Алексей Алексенко /

Небесные знаки последних времен

Краткий обзор астрономических наблюдений начала 2016 года

Иллюстрация: Corbis/East News
Иллюстрация: Corbis/East News
+T -
Поделиться:

В прошлые века людям было свойственно время от времени поглядывать на небо, чтобы — на основании всевозможных затмений и хвостатых звезд — спрогнозировать точный тайминг конца света. Неизбежность самого конца света сомнений не вызывала (на этот счет были неопровержимые теоретические выкладки); вопрос был только в датах. Сейчас у нас ситуация в принципе похожая, только вместо небесных знаков используются вещи более приземленные: курс доллара, цена нефти, заявления, сделанные вершителями мировых судеб с  берегов Терека. В общем, прогрессивно, но мелковато. Потому рискнем вновь, как перед эпидемией чумы в XIV в. н. э., обратить внимание читателей на небеса. По странному совпадению, именно в эти дни в небесах обнаруживается много удивительного.

1. Звезда зажглась

Во времена рождения Спасителя звезды в небе зажигались только по исключительным поводам. Однако с тех пор возможности наблюдения очень сильно выросли: современная техника позволяет просматривать вселенную на такую глубину, что при желании можно наблюдать сверхновые хоть каждый день, и стало сложно каждый раз подыскивать достойный информационный повод, к которому это событие приурочено. Существует даже особый проект* — Всенебесный автоматический поиск сверхновых (ASAS-SN), сканирующий весь небосклон с периодом два-три дня, причем каждый раз уж что-нибудь да ловится.

Однако тут речь идет о более редком явлении — суперсветимых сверхновых, или «гиперновых», как их еще называют. Ну так вот, в июне минувшего лета в небе, точнее, в весьма далекой галактике вспыхнула как раз такая звезда (а сейчас подоспела и публикация). Конкретно эта гиперновая замечательна тем, что ничего более яркого астрономы вообще никогда не наблюдали. Эта штука светит примерно в 50 раз ярче, чем вся наша галактика, а в ней, на минуточку, около 100 миллиардов звезд.

Астрофизики говорят, что такие спецэффекты возникают, когда умирает звезда с очень большим магнитным полем. В результате получается «магнетар» — пульсар с тем же самым магнитным полем, энергия которого и обеспечивает эту грандиозную вспышку. Раньше, однако, считалось, что такие гиперновые вспыхивают только в карликовых тусклых галактиках, где идет активный процесс рождения звезд; а наша героиня зажглась в самой обычной галактике, вроде нашей. Эту странность ученые пока не в силах внятно объяснить.

Что будет, если такая же штука вспыхнет в нашей галактике? Если вспыхнет близко, в районе Сириуса, все из рук вон плохо. А если подальше — будет красиво, примерно как вот на этой картинке китайского художника. Это вид на гиперновую с расстояния примерно в 10 000 световых лет (это примерно полпути от нас до галактического центра).

Иллюстрация: Jin Ma/Beijing Planetarium/Science AAAS
Иллюстрация: Jin Ma/Beijing Planetarium/Science AAAS

2. Звезда вот-вот погаснет

Если у нас тут что-то и рванет в ближайшее время, завтра или через миллион лет — это Бетельгейзе, красный гигант в созвездии Ориона** в 600 световых годах от нас. Сейчас астрономы наблюдают эту звезду в состоянии предсмертной агонии. Она вздулась, покраснела и лихорадочно выбрасывает из себя клочья горячего газа.

С горячим газом как раз и возникла проблема: его температуру измерили, и он оказался не такой уж и горячий. Энергии явно не должно хватать, чтобы вырваться из гравитационного поля звезды, однако же он как-то вырывается. Это значит, что теоретические модели где-то врут. А еще это значит, что наши человеческие ученые не знают чего-то очень важного о самой близкой к нам звезде, которая скоро должна взорваться как сверхновая. И им, наверное, от этого немного тревожно.

3. Две дыры, две темных повести

К мысли о том, что в центре нашей галактики находится огромная черная дыра, мы понемногу привыкли. Но оказывается, что там все еще хуже. Сложности обнаружились, когда астрономы занимались невинным делом — наблюдали некие облака газа с помощью японского радиотелескопа «Нобеяма». «Что-то этот газ слишком быстро и неравномерно движется», — сказали себе эти парни и вскоре выяснили почему.

А потому что там есть еще одна черная дыра. Она не такая здоровенная, как та, что в центре галактики, но тоже ничего — сто тысяч солнечных масс. Значит, это как раз та самая черная дыра промежуточного размера, о существовании которых отчаянно спорили астрофизики. А оказалась, одна такая у нас буквально в кладовке лежала все это время.

Летает эта дыра вокруг нашей главной дыры на расстоянии 200 световых лет. То есть все-таки не слишком близко. И значит, столкнутся они не скоро. А вот зато когда столкнутся, от них, наверное, пойдут гравитационные волны, о чем речь пойдет ниже.

4. Небесные звуки

Когда в небесах происходит нечто масштабное — например, сливаются две черные дыры, — по пространству прокатывается этакая рябь, как если кинуть в пруд камешек. Ну или должна прокатываться согласно теории Эйнштейна. Вот эту самую рябь — гравитационную волну — и пытаются поймать участники эксперимента LIGO (в вольном переводе — Лазерно-интерференционная гравитационная обсерватория; я специально немного смухлевал, чтобы сохранить аббревиатуру).

В середине января у них там закончился очередной период сбора данных, и в середине февраля ожидается оглашение результатов. И крепнут слухи, что они там действительно что-то нашли. Возможно, уже через несколько недель гравитационные волны из гипотезы превратятся в экспериментальный факт.

Что же именно мы ожидаем увидеть? Скорее, даже не увидеть, а услышать. Когда две черные дыры сближаются, они начинают кружить все быстрее и быстрее.

Когда скорость достигает десяти оборотов в секунду — это уже та частота, на которой детектор LIGO может что-то поймать. Двадцать колебаний в секунду —  очень басовитый звук, доступный человеческому уху. А потом скорость вращения возрастает головокружительно быстро — и как раз через весь звуковой диапазон. Если бы мы могли слышать этот предсмертный стон черных дыр, он звучал бы не как стон, а как этакий «чвык!», быстро повышающийся от низкого тона к очень высокому. Но что значит «если бы могли»?! Возможно, мы его как раз вот-вот услышим.

5. Небесные жители

Разумеется, самое интересное, что мы надеемся увидеть на небе (и самое обнадеживающее в смысле перспектив человеческой истории), — это инопланетян или, точнее, сверхцивилизации. Без этого независимого подтверждения нам как-то не слишком очевидно, что у нас, человечества, впереди огромное будущее, а не тупик.

Вообще говоря, совершенно не факт, что цивилизации существуют вечно или даже достаточно долго. Можно разнообразно фантазировать о том, какие факторы способны этому мешать. Все наверняка читали (а если нет, читайте сейчас же) рассказ Айзека Азимова «И пала тьма» (Nightfall). Там речь идет о некой цивилизации на планете в системе из шести звезд. Естественно, почти всегда у них на небе светит хоть одно из этих солнц. Однако изредка — раз в несколько тысяч лет — все шесть солнц все же уходят за горизонт, и над головой зажигается звездное небо. Да притом не простое небо, как у нас: эти ребята живут в середине глобулярного кластера, то есть этакого сгустка, битком набитого звездами. Поэтому ночное небо у них в сотни раз ярче, пронзительнее и прекраснее, чем наше. И, соответственно, сильнее взывает к нравственному закону внутри них... короче, как только настает ночь, все жители планеты сходят с ума и цивилизация прекращается — и потом снова и снова медленно воссоздается из праха, до следующей ночи.

К чему мы так долго пересказывали эту историю? А к тому, что до недавнего времени считалось, что в глобулярных кластерах — вроде вот этого на картинке — не может быть ни планет, ни жизни.

Фото: Judy Schmidt/ESA/NASA
Фото: Judy Schmidt/ESA/NASA
Глобулярный кластер Терзан1 недалеко от центра нашей Галактики

Просто потому, что звездам там слишком тесно и они слишком сильно притягивают друг друга, чтобы могли существовать стабильные планетные системы.

Но Розанна Ди Стефано из Кембриджа взглянула на ситуацию по-другому. Во-первых, если среднее расстояние между звездами будет около тысячи радиусов земной орбиты, условия будут достаточно стабильны для развития планеты и жизни на ней. А во-вторых, и это самое главное, в таких условиях цивилизация, даже не слишком развитая, сможет легко избегать всевозможных космических катастроф, просто перемещаясь с одной планеты на другую, благо между ними рукой подать. Розанна собирается в ближайшее время заняться поисками планет в глобулярных кластерах — например, в том же Терзане, что на картинке, — а затем перейти и к поиску сверхцивилизаций.

Если, конечно, с ними там не произошел психологический срыв, предсказанный Азимовым... Подведем, однако, итоги. Множество странных явлений заметили в небе астрономы за последнее время. Но бояться их не надо: самих себя нам надо бояться, а не астрономии.


Примечания:

* На самом деле это просто система из нескольких небольших телескопов, размещенных в Чили и на Гавайях.

** Орион — он такой как бы человечек, с растопыренными ручками и ножками, с поясом и даже с писей (это «туманность Ориона). В Москве небо вообще не видно, но если вы в Таиланде, на Бали или Филиппинах, вы найдете это созвездие почти в зените в начале ночи. А Бетельгейзе у него вроде как кулак правой руки, и вы наверняка сразу заметите, какая она красная. Вот там как раз и рванет.