Сергей Николаевич: Отель Le Bristol: дворец для Фараона
За что такая честь? Думаю, что тут много всего сошлось: это и непосредственное соседство с Елисейским дворцом – главной резиденцией президента Французской Республики, это и высочайшие, выверенные временем и опробованные самой привередливой клиентурой стандарты гостиничного сервиса, и верность истинно королевским традициям роскоши, восходящим к временам Бурбонов. Но вот что интересно: даже обзаведясь титулом «дворец», Le Bristol не перестает быть очень удобным и уютным домом для жизни. Он никогда не подавлял ни антикварной стариной, ни тяжелым дворцовым духом, ни высокомерием обслуги, всем видом дающей понять, что твой чемодан – это нечто несоразмерное с их статусом и происхождением. Ничего этого в Le Bristol нет. А что есть? Прежде всего очень уютное, вылизанное до нереального блеска пространство с очень ненавязчивым присутствием старинных живописных полотен, обюссонских гобеленов и антикварной мебели в идеально отреставрированном состоянии. Есть атмосфера обаятельно-непринужденная, без всякого привкуса гранд-отельной торжественности и напряга.
Я еще помню времена, когда один из сьютов постоянно снимала Наоми Кэмпбелл, и каждое утро ее победительный проход через беломраморное лобби становилось чем-то вроде специального аттракциона, за который можно было брать отдельную плату. Помню вереницу султанских жен, упрятанных под белыми паранджами. Этаж, на который они взбирались молчаливой вереницей, охранялся специально обученными ребятами, бесконечно переговаривавшимися с кем-то по рации. Потом я узнал, что таким образом они обсуждают друг с другом только что съеденную пиццу. В Le Bristol я брал интервью у Изабель Аджани перед премьерой «Марии Стюарт». Здесь организовывал съемку Земфиры и Ренаты Литвиновой для первой русской обложки Citizen K. Здесь проходили все самые важные встречи и назначались самые ответственные свидания. Le Bristol – это правильное место для серьезного разговора. Кстати, именно здесь мне объяснили, что никогда не следует говорить аmerican coffee, а исключительно coffe for breakfast, a еще лучше – café de crème. При всем своем элегантном и улыбчивом космополитизме Le Bristol остается очень французским отелем, чтящим исконные традиции парижского сafe society.
Последние три года в отеле полным ходом шла реновация, обошедшаяся его владельцам – семейству немецких промышленников Откер – в сто десять миллионов евро. На первый взгляд почти ничего не поменялось: герань на месте, гобелены тоже, на стойке портье улыбаются столь же доброжелательно… Но нет, что-то новое появилось в облике Le Bristol. Такое чувство, будто смыли старинную патину с мрамора колонн, с бронзы светильников. На самом деле перемен много: достроено новое гостиничное крыло Maginon, и теперь в Le Bristol стало на тридцать шесть номеров больше. Открылась новая брассери де-люкс 114 Faubourg – просторное и удобное место для деловых обедов. Знаменитый ресторан Epicure из овального салона Castellane перекочевал на террасу с видом на внутренний дворик, где раньше сервировали только завтраки и ланчи. Недавно открылся новый cупермодный Le Bar du Bristol, выдержанный в стиле закрытого английского клуба. Полностью переоборудован и переделан спа-салон, который перешел на косметику La Prairie. Ну а для удачи всех начинаний год назад завели персидского кота Фараона, ставшего теперь талисманом Le Bristol. Пушистое меланхоличное создание с глазами небесно-голубого цвета. По большей части он развлекает малолетних постояльцев Le Bristol, становясь то невольным участником их бурных игр, то покорной моделью для сеансов рисования. На стене в детской комнате я видел целую выставку акварелей и гуашей, запечатлевших Фараона с разной степенью экспрессии и узнаваемости.
Ну и, конечно, Le Bristol уже невозможно представить без его шефа, обладателя трех (!) мишленовских звезд, великого Эрика Фрешона, ставшего за последние двенадцать лет легендой французской haute cuisine. Правда, в отличие от большинства своих коллег Эрик почти не светится на телеэкране, не дает пространных интервью, не готовит под прицелом фото- и телекамер. Немногословный нормандец с жестким бобриком абсолютно седых волос и непроницаемым лицом, он похож на агента 007, сменившего свой бондовский прикид на белые поварские одежды.
Наверное, зрелище, когда Николя Саркози с Карлой Бруни, повернувшись напряженными спинами к ресторанной публике, в абсолютном молчании жадно поглощали фрешоновские равиоли с трюфелями, – одна из самых выразительных иллюстраций стиля жизни предыдущего хозяина Елисейского дворца. Говорят, что Франсуа Олланд со своей подругой Валери Триервейлер пока еще сюда не наведывался. Конечно, в контексте его разрекламированной борьбы со сверхсостояниями столоваться в Le Bristol ему не очень-то с руки. Впрочем, его предшественник и учитель Франсуа Миттеран тоже начинал президентство с наезда на богатых, а закончил тем, что стал одним из лучших знатоков высокой французской кухни. Пока здоровье позволяло, он был завсегдатаем самых дорогих ресторанов Парижа, включая бристолевский Epicure.
И если принять на веру слова Марлен Дитрих, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок, то путь к высшей власти совершенно точно проходит через дорогие рестораны. Поэтому пока поблизости от Елисейского дворца цветет и пахнет герань Le Bristol, за судьбу французского люкса можно не волноваться. С этим президент-социалист ничего не сможет поделать. Только подчиниться!С