Во Франции похитили тот самый банан на скотче. Вещь недели: украденный «Комедиант»
Работа итальянского художника Маурицио Каттелана Comedian («Комедиант») с момента своего появления в 2019 году стала одним из самых обсуждаемых произведений XXI века. Над ней смеялись, её считали безумием, эту инсталляцию даже съедали, и вот теперь — похитили. Однако каждый раз работа оставалась невредимой. Разве не в этом сила искусства?
Впервые «Комедиант» был показан на ярмарке Art Basel Miami Beach в декабре 2019 года. Посетители увидели на стене банан, закреплённый полосой серебристого скотча. Вскоре стало известно, что одна из версий работы продана более чем за сто тысяч долларов.
Для широких масс «Комедиант» стал символом всего того, что они считали неправильным в современном искусстве — возможно, в этом его основная сила. Серьёзно, тут можно составить полноценный чек-лист:
- Работа с лаконичными формами, она же «да мой пятилетний внук лучше рисует» (в данном случае «лепит») — есть;
- Обращение к бытовым, повседневным объектам, оно же «и где тут высокое?» — есть;
- С одной стороны, всё понятно, оно же «лозунг, а не искусство» — есть;
- С другой стороны, ничего не понятно, оно же «автор сам-то понял, что хотел сказать?» — есть;
- А ещё сама по себе инсталляционность, она же «а где картина?», она же «с каких пор такое стало искусством?» — есть;
- И, конечно, баснословная стоимость, она же «хитрый делец нагрел дурачка-миллионера, моё почтение» — ещё как есть.
Опустим тот факт, что к любому произведению классического искусства можно применить несколько из этих критериев — особенно если смотреть на них глазами современников.
Кажется, что не могло всё так совпасть. Кажется, что «Комедиант» (ещё и какое намекающее название!) — это и есть остроумная насмешка над арт-рынком. Однако в интервью Маурицио Каттелан неоднократно возражал против подобного прочтения. Он считает свою работу размышлением о том, каким образом общество определяет, что заслуживает внимания, а что нет.
А ещё художник рассказывал, что идея банана пришла к нему не сразу. Он долго думал над формой будущей работы и даже рассматривал возможность изготовить плод из бронзы. Но в конечном счёте отказался от этого решения. Банан должен был остаться бананом — обычным предметом, который каждый день можно увидеть в магазине или у себя дома. Именно обыденность объекта делала возможным эксперимент, который интересовал художника.
Когда очередной экземпляр работы передаётся в добрые руки, покупатель приобретает не сам банан (хотя и его, конечно, тоже), а сертификат подлинности и инструкцию по экспонированию работы.
Суть произведения содержится в этих бумагах. Банан не может быть её носителем хотя бы потому, что его нужно регулярно заменять, когда он начинает перезревать. Хотя даже с инструкциями всё это — невесомая история. Нет произведения искусства, есть только символ. Именно из-за этой символьности «Комедиант» довольно быстро начал жить собственной жизнью. Уже через несколько дней после открытия выставки художник Дэвид Датуна подошёл к инсталляции, снял банан со стены и съел его на глазах у посетителей. Свой поступок он назвал перформансом Hungry Artist («Голодный художник»). Новость мгновенно разошлась по мировым СМИ. Однако организаторы выставки отреагировали спокойно: банан заменили новым, и работа продолжила существование.
На этом гастрономическая часть истории не закончилась. В 2023 году студент на выставке в Сеуле съел банан, объяснив свой поступок тем, что пропустил завтрак. Через некоторое время сотрудники музея вновь прикрепили к стене новый фрукт.
Но не каждому по статусу завтракать бесплатным «Комедиантом». В 2024 году криптопредприниматель Джастин Сан приобрёл одну из версий произведения на аукционе Sotheby's более чем за шесть миллионов долларов, а затем публично съел банан, став ещё одним участником этого ритуала.
Теперь к этому списку добавилась и кража во французском музее, которая из-за своей абсурдности в той же степени акт искусства, что и сам «Комедиант». Ради чего, спрашивается, человек рисковал оказаться на нарах, как он собирается заработать на украденном?
Чем больше людей пытаются вмешаться в судьбу работы, тем заметнее она становится.
Если обычное произведение искусства требует защиты от внешнего мира, то «Комедиант», кажется, существует благодаря постоянным вторжениям извне.
Мы не знаем, причастен ли Каттелан к исчезновению банана из Центра Помпиду, но ему точно нет резона препятствовать этому процессу. Единственный вопрос, которым он задавался, — а почему бы этим перформерам не съесть вместе с бананом кожуру, а следом и изоленту?
Впрочем, артобъекту всего семь лет — какие его годы.