/ Красноярск

Ирина Прохорова: Русская мода и музыка на Красноярской книжной ярмарке

Композитор Алексей Айги поработал тапером в кино, а Ирина Прохорова поприсутствовала на круглом столе, посвященном судьбе русской моды

Кадр из фильма "Девушка с коробкой"
Кадр из фильма "Девушка с коробкой"
+T -
Поделиться:

В городе Красноярске, как оказалось, по пятницам движение не менее плотное, чем в Москве. И хотя к метели добавился гололед, на показе фильма Бориса Барнета «Девушка с коробкой» было подозрительно мало опоздавших. Это режиссерский дебют Барнета 1927 года, немая комедия, к которой Алексей Айги написал музыку, и она, как в старые добрые времена, сопровождала показ фильма. Сначала зрителям было сложно сосредоточиться на экране, ведь музыканты сидели на сцене прямо под ним, но постепенно публика втянулась.

Восприятие немого кино во многом зависит от музыки, которая его сопровождает. Музыка Айги приблизила к зрителю и без того современную историю. Юная красавица, которую играет Анна Стэн, сотрудница шляпного магазина, ездит каждое утро в Москву на работу. Однажды она увольняется, но остается фиктивно прописанной в квартире у работодателей — этого требовал советский закон. На вокзале она встречает молодого человека, которого из жалости решает поселить в свою пустующую комнату. Хозяева, естественно, против. Проклятый жилищный вопрос...

В финале, разумеется, герои влюбляются друг в друга и даже выигрывают крупную сумму по облигации — как-никак фильм делался в свое время по заказу Наркомфина в целях пропаганды государственного займа.

Алексею Айги уже приходилось работать с немым кино: «Девушка с коробкой» — второй фильм Барнета, который он озвучивает. До этого композитор участвовал в целом проекте «Немое кино — говорящая музыка». А вот в Красноярск Айги приехал впервые. Он рассказал проекту «Сноб», как обычно подступается к фильму:

После показа началась вторая часть вечера — концертная. Музыканты буквально терзали инструменты, даже смычки едва выдерживали их бешеный темп. Названия произведений зрителям тоже непросто было переварить. Например, «Несколько вариантов использования квазицитат» — Алексей Айги признался, что сам не до конца понимает, что оно значит. Были и другие, которые и без названия говорили сами за себя:

К сожалению, те, кто пошел на концерт, не смогли участвовать в очередном поэтическом вечере, где на этот раз читали стихи о стране, и не попали на круглый стол «Русский след во французской моде». Организатором встречи был журнал «Теория моды», который издается «Новым литературным обозрением» в рамках проекта «Культура повседневности».

Наутро Ирина Прохорова рассказала, о чем шла речь на круглом столе:

«Разговор был интересный, но неструктурированный, потому что вышли на сложный уровень. Что такое вообще русская мода? Это национальная идея, имидж страны. Проводились параллели с японской модой, которая не стала эксплуатировать кимоно, хотя, казалось бы, должна была. Тем не менее японская мода отличается от европейской, потому что в область моды перенесены философские корни самой японской культуры. А что же русская мода? Стоит ли ей эксплуатировать кокошники и ватники, как это, кстати, и происходит? Или мы можем показать другую сторону нашей жизни? Никто не изучает русский костюм по-настоящему. Россия — северная страна, а север — это особый уклад жизни. Мы можем создать моду, которая понимает, что такое север, и начать с этого разговор о том, что вообще такое северная цивилизация».

Мария Семендяева