Почему Швейцария отказалась от нового коммунизма

Прошедший на днях в Швейцарии референдум о введении так называемого безусловного основного дохода (БОД) принес отрицательный результат: население проголосовало против минимальной гарантии дохода для всех граждан страны. «Сноб» рассказывает, что такое БОД и почему швейцарцы не захотели перейти на новую форму отношений с государством

Иллюстрация: GettyImages
Иллюстрация: GettyImages
+T -
Поделиться:

Сама идея «безусловного основного дохода» предусматривает выплату любому гражданину страны или региона некоторой базовой суммы денег вне зависимости от его доходов. Эта сумма должна быть достаточной для покрытия основных потребительских расходов, оплаты жилья и развлечений. Для сторонников левых взглядов эта идея — предвестник нового коммунизма, но уже на новом уровне технологий. Либералы также с интересом восприняли эту идею. Сторонник правых взглядов может поддержать БОД за то, что одновременно планируется упразднение пособий и субсидий, механизма контроля за ними, а также бюрократической машины, обеспечивающей выплаты. Это может снизить нагрузку на бюджет и упростить жизнь получателям, которым теперь не будет нужно собирать документы и проходить освидетельствования. При современном уровне технологий организовать такой процесс достаточно несложно. Изъятие части дохода у хорошо зарабатывающих граждан может быть произведено через дополнительное налогообложение — в целом никто не пострадает, а низкооплачиваемые работники или неработающие граждане получат бонус.

Помимо экономии на бюрократических расходах базовый доход может создать дополнительные плюсы. Например, можно будет отказаться от минимальных пенсий — пенсионеры тоже будут получать БОД. При определенном уровне БОД может возникнуть конкуренция между организациями, предоставляющими социальные услуги, ведь у всех их клиентов появляются деньги для оплаты услуг. Отдельная проблема — граждане и группы населения с ограниченными возможностями распорядиться деньгами; но и это решаемая задача. Наконец, сокращение рабочих мест в результате автоматизации производств уже не так пугает, если общество способно изъять достаточно налогов с капиталов или потребления. Улучшаются и возможности для частичной занятости — потеря работы перестает быть катастрофической проблемой.

Однако при всех перечисленных плюсах идея не нашла поддержки; в силу, вероятно, ее чрезвычайной смелости. Предложенная организаторами сумма в 2500 швейцарских франков в месяц (около 2600 долларов по текущему курсу) на референдум не выносилась. Голосование шло за поправку к Конституции, в которую предлагалось внести новую статью ст. 110а «Основной доход» из трех пунктов. Первый — «Конфедерация обеспечивает получение ее гражданами безусловного основного дохода». Второй — «Основной доход должен обеспечивать достойное существование и участие в общественной жизни всех граждан». Третий — «Источники финансирования и сумма основного дохода определяются законом». Механизм реализации и обеспечение исполнения были крайне неконкретными, особенно в масштабах страны. Учитывая, что швейцарцы уже отклоняли предложения о введении самой высокой в мире минимальной зарплаты (22 франка в час), решение было довольно предсказуемо. К тому же, с учетом очень высокого уровня пенсий и пособий в стране, у левых избирателей были обоснованные страхи, что это выльется в нечто вроде российской «монетизации льгот» 2005 года, когда их получатели в итоге оказались в менее выгодных условиях после проведения реформы.

Есть и более серьезная проблема: БОД, как и отрицательные процентные ставки в той же Швейцарии и Еврозоне, — это покушение на основы экономического миропорядка. Работа — основа социального порядка. Кто не работает, тот не ест (или должен объяснить, почему его надо кормить). Сберегать хорошо, брать в кредит — плохо. И вдруг эти принципы подрываются, причем одновременно и довольно быстро. Как реорганизовать налогообложение капитала, производства и потребления, чтобы снизить налоги на все более редкий, нерегулярный и дорогой труд? Достигла ли экономика такой эффективности, чтобы поддерживать потребление при снижении занятости? Как обеспечить достаточность выплат и ограничение числа их получателей? Что будет происходить с людьми, у которых появилась масса свободного времени и у кого нет острой необходимости искать работу — это будет саморазвитие или, наоборот, развлечения, аддикции? Ответов нет ни у специалистов, ни у избирателей, ни у бизнеса. Именно поэтому проводятся локальные эксперименты — например, в голландском Утрехте с этого года начинают ограниченную выплату БОД. В 2018 году на такую систему (скорее замещение пособий, чем тотальный базовый доход) готовится перейти Финляндия. В случае успешного снижения расходов, повышения уровня жизни без роста цен, уменьшения преступности эти эксперименты дадут новые аргументы для их введения в большем масштабе. Роботизация и изменение понятия занятости также могут повлиять на жизнеспособность новой системы. Но в любом случае внедрение этой новации произойдет не сразу. Вряд ли на это уйдут десятилетия — та же концепция плоского подоходного налога прижилась довольно быстро, — но годы точно.

Перспективы безусловного основного дохода в России пока туманны. Государственные органы, наоборот, пытаются запустить механизмы проверки нуждаемости и усилить контроль за правомерностью получения пособий. В этом заинтересованы и ведомства, занимающиеся раздачей казенной помощи. При этом структура доходов российского бюджета как раз неплохо подогнана под переход на БОД: в основном доходы поступают от крупного бизнеса и от продажи сырьевых ресурсов, а не от населения (а раздавать такие доходы пытались еще в Древней Греции). При введении БОД можно будет забыть и про дефицит Пенсионного фонда. При этом надо понимать, что уровень доходов и производительности труда в российских условиях не позволят ввести достойный уровень безусловного основного дохода (достаточно вспомнить про минимальную зарплату в 7500 рублей, повышенную на днях) — скорее, речь может идти о выплате единого пособия.