Юлия Пантюшина /

Искусство слушать ребенка. Юлия Гиппенрейтер — о правилах воспитания детей

Психолог Юлия Гиппенрейтер, автор популярных книг для родителей, рассказала гостям проекта «Сноб. Диалоги», как воспитать самодостаточных, ответственных, благополучных детей, как выстраивать отношения нескольких детей в семье и как помочь ребенку при разводе родителей

Фото: Psychologies
Фото: Psychologies
+T -
Поделиться:

О стратегиях воспитания эмоционально благополучных людей

Гуманистические принципы и подходы в воспитании, взаимоотношениях в семье в психологии и педагогике стали распространятья во второй половине прошлого века. Они подразумевают внимание к личности ребенка и взрослого, к ее развитию и росту.

В середине XX века американский психолог русского происхождения Абрахам Маслоу обратил внимание на необычных людей, описал их свойства и ввел термин «самоактуализация». Согласно работе Маслоу, среди нас живут люди, которые успешно развиваются личностно, реализуя свой большой потенциал. Как правило, это люди старше 40 лет — он не встречал младше, ведь 20— и 30-летним нужно пробиваться в жизни. А в более зрелом возрасте у некоторых людей наступает особенный период полноценной жизни. Они становятся уверенными в себе, прочно стоящими на ногах, увлеченными своей работой. Это не значит, что они делают только то, что им нравится — скорее, им нравится то, что они делают, они чувствуют свое призвание, ответственность. Их отличает дружелюбие, оптимизм, демократичность. Такие люди очень открыты и искренни, эмоционально сбалансированы, они верные друзья, умеют глубоко любить и сами любимы, постоянны в семейных отношениях, однако без ханжества. Маслоу называл носителей этого комплекса свойств психологически здоровыми личностями.

Я думаю, что это описание совпадает с тем, какими мы хотели бы видеть своих детей. И мы можем озаботиться тем, чтобы они развивались, обретая эти свойства.

Прежде всего дети должны быть эмоционально сбалансированы. Эмоциональная сфера взрослого или ребенка — это основа его здорового существования и развития здоровой личности. Эмоциональная сфера подвергается опасности при воспитании и при вхождении в социум. Для того чтобы ребенок был благополучен эмоционально, нужно следить за удовлетворением его потребностей. Я не буду говорить о потребностях в еде, сне — это физиологическая сторона, и она очевидна. Но потребности в принятии и любви — это одни из базисных потребностей и детей и взрослых. Принятие и любовь немного разные вещи. В любви есть некоторый элемент собственничества. Принятие же — это переживание близости с «прощением» или не-возмущением тем, что ты в нем видишь, согласие со все, что в нем есть. 

Ребенок любого возраста, как и взрослый, мечтает о том, чтобы его принимали. Трудный подросток мечтает об этом. Ведь в глубине души он хороший и знает, что он хороший. Глубина души — наш эмоциональный резервуар, на поверхности которого может быть все что угодно: гнев, злость, ревность, затем идет слой боли, обиды, а потом начинается слой неудовлетворенных потребностей и страдания. Я глубоко в верю — и очень многие факты это подтверждают — самый злой, колючий подросток становится мягким, добрым, может заплакать, если его наконец поняли. Это может растопить и ваши эмоции, и его.

Одна женщина рассказала: муж обычно приходит с работы очень усталый, злой и выливает агрессию на нее. Однажды он приходит, по обычаю начинает на нее ругаться, а она ему говорит: «А я все равно тебя люблю». Он онемел и бросился ее обнимать! Детям очень важна эта фраза и это отношение: «Я тебя все равно люблю».

Чаще всего не удовлетворяется и другая потребность детей — в свободе, самореализации, самостоятельности. Слишком много наших забот выражается в форме наставлений, принуждений, дрессировки, контроля, а ребенок — очень спонтанное существо, и ему нужно давать свободу жить самому. Это не исключает того, что нам нужно его образовывать (в самом широком смысле), но делать это нужно очень аккуратно и мягко. Как только с ребенком говорят строго, дают наставления, как он должен себя вести, он начинает чувствовать, что его не принимают, не понимают. Конечно, он не должен кусать маму или бить младшего кубиком по голове! Но об этом нужно сказать без крика, твердо, чтобы он понял раз и навсегда. При этом надо понять, почему он так сделал. Нужно спросить себя, почему он так сделал. Возможно, потому что другому ребенку оказывалось внимание, а ему нет, и ему кажется, что его уже не любят.

А разве у взрослых не появляются гнев, обида или злость, когда они вдруг обнаруживают, что их уже не любят, а любят другого? Такое поведение надо в каком-то смысле принять, понять. А из этого понимания уже действовать — не просто отругать. Когда критика, одергивания, наказания, упреки накапливаются, они складываются тяжелым грузом на дно души ребенка, давят на то добро и свет, которые ему присущи. А самое главное, вы теряете с ним контакт. После этого он уже не поддается вашему воспитанию, потому что не верит, что его понимают. Дальше вы будете только увеличивать дистанцию. 

Еще одна стратегия понимания ребенка сводится к тому, чтобы не направлять его на те цели, которые считают важными родители. Детям часто запрещают: ты не должен интересоваться этим, это бессмысленное занятие! Родителям не известно, почему он этим интересуется. Может быть, он находит что-то важное для себя, для своего развития, а они считают, что ребенок должен заниматься совсем другим. Отдают его в разные специальные школы, секции, кружки. Все это нужно, но важно и то, насколько при этом к ребенку прислушиваются. Нужно постоянное прислушивание и выслушивание. Я очень много страниц уделила в своих книгах так называемому активному слушанию, описанию этого способа. Говорю родителям, что это на самом деле не столько метод или техника, а искусство.

Тем не менее, начинать приходится с очень простых шагов: следует просто молчать, когда вы слушаете ребенка. Надо начать с ним разговаривать, когда ему плохо, трудно, когда он сделал что-то «не то», провинился. Просто послушайте его сочувственно. Такое слушание имеет некоторые правила, например, если он сказал: «да, я его ударил!», не нужно спрашивать почему. Он сам часто не знает и не может это как следует объяснить.

Мы часто не слышим и не хотим принимать его переживания: ты ревнуешь! Но ты не должен ревновать! Приказ чувствовать не так, а иначе — это ошибочный ход родителей. Это лишение ребенка свободы, чувства, мысли и воли. Откуда тогда возьмутся самоактуализирующиеся личности, которые, несмотря ни на что, сохраняют присутствия духа, не теряют себя и находят возможность двигаться дальше, извлекают из трудностей жизни дополнительные резервы, силы, выносливость и мудрость?

Если ребенок что-то сделал не так, то критикой вы только вызовете чувство вины. Наказание приводит к озлоблению. И как он дальше будет жить с этим? Будет копить свою неудовлетворенность, которая не приведет к эмоциональному благополучию. Необходимы наблюдение за ребенком и помощь ему в том, чтобы он приобретал эмоциональное равновесие, уверенность в том, что он хороший. По поводу проступков можно говорить, что такое бывает, случается, это не навсегда, это нормально. Нормально быть злым, нормально ревновать. Но при этом наладить контакт с ребенком в виде бесед и разговоров. Нужно дать ребенку возможность пообсуждать и подумать, воспользоваться светлыми запасами его души.

Советский педагог и психолог Василий Сухомлинский говорил: «Воспитывать — это все равно как взращивать добрые всходы на поле, там растут тоже и сорняки, но давайте не будем концентрироваться на этих сорняках. Дадим рост добрым всходам, и тогда они забьют всходы плохие». 

Когда в семье несколько детей

Слушатель: У меня два мальчика, пятилетние двойняшки. Они кардинально разные: по одному четко видно, плохо ему или хорошо, а второй совершенно закрытый. Я стараюсь замечать какие-то тонкости в его поведении, но он настолько замкнут в себе, что я иногда не понимаю, что у него происходит. Когда он взрывается, я понимаю, что я что-то упустила. Как помочь ему не копить все в себе, как помочь давать отпор его активному брату, который у него все время все отнимает?

Иногда такие вещи приходится решать стратегически, например, отделять их друг от друга. Судя по вашему рассказу, он жертва, он уступает и чувствует себя приниженным, может быть, несчастным. Я бы отнеслась ко второму мальчику как к нуждающемуся в особой помощи. Нужно оберегать его, беседовать с ним, развивать его более смелые, более добрые чувства отдельно от второго брата. Вам нужно воспитать в нем такую же уверенность в себе, как и у второго ребенка. Пусть он верит в то, что вы можете его защитить. 

Слушатель: У меня близнецы, им по четыре года. Они ходят на детскую площадку, в развивающие кружки. К ним приходят друзья, которых они знают с рождения и дружат с ними. Они с ними, конечно, играют, но на самом деле им кроме друг друга никто не нужен.

Наверное, когда они подрастут, круг общения у них расширится. Когда дети подрастут, они начнут играть в ролевые игры и будут играть не только вдвоем. 

Слушатель: У меня двое детей: девочке 11 лет, мальчику 4 года. Младший брат постоянно обижает старшую сестру.  Я говорю ему, что сестру обижать нельзя, спрашиваю, почему он так делает. Он просит прощения, искренне извиняется каждый раз. Например, он хочет, чтобы она с ним играла, а она делает уроки и не может. Он говорит: «Я хочу, чтобы она со мной играла». Как же быть?

Задавайте ему вопросы: «Ты хочешь, чтобы она бросила все свои задания? Хочешь, чтобы ей двойку поставили, потому что она не выучила уроки? И ты ее совсем не любишь и не жалеешь?» Ребенок задумается. Вытащите из него добрые чувства. 

Слушатель: Как правильно выстроить отношения с малышом, которому полтора года, при появлении нового ребенка? Полуторагодовалый малыш залюблен, зацелован, очень-очень избалован вниманием. У него сейчас период огромной зависимости от мамы.

Полтора года — это очень чувствительный возраст привязанности к маме. В таких случаях я цитирую одну маму, которая брала родившегося под мышку и продолжала делать со старшим все то, что она делала, нисколько не меняя образ жизни. Столько же играла, столько же читала, пока младший болтался под мышкой. Тогда старший привык к нему и начал помогать — так мама и старший ребенок стали одной командой. 

Слушатель: Моей дочке три с половиной года, и мы тоже ожидаем появления второго ребенка. Она сначала очень ждала, попросила сестру или братика. А сейчас, когда она понимает, что этот момент уже скоро настанет, она повторяет, что она маленькая, отказывается сама есть, хочет, чтобы ее кормили как маленькую. Мне бы хотелось, чтобы процесс появления второго ребенка для нее прошел менее болезненно. И как заложить понимание с момента рождения второго ребенка, что они самые близкие другу другу люди? Я объясняю дочери, что она все равно для меня маленькая, не важно, что родится еще кто-то.

Родители очень часто пытаются решить эмоциональные проблемы логическими объяснениями: «Ты старшая, но ты такая же любимая». Это не работает. Дети смотрят на ваши действия. Хорошо, если вы сейчас найдете такие занятия с ней, благодаря которым она бы чувствовала, что вы ее любите, без слов. Меньше говорите — больше делайте. А установка ее убедить, предупредить ничего не даст. Кто-то из взрослых, кто пережил появление второго ребенка в семье, рассказывал мне, мол, бабушки, дедушки, друзья родителей приходят домой и все кидаются сразу к колыбели. И это было так ужасно, вспоминал этот человек, о нем никто не помнил, ему уже никто не радовался. И в этот момент закладывается ненависть к новому существу. Что бы вы ни говорили, если вы так сделаете — все, ваши отношения изменятся к худшему.

Когда ребенок не хочет учиться

Слушатель: Хотелось бы узнать ваше отношение к детским садам. Сыну четыре года. Есть возможность не отдавать его в детский сад, но можно и отдать. Сам он туда не хочет. 

Очень сложно отвечать на абстрактные вопросы. Все зависит от того, что его ждет дома. В саду тоже может ждать все что угодно. Если ему хорошо дома, то зачем его гнать? Важно, чтобы были друзья. Приглашайте к нему друзей, тогда будет социализация.

Слушатель: Нужно ли водить ребенка в музыкальную школу, если он не хочет туда ходить? Будет ли упущено время, если не ходить? Талант есть.

Это то самое планирование судьбы ребенка, которое ничем хорошим не заканчивается, это насилие над ребенком. Талант развивается тогда, когда ребенок увлечен. А когда его заставляют, развивается не талант, а чувство вины. Ребенку не очень хочется заниматься, поэтому он не очень старается. Родители огорчаются. Поэтому понижается самооценка, растет гнев. Нельзя ребенка заставлять.

Слушатель: А если ребенок спортом не хочет заниматься? 

Конечно, я могу сказать, что ребенка не нужно направлять и настаивать на своем. Но сейчас я так не скажу. Если вы хотите, чтобы он чем-то занялся, увлеките его этим. Вместе с ним делайте то, что вы хотите, чтобы он потом делал сам. Если вы хотите ввести ребенка в какую-то новую деятельность, которая для него поначалу неинтересна и нейтральна, то начните с энтузиазмом, со вкусом, с эмоциональной позитивной окраской делать это вместе с ним. А потом он привыкнет, вы постепенно уйдете из этого дела, а он продолжит. Но эту передачу нужно сделать очень деликатно, не бросать его сразу.

Дети получают большое удовлетворение от успехов, и родители должны обеспечить им сначала маленькие успехи. Им очень приятно доставлять маме и папе удовольствие. Но еще большее удовольствие — от собственного успеха. Ребенок может потом бросить и заняться чем-нибудь другим. Ну и что? Другое занятие — это тоже хорошо. На самом деле мотивы исчерпываются, некоторые из них более стойкие, некоторые преходящие. Мы это знаем и по нашим отношениям, по дружбе с кем-то: вы с кем-то подружились, а затем раздружились, а с кем-то вы на всю жизнь. То же самое происходит и с занятиями у детей.

Слушатель: Не будет ли ребенок потом обвинять родителей в том, что его не заставили заниматься? Ведь есть же общепринятое мнение, что музыкой нужно заставлять заниматься. Я это не поддерживаю, но это есть. 

Вот и хорошо, что не поддерживаете.

Слушатель: Моему сыну 20 лет, дочери 14 лет. Сын учится хорошо. Мы столкнулись с тем, что у дочки год назад пропала мотивация к учебе. Она начала понимать, что она уже девушка, а не ребенок, зато перестала понимать, зачем ей учеба. И мы не можем ей объяснить, что нужно учиться. Как донести это до девочки такого возраста? Мы пробовали оставить ее в покое, но она в триместре получила столько двоек, что нас вызвали в школу. С тем, что находится за пределами учебы, у нас проблем нет. Она может подсесть ко мне, когда я занимаюсь своей работой, интересуется этим.

Может быть, ей стоит остаться на второй год? В Америке, как я слышала, есть школа, которая отпускает 12-летних год не учиться. Они получают то, что учеба у них отняла: свободное время на развитие своих интересов. Девочке нужно узнать, что же ей интересно. Назидания не действуют. А то, что она может подсесть и чем-то интересоваться — это награда, слава богу, что это есть.

Есть такая книга — «Воспитание свободой» Александра Нилла, английского педагога, который открыл школу, куда было не обязательно ходить. Принимали в школу детей, отбившихся от рук и от учебы, которые приезжали туда на пансион. Там им говорили, что они могут не учиться — посещение уроков было добровольным. Можно было ходить в разные мастерские, заниматься спортом. Через три-шесть месяцев дети возвращались к учебе.

Когда родители оказывают слишком большое давление, происходит уничтожение собственной мотивации, и это страшно. Мотивация умирает от давления. Чем больше хочет родитель, тем меньше хочет ребенок. Учеба из-под палки бессмысленна, она будет тратой времени и сил ребенка, а также денег родителей.

Слушатель: Нашей дочке восемь лет, мы активно занимаемся ее развитием, предлагаем ей много занятий. Ей вроде бы все интересно, но недолго. Она сталкивается с первыми трудностями и больше не хочет заниматься. Как сформировать у нее способность преодолевать трудности? 

Нужно ее поощрять: «Смотри, как у тебя хорошо получается». Она должна поверить в свои силы с вашей помощью. Она должна уметь себя организовать и поверить, что преодоление трудностей ей по плечу.

Когда у ребенка проблемы с общением

Слушатель: Дочка приходит с площадки, поругавшись там с мальчиком, и плачет. Я ее спрашиваю: «Ты расстроена, потому что мальчик тебя ударил?» Она отвечает: «Да», — и продолжает плакать. Не является ли это навязыванием моего мнения?

Вы ее не слушаете — вы задаете вопросы. Слушание не есть расспрашивание. Начало может быть такое: «Ты огорчена» (утвердительная интонация). Чтобы слушать, надо как можно больше молчать. Вы навяжете свое мнение, если будете говорить. Если вы молчите, она обязательно что-нибудь скажет еще. Пауза очень важна. Вы же должны сочувственно смотреть. Нужны такие слова: наверное (может быть), тебя кто-то обидел. Приходит надутый подросток или ребенок, не важно, какого он возраста, или даже приходит муж или жена обиженные. На вопрос, что случилось, как дела, отвечают: «Нормально» или «Ничего не случилось». Почему мы получаем такие ответы? Потому что люди знают, что их не поймут, ведь уже был такой опыт. Предположим, он подрался с мальчиком. Сказав, что драться нехорошо, вы сразу закрыли входы к ребенку. Если это все происходило не один раз, такой опыт накопился. Необходимо принятие: «да, иногда хочется подраться, меня это не радует, наверное, и тебя особо не радует, ведь ты любишь дружить». 

Слушатель: Моему сыну два года. Он очень много дерется: бьет детишек, собаку дома, родителей. Собаку он любит, играет с ней, но затем может ее ударить. Я не вижу в этом агрессивного настроя. Он не злится, когда бьет, делает это достаточно весело, но часто.

Остановить надо раз и навсегда. Это нужно объяснить ребенку внушительным голосом тихо, глядя в глаза. Скажите ребенку: «Это делать нельзя, никогда нельзя!» То что запрещается, не нужно повторять.

Слушатель: У меня девочка, ей три года. Она всегда довольно агрессивно общалась с детьми. Сейчас на детской площадке она с ними вообще перестала общаться. Я пыталась разобраться, почему она уходит от детей, и поняла, что она боится, что у нее отберут игрушки. Как мне помочь ей это преодолеть?

Разыграйте дома сказку: бывает злая девочка, бывает добрая девочка. Дети иногда принимают роли. Вот сейчас ты добрая девочка. И как добрая девочка будет отдавать игрушки? Или вы, мама, — добрая девочка, а дочка у вас отбирает. Мало ли способов? Нужна фантазия.

Слушатель: Моей старшей дочери 11. Бабушка-концертмейстер считала, что ребенок музыкальный и должен заниматься. И, как говорят все работники музыкальных школ, занятия должны проходить с ремнем, тогда из ребенка выйдет толк. Я занималась с дочерью музыкой: она плакала, а я на нее кричала. Музыкой мы больше не занимаемся. Мне уже страшно, что она подходит к такому возрасту, когда начнет отделяться от родителей, начнет бунтовать. Если есть годы не-гуманистического воспитания, есть ли какая-то точка невозврата? Или в любой момент можно начать слушать ребенка и принимать его? 

Точка невозврата наверняка не пройдена. В семейной жизни бывает, что человек, не добравший внимания и понимания, «отогревается» в удачной паре. Хороший муж или жена заменяет психолога. Чтобы вашей дочери не ждать «хорошего мужа», вам нужно стать для нее добрым человеком. Тогда ей не придется потом разгребать проблемы. Это не поздно делать.

Слушатель: Моей дочке семь лет, мы сделали ей прививку от ветрянки, хотя она очень этого не хотела, бегала от нас с врачом, пришлось практически применить силу. После этого она на меня очень сильно обижена и говорит, что об этом помнит, испытывает чувство страха и агрессии по отношению к другим, что ей теперь тоже хочется сделать кому-то больно. 

Ваша дочь получила эмоциональную травму. Такие травмы могут сидеть в человеке долго. И никакими логическим доводами — ни вашими, ни ее собственными, — они не лечатся. Вы ее грубо схватили и причинили боль. Это неудачно, насилия нужно избегать. Нужно было готовить ребенка, сказав ей: «Это будет больно, я знаю, что ты можешь храбро переносить боль!». Может быть, вам теперь стоит долго говорить о своем сожалении — столько же, сколько вы убеждали ее сделать прививку.

Слушатель: Сыну семь лет, в школе его обижают, он в классе самый младший. Я ему говорю, что если его обидели, то он должен дать отпор. Он с вечера настраивается, но после школы опять приходит с синяком. Как помочь ему поверить моим словам?

Дайте ему испытать маленькие успехи. Он будет верить только им. Можно отдать его в спорт. Но если вмешаются родители, то будет еще хуже. Взрослые за него не решат. Положитесь на его силы и помогите ему в этом. 

Когда родители в разводе

Слушатель: Моей дочери четыре года. Три года мы с мужем живем отдельно, но дочь с ним общается. Как объяснить ей развод, как объяснить, что это не должно быть для нее нормой? Когда она переживает, она просит отвезти ее к папе, но папа много работает.

К сожалению, сейчас в нашем обществе разводы — это норма. Объясняйте дочке ситуацию, как она есть, что вы тоже огорчены, как и она. Говорите, что папа ее любит, но он занят. Когда я разошлась с первым мужем, то своим дочерям объясняла все свои переживания, которые привели к этому. Самое ужасное в разводе — это вражда разведенных папы и мамы. У детей этот раскол проходит по сердцу. Даже если ваш брак не сложился, очень важно оставаться людьми, иначе ребенок будет надломлен, это может повлиять потом на его собственную семейную жизнь.