Все новости

Журнальный материал

Гузель Яхина: В цифровой книге автор остается с читателем один на один

Гузель Яхина номинируется за эпический роман о раскулачивании «Зулейха открывает глаза», уже получивший премию «Большая книга». Ее эссе, написанное специально для этого номера «Сноба», посвящено не столь драматичной, но все же болезненной теме – возможной смерти бумажной книги

17 Сентябрь 2016 12:20

Фото: Иван Куринной

Три года назад я решила приучить себя к чтению электронных книг. До этого отношения с цифровыми текстами не складывались: ни одну из начатых книг я так и не осилила до конца; более того, спустя пару недель мозг исправно стирал из памяти все существенные детали даже той малости, что была прочитана; смутно помнился лишь предмет повествования, не более. Эксперимент обещал быть мучительным.

Новый Сорокин, старый Пелевин, Шишкин и Шлинк, лекции по киноискусству, татарские народные сказки, пара диссертаций по девиантному поведению подростков, статьи по семантике народных жилищ, сценарий эйзенштейновского «Бежиного луга» и даже зачем-то Кийосаки – все было решительно закачано в планшет. А брать в руки бумажную книгу я себе запретила. На три месяца.

Это было сурово, признаюсь. Ломка, желание прервать эксперимент, тоска в метро при виде счастливцев, спокойно листающих бумажные томики…

Лучше всего дело обстояло со сценариями: емкие, драматичные, жестко структурированные, они были словно созданы для восприятия с экрана. Если сценарий в цифровом виде не захватывает читателя – значит, фильм не удержит зрителя.

Деловая и научная литература также неплохо читалась в электронном варианте. Тем более что можно было, презрев детский запрет «не черкать в книге», смело выделять маркером самые интересные мысли и писать на полях сколь угодно длинные заметки. Это хоть как-то компенсировало неудобство чтения в непривычном формате.

А вот с художественными текстами все было гораздо сложнее. Поначалу казались пресными даже сказки – волшебные сказки, с огнедышащими джиннами и луноликими пэри. Что уж говорить о другом… Пришлось включить волю и выключить эмоции. Пообещала себе, что по истечении трех месяцев даже не притронусь к планшету, что удалю электронные книги со всех компьютеров в доме – если захочу.

Удалять не пришлось – эксперимент удался: я научилась получать удовольствие от чтения с экрана. А заодно поняла кое-что про цифровой формат.

Книга родилась и многие века существовала как плод коллективного труда: клеевары, прессовщики, сушильщики, резчики – это бумага; граверы, наборщики, тиснильщики, брошюровщики, переплетчики – печать; иллюстраторы, дизайнеры, верстальщики, трафаретчики, фотографы – художественный облик… И все эти люди, отряды и отряды людей, незримо присутствуют в бумажной книге, помогают автору и читателю встретиться. Увидишь интересную обложку – и тянешься снять книгу с полки. Возьмешь  в руки – и оценишь приятный на ощупь переплет, и тяжесть хорошей бумаги, и гладкость обреза. Раскроешь – а иллюстрации! а шрифт! а верстка! Хочу читать, хочу…

То ли дело – цифра. Электронный формат беспощаден. Он предъявляет к автору самые высокие требования. В цифровой книге автор остается с читателем один на один. Между ними – лишь текст, и все его изъяны и недостатки видны крайне отчетливо. Затянутость, беспомощность сюжета, рыхлая структура, скудный слог – экран высвечивает слабости, как рентген. Не спрятаться за впечатляющей суперобложкой, за внутренним дизайном, за запахом качественной бумаги, за сложенным веками авторитетом печатного слова. Текст и читатель – тет-а-тет, на бескрайних и пустынных просторах цифрового формата. И тут уж либо есть контакт, либо нет. Либо родятся понимание  и, возможно, даже любовь, либо нет. Либо дойдет читатель до последней страницы, либо кликнет раздраженно кнопкой ридера, переключаясь на другую книгу. Вот как она проверяется, сила авторского слова. Электронный формат – очень честная штука.

Так же строг цифровой формат к читателю. Восприятие с экрана требует большей концентрации и большей внимательности, по крайней мере на первых страницах. Большего доверия к автору, большей открытости и чуткости к тексту. Большей готовности включить воображение и эмпатию. Большего желания читать, наконец. Сложнее листнуть на пару десятков страниц назад и найти невнимательно прочитанный абзац. Сложнее удержать в голове структуру – без подсказки оглавления или вынесенных для удобства читателя на верх каждой страницы названий глав. В электронной книге все сложнее – для нас, привыкших к бумаге.

Мы озабоченно посматриваем на молодежь в метро, ерзающую шустрыми пальчиками по экранам мобильников и планшетов. Тревожно спрашиваем себя и друг друга: а что же будет с печатной книгой? Уйдет в прошлое, покроется пылью, станет музейным экспонатом? («Вот станок Гутенберга, а вот бумажная книга, какой ее знали наши предки; она имела хождение еще в первой половине двадцать первого века…») Не будет ни газет, ни книг, ни кино, ни театров – цифра, одна сплошная цифра?

Технологические скачки часто вызывают подобные опасения. Как показывает история, по прошествии времени новинки прогресса мирно уживаются рядом с предшественниками: угасания театра, предрекаемого критиками в связи с появлением кинематографа, не произошло; в свою очередь смерть кино, объявленная по планете в середине прошлого века ввиду массового распространения телевидения, также не состоялась.

Да, печатной книге пришлось потесниться и дать место цифровому формату. Да, в ближайшие годы, возможно, ей придется потесниться еще больше. Да, недалек тот день, когда и электронной книге придется уступить немного пространства – какому-то принципиально новому формату. Но это уж пусть заботит наших правнуков. Это уж пусть они тревожно спрашивают себя и друг друга: что же будет с цифровой книгой?..

А я признательна тому эксперименту трехлетней давности. Электронный формат напомнил мне давно позабытую школьную истину: чтение – это труд. От которого, впрочем, можно получать удовольствие. Честно.
Ɔ.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев
Хотите это обсудить?
Войти Зарегистрироваться