Алексей Алексенко /

5 этюдов о человечности зверства

Смекалка червей, дружба динозавров, ревность собак и другие недавно открытые черты общности у человека и животных

Иллюстрация: Bridgeman/Fotodom
Иллюстрация: Bridgeman/Fotodom
+T -
Поделиться:

Аудиоверсия материала:

На данном историческом этапе авторы, пишущие о политике, с каждым днем чувствуют себя все глупее и глупее. Их тексты все больше напоминают рассуждения парашютиста из бородатого анекдота. Если помните, бедолагу проинструктировали, как раскрыть парашют, дернув за кольцо, и пообещали, что на месте приземления его встретит автобус. Парашют не раскрылся, запасной парашют тоже не раскрылся, и вот летит наш парень камнем вниз и думает этак себе в саркастическом ключе: «Не удивлюсь, если и обещанный автобус опоздает». Возможно, герой анекдота мог бы написать об этом блестящую колонку для «Сноба», с соответствующим прогнозом, будь у него чуть больше времени в запасе.

Чтобы не уподобляться незадачливому парашютисту, мы порассуждаем сегодня не о судьбах стран и отдельных политиков, а о червяках и насекомых: настала пора обратиться к утешительному примеру животных. В нашем августовском научном обзоре мы расскажем о недавних открытиях, еще раз подтвердивших, сколько у нас с ними общего.

1. Смекалка червей

Червей можно дрессировать, знали? Если нет, для вас и это неплохая сенсация, но ученым-то этот факт известен давно. Возьмите круглых червей Caenorhabditis elegans и помещайте их в растворы разной солености, при этом давая им пищу только в определенном сорте воды (в пресной, или в очень соленой, или в слабосоленой, на выбор). Если после этого тех же червей поместить в среду, где соленость воды меняется от места к месту, черви поспешат в места с такой концентрацией соли, которая, как они помнят, сулит им сытую жизнь. Прямо как собачки Павлова с их условным рефлексом, но только они не собачки, а круглые черви, типа глистов.

Но японские ученые пошли чуть дальше этих забавных фокусов с дрессировкой. Они поставили тот же опыт на червях-мутантах, у которых отсутствовал один определенный тип рецепторов к гормону инсулину (тому самому, которого не хватает человеческим диабетикам). Что бы вы думали: эти черви оказались решительно неспособны выработать у себя никакой условный рефлекс.

Ага, сказали себе японские ученые: наверное, мышление червей (или как бы вы назвали эту способность к полезным умозаключениям насчет того, где надо искать пищу) как-то зависит от гормона инсулина.

Не нам этому удивляться: наше-то мышление зависит от куда более простых молекул вроде серотонина или допамина. Но ученые все же нашли, чему мы могли бы поучиться у этих червей. Дело в том, что некоторые человеческие рецепторы инсулина, возможно, похожи на этот рецептор червей и вполне могут участвовать в мыслительных процессах. Кроме того, известно, что уровень инсулина у людей как-то замешан в симптоматике болезни Альцгеймера. Так что не исключено, что наша способность что-то соображать имеет в своей основе сходные механизмы. Другими словами, интеллект человека как-то плавно эволюционировал от способности глистов запоминать, где в последний раз они сытно поели. У некоторых людей это почти незаметно, а у других, напротив, вполне.

2. Дружба динозавров

Скелеты новых и новых динозавров находят чуть ли не каждую неделю. Но отчего-то у палеонтологов гораздо хуже получалось находить окаменевшие следы динозавров. И вот прорыв: группа исследователей из Америки и Канады нашла прекрасно сохранившиеся следы ящеров!

Но основная сенсация даже не в самих следах, а в том, как они расположены. Следы явно свидетельствуют: семьдесят миллионов лет назад трое тираннозавров, примерно одного возраста и размера, неспешно шагали на юго-восток по равнине Британской Колумбии рядом, бок о бок. Возможно, о чем-то переговаривались на ходу («Чертов верхний мел... Угораздило же родиться в такое бездарное время...»).

Другими словами, они были друзья.

Это, говорят ученые, первое свидетельство какой бы то ни было социальности у тираннозавров. Не такие уж они были озлобленные интроверты, как следует из фантастических триллеров. Даже если допустить, что на самом деле они шли молча.

3. Государственность ос

Зоологам давно известно, что у кооперативных сообществ животных (т. е. тех, которые живут и идут к своей цели сообща — например, вместе что-то строят) всегда присутствует мерзкая черта: сильные обижают слабых. Не насмерть, конечно, но вполне чувствительно. Ученые давно предполагали, что умеренная социальная агрессия необходима, вы будете смеяться, для поддержания общественной стабильности: чуть ослабишь гайки, как лузеры начинают раскачивать лодку.

И вот биологи из Англии построили компьютерную модель таких общественных отношений, а затем сравнили ее предсказания с наблюдением за дикой популяцией бумажных ос (это наши обычные осы, строящие гнезда в человеческом жилье). Сравнение результатов моделирования и реальной жизни привело к двум выводам. Во-первых, чтобы дедовщина работала, она должна быть не слишком жесткой, но неуклонной, без «оттепелей». Во-вторых, принципиальную роль в сохранении стабильности играет «социальная память»: если большая доля особей успели забыть, как бьют «они», фокус просто перестает работать.

Подобрав в модели подходящий уровень агрессии и параметры социальной памяти, ученым удалось получить в своем компьютере вполне стабильное, если не сказать «застойное», сообщество особей. Именно такие параметры они и наблюдали у живых ос, пришедших к этим наработкам без всяких компьютеров, а лишь историческим опытом и естественным отбором.

4. Ревность собак

Иногда бывает так, что ученые изобретают велосипед. Вот, например, простой факт: когда хозяин собаки оказывает знаки внимания другому живому существу (например, другой собаке или даже грудному ребенку), собака может проявить агрессию к сопернику. То есть она способна на ревность. Все это замечали, но, как ни странно, этот факт не был подтвержден строгими опытами.

И вот наконец у исследователей из Калифорнии дошли руки, чтобы подтвердить бытовые наблюдения безупречными экспериментами. Чтобы полностью исключить разговоры о том, что это, мол, не настоящая «ревность» у собак, а какая-то игра инстинктов, они просто повторили с собаками те же опыты, которые ранее были поставлены над детьми — дабы выяснить, с какого возраста младенцы способны испытывать эту самую ревность и конкурировать за внимание родителей.

Собаки выдержали экзамен: отталкивали от хозяина любой предмет, напоминавший живое существо, особенно когда хозяин проявлял к нему какой-то интерес. Предметы, которые по воле экспериментаторов не пытались «вести себя» как равные собакам существа, животных не заинтересовали. Другими словами, собаки вели себя точь-в-точь как человеческие дети шестимесячного возраста.

В своей статье ученые много и интересно рассуждают о том, как высокое и трагичное чувство ревности, вдохновившее Шекспира на создание «Отелло», на самом деле восходит к древнему механизму конкуренции детенышей за предоставляемые родителем ресурсы. Мы же можем ограничиться кратким выводом: ревность инфантильна и примитивна, ну ее на фиг.

5. Любовь ящериц

Все мы знаем про любовь, что она бывает низменной и животной, а бывает возвышенной и человечной. Если, например, вы полюбили женщину за красивую грудь или за попу — это низменное чувство. Если, наоборот, женщина вступает с вами в известные отношения в благодарность за то, что вы повезли ее на уик-энд в Италию, — это еще хуже. А вот если вы цените в даме не разные части тела, а ее душу (а она, соответственно, в вас) — это и есть любовь в высоком и человеческом смысле слова. «Она его за муки полюбила, а он ее — за состраданье к ним», раз уж трагедия Отелло случайно попала к нам на язык в прошлом разделе.

Эти рассуждения неявно предполагают, что к низменной любви способны многие твари на земле, а к возвышенной — только избранные виды вроде нас с вами. Наблюдения группы французских ученых за ящерицами, опубликованные недавно в журнале Behavioral Ecology, показывают, насколько это не так.

Про ящериц-девочек было известно, что они выбирают себе мальчиков для спаривания по двум основным параметрам. Во-первых, мальчик должен быть силен и красив. Во-вторых, он должен предложить девочке интересные подарки, что-то из еды. Пока все не выходит за границы плотского, материального и низменного.

Но ученые с изумлением увидели, что ящерицы различают своих партнеров еще и по характеру! Иногда им явно больше нравятся мальчики со спокойным, уверенным, стабильным складом личности. А иногда — авантюристы и экстремалы.

Чтобы уж точно убедиться, что это не глюк, исследователи спросили себя, какой в этом адаптивный смысл. Оказалось, что ответ лежал на поверхности: в спокойной среде обитания, где хищников мало и жизнь может показаться пресноватой, дамы предпочитают более активный склад личности. Если же добавить в среду побольше опасностей, сексуальные вкусы ящериц меняются, и они начинают ценить в партнере надежность. Это при том, что вообще-то ящерицы не образуют стабильных семей: если ящерицу-девочку и интересуют какие-то черты партнера, то лишь постольку, поскольку они передадутся ее потомству и послужат большей или меньшей сохранности ее генов. Если жизнь полна тревог, генам будет спокойнее внутри особей, не склонных к риску. То есть и здесь сплошная прагматика естественного отбора.

Нам в этой истории может показаться поучительным лишь то, что любить своего полового партнера за его душевные качества  ничуть не более возвышенно и благородно, чем ценить в нем округлость ягодиц и чувственность рта. Это знание способно освободить многих от комплексов вины и раскрыть новые горизонты в их половой жизни.

На этом сегодня мы и завершим наш традиционный обзор научных новостей.

Комментировать Всего 26 комментариев

Скрупулезности ради отметим, что звери на картинке – вовсе не динозавры и тем более не тираннозавры, о которых идет речь. Хотя они тоже ископаемые ящеры.

Моё детство разрушено.

Я всегда был уверен, что трицератопс - не просто динозавр, а эталонный динозавр, как Брежнев среди генсеков.

Эту реплику поддерживают: Владимир Генин

Тогда можно спокойно продолжать считать их птицетазовыми динозаврами.

Эту реплику поддерживают: Алексей Алексенко

Я имел в виду, что тираннозавр ящеротазовый, а трицератопс птицетазовый. Трицератопс, получается, как-то даже ближе к нам, чем к тираннозавру. (http://dinopedia.ru/classification.php)

Пока не дочитала до этого места, считала, что это иллюстрация из какой-то детской книжки, где на драконах летали... И почему-то Элли и Волшебник Измрудного города в голову пришли. Хотя там, вроде, драконов не было. Или Урфин Джюс, великий и ужасный, мне таким представлялся?

Кстати, я слышал, что по theory of mind считается, что одним из основных параметров, отличающих человека от животного, есть понимание того, какой информацией может владеть другое существо. Даже знаменитая "говорящая обезьяна" общалась, но никогда не задавала вопросов. Ребенок вопросы задает, но до 3х лет не может понять, что кто-то другой знает что-то отличное от него (подтверждено многими экспериментами). При этом не так давно были проведены эксперименты с обезьянами, которые легко превзошли 3х летних детей. Эксперимент такой: перед двумя обезьянами три перевернутых непрозрачных стакана. На глазах у обеих кладут еду под один из них. Кому бы ни выпадала очередь взять первым - он, конечно же, открывал нужный стакан. Потом поступают иначе: после помещения еды по 1ый стакан одну обезъяну удаляют, и на глазах второй кладут еще и под 3ий. Потом удаляют и эту обезьяну, приглашают первую - она выбирает, естественно, 1ый стакан. Потом приглашают 2ую обезьяну - она ВО ВСЕХ экспериментах выбирала тот стакан, под который была положена еда, когда другая обезьяна этого не видела. То есть, она поняла, что первая, не обладая всей информацией, выберет 1ый стакан, и что там еды уже нет. Дети до 3х лет с этой задачей не справляются.

 "Теория ума" конечно важная штука, но она в зачатке существует у многих, видимо. Кошка, которая уже поела, будет канючить еду у других членов семьи, но не у того, кто ее кормил и знает, что она ела. Это практически то же самое. Другое  дело - подтвердить это формальными экспериментами. А поскольку нет строгого определения "теории ума" – определения сводятся, собственно, к тому, какие результаты должны получиться в нескольких конкретных экспериментах – то и для доказательства должны быть поставлены именно эти эксперименты, а не другие. 

И все же, тут цепочка намного длиннее и сложнее. Это не просто "он знает, что я сделал", а "он не знает, что сделал третий, поэтому он поступит исходя из этого так-то". Эксперимент с детьми был очень прост по сравнению с этим, и даже его они не прошли: взрослый кладет в свою коробку что-то и уходит, после чего второй перекладывает это в свою коробку. Когда возвращается первый человек, ребенка-наблюдателя спрашивают, как он думает, к какой коробке этот человек пойдет? Все дети указывают на чужую коробку - ту, где предмет находится.  

Ну да,это "теория ума" в узком смысле. В широком смысле – это вообще понимание того, что кто-то или что-то в мире, кроме тебя, что-то знает, чего-то не знает и чего-то сознательно хочет. У тяжелых аутистов, говорят, нету даже этого.

Кстати, об аутистах! если вы понимаете по-немецки -  вот один совершенно невероятный документальный фильм, если нет - он наверняка есть на английском http://www.arte.tv/guide/de/047950-000/matthijs-regeln 

Англ.  Matthew's Laws

Ориг. Ниделанды  De Regels van Matthijs

Впрочем, я тут немножко шваховат, явно недочитал психологических книжек.

Наш ум ( mind) это одно,  а сознание (conscience, conscious, self-consciousness) совсем другое. Но все исследования упорно путают и спутывают одно с другим.  

Эту реплику поддерживают: Сергей Любимов

Theory of mind – это все же именно про ум, потому что действовать целенаправленно на основе имеющейся информации – и исходить в своих поступках из того, что и другие деятели действуют так же – вполне можно, и не обладая (само)сознанием. Но вот есть такое еретическое мнение, что (само)сознание – это просто побочный продукт "теории ума", когда ее "случайно" применяют к самому себе.

Ну да, ну да.  Только "случайность" эта запрограммирована в струкуре любого "естественного" языка. Самосознание эквивалетно фундаменальной метаязыковой функции, которой мы привычно пользуемся  в любом бытовом разговоре ("я ж говорю, Вася то мене сказал, что Варька сказала, что ейный муж сказал начальнику "пошел на...". Это то, чего нет у животных, у которых как раз, mind то именно есть. 

Ну да, язык предполагает наличие других деятелей, которые что-то знают или не знают, и способны действовать на основе своих знаний. Я изменю твои знания (сказав тебе что-то), чтобы ты действовал так, а не иначе. В основе-то неизбежно та же "теория ума" – со стихииями природы особо не поговоришь.

Алексей, знания здесь совсем не при чем. Когда Вы говорите о погоде с таксистом, никакого обмена знаниями не происходит, и не должно происходить. А метаязыковая функция (латентное самосознание) работает безотказно.  

Не происходит. Но разговор с таксистом предполагает, чтот таксист а) воспринимает сказанное вами, и б) будет действовать в соответствии с этим (например, станет думать о вас с дружелюбием). А если вы скажете ему, что едите маленьких детей, то может и из машины выкинуть. То есть любая функция языка предполагает наличие других деятелей, не обязательно сознательных, но меняющих свое поведение в зависимости от того, что вы им скажете.

А вот же ж мы уже терли в ступе воду на эту тему, хоть и кратко, и вопиюще некорректно: http://www.snob.ru/selected/entry/63536

Рассмотрим два крайних примера: 1) разговор с Сири в ай-фоне и 2) разговор с парализованным больным, который может только слышать ваши слова, но не может и не сможет видимо на них реагировать. В каком случае полнее реализуется функция языка?

В обоих случаях полным образом реализуется, так же, как и разговор наедине с собой в тихой комнате ночью, или размышления вслух о судьбах мира в пустыне. Вся языковая прагматика здесь уже не имеет значения, так как в самосознании (в метаязыковой функции. в монологе) вся коммуникативность, диалогичность  уже давно свернута. Еще в раннем детстве.   

Ну тогда она вторична, и как можно из нее что-то выводить, не разобравшись с первичной функцией? А первичная требует признания наличия иных деятелей, и это куда больший переворот во вселенной, чем ля-ля сам с собою. У мухи-то нет других деятелей, только многоликая среда.

Алексей, смотря по отношению к чему она вторична. К дочеловеческой коммункации да. Но она первична, конститутивна по отношению к человеку. Тут есть парадокс, из которого изучением просто дочеловеческой коммуникации, или человеческой как дочеловеческой, никак не выбраться, с моей точки зрения.  Так же как изучение неживого, или живого как неживого не приведут нас к удовлетворительной теории происхождения жизни.   

Тогда вы просто в терминах языка говорите то же, о чем я толкую: что "теория ума" обращается на себя  и являет собой самосознание.

Если принять что человеческий язык и есть искомая "теория ума", что нетривиально, то да.

Кстати, интересно, что Набоков, дотошно изучая становление собственного сознания, прямо выводит его из внезапного осознания времени. А потом, я думаю, из этого возникает и "меня не было - я есть - меня не будет".