обычно детей через какое-то время потом удается вернуть, но все равно эта история меня поразила до глубины души.

Моя многодетная подруга очень нервничает на этот счет. Потому что семья у нее прекрасная, но признать их неблагополучными — пара пустяков. Они не оформляются в госучреждениях, не делают прививок, не ходят в официальную поликлинику, живут за городом, муж — преподаватель, то есть денег мало (они на самом деле квартиру сдают). Ну и так далее. И, по ее мнению, угроза вполне реальна. Мне это казалось чистой паранойей до этого момента.

Да, это так, и не только в Тверской области. Более того, планы по изъятию прогрессивные - т.е. год от года норма растет, бюджеты осваиваются. На практике так: вот 31го декабря к нам в отказную палату привозят изъятую из семьи девочку двух лет. Следом прибегает совершенно классическая бабушка - в платочке, с банкой супа, конфетами... Полностью дезориентирована - семья готовилась к празднику, тут пришли какие-то люди, сказали, что мать лишена родительских прав, забрали ребенка, отвезли в больницу и спокойно ушли на каникулы - до 10го января. Я спрашиваю, так был суд о лишении? Нет, говорит, ничего не было, вообще до сих пор никто ими не интересовался. Т.е. получается "взяли на понт", а юридической грамотности семьи не хватило, чтобы понять, что без суда родительских прав не лишают. Причем именно 31го декабря - другой причины, кроме выполнения годового плана придумать сложно.

Тут надо заметить, что семья, по всей видимости, неблагополучная: за все время мама-папа к ребенку не приходили - "пьют" - но каждый день приходили обе бабушки, одна с утра, другая после обеда, обе вполне бодрые. одна так даже лет 58ми - т.е. не немощная и ребенком в семье занимались они. Ребенок ухоженный, развит по возрасту. Только на фоне событий стресс, конечно, - спала по 14-16 часов, не меньше. Когда - 6го января - в каникулах органов опеки образовался небольшой просвет, бабушки сходили туда и выяснили, что действительно, никто никого ничего не лишал, но до 10го ждать все равно придется. 11го января ребенка им отдали. Спрашивается, зачем, если угроза жизни и здоровью отсутствовала, двухлетнего малыша в самый Новый год выдергивать из какой бы то ни было семьи и помещать на две недели в "простудное" отделение, в палату к тяжелым отказным деткам - у двоих к тому же были боли, а это постоянный крик, хрипы. Ладно еще карантина в то время не было, а то бабушки не смогли бы и навещать ее.

Маша, а мы можем как-то узнать, действительно ли существуют эти "планы" по изъятию детей? То, что Вы рассказываете, похоже на ситуацию, описанную Еленой Альшанской: большинство семей, из которых "изымают" - неблагополучные. Но вот с планами пока непонятно - никто не может этого доказать.

А какого рода доказательства нужны? Я не особенно верю,- хотя циркулируют и такие версии - что есть такие официальные бумаги, в которых написано: "план: изъять 100 детей" печать, подписи. Но просто, как любая бюджетная организация, опека оценивает свои ресурсы и ресурсы связанных ведомств, прикидывая, есть куда поместить ребенка в случае необходимости или нет, и для какого максимального количества детей найдется место. Ведь просто изымать, не обеспечив местом в ДД - это ребенок будет неопределенное время жить в больнице. Вот ресурс возможностей потенциального изъятия и растет. А растущий ресурс как-то сам собой требует, чтобы его осваивали. При этом, я согласна с мнением Антона Жарова, что, как правило, у опеки есть те или иные причины для принятия мер, но только формы этих мер часто тоже травмируют ребенка и достаточно серьезно.

Вряд ли мы найдем бумаги, я понимаю. Но найти хотя бы человека, который бы рассказал, как это работает.

О, активисты антиювенальных движений готовы часами на эту тему разговаривать. Но, в связи с некоторой экзотичностью их мировоззрения в целом, у нейтральной части общества их свидетельства вызывают ряд обоснованных сомнений. Хорошо бы, конечно, найти инсайдера, который решится "вынести сор" и из этой избы. Может быть знакомая Таты Зарубиной, о которой речь в комментарии, согласится (анонимно?) прояснить механизм. Просто, по роковому стечению обстоятельств, я не встречала еще ни одного работника опеки, общение с которым наводило бы на мысль, что он готов что бы то ни было публично комментировать.

Я попробую с ней поговорить. Она, правда, на сколько я понимаю, не в самой опеке работает, но рядом - может, что-то и расскажет. Постараюсь узнать, это, правда, займет время.

А по поводу планов, я вчера слышала Астахова по радио, он говорит, что 2010 год прошел "под знаменем борьбы за права детей... Тема зазвучала актуально...И, естественно, социальные службы активизировались и стали показывать, как они активно работают". Может быть есть надежда, что с приходом 2011 года они перестанут так активно бороться за права детей?

.

Да, лучше бы как-то без "знамени борьбы" обойтись.

Ювенальная юстиция в России

 Я познакомившись в интернете с парой историей о взаимодействии опеки и родителей еще летом была страшно напугана.

Если я все правильно понимаю, то теперь поликлинника и скорая вносят ВСЕ вызовы к детям в базу, доступ к которой имеет милиция. И по каждому случаю, даже падению с горки к тебе немедленно является участковый и опека. Лично я в детстве два раза разбивала голову, дважды ломала руку и имела сотрясение мозга, не считая всяких мелочей. Страшно подумать.А поводы для изъятия ребенка у опеки примерно такие (из не подкрепленного законом, но все же списка: – ребенку не были своевременно сделаны прививки; (вообще не были)– квартира требует ремонта; (как решать?)– наличие в доме домашних животных; (кот одна штука)– несвоевременное прохождение врачей в детской поликлинике (, а зачем если жалоб нет, да и какую поликлиннику они будут рассматривать? районную?);– ребенок находится на кухне вместе с матерью в процессе приготовления пищи; (и ест ее там)– ребенок часто и громко кричит и плачет; (когда моешь ему голову или выключаешь мультик, например)– в холодильнике присутствует не весь ассортимент необходимых ребенку продуктов или продукты просрочены; (весь точно не влезает)– жалобы соседей (или домочадцев) на жестокое обращение с ребенком, в том числе анонимные ( с этим в России проблем нет и не было).Понятно, что источник  списка не самый надежный, но я как  одинокая работающая мать, совершенно не хочу под этот каток.  Я пока кроме известного фокуса с адресом прописки и фактического проживания ничего толком не придумала, но, я не на шутку обеспокоена.

Катя, мне кажется, что источник в данном случае - это ключевой вопрос. В России существует сильное противодействие так называемой "ювенальной юстиции", но несмотря на то, что волны идут по всем СМИ, у этой паники примерно один источник - сообщество православных многодетных семей. Информация, которую они распространяют, нуждается в серьезной проверке. Как это сделать, я пока не представляю - ищу людей, которые работают в опеке и могут рассказать о "кухне". Тут еще, правда, надо учитывать, что в Москве и селе Хороль совершенно разные ситуации и разные люди.

Не то чтобы я защищала опеку - мы знаем, что туда приходят работать люди из "детских комнат милиции" и в отсутствии экспертов, о которых говорит Лена Альшанская, они ориентируются на свой жизненный и профессиональный опыт. Понятно, какой. Но я думаю, что к подобным "спискам" нужно относиться критически. Мы тоже не делаем прививок и не ходим в районную поликлинику. Но чтобы опека пришла, нужна жалоба и серьезные основания.  

я знаю случаи, когда приходили после того, как ребенок упал на горке, его отвели в поликлиннику, поликлинника сообщила куда следует - и вуаля.

Лично у меня любые "поползновения" нашей власти в этом направлении вызывают исключительно возмущение: из идеи о достойном отношении к детям делают полное мракобесие (а иначе у нас и не умеют). Где ребенок будет счастливее, в семье, где может получить свой любимый сырок всегда или где его родная мама, которая его любит, по-моему вопрос вообще не стоит.

Здесь даже "православное сообщество" недалеко от истины в своем доведении "списка" до абсурда.

Просмотрел все комментарии до конца и понял, что только Катерина говорит о третьем измерении проблемы, о ней же говорю и я.

1. "Как защитить детей от неблагополучных семей";

2. "Не пропустить случаи насилия над детьми в благополучных";

3! "Не допустить применения правил "Юстиции" там, где они не должны быть применены"

Эту реплику поддерживают: Мария Пылькина

Это серьезно. И никаких других причин? Ну что там они обычно оценивают - бедность, алкоголь, побои?

По жизни сталкивалась только с обратной стороной проблемы, и то давно: в перестройку сотрудники поликлиники много раз пытались инициировать отъем детей у асоциальных матерей, которые пили, кололись, по нескольку дней не кормили детей, "забывали" отдать их в школу  и т.д. Получилось только один раз, остальные - дети так и остались в семье, с некоторыми из них я потом работала по программе "Врачи мира" - пыталась что-то развивающее делать, не скажу, чтоб сильно преуспела :(

Неужели за истекшие годы все поменялось с точностью до наоборот?!

Эту реплику поддерживают: Антон Жаров

На самом деле, ситуация не сильно изменилась. Лишить родительских прав - не такая простая задача в общем случае.

Конечно, бывают случаи (Агеевы, например), когда государство наваливается "всем миром", как на Ходорковского, и ничего спасти не может. Но во всех "средних" случаях - очень тяжело лишаются родительских прав даже "конченые" родители.

То, что написано выше про "планы по отъёму детей" - чушь чистой воды. И в ситуации с бабушкой в платочке - тоже, надо разбираться. Из моего опыта: мне пока не встретился ни один (НИ ОДИН!) случай из "громких" (а меня так или иначе "тащат" в каждый такой случай), когда я не мог бы объяснить (не говорю: оправдать, или признать законным - тут есть перегибы и правонарушения, и много) почему орган опеки так или иначе поступил.

Ну, не встречалось мне за почти десятилетие, как я занимаюсь этими вопросами, случая, когда отобрание ребенка было уж совсем чудовищно необъяснимо.

Я далек от мысли защищать "опечных тетенек", я с ними воюю много и часто, но мне пока встречались лишь единицы, про которых я могу подумать, что они в состоянии отобрать ребенка из семьи безосновательно.

Сволочи есть, конечно. Но проблема - ровно обратная: семьи, где ребенку плохо, где ребенок подвергается насилию разного рода - остаются без должного внимания, а такие дети - без защиты.

Нам неприятно объяснять синяки на теле своего ребенка (упал с горки, играл и т.п.) и мы не задумываемся, что благодаря такой "бдительности" какой-то другой малыш, возможно, останется жив и здоров. В истеричных воплях о "наступлении ювенальной юстиции" вообще очень много взрослого негатива, взрослой косности, лени и равнодушия. А о детях подумать?

Антон, спасибо огромное, что Вы рассказали о ситуации с профессиональной точки зрения. Только один вопрос - в Вашей практике были только московские случаи? Мне просто кажется, что чем глубже, тем больше шансов обнаружить совершенно неожиданную ситуацию. Меня, например, поразил тот факт, что православному священнику не давали усыновить детей, подозревая его в гипнотической практике.

Конечно, не в той степени, как Москва и область, но есть практика и в регионах. Если говорить про тенденцию "не-лишения" - в регионах она ЕЩЁ БОЛЬШЕ. Если говорить про произвол и неграмотность - тут и так, и сяк.Это, в общем, зависит от сулчайных причин (кто начальник в опеке, какие люди работают...).

Но, например, добиться правды в судебной системе на периферии - проще, суды там - честнее.

Что касается вашего удивления про священника... Понимаете, нет такой профессии, которая бы давала "знак качества" для воспитания детей. Раньше говорили: "она - педагог", и это звучало как охранная грамота. Потом разобрались, что наличие педагогического стажа - это вообще группа риска, причем чем больше стаж, тем больше риск. Собстсвенно и то, что человек работает профессиональным священником - никак не свидетельствует ни о том, что он хороший родитель (особенно для детей, травмированных детдомом), ни о том, что он - не гипнотизёр.

Про "православных священников" вообще темы похожи. Всегда есть под десяток приемных детей, всегда есть желание взять ещё и ещё, и всегда есть в той или иной степени нужда материальная. Учитывая, что воспитание в коллективе (а что, семь приемных детей можно воспитать как-то другим способом двум человекам?) - это не совсем то (совсем не то), что нужно детям из школы-интерната, учитывая, как правило, скудный материальный ресурс семьи, это далеко не всегда является лучшим выбором для устройства детей.

Я не хочу обсуждать вопрос, как из двух вариантов: плохого и нехорошего - выбрать. Моё глубокое внутреннее убеждение, основанное на практике и мнении ученых, а также поддержанное законодателем: один приемный ребенок - на одну приемную семью (во всех формах). Исключение - сиблинги (дети, которые росли вместе) - их надо передавать в одну семью. Во всех остальных случаях передавать в семью нескольких детей (тем более сразу или почти сразу, даже по одному в год) - это гробить и семью и детей. Ничего из этого хорошего не будет.

При этом, хочу подчеркнуть, что историю отца Алексадра я читал только в варианте его версии, но мне этого даже достаточно, чтобы сказать о том, что передача такого количества детей в одну семью - даже не разбираясь в остальном - очевидная ошибка органов опеки. Распространенная ошибка. Ряса и благообразная борода священнослужителей обладают, не иначе, гипнотическим воздействием. Мирянину бы не дали семерых ну никак.

Антон, отцу Александру дали четверых, а в результате у него осталось двое. В смысле, семерых ему не давали точно.

Да, разумеется, я понимаю, что профессия не гарантирует детской безопасности. А в случае со священником, наоборот, есть много шансов, что используются, скажем, физические наказания. Касательно материального положения - судя по всему, там нет больших проблем. Большой дом, набитый техникой, постоянные поездки во Владивосток (300 км) и в Москву. Мы в любом случае пока не знаем мнения другой стороны, и это, кстати, тоже напрягает: почему бы не рассказать, как все было, если со стороны инспекторов не было нарушений?

"Другая сторона", во-первых, напугана до смерти (я так думаю) вниманием ко всему этому, во-вторых, не умеет общаться с обществом, ну, и в-третьих, не считает нужным оправдываться вообще.

Думаю, что не по злому умыслу, а по неотёсанности и дурости.

И ещё одно соображение: в отличие от о. Александра, "тётушки из опеки" "есличё" будут отвечать за разглашение персональных данных и подробностей жизни несовершеннолетних. И этого они (правильно делают!) тоже опасаются.

Кстати, последний момент существенный, и мне это в голову не приходило.

Эта история во всем мире одна.  Как защитить детей от неблагополучных семей, но в тоже самое время не пропустить случаи насилия над детьми в благополучных (а такие ведь бывают). На мою одну подругу соседи вызвали службы опеки за то, что она грудного ребенка (закутанного во всяческие одеяла) на мороз в свой личный двор выставила. 

Но я понимаю, что у нас наезды на благополучные семьи единичны, а вы боитесь того, что этим службам будет выгоднее (в смысле получения взяток) наезжать на благополучные...

Да, проблема...

Эту реплику поддерживают: Наталья Конрадова, Юлия Побитова

Разве не шикарный способ давить на инакомыслящих и свободномыслящих? На внесистемных? Это помимо принесения людей и детей в жертву бюрократии, страховой медицине, бюджету детских домов и тд.

Юлия, пока практика людей, которые так или иначе задействованы в подобных историях, показывает, что родителей есть, в чем упрекнуть - пьянство, наркомания, жестокое обращение в детьми и т.п. Очень страшно, что кто-то придет и отберет ребенка. Это иррациональный страх. Но если попытаться проанализировать, случаев бессмысленных пока вроде бы не было.

Не знаю только про отца Александра - здесь как раз та ситуация, когда нужно быть очевидцем. Но зато я знаю, что на одном из судов рассматривался случай, когда его жена стукнула приемную девочку скакалкой. Разумеется, это не должно привести к отлучению ребенка от семьи, в любом случае.

Любых родителей есть в чем упрекнуть, Наталья.

В этом-то и проблема.

Потерять ребенка - пусть даже временно - это самый сильный страх для любой, за редким исключением, матери.

И этот страх вполне рационален.

Что касается ювенальной юстиции как таковой, то лично я была и остаюсь категорически против.

Хотя бы по той причине, что прав у ребенка по умолчанию очень много, а ответственности - никакой.

Тут всё просто.

Есть права - есть ответственность.

Нет ответственности - нет юстиции.

Ольга, права ребенка основываются именно на том, что он не в состоянии защитить себя сам. Вы полагаете, что права ему можно выдавать только вместе с ответственностью? Или отобрать права? А что делать с теми, кого бьют и насилуют родители?

Тут действительно вечная проблема, как Маша выше написала: нащупывать границу между ответственностью государства и правами семей в каждом случае приходится заново.

Эту реплику поддерживают: Елизавета Титанян

Наталья,

не в нашей стране вводить ювенальную юстицию.

Пока, к сожалению, она будет только во вред.

Как Вы думаете, сколько пар откажутся заводить детей после первого громкого случая, когда какой-нибудь обидевшийся юнец отберет через суд квартиру у собственных родителей прикрывая собственные интересы данными ему правами?

То есть сколько из-за этого детей не родится?

Я утрирую, конечно.

Но смысл понятен.

И да, я считаю, что выдавать кому бы то ни было права необходимо исключительно вместе с обязанностями и ответственностью.

Может быть это профессиональное "выгорание" или даже цинизм.

Но дети учатся добиваться своего зачастую не представляя себе последствий или же игнорируя их.

И еще я уверена, что у проблемы детей, подвергающихся насилию (или чьи права ущемляются) есть другое решение.

Вы недавно были участником такого события.

Ольга, про отъем квартиры юнцом у своих родителей ничего сказать не могу, но мне кажется, что это совсем отдельная ситуация. Я думаю, что у детей должны быть права, потому что в противном случае никто не поможет ни детям алкоголиков и наркоманов, ни детям, которых избивают родители. Скорее всего, я и не смогу перечислить все те случаи, когда приходится забирать детей, чтобы спасти им жизнь.

Совершенно отдельно стоит вопрос, как именно защищать их права. Например, ключевой ценностью должна оставаться семья, а главной задачей опеки - сохранить ее, но не отобрать ребенка. Почему они этого не делают, мы примерно понимаем. Нет привычки, нет ресурсов, нет системы поддержки семей (есть только система наказания) и т.п. Мы даже знаем, как решать эту проблему - для начала организовать обучение для персонала опеки. Кое-где это уже произошло (на деньги иностранных благотворителей, разумеется).

Наталья, у детей должны быть права - это без сомнения.

И у них должны быть обязанности - как минимум!

неисполнение обязанностей может вести к ущемлению в правах.

таким образом возникает ответственность.

Это - основа основ.

У нас, в нашей стране нельзя давать права без ответственности ни в коем случае.

примеров этому - куча.

почему опека так рьяно забирает детей из семьи даже если в семье всё хорошо?

потому что никто из них не несет ответственности за свои ошибки.

почему у нас в стране так плохо с дорогами? отчасти потому, что никто из строительных организаций не несет никакой ответственности за сданный объект - все ремонтные работы ведутся в основном за счет бюджета, то есть за наши деньги. в Европе дают гарантию на 15-25 лет. У нас о таком никто и не слышал.

Почему у нас во власти творится беспредел?

потому что за свои [ошибки] никто, пока он во власти, не отвечает.

Дети учатся манипулировать взрослыми с самого первого вздоха - отчасти их крик есть способ привлечь внимание. Позже это становится инструментом влияния.

Можно сколько угодно объяснять, что так делать нельзя - пока ребенку это выгодно, он будет это делать. Давая ребенку такой мощный инструмент для манипуляций нужно хоть немного себе представлять, чем это может обернуться.

Никто не помнит историй, когда сбежавшие дети жаловались на жестокое обращение и унижения только из-за того, что администрация ДД запретила им просмотр какого-то фильма?

Где-то недавно мелькало, не могу найти...

В любом случае, Наталья, государство обязано помогать семье воспитывать гражданина - это его, государства, прямая обязанность.

А в нашем случае государство помогает ребенку понять, что за свои действия, какими бы они ни были, до определенного возраста можно не отвечать.

Совсем.

Да уж, судам страны с позорным количеством сирот в детдомах  только о скакалках и думать.

Кстати, в России самое высокое количество изъятий детей из семей.

Это меня почему-то не удивляет. Призрак обобществления продолжает веять над. 

Государство считает, что люди - для него.

Батюшка считает, что люди - для бога.

А между тем - люди для себя и друг для друга, но по свободной воле. А государство и религия как институты - лишь подспорье для реализации их нормальной бытовой жизни и духовного единения.

Как только это станет принципом жизни людей - самоуничтожение прекратиться. И дети будут жить в нормальных семьях.

Эту реплику поддерживают: Евгений Апакидзе

Ищу. Пока эта информация от Лена Альшанской, которая цитировала европейских правозащитников на одной из международных конференций пару лет назад.

Конкретика очень требуется в этом вопросе. Потому, что сказать-то можно запросто... А сравнить в разрезе детского населения? А посчитать, сколько возвращают затем родителям?

Много вопросов. Будет цифра  - попробую прокомментировать.

Ну только одно можно сказать. Заставь дурака Богу молиться, так он и лоб расшибет. И ведь не находится среди сотрудников опеки, ни одного вменяемого человека, который бы заставил высшее руковдство задуматься о правомерности таких планов.

Млада, ну это же система, бюрократия. В ней не выживают люди с душой и совестью. Приоритет и бог там - циркуляр. Люди - рабы бумагооборота. И надо еще радоваться, что они берут взятки. Иначе - смертоносная тупая машина.

В этой системе думают начальники, а кто не начальники - те дураки. 

Священник стал с ними разговаривать на их бумажном языке - ну вот и поплатился.

Ну так не хочется мне в это верить! Юлия! Ну ужас как не хочется. Уверена, что люди просто боятся, боятся выразить свое мнение.

Размышления на тему

Любой приёмный родитель, в отличие от родителя биологического, все время находится "под колпаком". Его пристально разглядывают окружающие (среди которых много недоброжелательных, да и просто недалеких), его все время контролирует опека, к приёмным детям более пристальное внимание в школах и детсадах. Сколько детей попадает в ожоговый центр ежедневно, обварившись кипятком? Обычных, не приёмных? Да все отделения во всех детских больницах - 99,9 процентов детей "домашних". Однако стоило попасть туда усыновленному Глебу Агееву - и сделали из этого громкую историю. Именно этот случай "слил" подкупленный желтым изданием врач... а не двадцать пять других, которые произошли за время его дежурства.

А сколько приёмных мам срочно берут отпуск и сидят дома с ребенком после очередной скандальной статьи на эту тему? Потому что - "написали в газете и по телевизору показали, что какие-то изверги сиротку замучили, а у моего синяк на ноге - не дай бог чего подумают, и так смотрят, как на ненормальных". Ну не любят у нас тех, кто чем-то выделяется, а принятие в семью ребенка пока не стало обычным, нормальным, житейским делом... и долго еще не станет, увы. А тут священник - вообще человек непонятный… Действительно непонятный. Неясно, что у него на уме и чего ждать.

Это я к тому, что многодетным и не очень богатым родителям пока опеки бояться рано. Вон нас сколько, приёмных - и отобрать ребенка проще некуда. Это биородителя прав лишить трудно: опустившаяся алкоголичка, устроившая из квартиры притон, у которой отобрали ребенка 7 лет, который говорить не умеет, только три матерных слова знает - за ней будут бегать, уговаривать, после лишения прав еще полгода дадут, чтобы одумалась и закодировалась, да и потом - если ребенок не в семье или в семье под опекой - у нее все шансы "восстановиться в правах". За приёмным родителем - усыновителем или опекуном - никто бегать не будет. Он как-то сразу по определению виновен…

Демонизировать опеку, действительно, не стоит. Как и в любой госструктуре, там есть типичные бюрократы советской закалки, которые видят человека только как олицетворение принесенной бумажки. Но огромное количество людей нормальных. Которые почему-то работают на этой, в общем-то, собачьей работе. За весьма скромные деньги. Это совсем не то место, где есть возможность жить за счет взяток. Отобрать ребенка - совсем даже не проще всего. И премий за это не выплачивают, и хлопот не оберешься. Проще сделать вид, что не заметили проблемы. И учитывая количество неблагополучных семей, откуда детей забирают в детдома - это, к сожалению, более распространенный вариант решения проблем опеками.

Ох, и много же всего можно сказать на эту тему...

Елена, а у Вас были случаи общения с опекой по поводу ненадлежащего ухода за приемным ребенком? Они вашу семью как-то контролируют?

Они всех контролируют :)

Но конкретно наша семья у них на хорошем счету (особенно сейчас, когда они наш журнал получают, но и до этого так же было). Настолько, что уже 7 месяцев не могут к нам в гости дойти и посмотреть, как мы устроили третьего ребенка. У нас пример как раз очень адекватной опеки. Просто я с большим количеством приёмных родителей общаюсь и много разных историй наслушалась. И с некоторым количеством опек имею дело по работе. Думаю, в отношениях с опекой очень много от самого родителя зависит. Если начитаться ужасов в прессе и с первого же визита воевать - да, конечно, все может быть сложно. Однако ребенка просто так, ни с того ни с сего, на основании плохого настроения начальницы опеки никто не отберет. Неблагополучные семьи контролируют сначала некоторое время, а уже потом приходят. У нас летом дочка, еще до того как официально было усыновление оформлено, руку сломала, например. Будь другие отношения - могли и усыновление запретить.

А про планы по отъему детей Вы никогда не слышали?

Если такие планы существуют в принципе -

то это скорее всего извращенные местными чиновниками какие-то директивы сверху. Иначе это прямое нарушение Семейного кодекса. Ни в одном законодательном акте, связанном с детскими и родительскими правами, этого не может быть написано по определению.

Да, в законах ничего такого быть не может, это понятно. Просто совсем разные источники, и не только ярые противники "ювенальной юстиции", говорят о существовании неких "планов". Теоретически поверить можно, но доказательств никаких.

Эту реплику поддерживают: Елена Фортуна

Ну а источники - кто?

Либо люди со стороны, которые просто рассуждают на популярную тему, либо так или иначе пострадавшие от якобы неправомерных действий органов опеки? Да у нас в стране толком никто не знает, чем вообще опека занимается, кроме "отъёма" детей, в том числе и "пострадавшие". А эта "деятельность" - ну максимум 1 процент от их загрузки. Поэтому вольно домысливают, кому что вздумается.

Ну вот дождемся, что скажет знакомая Таты (она писала об этом в комментарии выше). Собственно я и хочу понять, откуда эта история про "планы" взялась.

А чем в основном занимается опека?

Чем занимается опека

Защитой интересов всех недееспособных или ограниченно дееспособных в силу закона граждан. Скажем, без участия опеки не совершается ни одна сделка с недвижимостью, где прописаны дети или инвалиды - она следит, чтобы были учтены их интересы. Вопросами опеки над стариками и инвалидами. Семейным устройством детей-сирот. Приёмными семьями - опекунами и усыновителями (а в МО, например, еще и назначениями льгот и выплат им). Опека постоянно участвует в различных судебных процессах по всем вышеперечисленным поводам. В сотрудничестве с КДН и социальными педагогами школ они выявляют неблагополучные семьи (а потом месяцами и даже годами их могут просто держать на контроле, и только потом инициировать лишение родительских прав или ограничение, если ситуация ухудшается). Учитывая, что в каждом отделе опеки и попечительства не по сто и даже не по десять человек (а от 2 до 5 примерно), объем работы неплохой такой получается.

Спасибо, понятно. Например, понятно, что у них просто нет времени, чтобы разбираться в каждом конкретном случае, и нет ресурсов, чтобы эти случаи решать на месте, а не изымать ребенка.

Полгода назад после митинга я дал свою визитку Евгении Чириковой, лидеру движения "В защиту Химкинского леса". Теперь мне регулярно приходят сообщения от защитников Химкинского леса. Сегодня пришло такое: 

.

На квартиру к соседям лидера Движения в защиту Химкинского леса Е.Чириковой (ул. Москвина г. Химки) 21 февраля пришли органы опеки и попечительства - "главный специалист Раиса Ивановна" и двое крепких мужчин. Они показали заявление, которое якобы поступило от соседей, - о том, что Чирикова плохо обращается со своими двумя детьми - дочерьми 9 и 4 лет, морит их голодом, бьет и т.д. При этом соседи полностью отрицают, что писали такое заявление, которое является заведомой ложью.Чирикова записала на видео свой разговор с Раисой Ивановной, где требует объяснений происходящего, см. http://ecmo.ru/news/n-1566/

Мы просим всех звонить в органы опеки и попечительства г. Химки и требовать от них объяснений происходящего с Чириковой! Тел. 575-72-92 ,адрес - Химки, ул. 9 мая, д. 3а, каб. 3.Напомним, что совсем недавно, 10 февраля, другая защитница Химкинского леса Алла Чернышева вместе со своими дочерьми 4 и 6 лет была принудительно доставлена на допрос в химкинский ОБОП, где ее пытались обвинить в подкладывании муляжа бомбы на акции в защиту Станцииюннатов. 4,5 часа детей держали в прокуренном помещении отдела по борьбе с оргпреступностью и не давали возможности родственникам забрать их. При этом Чернышевой говорили, что ее посадят вместе с Чириковой, а детей отберут.

.

Какой же ужас.

жуть какая

хотя не то, чтобы это сильно удивляло.

Надеюсь, у них есть выходы на хорошего адвоката и возможность масштабной огласки.