Как спасти российскую науку

+T -
Поделиться:

Известно: в России мало сильных ученых, потому что их некому учить; и их некому учить, потому что мало сильных ученых. Профессор Павел Певзнер, приехавший в Россию из Калифорнии по президентской программе мегагрантов, придумал особый рецепт для решения проблемы курицы и яйца

Когда триста лет назад обсуждался вопрос о создании в России академии путем привлечения заграничных ученых, Татищев писал Петру I: «Учить некого, ибо без нижних школ академия оная с великим расходом будет бесполезна». Вся суть российской ситуации в том, что сегодня страна располагает бесценным ресурсом, «нижними школами», который она не может использовать: например, физико-математическими спецшколами, готовящими победителей международных олимпиад, и несколькими вузами, готовящими отличных бакалавров и магистров. Но чтобы в стране работала и воспроизводилась наука, этих молодых людей необходимо обучать в аспирантуре: ведь главная рабочая сила, которая способна осуществлять проекты вроде Сколково, — это так называемые постдоки, то есть, говоря по-русски, молодые кандидаты наук. Проблема в том, что посредственный ученый может подготовить отличного бакалавра (и даже магистра), но подготовить аспиранта мирового уровня ему не под силу. Это приводит к замкнутому кругу: поколения посредственных ученых порождают следующие поколения посредственных ученых.

Проблему курицы и яйца можно решать двумя способами. Оба освоены странами вроде Сингапура и Китая, оба предлагаются сегодня для России и оба обречены здесь на большие трудности, поэтому я предлагаю рассмотреть третий путь.

Первый путь — отправлять аспирантов учиться в лучшие мировые университеты; недавно был озвучен план российского правительства отобрать для этого 2000 выпускников вузов; это будет стоить всего лишь порядка 100 миллионов долларов в год. Проблема в том, что, если не создать в России рабочих мест для них, они не вернутся. Но рабочие места к 2016 году не возникнут, потому что для этого нужны сильные профессора, которые будут вести такие лаборатории, а их нет.

Второй путь — это попытка решить проблему таких рабочих мест: пригласить профессоров из-за границы, по программам вроде нынешних мегагрантов, чтобы они учили аспирантов на месте. Это пытался делать Петр I, но с важными нюансами. Когда он начал приглашать иностранных ученых в Россию, быстро стало понятно, что первоклассный состав набрать не удается: именитые ученые считали поездку в Россию мероприятием сомнительным (хотя им и предлагали невиданные 1000-рублевые оклады). Попробовали вместо именитых ученых приглашать их детей (в надежде, что способности к науке передаются по наследству). Дети и ученики именитых ученых (такие как великий математик Леонард Эйлер) и осуществили Первую Российскую Модернизацию.

Современные мегагранты отличаются от петровских: Эйлер приехал в Россию на 30 лет, в то время как мегагрантщики, будучи состоявшимися профессионалами, не торопятся оставлять позиции на Западе (они проводят в России только четыре месяца в году в течение двух лет). На подготовку аспирантов мирового класса нужно гораздо больше времени. Взлет сингапурской науки в последнее десятилетие во многом объясняется тем, что ученые перебираются в Сингапур на постоянную работу. Плюс в Сингапуре теплый климат, англоязычная среда и отлаженная система поддержки науки, чего не скажешь о России.

Я вижу третий путь, которого ни у Сингапура, ни у Китая не было, когда они начали преобразовывать науку 10 лет назад. Решение, на мой взгляд, должно опираться на уникальный ресурс, который отличает российскую ситуацию: несколько сотен ученых мирового уровня, которые разбросаны по стране в рамках двух систем — РАН и университетов. Собравшись вместе, эти ученые могли бы сформировать современный университет мирового уровня, что в России сегодня, к сожалению, отсутствует (даже МГУ не входит в сотню лучших в мире, Сингапур далеко впереди). «Единственный» вопрос, который осталось решить, — это как собрать российских научных звезд под одной крышей и обеспечить их приличным  финансированием, чтобы их лучшие студенты оставались в России, а не уезжали за границу.

В мировом опыте известен способ, позволяющий объединять рассредоточенный таким образом людской ресурс в элитную организацию. Приведу пример Медицинского института Говарда Хьюза (HHMI): по этой системе 300 ученых (включая 13 нобелевских лауреатов) из десятков университетов и исследовательских институтов по всему миру получают гранты на пять лет, которые полностью финансируют работу их лабораторий и подготовку аспирантов. Эта система никак не привязана ни к городам, ни к конкретным организациям, она выстраивает некое интеллектуальное сообщество; эти ученые сотрудничают друг с другом и продуктивно общаются на конференциях.

Если создать по этому образцу некий «Российский национальный университет» (РНУ), который объединит оставшихся в стране активно работающих крупных ученых, предложить им основать 200 лабораторий мирового класса и мирового уровня финансирования в разных городах и учреждениях и вменить им в обязанность подготовку 2000 аспирантов за пять лет, здесь может быть двойная выгода: такое обучение будет дешевле, чем за границей, аспиранты останутся и будут работать в стране, а за время своей аспирантуры послужат рабочими руками для лабораторий. Вместе со Сколковским институтом науки и технологий (совместный проект Сколково и MIT) РНУ имеет шанс войти в 100 лучших университетов мира и создать предпосылки для новой русской модернизации.

Говоря о потенциальном корпусе российских профессоров мирового уровня, нельзя не упомянуть несколько ключевых проблем, которые возникнут при его создании. С одной стороны, России есть чем гордиться: в математике и физике она была (и в некоторых подобластях остается) великой научной державой. Ситуация гораздо более печальна в computer science (информатике) и биотехнологии — двух ключевых дисциплинах, которые сегодня диктуют моду в Кремниевой долине. Например, в списке 500 ведущих computer scientists из 22 стран нет ни одного российского ученого. Если хотим построить Сколково, нужны тысячи таких постдоков, воспитанных учеными мирового уровня. Если эта цель недостижима, Сколково станет зоной аутсорсинга, где недоученные российские ученые будут работать под удаленным руководством западных — и не над хай-теком, а над чем-то рутинным.

Другая проблема — необходимость высоких стипендий для аспирантов (по крайней мере в таких дисциплинах, как computer science, которые являются ключевыми для современной модернизации), которые позволили бы им целиком отдаться научной работе. В России по-прежнему бытует миф, что российские computer scientists и программисты — лучшие в мире. К сожалению, это миф, в который верят только в России: поскольку стипендии невелики, а зарплаты для молодых программистов относительно солидны, все, кто хоть как-то умеет программировать, как правило, подрабатывают, учась в аспирантуре. Как же они могут конкурировать с аспирантами, например, MIT, которые 100% своего времени посвящают исследованиям?

Самый важный момент, необходимый, чтобы идея РНУ сработала: надо будет выбрать 10-15 специалистов из каждой дисциплины, чтобы сформировать исходные кафедры. Это непростая задача, поскольку в России сложно найти экспертов для оценки годности кандидатов, не создав конфликта интересов. Существующая сегодня в России система раздачи грантов не вызывает доверия у большинства ученых — они видят тут форму «распила»; поэтому для выявления исходного корпуса из годных 200 профессоров годится лишь индекс Хирша — формальный критерий, который используется во всем мире и вычисляется на основе количества ссылок на работы данного ученого в публикациях других ученых. Правда, индекс Хирша не идеален и выручит не во всех областях: в «отставших» областях (как компьютерные науки и биотехнология) придется полагаться на совсем молодых российских звезд, у которых индекс Хирша еще не вырос, или даже, подобно Петру I, завозить их на постоянное жительство из-за границы. Для независимой оценки таких кандидатов, конечно, нужен совет из международных экспертов.

Развитие такого сообщества может идти параллельно с происходящим сегодня «нашествием варягов», привлечением мировой профессуры в рамках очень полезной программы мегагрантов — путем, опробованным Китаем, Малайзией, Саудовской Аравией. Но у России есть собственные научные традиции, ученые мирового уровня и талантливые  студенты — и их надо использовать. Только стоит поспешить: еще лет десять — и аспирантов, как и профессоров, придется приглашать из Китая. Так что главный вопрос: есть ли в России сегодня Хьюзы, Стэнфорды и Вандербильды, готовые не только приглашать в Россию футбольных звезд из Нигерии, но и заложить основу для российских интеллектуальных центров?

Ректор РЭШ Сергей Гуриев считает, что русские профессора ни за что не смогут построить исследовательский центр мирового уровня: они не знают, как это делается. Физик-теоретик, профессор Михаил Фейгельман говорит, что многие из них поездили по заграницам и знают, как надо, а еще они хорошо знают, как все устроено внутри страны, что важно для успеха

Читайте также

Комментировать Всего 81 комментарий

Я хочу задать вопрос Михаилу Фейгельману, одному из создателей проекта "Корпус экспертов"  (подробнее тут):

Ваш Корпус как раз создавался как список ученых, способных отличить хорошие работы и быть объективными. Павел пишет, что сам по себе индекс Хирша - не всегда подспорье для отбора сохранивших дееспособность профессоров; может ли ваш Корпус быть полезен для отбора ученых в предлагаемый Павлом "российский национальный университет"?

о Корпусе экспертов

Действительно, "Корпус экспертов" создавался (начиная с 2007 года) именно для того, чтобы создать хотя бы принципиальную возможность адекватной научной экспертизы в России. В этом смысле  его можно использовать и для тех целей, о которых идет речь в предложении Павла. Однако надо иметь в виду вот что: пока в "Корпусе" имеются главным образом специалисты по  физике и астрономии, по части биологии (молекулярно-клеточной преимущественно) и в некоторых смежных областях. Вскоре будут объявлены первые результаты поиска экспертов по химии. Мы рассчитываем запустить также опросы по поиску экспертов по "наукам о Земле" (геология, геохимия и проч.). В то же время область computer science совершенно не представлена в этом проекте и, по-видимому, не может быть в нем представлена. По крайней мере, мы не знаем, как адаптировать методику поиска экспертов, которую мы использовали, для нужд computer science, здесь, вероятно, нужны какие-то новые идеи. По математике такой опрос провести можно, он не был до сих пор проведен скорее потому, что коллеги-математики, кажется, не испытывают в нем большой потребности (у них положение, кажется, в целом лучше, а такие проекты начинаются только от осознания безвыходности сложившегося положения). Все подробности нашей методики изложены на сайте проекта  http://expertcorps.ru, они требуют довольно внимательного изучения, чтобы избежать недоразумений. Павел совершенно прав в том, что использование лишь простейшего критерия типа "индекс Хирша" не может дать адекватного результата. Вообще нет ни единого "автоматизированного" критерия, при помощи которого можно было бы эффективно решить такую задачу без использования экспертных оценок.    Если же комментировать в целом предложенную Павлом идею, то тут возникает еще много дополнительных сложных вопросов. Я постараюсь на эту тему высказаться отдельно несколько позже.

Обращаюсь к Сергею Гуриеву, одному из авторов идеи (я правильно понимаю?) отправки аспирантов за границу: Сергей, что Вы думаете про критику Павла? станут ли они возвращаться?

Павел совершенно прав. Создавать такие центры тоже надо. Когда в 2009 году Совет по науке, технологиям и образованию попросил меня прислать предложения о реформе науки, мы с Игорем Федюкиным написали небольшой доклад (одна из версий доклада была потом опубликована в журнале "Экономическая политика" http://www.polit.ru/article/2009/12/16/russcience/ ), где создание таких центров было включено в очень короткий список приоритетов. 

Эта идея настолько правильная, что она уже тогда витала в воздухе, и, соответственно, был создан Курчатовский центр (куда, по идее, собираются активные исследователи и из РАН, и из вузов), а сейчас создается Сколковский институт науки и технологий (вместе с MIT).

Как обычно, проблема в деталях. Как отобрать активных/конкурентоспособных исследователей? Как создать стимулы для них и для аспирантов? Кто будет руководить таким центром? Часто Курчатовский центр и Сколково критикуют за то, что в них на эти вопросы даются неправильные, по мнению критиков, ответы. Обычно критики (успешные российские ученые, работающие за рубежом) удивляются, что очевидные (для профессоров американских университетов) вещи не реализуются в России. 

Дело в том, что российские ученые без опыта работы за рубежом не могут построить исследовательский центр на современных принципах — просто потому, что они их не понимают. Поэтому крайне важно создать в России критическую массу "возвращенцев". Вопрос критической массы стоит очень остро. Например, даже на конкурс мегагрантов подается всего лишь 500 заявок (и, мягко говоря, не все из них выдающиеся). Опять-таки, не вполне очевидно, удастся ли Сколковскому институту набрать профессоров для магистратуры на 600 человек (а ведь у них есть и кампус, и деньги, и поддержка MIT). Так что аспирантура на 2000 аспирантов может быть просто нереалистичной мечтой (я рад ошибиться, но, чтобы доказать, что я не прав, надо всего лишь создать такую аспирантуру). 

Именно для создания критической массы и нужна программа "отправки аспирантов за границу"

http://www.snob.ru/selected/entry/37448

На самом деле эта программа ("первый путь" в терминологии Павла) ставит своей целью возвращение специалистов в Россию (то есть "второй путь") — об этом я написал колонку в октябрьский «Форбс». Без этой программы нет шансов и на успех третьего пути, ведь РНУ просто некому будет строить.

а вот и нет!

Сергей пишет:

"Дело в том, что российские ученые без опыта работы за рубежом не могут построить исследовательский центр на современных принципах — просто потому, что они их не понимают".

Не соглашусь. Знаю российских ученых, которые вполне были бы в состоянии создать современный исследовательский центр в России. Потому что они, работая главным образом в России, за много лет сотрудничества с разной заграницей вполне себе уяснили, как это может и должно работать. И к тому же существенно лучше давно уехавших коллег понимают, как здесь все устроено, "на местности".

Эти российские ученые не могут решить такой задачи по совсем другой причине: они не знают, где на это денег взять. Госструктуры им заведомо не дадут ничего, бизнесмены тоже покуда не торопятся....

Эту реплику поддерживают: Любовь Федоренкова

В том-то и отличие: ученые с опытом работы за рубежом знают, как искать деньги.

Они знают, как искать деньги там, за границей — это верно.

При чем тут умение их искать в России? "Два мира — два Шапиро". Или они будут "западные" деньги в Россию приводить? Ну как-то очень сомнительно...

Эту реплику поддерживают: Любовь Федоренкова

Умение искать деньги на проекты  - это хорошо, но ни один бизнесмен не будет вкладывать в НИОКР по ОТЯР. По этому мое мнение - что важно изменять отношение гос структур к науке. А вопрос вопрос организации тех кто уехал работать за груницу - это лакмусовая бумажка для РФ и его руководства

Эту реплику поддерживают: Любовь Федоренкова

важный P.S.

Только не следует понимать мой коммент выше как непризнание важности привлечения коллег из-за границы. Разумеется, это необходимо — прежде всего потому, что тех, кто работает здесь и еще умеет работать "на уровне", очень мало осталось. 

Спорил я с конкретным видом мотивации, приведенным Сергеем.

Правильно ли я понимаю, что деятельность Ковальчука вызвана тем, что у российских ученых мало опыта работы за рубежом?

Мне трудно судить о том, что происходит в Курчатовском институте. Я слышал и положительные, и отрицательные отзывы. Но критики Ковальчука говорят именно о том, что там управление устроено не так, как в нормальном западном университете или исследовательском институте.

Я имею ввиду. что нет смысла набирать "опытных" на нижние звенья, если наверху в жутко централизованной системе все решения все равно принимаются на уровне "а назначим брата друга по "Озеркам"".

Это похоже на надежду, что система кафкианской бюрократии рассыпется, если туда поставить суперкомпьютеры. Не рассыпется, поскольку держится не мелочной суетой с бумажками внизу, а ключевыми решениями наверху.

нужна уверенность, что "опытные" специалисты будут иметь возможность попадать на уровень принятия решений. Иначе вся эта затея - пустое дело. В лучшем случае специалисты не вернутся ("лучший", потому что их знания и опыт хоть где-то окажутся востребованными).

Эту реплику поддерживают: Любовь Федоренкова

Хочу спросить Андрея Цатуряна, работающего в Институте Механики МГУ. Андрей был долгое время как раз держателем гранта Ховарда Хьюза. Он жил в России - и смог воспитать за это время как минимум одного аспиранта - мирового уровня.

Андрей, как твой опыт соотносится с идеей Павла? Сколько нужно времени и денег, чтобы из твоей лаборатории выпускались аспиранты твоего же уровня?

Илья,

я, действительно, был одним из примерно 40 российских ученых, которые получали гранты Медицинского Института Говарда Хьюза (HHMI) в рамках их программы для Восточной Европы, действовавшей в 1996-2005 гг. Из российских получателей этих грантов один стал академиком, четверо – член-коррами, двое – получили в прошлом году «мегагранты». Мой собственный опыт подготовки аспирантов невелик, могу похвастаться лишь одной ученицей, которая, по-прежнему, работает в России и публикуется в журналах мирового уровня, хотя ей предлагали позициии в ведущих лабораториях мира. У неё растёт замечательный сын, а сама она, дай бог, скоро защитит докторскую. Знаю, что лаборатории многих коллег, которые получали гранты HHMI, опустели – талантливые молодые кандидаты наук разъехались по миру или ушли в бизнес, а поддержание сколько-нибудь пристойного уровня зарплаты аспирантов и постдоков, обеспечение исследований приборами, материалами и реактивамии стало практически неразрешимой проблемой. Думаю, что и количество, и уровень публикаций большиства этих лабораторий тоже снизились, хотя для точного ответа на этот вопрос надо провести отдельное наукометрическое исследование. Замечу, что размер российских грантов HHMI не был «заоблачным», не более 100 тыс. долларов в год на лабораторию, а не 1-1.5 млн. как у Исследователей HHMIв США и не 5 млн. на два года, как российские «мегагранты».

Идея Павла об огранизации в России распределенного национального университета, РНУ, наподобие HHMI с 5-летними грантами кажется мне привлекательной, по крайней мере, намного более разумной, чем привлечение «варягов» в рамках 2-летних мегагрантов или других подобных проектов. Кстати, получатели грантов HHMIбыли обязаны проводить в России не менее 8 месяцев в году, а не 4, как «мегагрантники».

Сейчас в Москве стартовая зарплата толкового выпускника мех.-мата и ВМК МГУ или МФТИ, ушедшего в бизнес, составляет около 60 тыс. рублей в месяц. Аспиранту нужно платить хотя бы половину этой суммы, а молодому постдоку, - по крайней мере, столько же, чтобы обеспечить качество жизни на том же уровне, как у специалистов его ранга в Европе, Северной Америке, Японии или Сингапуре. Лишь при таких зарплатах научная карьера в России станет привлекательной не только для тех немногих фанатов-бессеребренников, которыми, слава богу, по-прежнему, богата наша страна, но и для других способных выпускников вузов. Ну, а дальше, в зависимости от области науки, нужны большие или меньшие деньги на оборудование, материалы и реактивы, командировки на конференции и на легальные «откаты» НИИ или ВУЗу на поддержание их инфраструктуры, по-английски, overheads.

Вопрос об экспертизе при выборе профессоров РНУ, действительно, весьма болезненный для всех, кто хоть отчасти знаком с организацией финансирования науки в нашей стране. Однако при наличии политической воли, его вполне можно решить с помощью Корпуса экспертов, составленного самими учеными. Это, на мой взгляд, более правильный подход, чем ориентация только на индекс Хирша. Конечно, без международной экспертизы тут не обойтись.

Серьезное обсуждение поднятой Павлом технической проблемы «курицы и яйца» имеет смысл лишь в том случае, если в стране имеется настоящий (не симуляционно-распильно-откатный) платежеспособный спрос на «курятину» науки и «яичницу» модернизации. Вот на этом месте у меня серьезные сомнения, отчасти уже высказанные Владимиром, Русланой и Сергеем. Да и Павел с его почти годичным опытом руководства «мегрантом» в России, думаю, не сможет «дать гарантию на отсечение», что научная сторона «осуществления проектов вроде Сколково» является приоритетом кого-либо из его организаторов и руководителей. Если сумею сформулировать свою точку зрения на вопрос о том, кому и зачем нужна наука в России, напишу об этом позже.

вот про это подробнее, если можно

"свою точку зрения на вопрос о том, кому и зачем нужна наука в России, напишу об этом позже"

Андрей, было бы очень интересно узнать Ваше мнение на этот счет.  Я вполне согласен с  Вашими сомнениями насчет "платежеспособного спроса" со стороны  властей, но полагаю что властями страна не исчерпывается. Есть и другие  стороны процесса. 

подробнее

Михаил, не могу не согласиться - на государство надежды мало. Чувство безнадежности усиливается тем, что у «неплатежеспособного» государства нашлись серьезные по мировым масштабам деньги для строительства нано-био-инфо-когнитивного филиала коопертива «Озеро» в Курчатовском Институте. Там, насколько мне известно, находится единственный в мире мраморный синхротрон. Это не шутка: кольцо накопителя, в котором вертятся электроны, окружено четырехметровой мраморной стеной. Помните, Старик Хоттабыч сделал Вольке мраморный телефон, у которого … не крутился диск и, вообще, по нему нельзя было разговаривать. Тут тоже диск не очень-то крутится: количество, не говоря уже о качестве публикаций, вышедших из Курчатовского синхротрона им. С. Хоттабыча в 2010 г., меньше, чем у одной из 52 станций Европейского синхротрона в Гренобле. Да и далеко не все эти публикации основаны на экспериментах, проведенных в Курчатнике. Зато, в отличие от других синхротронов, где я бывал, тут на станциях нет системы interlock, предотвращающей попадание человека в мощный рентгеновский луч.

К кому же апеллировать тем, кому не безразлична судьба российской науки и высшего образования? Кроме упомянутых Вами проектов фонда «Династия» Д.Е. Зимина, могу назвать еще два недавно организованных учебных заведения: школу анализа данных Яндекса и факультет математики в Высшей школе экономики (там деньги, кажется, отчасти государственные). Конечно, было бы замечательно, если бы деньги в науку и образование вложили и другие компании или отдельные бизнесмены. Мне кажется, что то, захотят ли они вкладывать деньги в науку, а не в футболистов, зависит не только от их доброй воли и позиции государства, увы, пока деструктивной, но и от общественной атмосферы в стране.

Вот тут, на мой взгляд, имеется существенный резерв. По-моему, научная общественность недооценивает роль общественного мнения и почти не пытается повлиять на него через СМИ. Я не говорю о «Троицком варианте» и некоторых интернет-сайтах, которые, в основном, адресованы самим ученым, хотя их системообразующая роль чрезвычайно велика и низкий поклон тем, кто из создал и поддерживает. Но ведь «за державу обидно» не только самим ученым, но и многим другим людям! В мае удалось отбить атаку на последний в России источник государственного финансирования науки при участии самих ученых с более-менее нормальной системой грантов – Российский фонд фундаментальных исследований, РФФИ. Думаю, не последнюю роль в этом сыграла поддержка некоторых СМИ, включая «Сноб», достучавшихся до своих читателей и слушателей. Другое дело, что сказав «А», не сказали «Б» и даже не попытались развить успех и добиться увеличения финансирования РФФИ, смены его руководства и отказа от одиозных распильных программ. Необходимое для лоббирования интересов науки умение общаться с журналистами и терпеливо, без высокомерия и занудства рассказывать про то, что кажется общественно значимым, и так, чтобы это было интересно, к сожалению, присуще лишь очень немногим из действующих российских учёных. Тут нам есть чему поучиться у зарубежных коллег, а для начала, видимо, надо попробовать объяснить Сергею Гуриеву, чем нам не нравится нынешний Курчатовский институт.

Эту реплику поддерживают: Сергей Миркин

с чего бы тут начать....

Андрей,

я неплохо наслышан относительно того, что есть "Курчатовский институт " , его директор, синхротрон и т.п.  Думаю также, что объяснять это Сергею Гуриеву нет надобности - и сам понимает. Также я хорошо знаком с недавней историей про атаку на РФФИ, да и  сам  участвовал в организации адекватного ответа.  "Развитие успеха", о коем Вы пишете, по-моему было совсем невозможно.  Впрочем, читайте в последнем выпуске "Троицкого варианта"  переписку Е.Онищенко и Минфина РФ

   По сути дела: Вы пишете про необходимость влияния на общественное мнение.   Мне представляется, что влиять на него  "в целом", так сказать, в пехотном строю - довольно безнадежно в имеющейся ситуации.  Ситуация-то скверная - типа "королевство Арканар" -  хотя и  с интернетом !  Без доступа к ТВ  сделать что-то глобально вряд ли возможно.  Да нас даже  и на  "Эхо Москвы" не пустят. 

Однако, проблема (и ее решение) , по-моему лежат в другом измерении.   В стране есть какое-то количество людей, обладающих следующим набором свойств:

1.  Считают, что страна Россия не  сводится к правящей  в ней группировке.

2. Понимают ценность науки и качественного  образования в такой мере, чтобы участвовать в их восстановлении.

3. Имеют достаточно азарта и авантюризма, чтобы заниматься делами,  шансы на успех в которых  невелики (это мягко сказать).

4. Хорошие профессионалы  в своем деле (не очень даже важно, в каком именно)

Мне кажется, количество таких людей весьма невелико в отношении даже не ко всему населению, но  и  к образованной его части.  В то же время, поскольку страна большая, полное  число таковых граждан может быть и заметным. Но они в большинстве случаев не знают друг друга.  И каждому кажется, что подобных почти и нет совсем!  

Так вот, мне представляется, что начать работу по части "изменения общественного климата"  следовало бы  с того, чтобы придумать возможность для обрисованного мною круга людей  узнавать о существовании друг друга.  Чтобы был некоторый заинтересованный круг, в коем можно обсуждать эти  вещи всерьез, придумывая что-то содержательное и не отвлекаясь все время например, на объяснения "зачем тут вообще нужна наука". 

  Я не считаю высокомерием  свое нежелание заниматься подобными объяснениями, я думаю пусть этим занимаются 30-летние молодые ученые, а у меня слишком мало времени осталось.

Переходя к Вашей постановке вопроса об общественном климате:  мне кажется, что  появление  "распределенного кластера" из граждан, которых я попытался обрисовать, приведет к каким-то полезным результатам (локальным).  А они - локальные результаты - и будут изменять вокруг себя общественный климат.  Как например существование "Яндекса"  и его "Школы данных" это уже делает.   По-моему, подходящее занятие для нас  - создавать зародыши реального дела в надежде, что они будут расти и размножаться.  

Как полагаете ?

проблема общественного мнения на частном примере

Андрей,

я понял что есть конкретная тема, по которой наверное следует приложить усилия по части "общественного мнения".  Речь  конечно не  про общество "в целом",  которому нет дела   до этого,   но о  немалой части тех, кто тут принимает решения.    Есть такой "парадокс":   точно  куда более половины стоящих научных  результатов в стране  (имеются в виду точные и естественные науки) создается  сотрудниками РАН,   при этом  как раз  отношение к РАН как структуре крайне плохое, и не только у членов кооператива "Озеро" и их обслуги, но  также  и у  вроде бы вменяемой  части  российского "политического класса",  экономистов в правительстве, минфине и т.п.     При этом сменить президента РАН на кого-то более  подходящего  столь же  невозможно, как и президента страны.   Как объяснить вменяемым людям, влияющим на конкретные управленческие решения, что РАН - это не ее Президиум (....)  - а  довольно много  хорошо работающих людей (помимо неработающих,  которые тоже конечно есть - как и везде)  ?  

У меня нет ответа на сей вопрос, но есть понимание, что его важно найти.

в продолжение

Михаил, согласен с Вами практически по всем пунктам, хотя мне, по-прежнему, жалко, что в мае, поднявшись с чувством безнадеги в защиту РФФИ, и, неожиданно легко победив, мы даже не попытались отодвинуть флажки подальше. Кажется, от продолжения шумной компании мог бы получиться больший эффект, чем от «голой» переписки с министерствами, точнее, второе без первого, как видно из упомянутой Вами публикации Евгения Онищенко, совсем не работает. Именно тогда я осознал, что тех, кто готов не только сетовать, но и что-то делать, намного больше, чем  казалось. Это касалось не только коллег-ученых, с энтузиазмом бросившихся подписывать письмо в защиту РФФИ, собирать подписи, которых за два-три дня набралось неожиданно много, и звонить знакомым академикам. Меня порадовала поддержка людей, не имеющих отношения к науке или к научной журналистике, того же «Эха Москвы», которое Вы упомянули. Я тогда написал Сергею Пархоменко про ситуацию с РФФИ и предложил рассказать об этом в его «Сути событий». Я не просил посредничества общих знакомых, мне было важно, чтобы Сергей откликнулся на письмо «человека с улицы». Он заинтересовался, позвонил, чтобы уточнить некоторые детали, пообщался с другими людьми «в теме» и посвятил передачу этой проблеме. Кто знает, может быть и это сыграло какую-то роль.

Тогда же я понял, что в стране есть много людей, которые «считают, что страна Россия не сводится к правящей в ней группировке», и «понимают ценность науки и качественного  образования в такой мере, чтобы участвовать в их восстановлении…».  Гораздо меньше вменяемых людей, и, чем дальше от науки, – тем реже они встречаются, которые понимают, «что РАН – это не ее Президиум, – а довольно много хорошо работающих людей...», а в вузах, кроме ректоров и коррупционеров, есть немало достойных ученых (это я от себя как человек более 40 лет связанный с МГУ). Чего многие из моих вменяемых собеседников совсем не знали, так это того, как организована наука в модернизированной части мира. Более того, этого не знают и многие квалифицированные и вполне продуктивные коллеги-ученые, которые, по каким-либо причинам не работали за границей и не печатались в международных журналах. Вот про это, на мой взгляд, и надо терпеливо и, по возможности, интересно рассказывать и объяснять, всем, кто готов слушать. Про то, как устроена peer-review  система рецензирования статей и заявок на гранты с непременным привлечением зарубежных специалистов; что единица производства «продукции» и финансирования в науке – это научная группа, лаборатория, а не НИИ или ВУЗ, и уж тем более не монстры, вроде Курчатовского института или МГУ; что бюджет научного учреждения должен в значительной мере складываться из отчислений грантов научных групп, и именно количество высокопродуктивных групп, а не «доступ к уху и телу» отличает Гарвард и Кембридж от университетов похуже …, впрочем, все это Вы знаете лучше меня. На мой взгляд, пока эта цивилизационная задача не будет решена, ничего не сдвинется с места. Единственная надежда на то, что мало-помалу необходимость перехода на международные стандарты оценки и финансирования науки станет общим местом, отказ от которого станет чем-то несовременным и почти неприличным как малиновый пиджак или золотые зубы. Так вошли в нашу жизнь ежедневная смена носков и использование ремней безопасности в автомобиле. Если такое светлое завтра настанет, то кому какое дело будет дело до того, кто возглавляет РАН, Курчатовский институт или МГУ. А если не наступит, то все схарчат и не подавятся.

Именно потому, что РФФИ – единственное более-менее нормально устроенное грантовое агентство в стране, доступное для ученых из РАН, ВУЗов и других учреждений, его судьба кажется мне такой важной, а угроза выхолащивания его базовых принципов и последующего установления тотального феодализма – фатальной, хотя при нынешних размерах грантов РФФИ российскую науку на них не только возродить, но и достойно похоронить невозможно.

Что касается площадки, на которой заинтересованные люди могли бы узнать о существовании друг друга и попытаться что-то сделать сообща, то я – целиком «за», хотя не представляю, как это могло бы выглядеть. Если у Вас есть идея – было бы очень интересно услышать.

Руслана - скажи пожалуйста, если бы у тебя в свое время был шанс учиться в такой аспирантуре, как описывает Павел - могло бы это быть стимулом для тебя, чтобы работать в России?

Если откровенно, то не знаю. В свое время мне было все-равно в какой аспирантуре учиться. В 90е Украине с аспирантурой было как после ядерного взрыва. Мне тогда было все-равно куда уезжать, главное туда, где эта аспирантура есть. Сейчас у меня опыта поболее и я подозреваю, что хиршхолдеры не меньшее зло, чем распил. Ну, может чуть меньше. Практически согласна с Кайгородовым по всем пунктам.

С практической стороны ключевая фраза вот:"аспиранты... которые 100% своего времени посвящают исследованиям". 100% это означает, что они там на работе живут. И я живу. Это означает, что ни один процент из этого времени нельзя оторвать на бытовую неустроенность. Представлять науку в отрыве от общей инфраструктуры как-то наивно. Я не могу себе позволить сидеть в очередях (к врачу, бюрократу и пр), толкаться часами в транспорте, стоять в пробках, делать ремонты и т.д. У меня на очередь три минуты, на врача 10 минут, на дорогу 20, на магазин - час в неделю. Тогда мы приходим к модели закрытых академгородков. Но раз уж я 100% на работе, то если у меня чудом оказывается свободное время, я не хочу ни секунды его тратить на ерунду, а хочу проводить с максимальной эффективностью: 7 часов и я на побережье Испании; а на выходные могу смотаться на Балтику.

Руслана, тут как-то все в кучу.

Т.е., с одной стороны я как бы согласен (и ниже написал), что инфраструктура важна. С другой, нельзя валить в кучу все, что написано выше. Так просто не бывает давно, а в мире не все так безоблачно. В той же Италии я часами сидел в очередях и к бюрократам, и к врачам. Пробки в Европе тоже, мягко говоря, видел. С другой стороны, при нормальном уровне доходов (что система, предлагаемая Павлом, предполагает) не надо высиживать врача в районной поликлинике, а ремонт делается легко и непринужденно.

У меня возникает подозрение, что  ты просто обобщаешь свой опыт 90х гг на Украине в сравнении со своим опытом сейчас у тебя в конкретном городе Германии. Это некорректно.

У меня часть знакомых не уезжает из Новосиба, скажем, ИМЕННО ПОТОМУ, что там им комфортнее по ряду перечисленных тобой причин.

Я действительно обобщаю. Раз у тебя  часть знакомых не уезжает из Новосиба, скажем, ИМЕННО ПОТОМУ, что там им комфортнее по ряду перечисленных тобой причин, это лишь подтверждает мой тезис, что инфраструктура это важный момент и что это связано с академгородком.

Предложенная модель подразумевает развитие научных центров в разных городах. Всюду так комфортно? А в Москве? А в селе? (вот я в глубокой деревне сижу сейчас). Как там с этим дело обстоит?

Только не все они в Академгородке живут .... И там он, если ты была, не так уж от города и отнесен. Не Дубна и не Пущино. :)

В Москве из перечисленных тобою проблем - только транспорт. Учитывая, что ученые могут жить в более свободном графике - и эта проблема легко решается. Остальное упирается в деньги. Но в системе Павла деньги предполагаются.

Сергей, я может действительно оторвалась от вашей действительности и это все враки http://www.nsktv.ru/vesti_nsk/2011/06/21/3244.html  http://www.nsktv.ru/vesti_nsk/2011/02/24/1395.html  Но мне кажется, что комфортность выглядит иначе. Особенно для тех, у кого есть дети.

а если скопировать и внесит в браузер?

По первому линку  новость из Новосибирской больницы о том, как ребенок не хотел оставаться в больнице без мамы и вышел в окно. В больнице мест для мам нет.

По второму эхо после истории со смертью восьмимесячного Максима, которого из Академгородка везли на "Скорой" через весь Новосибирск. На весь областной центр фактически одна детская инфекционка.

Но речь, собственно, офф-топик.

Руслана,

во-первых, я таки не спорю, что в среднем жить ученому с постоянной позицией в Германии лучше, чем жить ученому с постоянной позицией в России.  Я ж не идиот? :) Кажется .... И постдоку обычно лучше, но не всегда. И уж точно, чем из Омска в Томск переезжать, лучше в Гельзенкирхен.

Я лишь хочу сказать, что медведи по улицам тут не все время ходят, и что  они много где ходят. Ну подох у вас в Германии народ от кишечной палочки. Комфортно это?

Ну ладно - Германия. Там, правда, лучше, чем в других местах. Но нельзя ставить вопрос так: в Неаполе бардак редкостный - не нужна наука в Европе, ведь бардак там редкостный, поскольку Неаполь в Европе, а в нем  - бардак редкостный.

Вытаскивание ссылок с примерами - дело хорошее, потому что им долго могут заниматься обе стороны.

Ты куда-то в сторону уводишь. Я тоже не спорю, что с постоянной позицией в Германии лучше. Но в Германии, Сергей, 80% научных ставок - временные. Это очень бесчеловечная система, настолько негуманна, что мне сейчас даже не хочется об этом говорить. Так вот, даже не видя никаких перспектив для себя в будущем со своим постдоком, я все еще не готова променять временную ставку в Германии на постоянную в России.

А теперь обрати внимание, Павел Певзнер предлагает пятилетние гранты и теплицы для докторантов. У нас был пятилетний европейский мегагрант. Куча отделов подсела. Наплодили докторантов, постдоки жировали. Грант закончился. И что? Народ двинулся в сторону арбайтсамта нескончаемым потоком. А сейчас и другие фонды прикрутили фитильки. Постдоки соглашаются на докторантские ставки, а докторанты бросают проекты и уходят на фирмы. Лаборантами.

Эту реплику поддерживают: Владимир Кайгородов

Я никуда не увожу :)

Я просто заметил, что писать, что "ничего у вас там не выйдет, потому что ни дорог, ни врачей, одни пробки и бюрократы, и в Испанию не попадешь за 7 часов, а тут красота и пир быта" - это не вполне корректно. Т.е., это все очень важно, но не столь черно-бело, потому что иначе наука будет иметь своим ареалом никакую не "Европу", а небольшие клочки на ней.

Поговори с ребятами, работающими в Москве на нормальных должностях в банках, фирмах. Нормально у них жизнь устроена. Упирается это только в зарплату, которая у них не заоблачная.

Все остальное я просто не обсуждал в этом комментарии.

Что касается второго абзаца.Ну так оно ж все зависит от цели, и ты права - об этом надо думать.Можно так поставить цель, что такая ситуация будет считаться нормальной.

Причем заметье что профсоюзы резко против подобных понижений статуса.... Возникает совершенно дикая проблема излишней квалификации.... Этот цирк  никто не знает как разрулить... С одной стороны нельзя допускать прямую конкуренцию между молодыми и старыми...  старики  по всем  формальным критериям побеждают  молодежь..... с другой стороны   теряется смысл.... возраст  , не профессиональные качества,  становится главным критерием  получения ставки ( пусть даже и временной).  Абсурд какой-то.

Ничё не ново в мире.... эта шарманка крутится уже лет 20 минимум..... Утопические проекты утопические люди, утопические идеи.....  и распил-распил-распил.... отчеты -отчеты-отчеты.....

Давайте лучше посмотрим на ситуацию глобально. Мировая наука - это огромный пузырь  надувшийся за последние 20 лет уже до точки взрыва,  перепроизводство кадров , нехватка позиций, нехватка финансирования, огромные конкурсы на гранты  .... кризис.

И в такой вот глобальной ситуации предлагается идти страрым проверенным путем  из 60-х.....  который  был когда-то прогрессивен в условиях роста науки  однако завел  западную систему в тупик когда рост остановился.

Да что реально мешает создать Российские исследовательские центры за границей?  С Российским  гос-финансированием и менеджменентом и работающие над российскими проблемами?  Именно туда и смогут переехать все лучшие мозги  из еще оставшихся в России.  Почему они обязаны физически находиться в России?  К кем мы собрались воевать?  В распоряжении этих центров окажется вся западная инфраструктура,  образовательные ресурсы, лучшие специалисты-эксперты.... то что в России совершенно нереально создать в ближайшее 10-летие.Мир движется в сторону глобализации.... почему Россия должна противостоять этому вектору и идти своим обособленным путем? Почему бы не построить такие научные центры на Греческих Островах к примеру? Там прекрасный климат. Их много пустует.   А Доминиканская Республика? Прекрасное место для научной работы.  Почему обязательно надо в Москву, в Сибирь?

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

Владимир,

стараясь сэкономить время ваших собеседников (а у них его крайне мало), я попытаюсь выделить зерно из вашего довольно длинного сообщения. Если оставить в стороне первые три абзаца - потому что вряд ли вы сами воспринимаете их всерьез - хочу уточнить: что вы называете российскими проблемами, над которыми могли бы работать научные центры в Греции? наука интернациональна, и ее задачи не делятся на российские и не-российские.

Имеется ввиду   специфические потребности россиской оборонки..... им нужны разработки которые просто так не купишь.  Но никакой сверхнеобходимости делать эти разработки на Российской территории я не вижу.... многие из этих технологий имеют двойное назначение  и вполне могут быть коммерциализованы вне военной сферы.   А что касается вообще науки... то в условиях отсутствия глобального противостояния  наука в России не нужна... она просто обреченена на вторичность  и вечное догоняние передовых западных  образцов...   зачем цепляться за утопающий корабль?  Кому нужна эта реанимация советской науки?

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

Вот, вот - в этом виде меня тоже очень интересует этот вопрос. Действительно, почему важно иметь науку на конкретной территории, если не для оборонки? Дальше я обычно говорю: ну ладно, будем Эмиратами, жить, качая нефть... Только Эмираты тоже почему-то развивают науку. Почему? (у меня есть свой ответ, но я хочу послушать, кто еще что скажет)

Эмиратская наука - это прихоть одного из принцев.... Ну захотелось ему  кластер биотехнологический построить... нашептали ему на ухо  что это суперкруто.   Вот построили давно уже...  понаприглашали сотрудников, понаоткрывали филиалов  американских универов.... и где результаты?  Много чего слышно про эмиратскую науку? 

Россия - страна сырьевая и это наша роль в мировой экономике.  Абсолютно естественная   историческая роль. На ней и надо сосредотачиваться и главные инновации  нужны   и востребованы именно там в сфере добычи и первичной переработки сырья  для подготовки его к экспорту. Но даже там сплошь импортные технологии и  импортные заводы под ключ.

  Следующая сфера - это эффективный менеджмент  даже того что есть... вот уж где нужны инновации и разработки...начиная с управления домом и кончая транспортными потоками.  Образование - просто базовое нормальное образование , без изысков.....

Собственно наука - в списке задач и потребностей  страны -  находится в конце очереди. Она нужна только самим грантополучателям  и  тем кто вокруг них кормится.

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

Разумеется, фразы типа "то в условиях отсутствия глобального противостояния  наука в России не нужна" тем и хороши, что вызывают прилив адреналина и синдром "в интернете кто-то не прав".

Для краткости остановлюсь на двух пунктах, которые, как мне кажется, именно вам, Владимир, должны бы быть ясны.

Во-первых, без науки невозможно серьезное образование. Просто потому что с определенного уровня профессор не может не быть оригинальным исследователем, если нужно качество преподавания, а студент не может не проводить исследования, т.к. это единственный путь научить.

Другое дело, если вы скажете, что в России не нужно образование выше, чем надо для работы менеджером зала - тогда будет другой спор.

Во-вторых, наука - есть некая форма творчества. Поэтому я как бы вообще отказываю кому бы то ни было в праве выступать с заявлениями типа "такой-то формой творчества вы у себя заниматься не будете".

Подозреваю, что вы имели ввиду что-то не столь глобальное, как написали. :)

Я всеми конечностями  за то что наука - это форма творчества.... это форма проявления творческой личности.... но право при чем здесь все эти стоны про финансирование  и эффективность?  Дорогая высокотехнологичная наука может существовать только если есть платежеспособный спрос на нее.   А простой науке много денег не надо. Ну почему ны не сделать науку частью культуры... вот есть определенный бюджет и есть столько-то ставок ......  и не более того.    Чем собственно балет хуже науки?  Вот может Россия позволить себе содержать 3 балетных труппы мирового уровня и все .... не более того.  Балет тоже не приносит никакой прибыли....  исключительно дело престижа страны.  Культурный экспорт.

Действительно, наука России не нужна. И балет тоже ни к чему. Да и книжные магазины надо позакрывать - зачем книжки читать когда нефти навалом?

Не могу не отметить высокую креативность подхода.

Именно  что, ....просто так уже надоело эту шарманку слушать..... за 20 лет.... Научный проект в России  это госзаказ   с конкретным и лично  ответственным    за результат чиновником-директором.  Единицей выполнения заказа  является институт а не какая не лаборатория.   Вся это  сказка про Ховарда Хьюза прекрасно подходит для определенной  общественной системы .... которой в России нет , не  было , и никогда не будет.  Какой смысл пытаться  акклиматизировать   африканских обезьян в Сибири  для сбора кедровых орехов?  Неужели непонятно что из этого выйдет?

Эту реплику поддерживают: Владимир Невейкин, Сергей Любимов

В принципе, такая штука могла бы работать.

Мне только кажется (и я не уверен, что заголовок авторский - такие дорогая редакция любит ставить), что не надо ждать чуда спасения.

Ниже не добавляю каждый раз оговорки "как мне кажется" и т.п IMHO.

Во-первых, наука в тех странах, где она чувствует себя хорошо, существует не в вакууме, а в среде, где выпускники естественно-научных (а также математических, технических и медицинских) аспирантур востребованы более-менее по профилю, потому что есть высокотехнологичные производства и компании, ведущие разработки в этой области. У нас это не так. В эффективной системе, которую предлагает Павел, будет большой систем выбраковки, система будет очень конкурентной. куда денутся те, кто из нее будет выкинут?

Во-вторых, есть проблема в приоритетах руководства на самом высоком уровне. При отсутствии доверия к экспертам со стороны руководства и нехватке собственного понимания (плохо именно первое, второе - естественно) не получается поставить во главу угла результат. Самое главное (из сколь-нибудь разумного) - это "железки" и здания. "Мы запустили спутник!" Зачем запустили, какой результат он будет выдавать? Все не важно, этого никто не понимает и понимать не хочет. Важно, что "наша железка в космосе". Соответственно, предлагаемая система должна быть достаточно автономной, чтобы приоритеты существующих руководителей разного уровня не могли ее портить. А это означает, что части людей уровня Павла надо будет оставить науку и целиком заняться администрированием.

В-третих, есть российская научная среда. Выделив 0.01% ученых и создав для них особые условия можно войти в конфликт с остальным сообществом. Его роль в предлагаемом плане мне не очень понятна. Его инерция будет довольно высока. Если суперлаборатория существует в рамках обычного университета-института, то надо существенно заранее продумывать, как она будет уживаться с окружением.

В-четвертых. Есть еще среда, задаваемая российским законодательством, с чем, я уверен, Павел уже столкнулся. Дело не только в 94-ФЗ. Есть много всего другого, что мешает нормальной работе.  

В-пятых, есть проблемы инфраструктуры. Опыть же, одно дело обобщенное сколково за высоким забором, где рай. Другое - лаба в обычном ВУЗе где-нибудь в Томске. Наверное, сюда же можно отнести и бытовые проблемы (из-за которых тоже и уезжают, и не возвращаются, и не приезжают).

Наконец, про Хирша. Наверное в любом случае стоит говорить не только про этот индекс, а вообще про то, что что-то можно определять по библиометрическим показателям (коих миллион, Хирш хорший и понятный, но есть много других, которые можно использовать, и использовать их надо более одного). Уверен, что это и подразумевалось, но одних формальных показателей мало. Система должна работать хотя бы как корпус экспертов. Т.е., формальные критерии используются на начальном этапе. Скажем, нельзя просто отобрать 200 лучших по Хиршу. Но можно отобрать 400 лучших по Хиршу, а из них уже эксперты (которых самих можно отбирать по Хиршу) выберут половину.

Но, безусловно, идея заслуживает внимания. Ее аналоги регулярно предлагаются разными людьми. Я бы сказал, что пробовать надо в начале на какой-то одной отрасли. Обкатывать и смотреть. Я бы выбрал ту, где больше вокруг возможностей уйти в какое-то наукоемкое производство, и то, где меньше коррупции и монополизма. естественно, два этих требования находятся в противоречии друг с другом :)

Наука в тех странах, где она чувствует себя хорошо, потому и чувствует себя хорошо, из-за очень конкурентной системы и большого процента выбраковки. Я бы сказала, что просто чудовищного процента выбраковки из-за чудовищной конкуренции.

А высокотехнологичные производства и компании, ведущие разработки - это параллельный мир, где тоже чудовищная конкуренция и тоже выбраковка.

А те, кто из нее будет выкинут, идут на биржу труда.

Так что ребята, перестраивайте свою систему очень осторожно.

Эту реплику поддерживают: Алексей Воеводин, Сергей Любимов

Согласен почти по всем пунктам. Второй, четвёртый и пятый, которые в основном касаются "железок", можно отчасти нивелировать, если концентрироваться, по крайней мере на первых порах, на отраслях, не требующих больших и сверхдорогих "железок". Математику нужен только компьютер. Павлу, например, как биоинформатику нужен только очень мощный компьютер; это стоит денег, но не слишком больших, а гордиться кластером стандартной комплектации промышленного производства как-то странно. Кроме того, вместе с действительно уникальным оборудованием всегда должны идти "в комплекте" люди, которые умеют и будут им пользоваться -- а с этим-то как раз и проблемы.

Первый пункт, впрочем, звучит не очень понятно. В математике-информатике я отлично понимаю, куда уходят люди, "не выдержавшие конкуренции". Часто это в реальности означает "захотевшие хорошо зарабатывать и нашедшие себе работу в индустрии" -- как правило, в прикладной науке Google, Яндекс и т.п. А вот для многих других наук мне это трудно представить, причём не только в российском контексте, но и вообще в принципе. Сергей, куда уходят не выдержавшие конкуренции астрофизики?..

Примерно туда же. Вот вам астрофизик

http://www.highload.ru/guru/452.html

У них в кармане диплом физика обычно.

Тогда нет разницы между Россией и "остальным миром". В России не меньше прикладной околокомпьютерной науки, чем в среднем по миру -- если, конечно, не сравнивать исключительно с Silicon Valley.

Эту реплику поддерживают: Любовь Федоренкова

Хотел написать примерно то же самое, что Сергей, но решил сначала прочитать комментарии. Оказалось, что уже все сказано.

Идея интересная и должна развиваться наравне со всеми другими. Трудности в том, что лаборатория в вакууме (или на южном полюсе, если хотите), без активного взаимодействия с коллегами за соседней дверью не сможет развиться в устойчивое образование. Деньги закончились, все разбежались. Деньги появились, - собрали случайных людей, или тех кто поближе и "освоили. "

Посмотрите на вариант самофинансируемого научного института (всего чего хотите, от ботаники до космологии):

http://www.snob.ru/profile/5333/blog/2629

необходимое уточнение

Сергей, 

Вы пишете "в принципе такая штука могла бы работать".    Я был бы рад с Вами согласиться,  но  есть серьезная оговорка:  она могла бы работать, если она будет запущена без участия правительства РФ.   Приведу лишь один из аргументов на этот счет, может быть наиболее очевидный:  в реальности, около 3/4  тех, кто в России занимается на современном высоком уровне точными и естественными науками, работает в институтах РАН.  Не буду здесь аргументировать эту цифру, если кому надо - это отдельно. Профессионалы это  знают, правительство это знать не хочет.  РАН находится под постоянным прессингом со стороны властей, местами просто возмутительного свойства. Например,  возможность   участия в программе  "мегагрантов"  с целью привлечения сильных ученых для работы в институтах РАН была отсечена с самого начала - прямым  запрещением правительства.   Даже те институты РАН, которые одновременно и  базовые институты МФТИ - не имели никакой возможности в этом участвовать. Понятно, что руководство РАН дает много причин нехорошего к себе отношения.  Но  и  руководство ВУЗов  обыкновенно не лучше, по деловым качествам.  Так что причина  тут  другая.  Не хочу вникать с эти причины,  факт есть факт -  все сотрудники институтов РАН , создающие  существенно более половины  "научного продукта" РФ   (который вообще кого-то за пределами РФ может интересовать - ибо остальное к науке не относится) -  находятся в положении  "холопьев" ,  у коих   "чубы трещат"  из-за бессмысленной  свары руководства РАН и правительства.  Стало быть, при попытке реализации идеи Павла Певзнера на правительственном уровне,  воспроизведется  опять та же история: "в РАН ничего не дадим".   Ну и приехали.......

Да, соглашусь.

Именно это я и имел ввиду ехидничая по поводу Курчатника.

Немножко о том, почему еще уезжают

Вот уехал человек во многим из-за того, что написал про это и про это.

Эту реплику поддерживают: Владимир Кайгородов

краткие тезисы по сути вопроса

1. Нижеследующий текст адресован тем, кому интерес вопрос, поднятый Павлом.   Желающих "вообще потусоваться" просят проходить мимо. В особенности - желающих вопрошать "зачем в России наука".  С этим - куда-нибудь еще, please !

2.  Не стоят потраченного  на typing времени рассуждения о том "почему ученые уезжают" и т.п.  Давно известно и пережевано сто раз.  Жалко что Крушельницкого допекли, однако....

3.  Вообще говоря, проблема поднятая Павлом в его тексте, глобального решения не имеет. Не может быть никакого "Российского национального  университета" который не окажется очередной "пилорамой" - в  конкретных сегодняшних обстоятельствах,  имеющихся в России.  Еще проще:  пока у власти всем известная "ПЖВ" и ейный вождь.  Однако, эта напасть  еще  надолго, похоже.

4. Поэтому вопрос реально таков: в этих условиях что-то  делать разумное можно, по части науки (чтобы она не совсем сдохла, или хоть подольше протянула) ?    Мне кажется, что да - можно.  Только для начала - надо отказаться от глобальности, "всероссийского размаха",  и размышлений о  государственных деньгах.  

5.  В конце своего текста Павел задает вопрос относительно  российских "Хьюзов, Стэнфордов и Вандербильтов". Вот это правильный вопрос.   Именно эту линию и надо развивать.  Покамест в России  известен  по этой части лишь Д.Б.Зимин, Фонд которого ("Династия")  делает много чего полезного,   Но его одного сильно недостаточно.   Увеличить ресурсы в несколько раз (например, всего в 3- 4) - и уже можно было бы создавать - не "всероссийский университет" конечно, но хоть для начала один колледж (факультет) для  такого университета,  небольшой по числу, но  очень качественный. И совершенно негосударственный.   Это возможно, хотя и нелегко.   Если кто хочет совместно думать на эту тему - буду рад про это узнать.

В прошлом году я участвовала в консалтинговом проекте для российской фармацевтической компании по исследованию проблемы привлечения научной молодежи в лаборатории компании, а также решения вопроса где брать менеджеров проектов по запуску препаратов. Сам проект немного про другое, но у меня также по его итогам сформировалось некое ощущение мотивации научной молодежи. И также в 2004-2005 гг я имела непосредственное отношение к переманиванию сотрудников различных НИИ в возрасте от 22 до 40 лет в центры исследования и разработки п/о в Питере.

Хочу поэтому высказать точку зрения, основанную на этом опыте.

1) Российской науки как таковой в целом не существует. Есть советская наука и различные лаборатории западных компаний при ВУЗах, с разной степенью научности. Поэтому вести речь о спасении российской науки по-моему бессмысленно. На мой взгляд, нужно спасать все хорошее, что осталось от советской науки и на этой базе строить российскую науку. Не сравнивая с бетоном то что было, а как раз взяв эти семена за основу, чтобы вывести новый вид.

2) Кто ее может строить - в первую очередь те, кто и сейчас занимается исследованиями. Только они сами знают что и зачем им нужно. Нужно просто проделать работу по сбору их мнений и идей в кучу. Не надо ничего делать по образцу. Вы имеете дело с умнейшими людьми страны! Они сами все придумают, испытают, построят и запустят, дайте им возможность только или хотя бы спросите их мнение.

3) Во вторую очередь среди тех, кого мы в свое время трудоустраивали из науки в западный бизнес есть масса людей, которые мечтают вернуться. Возьмите российский Оракл, Микрософт, HP, IBM и т.п. Вот эти люди вполне могут заняться фандрейзингом. Они знают как нужно доставать деньги, как устроены компании, и они хотят поднимать отечественную науку, хотя бы просто из ностальгии по молодости.

4) На мой взгляд, хорошие ученые устроены так, что некий генеральный директор им не нужен. В принципе, начальники для чего нужны - чтобы заставлять\мотивировать людей работали лучше, чем они хотят. У ученых мотивация другая, поэтому классические "менеджеры" им не нужны. Более того, они вредны для творческого коллектива. Поэтому необязательно делать одну структуру, можно начать с отдельных "лабораторий", строящихся вокруг одного человека. Государство как раз может финансировать факультеты, создаваемые именитыми учеными, например. Как в театральных ВУЗах знаете делают курс, например, Марка Захарова и т.п. Так и здесь, ученый может получить финансирование создания факультета какой-то разработки на базе любого выбранного им ВУЗа, но на факультет он должен набрать аспирантов и студентов и при этом у него должен быть адекватный фонд оплаты труда.

А уж если выделится какой-то лидер, который сможет убедить достаточное количество глав "факультетов" собраться вместе, то он сможет и Всероссийский университет создать.

5) Нужно вернуться к популяризации науки, а также частым контактам с прессой для объяснения что же наука делает. А то единственный позитивный образ сейчас это Веник из сериала "Папины дочки", и то там четко поясняется, что наука - занятие нищенское.

6) Систему оплаты ученых нужно привязать к мировой системе оплаты ученых. То есть сравнивать не заработки внутри России, а заработки по миру на аналогичных должностях. К примеру, младший исследователь химической лаборатории в Канаде получает примерно 50000 рублей, в России даже в коммерческой структуре он получит где-то 25-35000 рублей. Молодому человеку, увлеченному химией, совершенно без разницы работать здесь или там, поэтому он поедет туда. Ему ведь что важно - заниматься любимым делом и иметь возможность не думать о том сколько он зарабатывает. Я конечно утрирую, на 50000 рублей в Канаде жить можно, но не как король конечно, тем не менее, это позволит есть, снимать жилье и встречаться с девушками.

Извините, если мое мнение покажется непрофессиональным.

Эту реплику поддерживают: Сергей Попов, Любовь Федоренкова

именно так

Алена,

я как раз думаю, что Вы все правильно написали. Только необходимо четко разделить те вещи, из Вашего списка,  какие можно делать без государства, и те,  какие   нельзя. А потом подумать, как обойтись без этих вторых.   Потому что это государство (данное нам сейчас в ощущениях) ничего такого делать не будет.

Мелкие комментарии по пунктам:

4)  условный  "генеральный директор" бывает нужен для того, чтобы защищать ученых  от внешей среды, которая с неизбежностью будет агрессивной.  Прежде всего, от разного тупого начальства, которое с Вашими правильными тезисами про ученых никак не согласится.  Именно такую роль играл много лет  лучший в АН СССР директор научного института  - Исаак Маркович  Халатников.   А его советы "как надо" и  "как не надо"   и по сей день бывает полезно послушать - что и мы  делаем.

5) где бы взять прессу, которую это интересует ?    То есть, не считая нескольких хороших интернет-СМИ - вроде бы ее нету ? Или я просто не знаю.....

6) хорошо бы конечно так "привязать".  Но разрыв с условной Канадой  сейчас настолько велик (если не про фирмы говорить, а про научные организации) что даже если его не вообще убрать, а лишь сократить до фактора 2  - уже будет существенный эффект.  Только,  разумеется, при настоящем контроле качества работы  - тех, кому  платят.   Потому что если это не сделать, эффект будет обратный -  все затопит мутная волна молодых  прохиндеев.  Их и так уже заметное количество наблюдается.

4) Если такой человек есть, то это прекрасно, но с моей рекрутерской. Точки зрения найти его целенаправленно очень сложно. Нужно либо долго и тщательно искать, либо воспитать самостоятельно... А пока его нет, imho, лучше обходиться совсем без никого на такой позиции, чем абы с кем... Но это я теоретизирую...

5) По моему опыту собеседований пиарщиков прессу вообще интересует только то, что хорошо продает саму прессу. Поэтому любой материал может быть "продан" в любую газету. Скорее нужен человек, который сможет научные новости облекать в интересную форму. Конечно будет много искажений, но насколько я вижу по западным примерам, оно всегда так.

6) я полагаю, что ученый который возглавляет исследование сможет отделить прохиндеев и распределить Фот так, чтобы мотивировать остальных. В любом случае наука управления коллективом не особенно сложная и научить ей куда проще, чем какой-нибудь биохимии.

Я, честно говоря, не в курсе, а сейчас вообще как финансирование науки в нашей стране глобально построено?

как устроено финансирование науки

Алёна,

я почему-то только сейчас заметил этот Ваш вопрос - так что  отвечаю с задержкой.   Финансирование устроено так: 

1)   распределение "бюджетных  средств"  по институтам РАН и университетам (ни от чего не зависит, делится дирекциями  согласно ставкам зарплат, а остальное - по вкусу  той же дирекции)

2) "лоты"  Минобрнауки  имитирующие  конкурсную систему (фактически - конкурс наглости и ухватистости  заявителей, к качеству предлагаемой науки отношения не имеет),  Деньги заметные, играют важную роль в разложении  остатков научной среды в стране (потому что можно их получать совсем ничего не делая, только заполняя бессмысленные отчеты).  Хотя некоторые люди используют и эти деньги для работы.

  3) - совсем небольшая доля (около 4-5%) - гранты Российского фонда фундаментальных исследований. Похоже на нормальную грантовую систему, хотя тоже с разными отягощающими обстоятельствами, специфичными для РФ.

4) Довольно заметная часть идет на т.н. "прикладные исследования и разработки".  Что это такое - вообще выяснить невозможно. Разве что Навальному и его бригаде  это под силу.

Михаил, я очень долго над всем этим думала и чем дальше, тем более безнадежной мне представляется ситуация. Я сошлетесь здесь с Г-ном Кордонским. В нашем сословном государстве можно вернуть науку только вернув сословие ученых работников со всеми соответствующими привилегиями, правами и ответственностью. А пока наука только способ распределения ресурсов масштабные изменения невозможны.

Чтобы наука не умерла нужно чтобы появилось какое-то осмысленное движение за ее жизнь, какие-то альтруистичные люди, которые бы ходили к президенту и премьеру с готовыми законами, постановлениями и планами о статусе науки и научных работников, их льготах и ответственности и пробивали эти законы и изменение системы финансирования.

так не получится

Алёна, в данном случае я могу соглситься с Вами только в одном:  ситуация выглядит близкой к  безнадежной.  Что касается до рецепта который Вы приводите - он мне представляется совершенно нереалистическим.  По всем пунктам.   В современном российском виде  "сословного государства"  наука существовать не может.   Возврат к тому, что было в этом смысле в СССР абсолютно невозможен. Никакие "ходоки-альтруисты" тут не помогут, если бы они и были.  Поэтому, да, "масштабные изменения" в текущей системе невозможны.  Однако эта система не вечна. Вопрос в том,  можно ли сохранить какие-то живые островки науки до тех времен (если они придут)  когда эта система сменится на нечто более человеческое. И вот эту задачу можно и необходимо решать не обращаясь к этому "государству". Просто не обращая на него  внимания.   Это задача трудная, но достойная.

Вы меня обнадежили. Я, видимо, как женщина склонна все драматизировать и мечтать о нереальных героях :)

Странные у Вас представления.....  они какие-то... внешние  что ли.  Все-таки исходить надо из мотивации  - почему вообще молодежь идет в науку?  какая это молодежь ,  какие у нее ожидания и представления  о научной деятельности?.  Что они там хотят найти? В чем привлекательность научной работы?

Ведь не секрет что в поздне-советское время   средний по-стране научный сотрудник - это был своего рода  почетный бездельник  на постоянной ставке,  люди ходили на работу, общались, ездили на овощебазы, выходили на субботник, писали отчеты, ездили на школы и конференции,  имели 2-месячный оплачиваемый отпуск  и кучу социальных льгот включая жилье  для молодых специалистов.  Человек  начинал жизнь простым научным сотрудником и постепенно с возрастом дорастал до старшего научного сотрудника.  Все было предсказуемо и понятно.  То есть наука   ( фундаментальная и прикладная) - это был хороший  жизненный выбор для ребенка из интеллектуальной семьи  но без связей  и способностей необходимых для более  выгодных  занятий.  И для ребенка из рабочей семьи  - это был социалЬный лифт  в более престижую среду существования, даже при том что на заводе у станка он мог бы получать гораздо больше денег.

А Вы вот сейчас предлагаете поднять престиж научной профессии простым повышением уровня оплаты  и увеличением финансирования....  мол вот повысим до среднемирового уровня и пойдут в науку умные дети.  Утопия это. Туда ломанутся  еще более ушлые и жесткие   имитаторы научной деятельности  ......  это и есть настоящее наследие советской науки которое еще никуда не разрушилось а продолжает существовать  и в новых формах.   Современная наука - это тоже уже совсем не то романтическое занятие из старых времен,  она стала очень высокотехнологичной и затратной  и роль научного сотрудника постепенно все более и более начинает напоминать рабочего у станка. Все эксперименты жесто планируются по времени и делаются по стандартным  роботизированным методикам   максимально не допускающим человеческого фактора. У современного постдока уже нет времени  сделать какой-нибудь ненужный  но лично ему интересный  експеримент бросить все и сьездить в отпуск на месяц чтобы на досуге обдумать  и может быть полностью поменять планы. У него дед-лайны  и статья .... и никаких отклонений от курса.  Из науки исчезла свобода.

При желании можно имитировать научную деятелЬность бесконечно долгое время.... никто в жизни не догадается   ибо  вы генерируете огромные обьемы данных, что-то там предлагаете и обсуждаете с умным видом переливая из пустого в порожнее  и говоря умные банальности и пишете вторичные работы  которые прекрасно публикуются. 

Эту реплику поддерживают: Liliana Loss

Я в позднесоветское время с учеными не общалась, поэтому Ваш тезис оспорить не могу. Сейчас молодежь идет в науку со следующими вариантами мотивации:

1) за творческой самореализацией

2) за поиском новых знаний

3) за умственным challenge

4) откосить от армии

5) с желанием принести пользу обществу

Я не предлагаю поднять престиж повышением оплаты. Яскорее имею ввиду, что без повышения оплаты любой престиж захлебнется.

Все остальное, что Вы написали, я полагаю имеет место быть, но не в 100% случаев. Поскольку ничего идеального не бывает, это, вероятно, оборотная сторона медали. Но наличие у медали оборотной стороны - не повод отменить медали.

А так, жизнь, она ведь постоянная борьба добра со злом, про это еще китайцы инь-янь знак нарисовали.

IMHO

Эту реплику поддерживают: Любовь Федоренкова

Красиво Вы мотивации расписали.... Хорошо бы еще диаграмку круговую добавить...  какая мотивация в каком по площади секторе. Для научности  изложения.  кстати номера 1, 2, 3 и 5   можно обьединить в один сектор  - творческая самореализация....   да и желание принести пользу обществу  - это из совсем другой области  мотиваций - это скорее волонтерство  для социальных проектов .... вот там можно принести реальную пользу обществу. 

А какую пользу могут принести разработки новых видов оружия  или там  (что мне ближе)  новых вариантов вирусов сельскохозяйственных культур  и методов борьбы с ними? Коe-кому карман  деньгами  набить разве что. 

Владимир, ну теорий мотивации много разных, мне ближе всего модель Ричи-Мартина. Она о том, что человек существо нелинейное. Есть 12 мотивационных факторов относительно работы, которые присутствуют в каждом человеке в разной пропорции. Общее распределение каждого фактора по человечеству соответствует кривой Гаусса.

Соответственно у всех есть свои ведущие факторы и факторы, укладывающиеся в кривую, то есть как у большинства.

Объединять номера 1,2,4,5 в один нельзя, потому что нельзя путать теплое с мягким. Не всякий творец так социально ответственнен как Вы, к примеру.

Очень интересно, каким образом с приемлемой точностью можно измерить величину этих 12 мотивационных факторов и затем набрать статистику, чтобы показать, что они подчиняются нормальному распределению для человечества. Если такая работа когда либо и будет выполнена, я могу сразу предсказать хотя бы три ее результата. Распределение не будет стационарным ( значит о Гауссе строго говоря речь вести вообще нельзя). Для некоторых факторов в ограниченных выборках и по локализации и во времени будет статистика, напоминающая гауссову, но в целом распределение будет более напоминать распределение Парето.

Интеллектуальность дискуссии повышается. В этой конкретно методике сделано следующим образом.

Взята ипсативная шкала характеристик каждого фактора. Затем взята выборка людей. В исходном исследовании Ричи-Мартина их было несколько тысяч, каждый заполнил опросник. Затем определена медиана значений и норма по каждому фактору. И значимыми характеристиками мотивации человека считаем отклонения от нормы. Вот там при анализе ответов как раз нормальное распределение и получается.

Например, возьмем такой мотивационный фактор как "деньги". При исследовании выясняется, что деньги как мотиватор важны большинству людей, но есть люди для которых они сильно важнее, чем для большинства, а есть те у кого мотивация сильно ниже, чем у большинства. Вот этих людей мы и считаем меркантильными или наоборот альтруистами.

Нормально пояснила?

Да, спасибо, нормально. Хотя не очень я верю опросникам, но за неимением лучшего...

вот именно  вышенаходящийся комментарий и есть "говорение банальностей с умным видом".    Наподобие  "из науки исчезла свобода" и т.п.    Есть наука и есть ее имитация.    Имитаций  больше по объему, несомненно .  Их чаще можно встретить.  Отсюда не следует что нет науки.   Но заметно  проще думать (и говорить) что ее не стало, особенно для тех кому это не важно.    Если же кого интересует суть дела - они ее выясняют, и тогда обнаруживают что наука таки есть.  Даже и в России, как ни странно. 

Ну и как вы представляете себе сосуществование  ничтожной части настоящей науки с   огромным болотом  имитации?  Может в этом-то и дело  что болото необходимо для того чтобы были исключения ( кочки)  с зеленой травкой.  И мы должны отстаивать интересы не отдельных кочек, а того самого  родного болота ....

Эту реплику поддерживают: Liliana Loss

"И мы должны отстаивать интересы не отдельных кочек, а того самого  родного болота ...."

Не знаю, кто здесь "мы".  Я - не стану.  Несть числа охотникам этим заниматься, и Вы можете влиться в их ряды, коли хотите.

А по другому не получится. Действительно, для существования научных кочек необходимо существование и самого болота. Вопрос лишь в том, как сделать при ограниченном числе ресурсов, чтобы кочки занимали большую площадь болота и были бы повыше.

Эту реплику поддерживают: Liliana Loss, Владимир Кайгородов

Хочу обратиться к Алексею Ситникову, работающему над созданием Сколковского Института Науки и Технологий (совместному проекту фонда Сколково и MIT). Алексей, как отбираются профессора для магистратуры в Ваш институт? они должны будут переехать в Сколково, или смогут руководить дистанционно? среди них есть россияне, живущие в стране?

Илья, идея Сколковского Института Науки и Технологий (СИНТ) состоит в создании университета принципиального нового типа не только для России, но для мира. СИНТ будет объединять в себе образование, исследования и коммерциализацию результатов научной деятельности. СИНТ будет: магистерско-аспирантский, предпринимательский, международный. СИНТ не строим «на базе» какого то российского или иностранного университета, потому что строить с нудя порой намного проще чем перестраивать. В создании нового университета такого типа есть много задачек, решение которых не тривиально. Например, нам необходимо почти одновременно развивать сразу несколько направлений, пытаясь создать критическую массу профессоров исследователей, которые не только работают в исследовательских центрах, но и преподают и занимаются созданием инновационных решений для индустрии.  В СИНТ будет порядка 1200 магистров и PhDстудентов ( в steadystate), около 200 профессоров и порядка 300 постдоков. Что касается найма, то он будет международным, с применением стандартных, принятых в мире процедур определения кандидатов на основе их программ исследований, научных достижений ( если мы ведем речь о полных профессорах). Мы в этом смысле велосипед не изобретаем, следуем лучшим практикам. Обучение будет на английском и русском, всего будет работать 15-20 исследовательских центров и все они будут международными по природе. Самое страшное что грозит любому исследовательскому университету в такой большой стране как наша – локализация и отрыв от мировых трендов.

Алексей, а когда СИНТ начнет работать в полной мере?Каков Ваш реалистичный прогноз? 

И еще, каким образом можно будет попасть туда в аспиранты, или постдоки? Уже есть какие-то механизмы отбора? Или каждый профессор будет приводить "своих"?

Мария, у нас не прогноз, а план, который подлежит неукоснительному соблюдентю :)

СИНТ в полной мере начнет работать с осени 2013 года, когда к учебе приступят магистры. Малые группы PhD появяться в СИНТе уже осенью 2012 года, а сам СИНТ будет зарегистрирован в самое ближайшее время.

Отбор будет вестись скорее всего (уточняется) по GRE и TOEFL  тестам. Возможно будут дополнительные вступительные испытания. С некоторыми профессорами могут и придут PhD студенты, но это не будет являться основным механизмом отбора.  

Да все это вполне стандартно  и в мире полно успешно работающих  таким  образом институций.  Вот даже  у нас тут в Генте есть факультет  биоинженеров .... Абсолютно все так и работает как  у Вас в Сколково задумано.  Огромный факультет, тысячи студентов, аспирантов, постдоков, сотни профессоров  и  множество реальных практических проектов.....  которые потом уходят в компании  вместе с выпускниками...  Система работает как часы.  Кстати главный корпус у них расположен в здании бывшей  городской тюрьмы....

Космонавтика – это отрасль техники, которая не прощает ошибок. Да, многие системы ракет-носителей и космических аппаратов дублируются. Тем не менее, более чем достаточно мест, где единственный отказ приводит к гибели всего изделия. В космонавтике крайне велика роль личности – грамотность, компетентность, мотивация инженера и рабочего.    Кадровый голод в отрасли очень велик. Старое советское поколение уходит, среднее давно в коммерции, новое приходит неохотно. Генеральным директорам фирм приходится придумывать специальные надбавки к зарплате для молодых сотрудников, невзирая на ропот стариков, а то и увольнять последних, чтобы увеличить фонд оплаты для новичков. В регионах эта всеми правдами и неправдами увеличенная зарплата достигает 25 000., в Москве – 35 000 рублей. Прожить на них, допустим, можно, а купить жилье – уже никак. Пока инженер на космическом производстве и в конструкторском бюро получает меньше продавца сотовых телефонов, в отрасль будут идти либо бездари, либо подвижники. Но последних мало, и в такой ситуации с кадрами наши ракеты, увы, будут падать. Чтобы пришедший в космонавтику молодой специалист уважал себя и свой труд, нужна не только достойная зарплата. Сама организация труда должна подталкивать к ответственной и плодотворной работе. А откуда ей взяться, если уже в советское время была заметна деградация крупных космических фирм, где реальную работу зачастую делали очень немногие, а новые проекты начинали буксовать из-за отсутствия прорывных идей и возможности их реализовать.    Неспособность делать новое – первая стадия деградации космонавтики; а серийное же производство с незначительными модификациями проектов 1970-х годов может жить еще долго, скрывая этот факт. И тем важнее поддержка государством тех фирм, где невзирая ни на что умудряются доводить и выпускать «в лёт» новые разработки. Парадоксально: в США маленькая фирма Элона Маска, насчитывающая всего 1200 человек, за восемь лет, израсходовав около $800 млн в основном собственных средств, спроектировала и успешно испытала два новых типа ракет-носителей, Falcon 1 и Falcon 9 (последняя по грузоподъемности превышает наш «Союз»), – вместе с двигателями для них и со стартовыми комплексами – и грузовой транспортный корабль Dragon, который готовится модернизировать для пилотируемых полетов. Понятен настрой и творческий подъем инженеров SpaceX, которые идут от успеха к успеху. Вы знаете пример такого же успеха в России? Вот и я не знаю…    Еще одно. Космонавтика традиционно делится на прикладную (гражданскую и военную), научную и пилотируемую. Прикладную область российское государство худо-бедно финансирует, осознавая ее жизненную необходимость для развития страны и ее обороны. Научная много лет влачила жалкое существование, обусловленное несоответствием доступного финансирования и стоимостью принятых к реализации мегапроектов. Да, вся отрасль радовалась запуску в июле обсерватории «Спектр-Р», но ведь она является лишь маленькой частью программы, утвержденной 25 лет назад! Наконец, в пилотируемой области мы пошли на фактическое повторение проекта станции «Мир» в виде российского сегмента МКС без каких-либо изменений в средствах доставки космонавтов. Проекты же нового российского корабля, гуляющие по выставкам с 2005 года, пока так и остаются проектами.    И в этом смысле очень настораживают слова того же Виталия Давыдова, что Россия не исключает возможности отказа от постоянно обитаемых космических станций в пользу долговременных посещаемых станций. Понятно, что нынешняя МКС слишком велика для чисто утилитарной программы, завязанной на наблюдение из космоса за территорией потенциального противника и на небольшое по объему производство уникальных материалов. В то же время она, по сути, ничего не дает для «большой» космонавтики, в которой на первом этапе строятся базы на Луне и осуществляется экспедиция на Марс, а далее всерьез ставится задача колонизации космоса и освоения его ресурсов. Означает ли сказанное, что Россия окончательно сделала выбор в пользу «малой» пилотируемой программы? И если так, нужна ли она, эта пилотируемая космонавтика, стране вообще?

Все вопросы об одном и том же!

Как спасти российскую науку?!! Такие авторитетные люди высказывают свое мнение, такие деньги тратятся на спасение науки! Даются даже конкретные советы: сколько должен получать молодой специалист, аспирант, кандидат наук, чтобы наша наука достигла мирового уровня.  А ничего не получается много лет.

Уже выросли, защитились, стали  заведовать кафедрами профессора, которые плохо разбираются в своем деле. И такого ученого не сразу отличишь от его коллеги, знатока и умницы. Как можно спасти науку, если в огромном количестве слабых учебных заведений слабые преподаватели учат слабых студентов? А дипломы выпускникам выдают  такие же, как и настоящим молодым специалистам.  Молодой человек, подходящий для научной работы, должен со своим настоящим ЕГЭ попасть в настоящий университет, победив конкурента с лучшими, но не настоящими баллами за ЕГЭ, в университете он должен попасть к настоящему специалисту, потом устроиться на настоящую работу. Слишком сложно, маловероятно, что все это совпадет. Скорее в профессора пройдет карьерист.

Надо осушить болото, а потом на этом месте что-то строить. Иначе в болоте утонут и люди, и деньги.  

Эту реплику поддерживают: Владимир Кайгородов, Сергей Любимов

а как будем осушать это болото ?

Есть идеи  как это сделать ?  Я потому и говорю все время: локально надо действовать, "осушая" те клочки, на какие сил хватает.  Если кто знает как можно иначе - поделитесь.  Покамест все "глобальные" прожекты на эту тему были примерно такие:  осушить до состояния бетонной площадки, а что и кто потом на ней будет выращивать - пусть другие разбираются. Это, по-моему, не конструктивно.  Хотя может импонировать размахом замысла - особенно тем, кто далеко от темы.

Очевидное

Возможны конкретные меры.  Я предлагал уменьшить в два раза прием в вузы уже в 2011 году (со всеми оговорками: не выгонять ранее зачисленных, не увольнять преподавателей и т.д.). http://webcache.googleusercontent.com/search?q=cache:http://www.gzt.ru/column/-golovy-dlya-otechestvennoi-nauki-/322355.html Но студентов опять набрали много. Значит, через пять лет уровень выпускников не повысится.

а если подумать про фактический результат ?

кто и как будет принимать решения о сокращении или не сокращении приема в данном ВУЗе, факультете ?    Фурсенко (и.о. Ковальчук) ? Или всех однородно в два раза без разбору качества ВУЗа ?   Как можно предлагать такую меру, абстрагируясь от реальной обстановки с теми, кто тут у нас "осуществляет власть" ?     Хотя "в принципе"  Вы разумеется правы ! Сокращать бы надо бы.....

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

Семён Гальперин Комментарий удален автором

И смешно, и грустно...

Рассуждая о составлении рецептов для спасения российской науки, следовало бы вначале разобраться с причинами ее тяжелого положения. Если диагноз в общих чертах и выставлен (он звучит, примерно, как "крайнее истощение и агональное состояние"), то об этиологии и патогенезе этого заболевания мы стараемся не рассуждать, по крайней мере, публично. А зря...

Ведь миазмы, разрушающие отечественную науку уже давно всем видны невооруженным глазом. В целом, они соответствуют бедам всего общества, но в значительной мере даже опережают их развитие.

Когда я читаю о громадье планов российской латексной долины, то понимаю, что тот, кто их составлял, в первую очередь радовался двум возникающим возможностям: продемонстрировать заботу партии и правительства о народных массах и одновременно растащить оставшиеся в казне от предыдущих нацпроектов средства.

Собственно, методика совсем не нова. Да и слова Аурелио Печчеи о гигантомании хорошо всем известны. Вот только, мало кто хочет примерять это определение к своим делам.

Возвращаясь к медицинской лексике, напомню некоторые симптомы, замеченные еще в инкубационном периоде великого сколковского проекта. Несомненно, главным из них стало массовое высыпание наукообразных воспалительных элементов, занесенных с т.н. нанотехнологией. Распространение этой эпидемиии шарлатанских технологий приобрело название нанопурга. Не скоро еще народные массы, о которых так заботятся создатели наукограда, забудут, как их чуть было чисто-конкретно не умыли "чистой водой" - первой ласточкой отечественной нанотехнологии. Вовремя споткнувшись, те же технологи наукостроения умело спрятали концы в воду и сегодня рассказывают, как наши научные Васюки станут центром по штамповке научных кадров. О грядущем уровне их подготовки можно судить пока лишь по сообщениям, подобным вести о неподражаемом главном специалисте по 3D технологиям, чей успех на ниве высоких технологий непременно затмит проблемы, возникшие при выполнении предыдущего задания Родины. 

Конечно, дай бог нашему теляти волка забодати... Но, сдается мне, что результатом сливания всех средств, предназначенных для российской науки в одну дырявую корзину, станет лишь окончательное уничтожение тех остатков науки, которые еще, несмотря на перманентные реформы и национальные программы, сохранились в институтах и научных центрах, разбросанных по многострадальной российской земле.

 

Новости наших партнеров