Чего хотят террористы

Лекция мирового эксперта по терроризму позволяет проникнуть нам в психологию врага — и это не пустое любопытство, а условие выживания

+T -
Чего хотят террористы
От редакции
Поделиться:

Цели террора

Нельзя понять, успешен терроризм или нет, не выяснив, какие цели ставят перед собой сами террористы. В моей книге, которая называется «Чего хотят террористы», нет точного ответа на этот вопрос, но есть несколько догадок.

Я полагаю, что цели террористов можно разделить на первичные и вторичные. Первичные цели различаются от одной тергруппы к другой: это может быть отделение какой-то территории от одного государства и присоединение ее к другому, разрушение капиталистического общества, замена светского режима религиозным, приближение Судного дня и так далее. Вторичные же цели универсальны, и именно в их достижении террористы, несомненно, добились успехов. Эти мотивы, если сказать упрощенно, — жажда мести, славы и реакции на их действия.

Месть

Месть как мотив возникает независимо от географии, времени или идеологии террориста. Иногда это личная месть, но чаще это месть за что-то, пережитое социальной группой, с которой террористы себя отождествляют. Поэтому террористы считают, что жертвуют собой во имя других, а не преследуют эгоистические цели. Нас они называют агрессорами, а себя защищающимися. Нас —Голиафом, а себя — Давидом.

Слава

Здесь я имею в виду именно славу, а не просто известность. Хотя известность тоже всегда была важной задачей террористов — им необходимо привлекать к себе внимание общественности, ведь именно так распространяется страх. Но, помимо этого, террористы добиваются именно славы, причем не только для своей группы, но и для себя лично.

Во многих случаях сам факт членства в террористической организации поднимает социальный статус человека среди родственников и соседей. А лидеры террористических групп стремятся прославиться на национальном и даже на международном уровне. Это хорошо видно на примере видеопосланий Усамы бен Ладена: на записи, распространенной перед последними президентскими выборами в США, он выглядит государственным деятелем мирового масштаба. Когда в Белом доме приняли бывшего лидера ИРА Джерри Адамса, Усама обвинил американское правительство в лицемерии. Но на самом деле возмущен он был тем, что президент встретился с «каким-то ирландцем», а не с ним, великим бен Ладеном, гораздо более достойным этого.

Чего они ждут от нас

Террористы — люди действия. Действие — единственный доступный им язык общения с миром. Через террористические акты они заявляют миру о факте своего существования и демонстрируют свою силу. От нас же они ждут ответного действия, реакции. Тут их ожидания обычно завышены: одни требуют, чтобы американцы и израильтяне ушли с Ближнего Востока, другие — чтобы англичане покинули Северную Ирландию. Но о том, какой реакция может оказаться на самом деле, они обычно не имеют никакого представления.

Мы гадаем, чего хотел добиться бен Ладен, посылая самолеты на нью-йоркский Всемирный торговыйцентр. На этот счет существуют две версии: он полагал, что прогнивший западный мир испугается и отступит перед ним, либо сознательно хотел спровоцировать Запад на войну с исламом. Но я думаю, он не знал, чего точно хотел добиться, ему была нужна хоть какая-то реакция.

Террористы-смертники 

Если посмотреть на действия террористов-смертников через призму этой триады — жажду мести, славы и реакции — то многое становится намного понятнее. Те люди, которые готовят смертников, прекрасно это понимают. Готовя смертника, ему гарантируют вселенскую славу. Моя любимая история — про 19-летнюю палестинку по имени Андалиб Сулейман. Она была обыкновенной девочкой, поклонницей Бритни Спирс. Но когда взорвавшая себя в людном месте в Иерусалиме Вафа Идрис тут же прославилась во всем арабском мире, Андалиб убрала плакаты со Спирс, повесила вместо них портреты Идрис и записалась в школу смертников. Ей было нужно только одно — чтобы ее имя прозвучало на весь мир.

Комментировать Всего 9 комментариев

Интересно сравнить несколько щиобразное разглагольствование профессора с поразительным по самобытности документом здесь: http://www.snob.ru/profile/blog/6480/9823

Профессор действительно расползается мыслью по древу, однако и в упомянутом докладе есть свои червоточинки. Если интересно - я отписал в блоге.

Лучше пренебречь именитым профессором, чем проигнорировать крамольного анонима.

Кстати, терроризм - единственная тема, на которую у Гусова нет фотографий.  Поэтому он ей не интересуется!

Поразительный по самобытности документ - это, увы, фикшн. Часть романа Игоря Симонова "Уровень опасности".

Это вовсе не "фикшн", Мария.  Что же, по-вашему, и Достоевский "фикшн"?  Если так, то как мы в эту "фикшн" попали и каким образом в ней живем?  

Назовем это документальным романом в стиле Трумана Капоте.

Простите, Андрей, может я невнимательно читал сей "самобытный" документ, но мне кажется, что чуть не в каждом номере газеты Gardian пишут тоже самое. Поэтому я ее и перестал читать.

Описание положения вещей предложенное в документе верно, хотя тривиально. Будут взрывать, потому что ненавидят и считают себя в праве убивать "тупых и жирных". От морали же тошнит, потому что автор хочет рационализировать причину этой ненависти и становится на сторону тех, кто будет нас (и ВАС) убивать.

А анализ этот - чушь. Почему дети китайцев не становятся террористами? Их что, меньше унижали? Они что, все доходят до высот, нет таких, у которых папы такси  водят? Да нет, верят в то, что терпение и труд все перетрут.

Террор - это метод, такой же как и хакерство, такой же непонятный и пугающий, необходимый для достижения цели любыми средствами, в обход норм морали и устоев общества, тщеславие, самоутверждение, самооправдание  - это бонус к нестандартному методу. Поймите цели террористов, тогда Вы познаете их методы. В России свой собственный, уникальный террор, государственный противопоставляемый исламскому, и пораждающий себе подобный в новых формах, как с одной, так и с другой стороны. Почему не берут ответственности? Потому, что ответом на террор в Росии может являтся только террор, а не возможность противопоставления профилактики появлению новых целей для ещё более радикальных методов.