Начать блог на снобе
Все новости
Редакционный материал

Аманда Штерс: Святые земли

Эпистолярный роман французской сценаристки Аманды Штерс «Святые земли», который выйдет летом в издательстве «Книжники», повествует о поисках гармонии в неблагополучной семье. Разведенный пенсионер Гарри Розенмерк переезжает в Израиль и начинает выращивать свиней для продажи. Тем временем его бывшая жена Моник Дюшен просит его принять нетрадиционную сексуальную ориентацию их сына. Разобраться в себе и в отношениях с родственниками Гарри помогает местный раввин. «Сноб» публикует первые письма
21 мая 2020 11:50
Фото: Zekeriya Sen/Unsplash
 

От Гарри Розенмерка — раввину Моше Катану
Назарет, 1 апреля 2009 года

Господин раввин, я следовал всем вашим указаниям с тех самых пор, как решил переехать жить в Израиль и разводить тут свиней. Я устроил им хлев на сваях, вроде гавайских хижин над морем. Никогда нога никакой свиньи не ступила на Святую землю. Кроме, разумеется, тех случаев — да и вы с этим согласны, — когда их используют для охоты на террористов. (Кстати, я видел в «Нью-Йорк таймс» за последний месяц фотоснимок солдата ЦАХАЛа со свиньей на поводке, а ведь это явно порочит нашу репутацию людей, непоколебимых в вере!)

Я почтителен с религией, хоть и редко захаживаю в храмы, и никоим образом не желал причинить вам огорчение. 

А еще я нахожу ваше письмо грубоватым, и сколько вы ни называйте меня «сукиным сыном», это не изменит того очевидного факта, что израильские евреи обжираются беконом и я по-прежнему буду им его продавать в ресторане, между прочим, одном таком во всем Тель-Авиве. Сам-то я его не ем, это слишком жирно для моего уровня холестерина, и без того высокого, так что я просто стараюсь этим зарабатывать на жизнь. Перестань я торговать свининой, они просто пойдут и купят ее у какого-нибудь гоя. Яичницу с беконом из меню не выкинешь, тут уж даже вы ничего поделать не сможете. Они считают это изысканным, как и курицу в горшочке или лягушачьи лапки... 

А что насчет истории со свиной кровью, господин раввин? Помните, та блестящая идея — развешивать в городских автобусах сумки, наполненные кровью, чтобы террористы, подрываясь, ею бы забрызгивались и становились нечистыми — так что никакой рай с его семьюдесятью двумя девственными гуриями их бы уже не впустил? Если вам удастся выбить для меня такой контракт с общественным транспортом, мне больше не придется торговать беконом.

Я подумал, что уж вы-то, с вашими политическими суждениями, частенько совсем не такими же, как у других раввинов, и с вашей открытостью души, поймете меня. 

Короче, у меня множество всяких разговоров для вас касательно разведения свиней, но я знаю о вашей занятости, поэтому не злоупотребляю вашим досугом и повторяю заверения в своем глубочайшем почтении, 

Гарри Розенмерк 

_____________ 

От раввина Моше Катана — Гарри Розенмерку
Назарет, 3 апреля 2009 года

Господин Розенмерк, либо вы держите за идиота меня, либо сами олух олухом. Не исключено и то и другое — или даже то, что вы не осознаете одного из двух этих фактов.

Вы следуете моим...? 

Ах!.. господин Розенмерк! 

Перебирайтесь-ка лучше ко мне. Мы обсудим Талмуд, и я научу вас вере, которую вы, кажется, совсем позабросили в угоду убеждениям меркантильным, ультракапиталистическим. Отвечаю вам по пунктам, последовательно и коротко — ибо близится праздник Песах, и дел у меня невпроворот.

1. Когда б весь мир рассуждал подобно вам, в нем не осталось бы никакой морали. Ни добра, ни зла. Пусть даже всякий мог бы торговать беконом в «USAVIV», ресторане для нечистых, — это не избавляет от греха лично вас. Окажись вы в комнате, где находятся умирающий с голоду ребенок и еще компания из девяти человек, — и если вы съели последний кусочек хлеба, оправдавшись тем, что в ином случае его съел бы любой из остальных девяти типов, это вовсе не извиняет вас: ибо вы, ИМЕННО ВЫ и убили этого ребенка.

2. Уже давно несчастные палестинцы, которых принуждают взрывать себя в автобусах, битком набитых спешащей в школы детворой, больше ни во что не верят, а уж всего меньше — в девственниц, ожидающих их в раю. Они жертвуют своей жизнью в обмен на то, чтобы их семьи имели убежище, приличную крышу над головой и могли досыта поесть.

Оставьте при себе вашу свиную кровь. Лучше было бы по кирпичику разобрать разделяющую нас стену. И потом не кидаться друг другу в рожи этими кирпичами, а построить для них приличное жилье. 

3. Если бы Израиль мог как-нибудь огрызнуться в ответ на все, что думают в «Нью-Йорк таймс» и где там еще, мы бы об этом услышали. Мы — страна, которую в мире ненавидят больше всех, бывает, и за дело, а чаще — потому что так сложилось. Мы не собираемся ни стараться понравиться, ни прикидываться не такими, какие мы есть. Ваши свиньи приносят армии пользу. Обоняние у них чрезвычайно острое, и если палестинцев в общественном месте коснулась свинья, они уже не имеют права приносить себя в жертву. И плевать, как рядом со свиньями выглядят солдаты. 

Жду вас в ешиве, там и поговорим. 

Сделайте мне любезность, помойтесь.

Всего доброго, раввин Моше Катан

_____________ 

От Давида Розенмерка — Гарри Розенмерку
Рим, 1 апреля 2009 года

Папа, я по-прежнему пишу тебе, несмотря на твое молчание. Чтобы не рвать окончательно. Чтобы не настал тот день, когда мне придется встретиться лицом к лицу с незнакомцем, который окажется моим отцом. Чтобы не забывать о тебе.

Ты все еще сердишься? Из-за простого выражения. Эта простая фраза изменила всю мою жизнь, а твою — нет. Да, я люблю мужчин. Мне следовало бы сказать «одного мужчину», ведь я переживаю настоящую историю любви, папа. Разве не хочется тебе повидать того, кто сделал твоего сына счастливым? А поговорить со мной, услышать мой смех?

Вот странно, чем реже тебя вижу, тем больше становлюсь на тебя похож. Я ищу тебя в зеркалах. У меня твои волосы. Тепло твоих рук передается моим даже посреди зимы. Я замечаю все чаще, что ношу водолазки, из которых ты не вылезал, когда мы жили в Лондоне, а ведь я ребенком их ненавидел. И хотя я отращиваю бороду, на моей щеке все та же девичья родинка.

А вот и моя фотография.

Надеюсь, ты радуешься своему новому сумасбродству. Ты-то, так и не пожелавший купить мне хоть какое-нибудь домашнее животное! Ты не захотел завести даже красную рыбку. А теперь ты заводчик свиней. Есть ли у тебя работники? Сколько у тебя хрюшек? Только не говори мне, что делаешь все своими руками. Это ты-то — в сапогах и спецовке? Мама мне сказала, что у тебя и телефона-то нет. Не верю я в это. Но в любом случае не осмелился бы позвонить. Отсутствие писем — это не так больно. Мы все разобщены. Мама, Аннабель, ты и я. Я — один кусочек пазла, затерянный на скверном материке. А может быть, это как раз ты?

Давид

_____________ 

От Моник Дюшен — Гарри Розенмерку
Париж, 2 апреля 2009 года

Дорогой бывший муж и как-никак отец моих детей!

Выражусь кратко, но точно. Ты — старый мудак. И это безнадежно. Твой сын написал тебе сотни писем, и все остались без ответа.

Видел бы ты, с каким успехом проходят премьеры его пьес, сколько людей отбили себе ладони, аплодируя его таланту.

«Гениальный автор» — вынесла в заголовок газета «Ла Репубблика» после римского спектакля на прошлой неделе. А он-то, он... Думаешь, улыбался? Нет. Он весь вечер, как всегда, не мог оторвать взгляд от двери, а не от сцены. Так надеялся увидеть, что она открывается и входишь ты. 

Изругай его! Поссорьтесь! Это всегда лучше, чем твое молчание старого брюзги!

Признаюсь, мне есть за что благодарить и тебя: с тех пор как ты разводишь свиней, я рассказываю об этом на всех парижских обедах. И имею грандиозный успех! Правда, не уверена, что это снизит градус антисемитизма. Свиньи, отслеживающие террористов? Ха-ха! Подумать только, а ведь ты почти заставил меня поверить, что такое может быть на самом деле...

Это ты вспомнил наш первый обед у Свинека? Как закадрить гойку? 

Короче, дела у меня ничего себе. Новые проекты, увлекательные и прибыльные. Благодарение богу, с тем пансионом, какой ты мне положил... Говорила я тебе, что эта старая коза Марин Дюрье снова вышла замуж? За русского. Не за еврея. За настоящего русского. И сделала себе подтяжку лица — когда улыбается, внутри что-то потрескивает. 

Не знаешь ли каких новостей от Аннабель? Вот забавно: «новеллы от Аннабеллы» — ни дать ни взять название какой-нибудь из еще не написанных пьес Давида. Мне она не рассказывает ничего. Я чувствую, как ей грустно. Вот-вот она вернется из Нью-Йорка. И, может быть, покончит с этими чертовыми занятиями! Это ж надо — учиться больше десятка лет! Была специалистом высокой квалификации, а теперь подавай еще и докторскую степень... Зачем? Пусть наконец подарит нам внучат! 

Слушай, напиши твоему сыну. Его жених очарователен by the way.

И подходи же к телефону! 

Моник 

Перевод: Дмитрий Савосин

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
После долгого изучения кельтской культуры Альвдис Н. Рутиэн, больше известная как ученый-фольклорист и создательница сайта «Миф.Ру» Александра Баркова, написала книгу «Между», которая вышла в издательстве «РИПОЛ классик». События, описанные в романе, охватывают более двух тысячелетий — от возведения Стоунхенджа до правления короля Артура и явления Грааля.  «Сноб» публикует первые главы
Двенадцатилетнего сына Тельмы, главной героини романа «Комната чудес», сбивает грузовик. Мальчик впадает в кому, и врачи решают отключить его от аппарата жизнеобеспечения, если он не очнется в течение месяца. Тельма верит, что ребенок слышит ее и все понимает. Чтобы вернуть сына к жизни, она исполнит все его мечты сама — с закрытыми глазами перейдет перекресток в Токио, сыграет в футбол в его команде и многое другое, что запишет на видео и включит ему. С разрешения издательства Corpus «Сноб» публикует первую главу
Книга американского историка культуры Тилар Маццео «Дети Ирены» (издательство «Эксмо») посвящена польской героине Второй мировой войны Ирене Сендлер. Вместе с друзьями и соратниками она спасала еврейский детей — выводила их по трубам городской канализации, прятала в гробах и проносила в чемоданах из Варшавского гетто мимо немецкой охраны. Таким образом ей удалось спасти около 2500 детей. «Сноб» публикует одну из глав