Вадим Рутковский /

«Не дадим нас бить в лицо сапогом»: 10 фильмов о рабочей солидарности

1 мая — день, объявленный в 1899 году на парижском конгрессе II Интернационала днем солидарности рабочих всего мира. Мы отмечаем старинный праздник, вспоминая лучшие фильмы о борьбе трудового народа за правду и свои права

+T -
Поделиться:
Кадр из фильма «Стачка»
Кадр из фильма «Стачка»

1. «Стачка» Сергея Эйзенштейна, 1925

На дореволюционном заводе все было спокойно, и даже за титром «Бузят ребята» не крылись события, всерьез угрожающие хозяевам-капиталистам, пока администрация не довела до самоубийства рабочего, ложно обвинив его в краже микрометра. Этот инцидент и повлек стачку, жестоко подавленную жандармами и казаками. Отреставрированную версию дебюта Эйзенштейна открывает цитата из Ленина: «Сила рабочего класса — организация...» Рискнем предположить, что великий кинематографический бунтарь и формалист-экспериментатор ориентировался не на Ленина: его манила и гипнотизировала взрывная волна плотской человеческой стихии. Так или иначе, в признании величия этого фильма были едины и Коммунистическая партия Советского Союза, и ее заклятые идеологические враги — буржуазные эстеты западного мира. Значимость фильма не умаляется, независимо от того, какое тысячелетье на дворе. И в постиндустриальную эпоху «Стачка» остается кинематографическим абсолютом — спасибо рабочему классу за то, что вдохновил Сергея Михайловича. Посмотреть фильм можно здесь.

2. «Гордость» Мэтью Уорхуса, 2014

Кадр из фильма «Гордость»
Кадр из фильма «Гордость»

В годы правления «железной леди» Маргарет Тэтчер пролетариату Великобритании приходилось несладко; шахтерская забастовка 1984–1985 годов — одно из ключевых событий в истории рабочего движения. Известно, что на встрече с Тэтчер Михаил Горбачев публично отрицал финансовую поддержку Национального союза горняков Советским Союзом. Менее известен тот факт, что финансовую, гуманитарную и пиар-поддержку в виде благотворительного концерта угольщикам Уэльса оказало лондонское гей- и лесби-комьюнити. Об этом неожиданном союзе и рассказывает задушевная и в высшей степени гуманистическая комедия «Гордость», содержание которой можно было бы счесть утопической выдумкой, если бы оно не было основано на реальных событиях.

3. «Премия» Сергея Микаэляна, 1974

Кадр из фильма «Премия»
Кадр из фильма «Премия»

Вот драма о странном примере рабочей солидарности: бригада Василия Потапова (Евгений Леонов) единодушно отказывается от премии, выданной за перевыполнение годового плана всем сотрудникам треста. За непостижимым умом поступком — желание привлечь внимание к нездоровой обстановке, дурной организации труда, вынести проблемы планового хозяйства на заседание парткома. Снятый буквально в четырех стенах фильм до сих пор смотрится как триллер — можно убедиться прямо сейчас.

4. «Человек из железа» Анджея Вайды, 1981

Кадр из фильма «Человек из железа»
Кадр из фильма «Человек из железа»

Остроактуальная — и высокохудожественная — хроника «Солидарности», польского объединения независимых профсоюзов, родившегося на гданьской судоверфи им. Ленина в 1980 году. Фильм Вайды — вольное продолжение «Человека из мрамора»: главный герой — Мачей Томчик, сын Матеуша Биркута, протагониста первой части дилогии (в обоих фильмах главную роль играет Ежи Радзивиллович). Благородная политическая агитка отхватила «Золотую пальмовую ветвь» Канна и успела прогреметь на родине — до запрета «Солидарности» и введения военного положения. В эпизодах можно увидеть настоящего Леха Валенсу — ему Вайда посвятит отдельный биографический фильм «Человек из надежды» в 2013 году.

5. «Рабочий класс идет в рай» Элио Петри, 1972

Кадр из фильма «Рабочий класс идет в рай»
Кадр из фильма «Рабочий класс идет в рай»

Еще один победитель Каннского фестиваля, всегда неравнодушного к социальной остроте. Правда, Петри далек от апологизации пролетариев своей страны, не готовых объединяться без правильной агитации (осуществляемой, как правило, умниками-белоручками). И главный герой в исполнении Джана Мария Волонте — совсем не плакатный рубака из коммунистической пропаганды, а фирменный трагифарсовый персонаж комедии по-итальянски, и фильм соткан из парадоксов и гротеска; целиком и с русским закадровым переводом доступен на YouTube.

6. «За Маркса...» Светланы Басковой, 2012

Кадр из фильма «За Маркса...»
Кадр из фильма «За Маркса...»

Еще один жестокий фарс, снятый единственным российским режиссером наших дней, обладающим вкусом к прямому политическому высказыванию. Два постоянных актера-соавтора Басковой — Сергей Пахомов (радикальный стендапер и художник, ныне признанный народом как оккультная звезда «Битвы экстрасенсов») и Владимир Епифанцев (другой радикал и маргинал, успешно заигрывающий с мейнстримом) — примеряют маски бригадира литейного цеха и гнусного владельца завода. Чего в фильме больше: сарказма или боли, решайте сами; «За Маркса...» можно посмотреть здесь.

7. «ХХ век» Бернардо Бертолуччи, 1976

Кадр из фильма «ХХ век»
Кадр из фильма «ХХ век»

В потрясающем витальном эпосе Бертолуччи забастовочному движению отдана лишь одна из линий, оно — часть мозаики, наравне с семейной хроникой, сексуальными эскападами, пасторальными эпизодами и историей фашизма. Но не упомянуть этот фильм, где эрос неотделим от красных знамен, невозможно.

8. «Кулак» Нормана Джуисона, 1978

Кадр из фильма «Кулак»
Кадр из фильма «Кулак»

Американский вклад в развитие темы — ода профсоюзному движению 1930-х (название «Кулак», FIST — аббревиатура от Federation of Inter-State Truckers, проще говоря, Федерации дальнобойщиков), с Сильвеcтром Сталлоне в роли лидера Джонни Ковака. Не откажу себе в удовольствии процитировать статью Игоря Кокарева из журнала «Коммунист» за 1981 год: «В профсоюзе водителей грузовиков борьбу возглавляет новичок с боевым характером и тяжелыми кулаками. Он поднимает рабочих на забастовки, ввязывается в схватку со штрейкбрехерами, грудью идет под пули наемной охраны хозяев. И когда не остается никаких других средств, он решается противопоставить вооруженным наемникам предпринимателей мафию, давно набивавшуюся в друзья к водителям грузовиков с целью использования их транспорта для перевозки контрабанды. Сила ломит силу, и за стол переговоров со сразу подобревшими хозяевами руководитель местного отделения профсоюза Джон Ковак садится с гордо поднятой головой победителя. Эта часть фильма пронизана сочувствием к лишенным прав рабочим, симпатии режиссера явно на их стороне. Но проходят десятилетия. За спиной Ковака — годы профсоюзной деятельности, над его уже порядком поседевшей головой — выразительная эмблема руки, сжатой в кулак, с многозначительной аббревиатурой — ФИСТ. Такая же эмблема над входом в огромный небоскреб, где теперь разместилась общенациональная федерация профсоюза, символически расположенный напротив такого же солидного многоэтажного здания корпорации. Сам Ковак, пробившийся, как мы видим, шантажом и подкупом к креслу председателя федерации, выглядит уже типичным боссом с замашками опытного политикана... Мысль Джуисона в этой части фильма достаточно ясна. Усиление и укрепление профсоюза является ответом на усиление и укрупнение капитала. Как бы по законам физики: сила действия рождает такое же противодействие. И по своей бюрократической структуре, и по борьбе за власть внутри организации, и по процветанию коррупции обе противостоящие стороны ничем не отличаются друг от друга. Своих симпатий режиссер не отдает ни тем, ни другим. Его стремление к объективности искренне, но в рамках буржуазного мировоззрения, без понимания истинных интересов рабочего класса, психологии рабочего активиста, причин перерождения рабочего лидера в профсоюзного бюрократа оно привело режиссера к двусмысленности его авторской позиции. Джуисон утверждал, что сделал “прорабочий” фильм. Но дело в том, что в общественной жизни действуют законы посложней ньютоновских. И трактовка классового конфликта в духе элементарной физики игнорирует особенности участвующих в конфликте общественных сил, диалектику классовой борьбы. Джуисон закончил фильм сенатским расследованием связей федерации с мафией, в ходе которого самого Ковака убирают со сцены руками гангстеров. (...) Острых тем в США становится все больше, и в их художественной разработке в дальнейшем все острей и острей будет ощущаться поляризация демократических и реакционных буржуазных тенденций. Истинным художникам кинематографа все трудней будет удерживаться на промежуточных позициях “объективизма”, критиковать пороки системы, оставаясь ее защитником, наблюдать борьбу и быть в стороне от ее страстей, угождать всем, заботясь о коммерческом успехе. Кино, превратившись в одну из главных отраслей индустрии духовного воздействия, стало важным оружием идеологической борьбы. В каких бы жанрах ни работали его творцы, какие бы легкие или, наоборот, сложные фильмы ни создавали, они стоят перед неизбежностью выбора: служить прогрессу и демократии или капиталу и реакции. Третьего не дано».

9. «Норма Рэй» Мартина Ритта, 1979

Кадр из фильма «Норма Рэй»
Кадр из фильма «Норма Рэй»

Вспоминая заокеанскую классику, не обойтись без этой картины с потрясающей Салли Филд (премия Каннского фестиваля и «Оскар») в заглавной роли — простой американской бабы, вкалывавшей за гроши на текстильной фабрике до встречи с профсоюзным активистом Рубеном Варшавски, открывшим ей глаза на капиталистический произвол.

10. «Путь» Чэнь Цзянь-джена, 2006

Кадр из фильма «Путь»
Кадр из фильма «Путь»

Мимо международного рабочего движения не прошло и современное искусство. Этот 17-минутный опус, созданный для Ливерпульской биеннале, изумительно синтезирует концепт и живые эмоции. История фильма начинается в 1995 году, когда забастовку объявили 400 ливерпульских докеров — в ответ на приватизацию доков, повлекшую увольнение 20 портовых рабочих. Пик стачки пришелся на сентябрь 1997-го: англичан поддержали коллеги из США, Канады и Японии, присоединившиеся к бойкоту судна «Нептун Джейд» — оно странствовало по миру неразгруженным, пока не добралось до Тайваня, где вместе со всем грузом было тайно продано с аукциона. В тот же год портовые рабочие Тайваня начали свои протесты против приватизации, но, будучи изолированными от пролетариев других стран, потерпели фиаско. Символическим реваншем стала акция художника из Тайбэя Чэнь Цзянь-джена: 17 августа 2006-го он вместе с докерами устроил тайный пикет на территории порта Гаосюн, второго по величине города Тайваня. Историю нельзя переписать, но служить прогрессу и демократии можно разными способами.