Шампуры гнева: об опасностях создания бизнеса с друзьями в России

После публикации текста «Мясо на дереве. Как томский умелец одноразовый шампур изобрел» в редакцию «Сноба» обратился томский предприниматель Игорь Сметанин, который утверждает, что акционеры компании Владимир Дмитерко и Эдуард Ибрагимов умолчали о его роли в создании бизнеса и повели себя как недобросовестные партнеры. «Сноб» решил дать слово всем участникам конфликта и опубликовать их версии произошедшего

Иллюстрация: GettyImages
Иллюстрация: GettyImages
+T -
Поделиться:

Многолетний конфликт

По утверждению Игоря Сметанина, именно он — тот знакомый, в магазине которого в 1996 году начал работать Владимир Дмитерко. Идея по производству шашлычных палочек, говорит Сметанин, принадлежит ему: пару раз он уже продавал деревянные шампуры в своем магазине, но не нашел производителя и решил попробовать сделать их сам. Работа началась в 2005 году.

Китайское оборудование для производства, по словам Сметанина, купил он же, но его качество не удовлетворило предпринимателя, и он начал искать другие способы. Это оборудование, по словам Сметанина, до сих пор лежит у него. Он прислал фотографии, но уточнил, что снимки старые, еще тех времен, когда это оборудование находилось на карандашной фабрике (там Сметанин снимал помещение для производства).

На разработку нужного оборудования ушло около пяти лет — как и в версии Дмитерко. Однако Сметанин утверждает, что Дмитерко был лишь его помощником, участвовал в обсуждениях и предлагал идеи. Это первый этап истории, который окончился в 2010 году, когда к проекту подключился Эдуард Ибрагимов.

Эти же пять лет Владимир Дмитерко видит по-другому. Он не отрицает, что начинал дело вместе с Игорем Сметаниным и юридически все оформлено на него, так как у Сметанина был статус ИП. Однако китайское оборудование, по словам Дмитерко, было приобретено на полмиллиона рублей, которые он выручил от продажи квартиры и просто отдал в руки Сметанину.

Автором всех итераций оборудования, утверждает Дмитерко, является именно он: «Если Игорь все сделал сам, то почему он теперь не займется своим производством, раз у него и оборудование осталось?» Как говорит Дмитерко, естественно, ему помогали специалисты, однако они были руками разработки, а он был мозгом.

По словам Натальи Ибрагимовой (супруги Эдуарда Ибрагимова), спор об изобретении идет давно: он существовал уже тогда, когда Ибрагимовы присоединились к проекту. «Я не могу судить, кто прав, этого я не знаю. Но сейчас я вижу, что Володя постоянно на производстве, все время сидит над чертежами, все время пытается что-то улучшить», — говорит она. Однако спор о разработке оборудования — не главная претензия Игоря Сметанина к бывшему другу и партнеру по бизнесу. Он обвиняет его и Эдуарда Ибрагимова в том, что у него «увели бизнес».

Острая фаза

Предприниматель Эдуард Ибрагимов несколько лет общался с Игорем Сметаниным и Владимиром Дмитерко по-дружески и был в курсе того, что они занимаются производством шампуров. По словам Сметанина, когда продажи стали расти, Ибрагимов предлагал ему инвестиции, однако он два года отказывался от денег. В 2010 году он принял предложение Ибрагимова, так как понял, что надо расширяться.

Ибрагимовы утверждают, что Сметанин сам много лет не только просил, но и брал займы у их семьи (до 300 000 рублей). Этих денег, по словам Натальи Ибрагимовой, он так и не вернул и вообще «перепутал инвестора со спонсором». Расписки и документы о займах, по ее словам, имеются в распоряжении Ибрагимовых, но предоставить их они готовы только в суде.

Предприятие «Эковуд», созданное Ибрагимовым и Сметаниным, было поделено между ними в пропорции 51% и 49%. Позже Сметанин разделил свою долю с Дмитерко (по 24,5%). В «Вудинвесте» (еще одно юрлицо, созданное для оптимизации налогов) доли остались поделены между Ибрагимовым и Сметаниным в изначальной пропорции (51% и 49%). В 2011 году у «Эковуда» появился еще один собственник — Владимир Гуркин, давний знакомый семьи Ибрагимовых, новосибирский предприниматель. Он приобрел часть от доли Эдуарда Ибрагимов в размере 16,5%. Несколько лет бизнес работал в относительном спокойствии.

Конфликт (теперь уже с участием нескольких человек) разгорелся в 2013 году. Тут версии опять расходятся.

В 2012 году Сметанин подал заявление о банкротстве — «так как за прошлые года налоговая начислила очень много штрафов». Дальнейшие события он излагает так: «Мой конкурсный управляющий все имущество, которое было у меня, арестовал. В том числе и доли предприятия, которые впоследствии были проданы через аукцион. Доли выкупил Гуркин (49% “Вудинвеста” и 24,5% ”Эковуда”. — Прим. ред.). А потом началась чехарда: Ибрагимов решил выкупить обратно долю у Гуркина с бонусом в 20%, мне предлагал продать небольшую долю, предприятие ведь прибыльное. В результате Гуркин те доли, которые выкупил на аукционе, в распоряжение отдал мне. Я управляю ими и сейчас. А Ибрагимов уговорил Дмитерко увести предприятие у меня, а мою долю в виде прибыли поделить между собой».

Далее, по версии Сметанина, с 2013 года Ибрагимов и Дмитерко перестали отвечать на звонки, стали проводить собрания без него и поменяли печати, хотя Сметанин оставался директором. Затем Ибрагимовы якобы подделали заявление от Гуркина о выходе из состава учредителей (сейчас он не является собственником в «Вудинвесте» и, по словам Ибрагимовых, должен скоро выйти и из «Эковуда»).

Судя по открытым данным, в рассказе Сметанина нарушена хронология: Гуркин приобрел его доли в августе 2014 года, уже после истории про неотвеченные звонки и смену печатей. Директором же Сметанин перестал быть еще в 2012 году — его сменил Дмитерко (сейчас директором является Ибрагимов). Однако доли Гуркина действительно находятся в управлении Сметанина (доверенность об управлении имеется в распоряжении «Сноба»).

Ибрагимов же уверяет, что Гуркин сам попросил выйти из состава учредителей и у них имеется электронное письмо, которое это подтверждает (показать его он тоже готов только в суде). Что касается предшествующей продажи долей, Эдуард Ибрагимов излагает такую версию: «Так как у Игоря были долги, он согласился продать свою долю знакомому моей жены Владимиру Гуркину. Мы хотели разделить акции предприятия по 33% — мне, Дмитерко и Гуркину. 16,5% Гуркину продал я, еще 16,5% ему продал Игорь, а оставшиеся 8% перешли к Дмитерко. Но потом выяснилось, что доли Игоря под арестом, он это знал и скрывал, поэтому ни Гуркину, ни Дмитерко ничего не перешло». (Этот план Сметанин подтверждает, но уверяет, что ничего не знал об аресте долей). Проданную Гуркину долю он позже выкупил обратно с бонусом в 20%.

По словам Ибрагимова, он не понимает, почему Гуркин выкупил доли Сметанина по аукциону и передал их ему в управление, ведь тот обманул его с продажей первых долей. Он говорит, что в последние годы даже пытался связаться с Гуркиным и подарить ему долю, так как считает себя ответственным за ситуацию с арестованными долями, однако тот на контакт не пошел.

Сам Гуркин придерживается стороны Игоря Сметанина. Он плохо относится к Ибрагимову (и, судя по разговорам с обоими, это взаимно) и уверен, что Сметанина «кинули». Ответственным за неполную продажу долей из-за ареста имущества он считает Ибрагимова, так как руководил сделкой тот. Иначе нотариус не смог бы пропустить сделку, утверждает он (к слову, сам Ибрагимов тоже недоумевает, как продажа могла быть оформлена).

С этой историей Гуркин решил закончить еще тогда, когда разошелся с Ибрагимовым в вопросах управления компанией и продал ему долю обратно. Доли же Сметанина на аукционе он купил, потому что хотел помочь тому вернуть бизнес. Никакого заявления о выходе из состава учредителей, утверждает Гуркин, он не подавал. Вместе со Сметаниным они подали заявление в прокуратуру о подделке документов и намерены добиваться возбуждения уголовного дела, но «местные органы бездействуют».

Обмен любезностями

На протяжении разговоров и Сметанин, и Ибрагимов выдвигали против друг друга ряд серьезных обвинений. Первый утверждает, что его насильно вывели из бизнеса, присвоили производство и подделали документы о выходе Гуркина из состава учредителей (тем самым лишив его возможности управлять этими долями). Второй говорит о невозвращенных долгах, насильном выносе документов из офиса Сметаниным и даже о краже с производства и последующем его поджоге. К слову, производство находится в исправительной колонии — об этом Владимир Дмитерко ранее, в интервью для прошлого материала на «Снобе», умолчал. Теперь в компании говорят, что не скрывают этого, но и не афишируют, а в колонии на производстве работает слаженный коллектив.

«Мое мнение — они воры и мошенники. Ничего Дмитерко не изобретал, он в этом проекте появился позже, правда, помогал много. Так я его за это отблагодарил, а он, соответственно, меня», — считает Игорь Сметанин и добавляет, что ходил к Дмитерко на свадьбу и долго дружил с ним.

У Дмитерко к Сметанину свои счеты: он оскорблен, что его называют лишь помощником, хотя оборудование разработал он. Также Дмитерко вспоминает, как Сметанин взял кредит, по которому Дмитерко выступил поручителем, а в итоге платил долг за тогда еще друга (эту историю он не хотел рассказывать, называя ее «желтой прессой»).

Ибрагимовы в ответ на обвинения называют Сметанина «сутяжником». «Он много лет со всеми судится, у него куча долгов, и вся эта ситуация его только радует, — говорит Наталья Ибрагимова. — Мой муж живет в Испании, управляет бизнесом дистанционно, и прибыль, которую приносит предприятие, ― это лишь малая часть нашего дохода. Нам просто незачем “уводить” такой бизнес. Более того, мы решили, что как только вернем вложенные деньги, то подарим доли и выйдем из проекта, потому что эта ситуация уже достала».

Любопытно, что один из местных предпринимателей, Сергей Богданов из компании «Гамма-Стор» (продажа одноразовой посуды, упаковочных материалов, хозтоваров), назвал всех участников этой истории мошенниками: «Они все трое деятели еще те. Кто кого там кинул, мне совершенно неинтересно. Вот меня кинули, обидно, да… В 2011 году не рассчитались за взятый на реализацию товар, тупо украли». По словам Богданова, товар он давал под честное слово и возмещать потери через суд не планирует — «ладно, проехали».

Сметанин же с судом останавливаться не собирается, а Ибрагимов не намерен сильно ему препятствовать — говорит, ему уже интересно, как все пойдет дальше, если не заниматься этой ситуацией.

«Сноб» воздерживается от оценок и не может назвать чью-то версию событий полностью правдивой или абсолютно лживой. Каждый участник конфликта явно верит в свою версию и искренне возмущается — возможно, какие-то части истории трансформировались в их сознании и полностью картину сможет восстановить только суд.

История развития самого бизнеса с точки зрения развития производства и роста продаж в ранее опубликованной статье представлена правильно, однако интриги вокруг компании и роли изобретателя представляют ее в другом свете — особенно умолчание об Игоре Сметанине в первом интервью. Вряд ли это тот созидательный бизнес, о котором мы пишем.

Автор — корреспондент «Секрета фирмы».

Читайте также

 

Новости наших партнеров