Давайте на секунду представим себе ситуацию: мэр Москвы Сергей Семенович Собянин обращается с открытым письмом к юристу ФБК* Любови Соболь**.

Текст большой, незамысловатый и дружелюбный. Мол, Люба, вы человек очень хороший, смелый, много расследований полезных провели. Но есть Нюта Федермессер, общественный деятель и создатель хосписов, в которых получают паллиативную помощь сотни и тысячи людей. Так случилось, что она случайно (впрочем, как и вы, Люба) решила поучаствовать в выборах и выбрать себе часть районов ЦАО для выдвижения. Этот округ очень важен для злодея и обманщика Алексея Навального***. Он хочет использовать любые возможности, чтобы помешать Нюте. Вы, Люба, умная и перспективная женщина, не замешаны в провокациях, авторитарных всплесках и отправке школьников под дубинки. Не надо помогать Навальному*** и его команде. Не позволяйте использовать себя. Ваш Сергей Семенович.

Вот такой крик души на мелованной бумаге попадает во все либеральные СМИ. Плющев**** битый час выступает на «Эхе Москвы», Смирнов занял все полосы «Медиазоны», «Медуза» во главе с Колпаковым проверяет текст на предмет харассмента. О чем же они говорят? Будут ли спорить о качествах кандидата, писать гневные комментарии на странице Соболь** и воспевать подвиги Собянина и Нюты? Произойдет ли дискуссия, в ходе которой Соболь** снимется с предвыборной гонки?

Очевидно, нет. Для либеральной общественности все будет ясно с первых строк. Акт давления, авторитаризм, полицейское государство, жулики и мерзавцы — вот что скажут Плющев****, Смирнов и Сергей Пархоменко***** о таком письме. И заклюют всю ту же Нюту Федермессер, которая в реальности много лет занимается объективно важной деятельностью и облегчает страдания своих пациентов. И вознесут на трон все того же Алексея Навального***, одним из воплощений которого, к несчастью, стала умная и талантливая девушка Люба Соболь**. Словом, реакция будет точно такой же, как и на настоящее, наглое и авторитарное, письмо в адрес Нюты.

Самое страшное, что никому за то реальное письмо не станет стыдно. Ни автору за менторский тон и взгляд свысока, ни пастве его за язвительные кивки и поддакивания, ни даже тем людям, которые волей-неволей стали второстепенными персонажами политического опуса. Прав был Цицерон: письмо не краснеет. Бумага все стерпит.

И лишь где-то вдруг, по странному стечению обстоятельств, утренние газеты внимательно прочтет Владимир Путин. Он улыбнется, посмотрит на фотографию Алексея Анатольевича и скажет: как же он все-таки на меня похож! Моя школа. Далеко пойдет.