Иллюстрация: Veronchikchik

— Екатерина Вадимовна, я уже много лет каждый понедельник читаю ваши колонки на «Снобе». И вот — сам попал в отчаянное положение! — драматически воскликнул молодой мужчина, всплеснул руками и мягко опустился в кресло.

У посетителя были приятные, мелкие черты лица, слабый подбородок и отчётливо выраженные залысины. В руках он держал папку, в которой, по всей видимости, находились какие-то документы.

— Я слушаю вас, — вежливо сказала я.

— Моя гражданская жена сбежала, бросив на меня маленького, больного ребёнка. А мне же нужно работать! Я в совершеннейшем тупике.

Мне показалось, что тут он хотел картинно вцепиться руками в волосы и потянуть, но вспомнил, что их и так осталось мало, поэтому жест остался незавершённым.

— Это ваш ребёнок? — спросила я.

— Ну я теперь даже и не знаю… — мужчина покачал головой.

— Можно сделать генетический тест, если для вас это важно, и узнать практически наверняка.

— Ну да, ну да… Но даже если он мой… всё равно…

Я поняла, что ребёнок его, и он в этом ни секунды не сомневался прежде и не сомневается сейчас.

— Я думаю, она просто сошла с ума!

— У вашей жены были проблемы с психикой? Какие-то диагнозы? — насторожилась я.

— Да нет, ничего такого вроде бы не было, — он с досадой махнул рукой. — Но это же ненормально.

Я поняла, что я с ним согласна и мне это тоже кажется ненормальным. При этом — если бы аналогичным образом, бросив ребёнка, сбежал от женщины гражданский муж, я бы рассматривала это в рассказе своей посетительницы-матери как абсолютный проходной эпизод, то есть совершеннейшую норму. Двойные стандарты — конечно же, они. Мы в них живём, но далеко не всегда их замечаем.

— У вас с женой были конфликты? Вы поссорились? Или всё произошло на ровном месте? Вы знаете, где она сейчас? Она давала о себе знать?

— Да мы с ней вообще вместе не жили. Я заявил в полицию. Там сказали, что это не их дело. А к кому мне ещё бежать?

— Чем болен ваш ребёнок?

— Он… очень капризный и всё время бегает и орёт… плохо засыпает… Я не знаю, тут невролог написал: повышенная нервная возбудимость… и простужается, и тогда нельзя в садик… — он вынул из папки какие-то листочки, несколько раз заглянул в них и заключил. — Я — жертва совершенно дурацких обстоятельств и не вижу никакого выхода.

Я поняла, что ситуация у них, по видимости, действительно нетривиальная, и попросила мужчину (он назвался Владиславом) рассказать подробнее. Получилось даже интереснее, чем я предположила вначале.

Владислав и Ирина познакомились на отдыхе на Кавказе. Оказались не только в одной туристской группе, но и из одного города, и даже — вот удивительное совпадение — жили недалеко друг от друга, в одном районе. Ирина была на пару лет старше, сделала некоторую карьеру в своей области и никогда не была замужем. Почти сразу в дружеском разговоре она призналась, что очень хочет ребёнка. Успешный программист Владислав, в свою очередь, рассказал женщине, что у него уже были достаточно длительные отношения, в которых есть ребёнок, девочка Соня. Отношения с той женщиной не увенчались браком, а потом и вовсе распались, но никаких драматических и окончательных ссор между партнёрами не было, поэтому Владислав продолжает регулярно видеться с дочкой и поддерживает их деньгами.

После окончания отпуска Владислав и Ирина вполне закономерно обменялись контактами и продолжили общение уже в Петербурге. Встречались, ходили гулять и в кино. Владислав заходил в гости к Ирине и довольно быстро стал оставаться на ночь. Идея жить вместе особенно не обсуждалась, а просто воплотилась на практике. Когда Ирина забеременела, оба очень обрадовались. Возможно, по этому поводу женщина ждала предложения руки и сердца (несколько раз намекала), но так и не дождалась и, по видимости, смирилась с этим.

Владислав торжественно и радостно встречал Ирину из роддома и во всех документах был записан отцом мальчика Александра.

Александр с самого начала получился беспокойным ребёнком — плохо спал, много плакал, капризничал с едой, требовал внимания и часто болел.

Владислав в значительной степени работал из дома, и на фоне постоянных криков и нездоровья малыша ему было трудно сосредоточиться. Он стал уходить работать в свою квартиру, а вечером возвращался. Измотанная целым днём ухода за Сашей Ирина пыталась привлечь отца к общению с сыном, но он отнекивался: «Я же работал, а теперь мне надо отдохнуть. Я хочу просто приятно провести с тобой вечер».

По понятным причинам «просто приятно провести вечер» при наличии не слишком здорового младенца получалось плохо, со временем Ирина начала предъявлять к сожителю претензии, и тут Владислав понял: всё это ему совершенно не нужно.

— Поймите, я на самом деле люблю своих детей, — втолковывал он мне. — И готов с ними видеться, и всегда материально участвовал в их воспитании, и если что-то было нужно срочно, я менял свои планы и почти никогда не отказывал. Но мне нужно своё пространство, своё время, мне нужен покой, в конце-то концов. А с маленьким ребёнком — это абсолютно невозможно.

Когда Саше было чуть больше года, Владислав вежливо сообщил Ирине, что их взаимное непонимание достигло некоторых неприемлемых для него пределов, собрал вещи и переехал обратно в свою квартиру. Раз или два в неделю он приходил на пару часов «поиграть с сыном» и давал деньги на жизнь — «довольно приличное количество, ведь Ира же в тот момент не могла работать».

— То есть в основном Ирина находилась с ребёнком одна?

— Нет-нет, ей помогала её мать. Ну и моя тоже — она приезжала раз в две недели навестить внука, всегда с подарком, выбранным по возрасту Саши. Моя мама — преподаватель в вузе, творческий человек, у неё много разных интересов и широкий круг общения. Ирина мама работает в торговле. А её отец — на заводе.

— Кем он там работает?

— Ну… я не знаю.

Так всё и шло. Владислав благополучно жил у себя в квартире, работал, продвигался по карьерной лестнице. Регулярно виделся и играл с дочкой и сыном, наблюдал, как они растут, честно каждый месяц перечислял деньги обеим женщинам, завёл приятные отношения с новенькой молодой сотрудницей, съездил с ней в отпуск в Абхазию...

А потом произошло то, что на самом деле в эпоху соцсетей легко было предсказать. Ирина через какую-то соцсеть познакомилась с матерью Сони. Женщины быстро развиртуализировались и неожиданно понравились друг другу, даже ощутили некое родство. Сводные брат и сестра тоже неплохо сошлись между собой. Более интеллектуальная Ирина почти сразу сформулировала для обеих: «Наш Владислав изначально хотел детей, ага. Он считает: нужно, чтобы были дети, продолжение рода, передача генов, всё такое. И он всё себе устроил, использовав нас с тобой. И детей он по-своему любит. Но на расстоянии. Нужно, чтобы их кто-то другой растил. И чтобы ему никто не мешал жить в своё удовольствие».

— Вот это ты точно сказала, Ира! — поддакнула первая женщина Владислава. — И ведь ничего тут не поделаешь!

— А вот это мы ещё посмотрим… — задумчиво протянула Ирина.

***

Однажды утром в дверь Владислава позвонили. Он заглянул в глазок и увидел Ирину и стоящего рядом улыбающегося пятилетнего Сашу. Открыл дверь. Сын сразу вбежал в квартиру, а Ирина шагнула в сторону, подняла и внесла два огромных баула с какими-то вещами.

— Что это?! — встревожился Владислав.

— Сашкины вещи, — ответила женщина. — Если чего не хватит, в квартире посмотришь или докупишь. Вот ключи от нашей квартиры, я там всё прибрала, можешь её сдавать, это тебе пока будет как бы от меня алименты на ребёнка. Получится почти столько же, сколько давал ты. Всё остальное — я отправила письмом, там три файла, читай внимательно, там есть важное про лекарства и прочее. Вот телефон моей мамы — я ей велела раз в две недели заезжать к тебе на часик-два, проведывать, но помни: остальное время у неё — творческая жизнь.

После этого женщина помахала сыну рукой, развернулась и ушла.

— Папа, мама сказала, что я теперь для разнообразия буду с тобой жить, — радостно сказал отцу подбежавший Саша. — Как мужик с мужиком! Пойдём скорее играть!

***

Уважаемые читатели, а давайте с вами теперь попробуем отвлечься от первично нахлынувших эмоций и проанализировать эту историю.

Что вы думаете по поводу ситуации Ирины и Владислава?

Что думаете вообще по поводу нынче имеющейся гендерной ситуации в нашем обществе? Какие проблемы видите? Какие тенденции развития?

Давайте порассуждаем.

В следующий понедельник будет окончание этой истории. А до этого — пишите письма со своими размышлениями и оценками. Я их обязательно опубликую в своём блоге.

Адрес для писем: katgift12@gmail.com