Венсан Перес: Такова балетная жизнь
Кажется, с тех пор как был изобретен фотоаппарат, артисты балета никогда не выходили из зоны его объектива. Так смешно сейчас разглядывать на старинных дагерротипах упитанных барышень с крылышками и веночками на головах. Кто теперь поверит, что они когда-то парили, летали, сводили с ума публику, разоряли балетоманов, становились героинями газетных баталий, а много лет спустя – и серьезных исследований?
Нигде так не обнажены страсти, как в балете. Нигде нет такого яростного соперничества, такого противостояния воли и характеров, такого количества травм и выходов на пенсию по инвалидности. Но редко когда балетное закулисье оказывалось в объективе фотографа. Что тут снимать-то? Порванные связки, вывихнутые суставы, перетруженные, как у молотобойцев, мускулы? Даже когда великого Эдгара Дега впервые пустили в фойе и в классы Парижской оперы, он не испытал там ничего, кроме приступа острой жалости к усталым труженицам, приговоренным к своей палке и пуантам. Это потом, как и полагается великому художнику, он отыщет горькую поэзию в этих сумеречных классах, в этих корявых фигурках в белых тюниках, изо всех сил пытающихся хоть как-то взлететь над грустной реальностью своей судьбы.
Начинающий фотограф Венсан Перес – это не Эдгар Дега. Хотя его тоже тянет за кулисы и в репетиционные залы. И подсмотренные детали или случайно выхваченные лица у него пока получаются лучше, чем постановочные портреты разных балетных этуалей. Может быть, потому, что кому как не ему знать, что скрывается за всеми этими постановочными эффектами, красивыми жестами и театральным гримом. Он и сам играл такие роли в кино, где важнее всего было умение носить костюм и принимать позы. Но, похоже, с прошлым романтического героя покончено. Перес женился, остепенился, обзавелся многочисленным потомством и вдруг вспомнил, чем он любил заниматься когда-то больше всего, а именно – профессиональной фотографией.
В юности он окончил колледж искусств в Швейцарии, мечтал стать художником. Ранний и бурный роман с кинематографом отодвинул, но, как выяснилось, не перечеркнул эти мечты. И все-таки, почему именно сейчас он решил стать фотографом?
– Если честно, мне трудно ответить почему. По природе я довольно медленный человек. Ненавижу спешить, суетиться, принимать быстрые решения. Мне необходимо время, чтобы понять, чего я хочу, без чего не смогу обойтись, а от чего можно отказаться. Когда целиком отдаешься актерской карьере или начинаешь сам снимать кино (а у меня на счету два фильма, где я выступил еще и как режиссер), то, разумеется, не до фотосъемок. Но мысль о фотографии не давала мне покоя все эти годы. Каждый раз, когда оператор выставлял кадр или фотограф наводил на меня объектив, я просчитывал про себя: нет, я бы это сделал иначе, или – с этой композицией надо бы еще поработать, или – нет, свет не тот. Конечно, каждый должен делать свое дело, поэтому я старался не вмешиваться в процесс. Но как только мне представилась такая возможность, я почувствовал себя абсолютно счастливым. Главное – все эти уроки, приобретенные в юности, никуда не делись. Все, что я делал в кино, строилось на фундаменте моей бесконечной любви к фотографии.
Конечно, как любому фотографу-дебютанту, Венсану Пересу еще предстоит обрести свой почерк, собственный авторский стиль. Пока в его работах угадывается влияние то Картье-Брессона, то Доминик Иссерман, то Ричарда Аведона. Нет, Венсан им не подражает впрямую, но о них помнит. А помнить, в общем, не обязательно. Наверное, сказывается актерская привычка знать наизусть не только свои, но и чужие реплики. При этом в его балетных кадрах есть и что-то свое. Острый внешний ракурс, неожиданный внутренний монтаж. Есть холодная безжалостность общих планов. Улыбчивый, веселый шармер, Перес почему-то думает, что видит мир балета глазами неунывающего Фанфана-Тюльпана, а на самом деле он смотрит на него грустными глазами маркиза де Ла-Моля из «Королевы Марго».
Актерское прошлое Венсана тяготит. Он знает: публика, полюбив один раз, не прощает измен. Зачем отнимать хлеб у тех, кто не обладает ни твоей внешностью, ни актерским талантом? Зачем фотографировать самому, когда десятки профессионалов только и ждут того момента, чтобы направить на тебя свой объектив?
