Иллюстрация: Édouard Mane/Wikimedia Commons

Édouard_Manet_-_Buveuse_de_Bocks.jpg

Иллюстрация: Édouard Mane/Wikimedia Commons

Юрий Сорокин

Вылечить женский алкоголизм: личная история

Редакционный материал

Психолог Юрий Сорокин написал книгу о том, что мы привыкли считать табу: о женском алкоголизме. «Сноб» публикует отрывок из книги, собранной из реальных историй тех, кто вылечился и вернулся к нормальной жизни. Предыдущие части читайте здесь: 1, 2, 3

22 Апрель 2018 9:21

Забрать себе

9-­й день

Вчера прошла моя встреча с мамой Маши. Картина их семейной жизни прояснилась. Это как в театре. На сцене висит занавес, за ним артисты готовятся к выходу, слышен шум в оркестровой яме, где настраивают инструменты музыканты оркестра. Все в ожидании начала спектакля. И артисты, и зрители. Занавес раздвигается, и спектакль начинается. Два героя — мужчина и женщина среднего возраста — встретились на жизненном пути. Взаимная симпатия и интерес друг к другу. Оба образованные и интеллигентные. Особой любви не было, скорее, брак по уму. Решили, что подходят друг другу, и заключили семейный союз. Родилась дочка. Это еще больше сблизило этих двух взрослых людей. Он военный, она историк, сейчас работает экскурсоводом в престижном месте. Оба довольно прагматичные, как говорят сегодня. Чувства у каждого есть, но есть определенные сложности с их выражением. Отношения больше на уровне понимания. Типа понял — не понял. Это нередко встречается в нашем обществе. А дочка родилась, как и многие дети, эмоционально открытая и чувствительная. Что вызывало у родителей некоторое беспокойство и тревогу.

По словам мамы, до 16 лет проблем с Машей не было. Мама списывает все это на переходный возраст, мол, тогда все и началось. Что именно началось, затруднилась назвать или не захотела. Прозвучала невысказанная обида на Машу. Похоже, и не одна, но мама умело прячет их от меня, а возможно, и от Маши. Сказала только про одну: «Вот Маша обижается, что мы с внучкой не очень интересуемся сейчас, что с ней. А она сама ни разу не спросила ни меня, ни Настю, а что с нами. Как мы сейчас живем без нее. Может, именно сейчас, когда она здесь, мы с Настей можем вздохнуть свободно и немного расслабиться. Нам не надо думать, где она и что она там может натворить. Когда она пила, мы жили, как на вулкане. Сплошной страх и безысходность. Она эгоистка, пуп земли, только все она и ей».

Такие женщины везде есть, может, и вы такую знаете. Создается впечатление, что Бог ушел в отпуск и назначил ее на свое место

Я смотрю на Машину маму, и во мне смешанные чувства: жалость, раздражение, удивление. Вижу ее лицо, слегка удлиненное, серые глаза, немного великоватые для него. Гладкие темно-­русые волосы, заколотые оригинальной формы шпилькой в пучок на затылке. Выглядит отдохнувшей после первой нашей мимолетной встречи. Средней величины губы, четко подкрашенные красной помадой, но не очень яркой, а именно по возрасту. Сидит в кресле ровно, выпрямив спину. Говорит спокойным, ровным голосом, лишь изредка разрешая показывать свои эмоции. Однако в глазах проглядывает некоторая жесткость. Если представить ее лет через десять, то я увижу такую старую моралистку — мегеру в семье. Такие везде есть, может, и вы такую знаете. Создается впечатление, что Бог ушел в отпуск и назначил ее на свое место. У нее сильная воля. Она просыпается утром, смотрит на себя в зеркало и говорит: «Волосы, разделитесь на пробор». И волосы повинуются. Вы знаете такой тип людей. И внутри ее мучает вопрос: как это у меня, такой правильной мамы, выросла такая неправильная дочь?

Да. Вот еще одна задача, которую мне предстоит решить. Во всяком случае, хоть что-­то сделать для их семьи в этом направлении. В моей голове уже целый список проблем, которые Маше предстоит решить здесь, в центре, и после — уже самостоятельно. Как у американцев в центрах для реабилитации алкоголиков. Они там занимаются только одной проблемой — алкоголизмом. Но во время лечения психологом выявляются личные проблемы, как правило, получается список из 15-20 пунктов. И с наилучшими пожеланиями его вручают пациенту с рекомендацией пройти в дальнейшем индивидуальную психотерапию. При этом оговаривается, что при игнорировании личной терапии шансы на возвращение в пьяную жизнь возрастают многократно. Но это уже его личная проблема и его личная ответственность.

Алкоголь тогда еще не поработил меня. Мы с мужем иногда выпивали, но полностью контролировали свое поведение. Пили немного

Возвращаемся к Маше.

«Здравствуйте, Маша. Как вы себя сегодня чувствуете?»

«Какая­-то тоска, беспомощность, боль и чувство одиночества. Я знаю, что вы вчера встречались с моей мамой. Теперь вы имеете представление, как мне трудно находиться рядом с ней».

После Маша изменила слово и сказала: жить рядом с ней. В ответ я ей говорю: «Знаете, Маша, у меня сложилось впечатление, что вы с мамой любите друг друга. Просто каждая из вас говорит на своем языке любви. Так иногда бывает. Конечно, я могу пересказать вам одну книгу про эти языки, но не хочу. Я просто дам ее вам почитать. Она так и называется “Пять языков любви”. Прочтете и узнаете свой язык любви и язык любви мамы. Пропустите это через себя. Это поможет вам и в общении с дочкой. А еще мне видится и чувствуется, что есть у вас сильная обида на маму и прячется она глубоко-­глубоко. О ней вы никому и никогда не рассказывали, может, если только где­-то по пьянке. Cобутыльники обычно не обращают на это внимания. Но носите вы ее в своей душе очень давно. На одной из встреч, точнее, на пятой, при разговоре о маме, вы сказали, что решили стать для нее… а кем именно, не сказали. Можете сегодня озвучить это, а если нет, то я могу еще подождать. Это ваше право — говорить или не говорить об этом. Я его уважаю».

«Сегодня я еще не готова говорить об этом, — ответила Маша. — Я расскажу о другом. О том, о чем, кроме меня, никто не знает. Вы будете первым, кому я решила доверить это. Но вначале о том, что этому предшествовало. Я вышла замуж во второй раз. Мы встречались с ним несколько месяцев. Он был моим ровесником. Семейная жизнь вначале складывалось очень хорошо. Он был очень теплым и ласковым, мы понимали друг друга с полуслова, и иногда мне казалось, что это прекрасный сон, настолько мы были близки с ним. Родители его были чудесные люди. Мы жили вместе с ними. Они в одной комнате, а мы в другой. С ними я ладила гораздо лучше, чем со своей мамой. У меня было ощущение, что я их любимая дочка, настолько хорошо они относились ко мне. Алкоголь тогда еще не поработил меня. Мы с мужем иногда выпивали, но полностью контролировали свое поведение. Пили немного. Бутылку хорошего сухого вина на двоих за целый вечер раз в неделю. Красиво накрывали стол, цветы, свечи в полумраке, хорошая закуска. Короче, красивый праздник, как в кино. И эти вечера были действительно праздниками для нас двоих.

Знаете, можно очень дешево купить красивую молодую женщину всего лишь за бутылку коньяка. Мне сейчас очень стыдно об этом говорить, но это правда

Но время шло. Затем мы стали устраивать праздники все чаще и чаще. Потом уже каждый день и без свечей, а иногда даже и без закуски. Просто каждый из нас брал свой бокал и мы молча сидели, думая каждый свое. Мы почти перестали общаться. Наверное, единственный вопрос, с которым обращались к другому, был: «Кто сегодня покупает вино?» Затем муж стал пить все больше и больше, а я еще могла сдерживаться. Настал момент, когда я ему стала больше не нужна. Его женой стала бутылка. Это страшно, но он превратился в алкоголика. Тогда я еще не осознавала это. К тому моменту у нас уже родилась дочка. Думаю, наверное, именно это меня и спасало тогда от сильной зависимости. Я продолжала терпеть пьянство мужа только ради нее. Думала, что это может остановить его.

Наступил момент, когда он начал употреблять наркотики и уговаривал меня их попробовать. Вот тогда я сильно испугалась, что вдруг не смогу в какой­-то из дней отказать ему и попробую. Внутри я приняла решение уйти от него. Его родители еще раньше говорили мне: «Уходи, не губи свою жизнь. Внучку мы все равно будем любить и заботиться о ней. Из любви к ней и к тебе мы говорим тебе: уходи, иначе ты погибнешь. Он наш сын, это наш крест, и нам его нести. Забирай дочку и уходи». И вот я решилась и вернулась к своим родителям. А куда мне еще было идти? Только к ним. Возвращение блудной дочери состоялось. Но в душе поселилось чувство вины перед родителями: два брака и оба неудачные. Хотя они об этом ни словом не обмолвились. Сейчас думаю, а может, я для оправдания своей выпивки придумала это чувство. Однако привычка к алкоголю уже сформировалась. И я понемногу втихаря в одиночку начала выпивать и выпивать, все чаще и чаще. Бог уберег меня от наркотиков, я убежала от мужа, но попала в алкогольную западню.

Через некоторое время мне повстречался мужчина. Он был старше меня на 25 лет. Мы встречались с ним несколько раз. И однажды, когда мы сидели с ним в ресторане, он сказал: «А интересно было бы посмотреть на тебя пьяную». Во мне вдруг что-­то взорвалось в этот момент. Ну, что же, хочешь посмотреть на меня пьяную, на, получай. И я тогда так напилась на его глазах, что мало не показалось. При всем при этом он сам пил немного. Какая-­то пружина внутри меня, которая была долго закручена, вдруг раскрутилась. Сегодня я вижу, для чего он меня спаивал. Если у трезвой у меня были границы морали и нравственности, то у пьяной они полностью отсутствовали. Знаете, можно очень дешево купить красивую молодую женщину всего лишь за бутылку коньяка. Мне сейчас очень стыдно об этом говорить, но это правда, с которой я столкнулась.

Как говорили восточные мудрецы: «Сверните свой ковер нетерпения и уберите его в сундук ожидания»

Юрий Степанович, какой-­то груз сейчас свалился с моих плеч. Вот несла этот груз, а теперь сбросила. Знаете, как бывает: прешься из магазина с полными сумками, и нести не хочется, и неудобно, и устала, и бросить не можешь. А приперлась домой, вошла в кухню, поставила сумки и сказала: “Вот, нате вам. Разбирайтесь, а я пошла”. Гори оно все ярким огнем. И так хорошо и легко, и такая свобода».

Маша замолчала. Единственное, что я сказал, выслушав ее монолог: «Спасибо вам, Маша, за доверие».

На этом мы с ней сегодня решили остановиться. Она сказала, что чувствует усталость. И с этим ушла. Ушла, опустив плечи и глядя в пол.

Вот так сегодня прошла встреча. В конце сессии Маша обратилась ко мне по имени­-отчеству. Значит, происходит смена ролей. Как именно? Она рассказала про отношения с мужчиной старше ее по возрасту. Я старше Маши по возрасту почти как тот мужчина. Из этого видно, что она сейчас меня подсознательно идентифицирует с его образом. Без умного слова никак не обойтись. Следовательно, она воспринимала меня сегодня как того мужчину­-любовника. Она влюбляет меня в себя. А что я? А я сохраняю позицию терапевта. Вижу ясно, четко, ярко смену образов в Машином восприятии.

И все-­таки, что именно Маша хотела доказать маме? Вопрос опять остался без ответа. Да. Сейчас проходит кризис. Требуется потерпеть и Маше, и мне.

Как говорили восточные мудрецы: «Сверните свой ковер нетерпения и уберите его в сундук ожидания».

Сокрытое сегодня откроется завтра. До завтра.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме

Читайте также

Психолог Юрий Сорокин написал книгу о том, что мы привыкли считать табу: женском алкоголизме. «Сноб» публикует отрывок из книги, собранной из реальных историй тех, кто вылечился и вернулся к нормальной жизни
Психолог Юрий Сорокин написал книгу о том, что мы привыкли считать табу: о женском алкоголизме. «Сноб» публикует отрывок из книги, собранной из реальных историй тех, кто вылечился и вернулся к нормальной жизни

Новости партнеров

Психолог Юрий Сорокин написал честную книгу, посвященную одной из самых табуированных тем в обществе — женскому алкоголизму. «Сноб» публикует фрагмент «романа длиной в 14 дней»
0 комментариев

Хотите это обсудить?

Войти Зарегистрироваться