Виктор Ерофеев   /  Владислав Иноземцев   /  Александр Баунов   /  Александр Невзоров   /  Андрей Курпатов   /  Михаил Зыгарь   /  Дмитрий Глуховский   /  Ксения Собчак   /  Станислав Белковский   /  Константин Зарубин   /  Валерий Панюшкин   /  Николай Усков   /  Ксения Туркова   /  Артем Рондарев   /  Архив колумнистов  /  Все

Наши колумнисты

Максим Кантор: Вправь, Британия!

Бывают такие конфликты, куда и встрять противно, и остаться в стороне зазорно. Мысль принадлежит, может быть, Рузвельту, и выношена им в 43-м году минувшего века, однако меня эта мысль посетила совершенно самостоятельно

Иллюстрация: AFP/East News
Иллюстрация: AFP/East News
Иллюстрация к роману Чарльза Диккенса "Оливер Твист"
+T -
Поделиться:

Ко мне обратилась девушка Меган — с жалобой на коллег-печатников, на Мэлвина и Колина. Дело обычное — ей не платили зарплату. В России такое сплошь и рядом случается; прежде, кажется, шахтеры бастовали, а сейчас даже шахтеры не бастуют — какой прок бастовать? Вот и у Меган шансы бастовать были невелики — кому протест демонстрировать? Но высказаться хотелось. Мы остались с ней вдвоем в комнате, и вдруг она заговорила про деньги, резко так заговорила, с болью.

Многие люди стесняются поминать о деньгах, боятся произвести дурное впечатление, меня родители так воспитали, что про зарплату поминать неловко. Я постарался остановить Меган, предложил поговорить об искусстве. Однако Меган хотела говорить именно о деньгах — ее, как ни странно, именно этот вопрос волновал, а искусство во вторую очередь. Такое бывает с людьми, если у них нет денег; я замечал, что бедняки говорят о материальной стороне существования с увлечением. Вообще нищие — крайне меркантильные люди, есть у них такой грех. Видимо, поэтому их не часто допускают в порядочное общество.

Меган пересказала разговоры с Мэлвином. Мэл, оказывается, сказал ей, что за три месяца работы ничего не заплатит. Совсем ничего.

— Не может быть!

— Все из-за тебя, Макс.

— Из-за меня?

Я платил печатникам регулярно, раз в месяц переводил деньги за работу. А уж как они делят деньги меж собой, про это я и не думал. А тут узнал. Оказывается, глава мастерской — Мэлвин, его ассистент — Колин, а Меган с Домеником — наемные рабочие. Тот факт, что мы все вместе сидим «У Дианы», ничего не меняет в капиталистической иерархии. Мэлвин берет себе половину, Колин — 25 процентов, а Меган с Домеником делят десять процентов пополам.

— А где еще пятнадцать процентов?

— Аренда.

Что-то схожее, вероятно, ощутил и Диккенс, обозрев условия работных домов, и Радищев, когда глянул окрест себя и ужаснулся несправедливости общества. Я не думал об условиях ее труда, каюсь! Совсем не думал! Отчего-то я был уверен, что наша дружеская болтовня в харчевне, наши споры о Саддаме, наши вечера с чаем и пивом — все это гарантирует честность при расчетах. Меган работала больше всех, она приезжала на своем дрянном велосипеде первой и уезжала последней — а этот жирный Мэл, обжора и демагог, платил ей копейки! А потом и вовсе перестал платить. Мы ходили каждый день в харчевню к Диане, Мэл лопал сардельки и читал Sun, а тем временем вот что творилось! И тут я вспомнил, что последнее время Меган не ходила вместе со всеми на обед — у нее просто денег не было. Обеды у Дианы дешевые, фунт или два, но и этого не было.

Оказалось, что причина во мне: за три месяца я не утвердил ни одного офорта, и Мел понимал, что надо работать сверхурочно. Он решил не платить наемным рабочим зарплату.

— Мэл говорит, что ты недоволен моей работой. Разве я плохо работаю? Ты приказал, чтобы мне не платили, да?

Она работала лучше всех. Мэл, тот говорил часами по телефону и беспрестанно жрал, а Меган работала без перерывов.

Что я мог сделать? Я пошел к Мэлвину, к огромному лысому Винни Пуху, который оказался еще и капиталистом, держателем акций на мед.

Мэлвин с Колином как раз распечатали пакет с бутербродами, вскипятили чайник. Мел доброжелательно чавкал и подбородком указал на чайник: мол, присоединяйся, наливай чайку. Он был в том блаженном состоянии, которое англичане передают идиомой enjoy yourself. Скажем, дают тебе бутерброд и советуют «наслаждаться собой», то есть получать вкус от жизни. Мэл — мастер искусства enjoy yourself в окружающем мире. И Колин тоже.

Иллюстрация: Максим Кантор
Иллюстрация: Максим Кантор
"Красные от ярости лица" из серии Пустырь

Среди нашей команды только двое чувствуют себя уверенно, только двое твердо знают, что по праву топчут загаженные улицы квартала Брикстон, заплеванного криминального лондонского предместья. Эти двое счастливцев — Колин и Мэлвин. Они натуральные англичане, без примесей. Они у себя дома. Дом такой, какой есть, грязный местами, местами величественный, но это их Лондон, это их Англия. Мэл не особенно любит северный Лондон, а уж северо-западный Лондон, то есть город богатых пижонов, он презирает. Здесь, в Брикстоне, ему все по душе.

— Если жить в Лондоне, love, то в южном. I tell you.

Мэл живет недалеко от мастерской, снимает вместе с тремя музыкантами (два ударника и гитарист) дом в Пелхаме. У каждого по спальне и общая гостиная.

— Как ты с ними уживаешься, Мэл, — говорю я. — Ведь они играют на барабанах.

— Мы, англичане, — говорит Мэл значительно, — любим музыку. We really do, — Мэл внимательно смотрит на меня. Многие народы, говорит его взгляд, только делают вид, что любят музыку, а мы, англичане, любим музыку непритворно. — Honestly, Max. We do love music.

— Разве это музыка? — впрочем, про Вивальди я решил в тот раз не говорить.

— Ты слышал, как играет Саймон?

Саймон иногда к нам заходит, он производит впечатление дауна. Но, может быть, это поверхностное впечатление, не всякий человек, у которого нет лба, а во рту зубов, который матерится и играет на барабане, даун. Саймон — барабанщик. Однажды он для нас специально стучал по барабану. Очень долго стучал. Правда, он был обкуренный, и время для него текло незаметно.

— Слышал.

— Тебе не нравится? А вот мы, англичане, любим музыку.

Словосочетание «we, Britons» выскакивает у Мэла легко, употребляй кто в Москве с такой же частотой выражение «мы, славяне», его бы записали в ксенофобы. Впрочем, Мэл и есть ксенофоб. Странным образом, это никого не обижает: окружающие признают правоту Мэла, только сетуют, что не всегда подходят под его стандарты. Англия — такая страна; да, особенная, а лучше все равно нет. И оглядываются на нее с завистью прочие народы, и страдают оттого, что не англичане.

Вот в Доменике Фергюсон-Ли гуляет четвертушка шотландской крови, и это создает неудобство в разговоре. Например, когда Мэлвин хочет сказать очередную гадость о шотландцах, он прикрывает рот огромной ладонью и шепчет нам на ухо страшным шепотом, оглядываясь на Доменика:

— Шотландец падает с крыши, пролетает мимо окна кухни и кричит жене: на меня сегодня не готовь!

Колин закатывается смехом на полчаса.

— Скупердяи! Scots! Хо-хо-хо! Уроды!

— Боится, что жена лишних бобов сварит!

Доменик, конечно, все слышит, уходит в дальний угол мастерской, там страдает от своей неполноценности. Здоровенный спортсмен, игрок в регби, он переживает. Ему не приходит в голову восстать — поспорить с Мэлвином, например, о первенстве английской нации. Он просто томится.

Меня англичане в расчет вовсе не берут — смесь русской крови и еврейской для них представляется вопиющим нонсенсом. При мне они охотно ругают другие народы: ну что может возразить русский еврей, если при нем костерить ирландцев, французов, поляков, шотландцев, бельгийцев и американцев.

Поляков в Лондоне сегодня несчитано, и все на ремонтных работах, поляков не любят за их живучесть (сказалось ли здесь отношение Черчилля к Польше?). Ирландцев не любят традиционно, прежде на гостиницах писали «no black, no irish». Французов не любят за то, что они французы, — когда я завел берет, меня стали дразнить «мосье Пьер», просто потому что быть похожим на француза смешно. Бельгийцы — тупорылые, шотландцы — скупые, немцы — дураки. Словом, коренной англичанин имеет свои взгляды на национальный вопрос.

С американцами дело, конечно, обстоит сложнее. Американцы — союзники в войне с bloody bustard Saddam, и вообще с ними много общего.

Сегодня речь шла о Меган Фишпул — о нашей Меган! — и Мэл явил звериный лик британского националиста и капиталиста. Я спросил у Мэлвина, знает ли он, откуда Меган родом, знает ли он, что Меган — американка.

— Я знаю, Макс. Seriously. I'm informed.

Он сказал это с таким выражением, будто он генерал армии, а я доложил ему, что полковник Фишпул — шпион.

— Ты отличаешь англичанина от американца? — вопрос глуповатый, признаю. Я имел в виду то, что Меган уже двадцать лет прожила в Лондоне, усвоила характерный лондонский стиль: рваная юбка, шлепанцы на босу ногу. Чикагские девушки выглядят иначе, они одеваются почище. Я имел в виду то, что она разделяет их жизнь.

Мэл, когда его спрашивают об очевидных вещах (например, брать «У Дианы» одну отбивную или две), поднимает брови на круглом лысом лице.

— I do, Max. Honestly. Отличаю.

— А как отличаешь? Вот Меган работает с вами лет десять. И по-английски хорошо говорит.

—Yeah. She does.

— Но ты ее за свою не считаешь.

—Not really, Max. Она нам чужая.

— Почему, Мэл?

Мэл растерялся, повернулся за помощью к Колину. Тот пожевал губами, поразмыслил.

— Мы не можем ей до конца верить, Макс.

— Да, — сказал Мэлвин, — в этом все дело. Мы не можем ей верить.We do not trust her!

— Но почему?

— Она не англичанка.

— Только англичанам верите?

Колин с Мэлвином посмотрели на меня. Сам-то ты как думаешь? — говорил их взгляд.

— That's right, Max.

В эпоху глобализации, когда правители мира внедряют общие стандарты цивилизации, чудно было слушать такое. Да и вообще — разговор происходил в Брикстоне, не странно ли именно здесь высказывать имперские взгляды? Все-таки Брикстон — это место, где живут преимущественно неангличане. То есть, иные из этих темных людей — британцы по документам (а многие и нет, документы в Брикстоне не в чести), но по крови практически никто не англичанин. Негры с Ямайки, индусы, африканцы из разных мест Африки, поляки, кого только нет — интернациональная помойка.

Но дело было даже не в этом. О том, что он не может верить Меган, говорил тот, кто украл у девушки деньги. Но нет, и это не главное. Главным было то, что здесь, в Брикстоне, мы были окружены вопиющей, оглушительной нищетой. Она смотрела на нас изо всех щелей, из-за каждого поворота. Может быть, на Пикадилли и возникает желание провернуть выгодное дельце, облапошить партнера — но как такое может прийти в голову в Брикстоне? Как может бедняк унизить бедняка, обмануть собрата по бедности? Мне захотелось обидеть Мэлвина, сделать ему больно. Пробить шкуру Мэла непросто, но я постарался.

Иллюстрация: Максим Кантор
Иллюстрация: Максим Кантор
"Бедные люди" из серии Пустырь

— Ты, Мэл, думаешь, вы прожили бы без эмигрантов? Вот ты поляков ругаешь, а ты бы пошел плитку класть в метро?

— Я не ругаю поляков, — Мэл чавкал бутербродом с тунцом. — Пусть себе кладут плитку. Не возражаю.

— Ты шотландцев ругаешь, а чей виски ты пьешь?

— А я могу без виски. Я джин больше люблю.

— Что, может, и не привозить в Англию виски?

— А может, и не привозить. Не надо к нам что попало возить.

— Вот вы держитесь за свою страну, не въедешь, визу не дадите! Думаете, отраву вам сюда завезут, да? Но трудности только для порядочных бедных людей, а для ворья — пожалуйста! Дорога открыта! Русских не пускаете? Черта с два! Ваш мэр Кэн Ливингстон разрешил всем русским бандитам и мерзавцам купить особняки за десятки миллионов. Раньше индийские раджи скупали, теперь вся русская грязь переехала в Лондон. И вы, Britons, им жопу лижете! Понял, Мэлвин? Жопу вы нашим бандюгам лижете! Посмотри на своих лордов и сэров — они все пошли в обслугу к нашему ворью!

Мэл побурел от злости.

— Никуда мы не пошли.

— Еще как пошли! Побежали! Жопу лизать вы, англичане, мастера! Вы только нищих горазды обижать! Тут вы молодцы, всех обскакали! А перед богатыми на задние лапки становитесь!

— Много ты про нас знаешь, — сказал Колин.

— Что надо, все знаю! И как ваши галеристы к нашим богатым ворам на поклон бегают, и как ваши певцы к нашим бандюгам на дни рожденья летают. Ваших англичан только рублем помани — на карачках приползут! Любую дырку до блеска вылижут!

- Не смей так говорить про Англию, Макс, — сказал мне маленький и гордый Колин.

— Негров ругаете, а вся ваша британская музыка вышла из негритянских блюзов. Своей-то у вас и нет музыки, и отродясь не было. Какая такая музыка у англичан? — я был злой и говорил резко. — Ну, хоть один приличный композитор у вас есть? Бриттен, что ли? Дрянь ваш Бриттен, мухи дохнут. А весь ваш рок и музыкой-то не назовешь. А философы у вас есть? А художники приличные? Гольбейн один, и тот немец, — Мэлвин с Колином напряглись, англичане не любят, когда с ними так говорят. — Немец, да! И нечего так смотреть, правду говорю. Люсьен Фройд — австриец. А Бейкон — ирландец. Ну, разве что Хогарт у вас был, да Констебль, но не Леонардо! Извините, дядя, Леонардо ваша нация не производит! Все сейчас носятся с вашим английским искусством, а где оно? Искусство английское — что, Херст ваш убогий?

Этот аргумент возбудил печатников, все-таки они имели дело с рисованьем, в рисованье они понимали толк.

— Херст самый богатый художник в мире, — сказал Мэл значительно.

— Самый богатый?

— Да, самый.

— А ты, вижу, деньги считать умеешь? — я уже плохо собой владел.

— I can, Max. Honestly.

— Тогда почему у девчонки деньги крадешь, сукин сын!

— Краду?

— Украл! Сука!

— Я украл? — он встал, отложив бутерброд с тунцом.

Мэл набычился и заговорил. Говорил долго. Вот ты лезешь в чужой монастырь со своим законом, говорил он, а что ты про наш монастырь знаешь? Твое какое дело, как мы деньги распределяем? Ты пришел офорты печатать, и я тебе назвал цену — верно? Ты поторговался — я тебе цену сбросил, правильно? А то, кого я найму работать, а кого уволю, — это тебя не касается, это мое дело, понял? Наш контракт в том состоит, что ты платишь за произведенную работу — а кто ее конкретно будет производить, это мне решать! Я хозяин! Захочу, детей из Индонезии к станку поставлю, вот так, понял! А чем ты больше придираешься к нашей продукции, тем больше времени мы будем работать, и тем меньше Меган будет получать! Понял? Социалист нашелся! Карл Маркс долбаный! Нет, ты, Колин, посмотри на него! Он деньги платит и еще советует, что нам с его деньгами делать! Ты, когда штаны покупаешь, тоже продавцу советуешь, куда ему твои бабки деть? Ишь, рыцарь выискался, защищает он Меган! Да я ее сейчас прогоню к чертовой бабушке — вот ты о чем подумай! И что, лучше ей станет от твоей защиты? Так она у меня стабильно 700 фунтов в месяц имеет. Плюс на почте еще 600 зашибает. Нормально девка живет, всем бы так! Было бы у нее все в порядке, она бы из Чикаго не уехала. Понял? Пусть спасибо скажет, что папа Мэл дает работу.

Он говорил и бурел, его лысая голова наливалась кровью.

Мы знакомы давно, лет десять, я знал, что оба голосуют за лейбористов. Однажды маленький и серьезный Колин сказал, что ненавидит Маргарет Тэтчер. Так и сказал: hate! Тэтчер заявила, что англичанин, который к тридцати годам не обзавелся домом и машиной — лентяй и лузер. Этих слов Колин ей простить не мог. «Я не лентяй! — кричал он. — Но у меня нет дома и машины, я не вор, как ее сыночек, торговец оружием, fucking Marc!» — «Мы никогда, слышишь, Макс, никогда не будем за консерваторов!» — говорил Мэлвин и жевал сэндвич. Потом мы не раз спорили с ними о том, что такое современная партия лейбористов. Никакого внятного суждения из их уст я не услышал — но сегодня понял, что они имеют в виду.

Мэл говорил запальчиво, совал мне в нос счета за электричество («Аренду кто платит? А свет? Кто порядок наводит?»), и, что хуже всего, я понимал, что он прав. Никакой солидарности трудящихся не существует. Есть хозяин и работник, и никогда они не будут равны. В комнату вошла Меган, встала в углу, смотрела оттуда испуганно. В этой мастерской не принято было кричать на Мэлвина, называть его сукиным сыном. Она боялась, что ее уволят.

— Успокойся, Мэл, — сказал я, — давай работать.

Пока он говорил, я понял, что есть только один выход: я должен платить Меган дополнительно, передавать ей тайком конверт, как это делают в советских учреждениях, по-другому не получится. Вот вам и ячейка общества, вот вам и походы к Диане. «Ты рядом, даль социализма», как сказал один прекраснодушный поэт.

— Давайте работать, — сказал я.

Мэл успокоился. Он понял, что победил, черты его крупного лица разгладились.

— Конечно, надо работать. Только вот допью чай, — он вернулся к бутерброду с тунцом. – Мы, англичане, умеем работать. Megan, love, давай, начинай.

Меган встала к офортному станку.

— А все-таки ты не прав, Макс, — сказала она. — Дэмиен Херст очень значительный художник. Зря в нашем мире денег не заплатят.

Комментировать Всего 77 комментариев

Великолепный текст, спасибо большое! Я давно подозревал, что многие англичане - еще какие жлобы и шовинисты, и когда этот смрадный дух просачивается сквозь одеяло напускной вежливости и политкорректности, бывает довольно неприятно.

Все гораздо серьезнее, Алексей.  Англичане не большие шовинисты,чем русские или украинцы. Еще не виделнации,которая была бы иной.

Куда более серьезная проблема в том,что человеческая солидарность - к которой вообще-то мы все вроде бы стремимся - есть такая хрупкая, уязвимая и мало кому пригодная вещь.

Да, она обычно только в брошюрках всяких благотворительных обществ существует в чистом виде. Это я особенно хорошо понял после того, как поговорил с несколькими бездомными. В тексте, правда, всего один, но все они говорят одно и то же: для очистки своей совести люди могут послать пару фунтов в какое-нибудь Гаити, но кинуть мелочи человеку, который проведет эту и все последующие ночи на тротуаре в феврале - это нет. Какое-то обескураживающее безразличие, на границе с жестокостью.

 Да, именно так, Алексей. Когда думаешь,что проблемы кризиса (например,Греции) и нищеты (например,Африки) могли бы быть решены усилиями двадцати пяти человек, при их заинтересованности и доброй воле - то логически это трудно совместить с представлениями о демократии и цивилизации.Что-то в уравнении не верно.

вавилон на иврите ,кажется, разделение?

Не совсем. У слов "Вавилон" и "путать" на иврите общий корень 

y

не за что:) приятно вспомнить язык, который так толком и не выучил

Может я смотрю на мир через розоватые очки, но мне кажется, что англичане чуть более недолюбливают "чужих", чем представители многих других стран. При этом, лично я не встречал к себе в Англии отрицательного отношения, просто четко дают понять, что есть границы за которые тебе- чужаки заходить не стоит.

Про солидарность же мысль верная, как мне кажется. Хотя мне судить немного сложно - всю стараюсь "не уподобляться", стоять чуть в стороне.

Очень тонко подметили, Илья. Улыбка есть, но это тонкая маска, под которой могут быть клыки. Англичане - не ксенофобы, но открытости и панибратства, как, скажем, у канадцев, вы у них не найдете. Их место прочно заняли чепорность и сдержаность.

Это не я подметил, это и Максим написал и многие отмечают.

По поводу ксенофобии - не уверен, мне кажется, у англичан (не из Брикстона, вероятно:)) очень большую роль играет понятие "свободы". Поэтому даже если не нравишься им цветом кожи, церковью или головным убором, прямо тебе это не покажут - ты свободен быть самим собой. Но с ксенофобией у них все в порядке. Как я написал, мне кажется, что у англичан она даже побольше, чем у многих других. Но это просто личные ощущения, не истина в последней инстанции.

А вообще то есть такая ирландская пословица: бойся копыт коня , рогов быка и улыбки англичанина

Максим, я слышал эту пословицу в твом виде -  Four things that an Irishman ought not to trust - a cow's horn, a horse's horf, a dog's snarl, and an Englishman's laght Смысл тот же

Смачный рассказ, Максим, но, жаль, до драки не дошло. Когда Мэл говорит, что Херст - хyдожник, я бы двинyл емy в челюсть. И сразy катарсис - бyдто кончил. И тогда Меган (справедливость) -твоя!

Это был бы рассказ из Артуровского цикла. Напишу! Мэл вообще-то хороший, просто вот мораль у него такая. Не вполне раблезианская.

Замечательный рассказ, Максим, спасибо.

В 92 году я впервые встретился по работе с англичанами. Мы снимали документальный фильм о Галине Брежневой для BBC. Цены в то время на все, кроме гостиниц, для иностранцев в Москве были смешные. И так как, Галина Леонидовна, не разрешала начинать съемки без шампанского, английский продюсер посылал моего администратора в соседний ларек и давал строгое указание на ломанном русском : " Там есть шампанское за 10 рублей и "Салют" за 5, так ты купи "Салют"" Замечу курс доллара тогда был около 35 рублей :-)

Спасибо,Миша! Я тоже был в первый раз в Лондоне в92ом. Жил в пролетарском квартале Излингтона, на Холовей роад...

Да, Максим, опять очень интересная история, спасибо. У меня лично такие вот наблюдения:

- Заметьте, что ни один из участников Ваших Брикстоновских заметок не родился в Лондоне. Я чистых лондонцев вообще бы в Красную Книгу бы записал. У нас есть несколько в гольф-клубе да на Вест Хэме. Но и там их - меньшенство.

- Должен согласиться с Мэлом в двух вещах: про Южный Лондон и про консерваторов

- И конечно, согласен с Вами и насчет солидарности, и Херста, и про то, что этот пример не только английский. Спросите, доверяют ли французы, шотландцы, ирланды, аргентинцы и т.д. и т.п. англичанам. Уверен, ответ будет таким же.

- А еще согласен про то, как денежных русских здесь встречают - но вряд ли мэр тут при чем. Просто в Англии не особенно препядствуют покупке чего-либо иностранцами. Во Франции, например, невозможно представить, чтобы главный аэропорт, электростанции, водные компании и т.д. принадлежали иностранцам, как здесь.

- Ну и наконец, Лондон, конечно же один из самых богатых городов. И один из самых беднейших. И нищета эта просто поражает.

А вообще, несмотря на все на это, я лично не знаю, где лучше и свободнее, чем в Лондоне. Но может я просто мало где бывал...

Судя по всему, Саша, Вы были в достаточном количестве мест, раз вынесли такие верные суждения. Да, свободнее города нет. Просто свобода вот такая.

Лучше в Москве, свободнее в Амстердаме.

А что, по-моему Мел прав, что не доверяет американке.  Меган - это типаж, "американка в Лондоне", и этот типаж существует в ремеслах, как он существует в светской жизни, в искусстве и т. п.  Он узнавем.  Как были дамы, приезжавшие в СССР в поисках диссидентов, то есть любовных приключений, или в наши дни такие же дамы, отправляющиеся в Индию в поисках духовного просветления, то есть любовных приключений...  Я говорю об узнаваемости типажа, и Меган я узнаю сразу - если она не у Мела, она торгует какой-нибудь экологически чистой дрянью на рынке Портобелло и т. д.  Этот тип отличается перепадами настроений, сварливостью, параноидальной подозрительностью, обидчивостью, и фантастичностью политических воззрений.  She is unreliable.  Для того чтобы получить от нее хоть какую-то пользу, ее надо держать в ежовых рукавицах, что Мел и делает.  Видишь, Максим, как ты меня завел твоим рассказом.  В это время утра я обычно сплю.

Ха, очень точно описан типаж :) и ездит, конечно, только на велосипеде, носит шаровары в турецкий огурец и часто еще дрэды.

Да, Андрюша,и ценю твое раннее пробуждение и переживаю. В целом же, согласен: я тоже понимаю Мэла - а онтологическая несправедливость мира уравновешивается возможностью уйти в гносеологию сна. 

Прекрасный рассказ, спасибо... Жаль только, что девушке легче не стало...

на самом деле не могу согласиться с тем, что все такие как англичане. Англичане - одна из наиболее "националистких" наций - простите за тавтологию.. и самое противное, что не только ''posh brits'', а как доказывает история - самые рядовые... они не приемлют других наций... эдакий фашизм в легкой форме... к счастью, не все такие, но вот знаю не один пример, когда они даже сыр и салями с собой возят, а также всякие консервы и прочую дрянь, объясняя это тем, что настоящая еда - только в Британии...  И это нация - у которой даже кухни своей нет! Что уж говорить о музыке и об искусстве.  

Ну, допустим, немцы тоже с собой свою колбасу возят...

не ем колбасу, но могу предположить, что у немцев она и впрямь лучшая, посколу именно они ее придумали (баварские колбаски и проч)

ДойчеВюрст Английской сосиске не пара...

Максим, отменнная бытовая зарисовка! Только вы, автор и рассказчик, тот кто выносит все это на свет,  - заражаете ее вирусом собственной совести. Не было бы вас (не в жизни, конечно, а всматривающегося со своей пост-интеллигентской рефлексией), - жевал бы Мэл свои бутерброды, и как то  прозябала бы Мэл, думаю, в мире с самой собой. Есть Вы - и есть ваш совестливый и неспокойный взгляд на все эти вещи, - и вот над головой пары одомашненных англичан и заблудившейся американкой появляется масштаб чуждого им зрения, точки зрения которая сама по себе не может нигде остановится и ее координаты во всем и нигде, то ли в русской  бытовой прозе XIX века, то ли в вечной ответственной интеллигента за вся перед всеми...  Даже жалко их, право, от того, что вы в них всматриваетесь-:) Но, я с огромным удовольствием вас прочитал!

Вы,конечно же правы,Саша,и мой опыт говорит только о том,что логика интернационала разбивается о привычку нации. Они привыкли житьтак,и другой морали не знают,она им чужая. Но  Вы,несущий слово Божье, Вы же знаете,что слово непросто пробивает себе дорогу

Они перестанут быть собой, если вдруг попытаются понять Вас

Максим, спасибо, очень смешно!

Я в прошлом жила жизнью английского экспата в Голландии. Вся типажность, выводимая в Вашей брикстонской серии, невероятно близка и к заграничной английской жизни. Если добавить в Вашу историю индийскую пищу, которая, очевидно, является национальной британской кухней,  и футбол, заканчивающийся ритаульным пивом, то можно считать, что королевство ее величества простирается на весь мир!

У меня давно крутися на языке вопрос, и раз уж я начала писать, позвольте я Вам его задам. В статье прошлого года, когда Вас представляли как члена клуба, Вы говорили о любви к одиночеству (точные формулировки, конечно же, не помню, но "осадок остался"). Во всем же Вашем литературном творчестве, а главное в последующем открытом, доброжелательном, задорном общении Вы проявляете себя человеком отнюдь не замкнутым, и я бы даже сказала ярким эсктравертом.

Раскроете секрет такого многообразия личности?

Лена, когда я писал заявление о выходе из комсомола, то написал "по природной склонности к одиночеству". Это значит, что я не люблю быть с большинством. И всегда - что правда то правда, - я спорю с большинством. Так уж получается. Вот  только что поспорил с демократически  настроенными со-клубниками.

А вообще-то  человек общительный и веселый.

Тогда позвольте еще один вопрос. Я пару лет назад видела зал с Вашими картинами в одной из фирм в Бонне, с которыми сотрудничала. Сейчас с интересом рассматриваю ваши рисунки вместе с чтением замечательных  рассказов. Если бы я не знала, что и рассказы, и рисунки - работа одного и того же автора, мне бы это ни за что не пришло в голову - настолько (в моем восприятии) разнятся и эмоции, и стиль.

Я чувствую в текстах кураж и задорную искристость; я вижу в рисунках отработку грустных слоев подсознания.

А Вы сами так не считаете? А если со мной согласны, можете рассказать, почему так получается?

Лена,понятия не имею про выставку в "фирме в Бонне" - это кто-нибудь из коллекционеров нахимичил.Я вообще в музеях только стараюсь.

Посмотрите мой сайт.Там много всяких разных картин. Может тогда вопрос отпадет.

Максим, спасибо за быстрые ответы и совет. Посмотрела с удовольствием - еще сильнее заинтересовалась! Эмоции от восприятия рисования и писания сблизились, но не слились. Буду с удовольствием ждать следующих рассказов!

OFF

Максим, простите, что встреваю в разговор -- история-то и впрямь захватывающая -- Вы получали мои ответные записки?

Виктор,как рад Вас слышать! Нет,не получал ничего,увы

Может быть, у Вас адрес поменялся? Если не трудно, киньте мне текущий адрес на suborno - собака - gmail.com.

И - задорный... Теперь уже не скроете.

Печальная история...

Понравилось!

У меня создалось впечатление, что Меган не предвидела такой реакции на свою жалобу.

Интересно чего она от Вас ожидала?

Как говорит один мой друг, есть древний способ,опробованный еще финикийцами - она ждала обычных денег.А  я пошел бороться...

Максим, мне показалось, что Вы обобщаете Брикстонские типажи и их мораль с Англией и англичанами вообще. Если бы анличанин проживший пару лет в какой-нибудь российской клоаке начал так описывать всех русских, Вас в том числе, то Вы бы, вероятно, не согласились. А то что англичан не стоит идеализировать это - да. Их мораль не лучше и не хуже чем у других европейцев. Меня лично больше поражает какие они некрасивые и при этом сипатичные :-)

Яочень  надеюсь,Юра,что в моих рассказах  нет  нелюбви  к англичанам. Это просто правдивые очерки быта одного из районов Лондона. Я англичан люблю,просто они живые и разные.

Максим Никольский Комментарий удален

Максим Никольский Комментарий удален

В защиту Британских художников

Люсьен Фройд и Фрэнсис Бэкон все же гораздо более британцы чем австрийцы или ирландцы. Очень странное утверждение, что они как бы в зачет британскому искусству идти не могут.

Кроме них, Давид Кокни, Пре-рафаэлиты, Джошуа Рейнольдс (!!!), Томас Гэйнборо (!!!) Тэрнер (!!!), Хэнри Фузели, Вильям Блэйк.

Маша! Дорогая! нельзя же быть такой серьезной! Это же литература, шутка, очерк! Впрочем, Фройд, разумеется, куда больше австриец (ср.с Климтом и Шиле) нежели англичанин.

Вы не назвали очень важных английских художников. Мур,Спенсер, Ауэрбах, Крукшонк, Стаббс, Гримшоу и тд. Их, как во всякой культуре много. Но великих - ну, как Пикассо - среди них нет.

И Рейнольдс, и Гейнсборо - художники хорошие, но не Рембрандт, не Брейгель,не Микеланджело, не Ван Гог. Великих художников у англичан, увы, нет. А как хотелось бы. У них зато есть великая литература, с этим не поспоришь. Да и нет задачи такой - спорить. .

Это же шутка сказал Максим и бросился доказывать что великих художников в Великобритании нет.

У нас с Вами отличаются точки зрения. Мне как раз Тэрнер представляется великим художником.

Семья Фройда переселилась в Великобританию из Берлина когда ему было 11 лет. Я думаю как немецкий еврей с большим австрийским наследием, проживший всю сознательную жизнь в Англии, он, подобно Тони Юдту видит себя "человеком с границ". Тем не менее, все его художественное образование, культурная среда - это все британское наследие. Да, в нем есть отголоски Шиле. Ну и что? В Ваших работах они тоже есть. Это не делает его австрийским художником. Так что "разумеется" не принимается - не возводите на Фройда напраслину.

Маша, Вы правы всегда и во всем! В угол не ставьте!

Скажете: Тернер- великий, тут же соглашусь.А то родителей вызовут)))

На Фройда - не напраслина,а комплимент.

Текст отличный! В свойственной Вам изящно-ироничной манере

описали еще один занимательный случай из повседневной жизни.

Только вот с каждым Вашим рассказом об англичанах все больше изумляюсь;

ну не такие англичане! ну нет у моих (многочисленных, должна заметить) друзей-англичан

таких "пороков" (правда, надо признать, спорить они (причем все без исключения) любят :))! -- знаю, не аргумент... но все-таки удивительно!

Максим Никольский Комментарий удален

Я еще два рассказа про них напишу- и остановлюсь.Но,надеюсь,очерчу такой любопытный угол

Ок. Будем ждать :)

На самом деле, человеческие взаимотношения -- это всегда многогранно, актуально и интересно -- это не может надоесть!

Максим !  Это же очевидные вещи. За труд нужно платить... И причем тут ее шаровары и туфли... А Мэлвин просто козел.  Что тут сложного? 

Мел - человек на букву "М" - как говорит мой знакомый

Спасибо! Хорошо написано.

Но люди типа Мэла мне противны. Он не капиталист. Капиталист - Баффет. Гейтс. Паккард. Мэл - жлоб. Они будет жлобом, какой бы строй не был в стране. В СССР он был бы управдомом. 

Точно! Скорее не управдомом даже, а главным инженером в ЖЭКе:)

Просто капиталисты всякие бывают,по-моему. Большие и маленькие.

Коммунисты бываю разные. Большие и маленькие. Социалисты уж точно бывают разные. Я бы все это обобщил и написал, что "Люди всякие бывают, по-моему. Большие и маленькие" :)

Спасибо, Максим! Вырисовывается цикл Брикстонских рассказов . . .

Хочу заметить, что отношение Черчилля к полякам было двойственным и противоречивым: он много ругался с Сикорски, Андерсом и Миколайчиком, и жаловался но то, что они мешают ему координировать планы с дядей Джо. Но одновременно, он чувствовал себя виноватым перед ними, так как Англия не смогла их спасти ни в 40-ом, ни в 44-ом. В Ялте он пытался брыкаться из-за "польского вопроса", но остался один против Сталина с Рузвельтом, и добился лишь пустых обещаний о скорых демократических выборах в Польше.

Помню,у него есть фраза,что " поляки  сами  виноваты  в  своей судьбе"... или  как-то похоже?

Максим Никольский Комментарий удален

Максим, отличное эссе. Хотелось бы сделать несколько своих заметок:

(1) шовинизм процветает не только в Англии, но и в остальной Европе. Англичане шовинисты в отношении (а) шотланцев (б) ирландцев - недавно рассказали коллеги анекдот, расскажу попоже (в) американцев (г) европейцев AKA continental cretins, особенно французов. При этом англичане очень толерантно относятся к другим имигрантам. А в старушке Европе полно таких же "двойников". Швейцарцы готовы друг другу глотки перегрызть из-за того у кого лучше кухня, цветы в клумбе и т.д. но при этом они все вместе (ключевое слово) не любят немцев и французов, хотя взяли у них очень многое - педантность и кухню.

(2) колониальное прошлое. Думается пора бы уже многим поменять свой менталитет в Англии и перестать думать, что Англия правит миром, золотой век Виктории ушел в прошлое. Но нет, вес измеряется фунтами (метрическая система была введена в 73году), длина футами, удивительно как это шиллинги вывели из обращения.

(3) я работал по работе с "чистыми лондонцами", так вот я действительно ставлкивался по работе с тем, что мне не доверяли. Вознимал вопрос почему. Все очень просто. Я не пью пиво литрами, я не люблю футбол, я не говорю на тему "я вчера так напился, а сегодня у меня болит голова", потому что я не напиваюсь, и т.д. Вывод напрашивался такой - я другой, я не такой как они, значит мне нельзя доверять. Это не ксенофобия, просто если можно доверять своему, то зачем это делать кому-то, кто немножечко другой, какой-то russki который на Рождество ездит куда-то почему-то 6го числа, а не 24го как все мы? Плюс вся "реклама" в газетах, на работе все были уверены, что все русские - это те у кого очень много денег.Причем определение "русский" начинается где-то от Будапешта и заканчивется Владивостоком, вне зависимости от страны.

(4) типаж Мел очень интересный. Он живет в дыре, поддерживает партию, которая ничего это стране не дала, кроме дефицита бюджета и является достаточным шовинистом. Видимо, Мел просто мало путешествовал? Это как один американец сказал: "Я знаю что народ в Ираке живет счастливо". "А вы что там были?" -  я спросил. "Да нет, просто смотрел передачу по CNN". Без комментариев (4)

В деревне под городком Барнеби, который под Оксфордом,встретил старика.Он спрашивает: Выоткуда? - Из Оксфорда.- Бывал там. И еще в Багдаде.(он м.б.солдатом был)Не понравилось...Народу и там и там много.

Ж)))

Обещанный анекдот. Спорят как-то англичанин, шотландец и ирландец у кого в пабах оферы (специальное предложение) лучше.

Англичанин: - Вот где я живу есть паб. Там если 4 пинты английкого пивы выпил, то 5я бесплатно

Шотландец: - Это еще ладно. У нас в пабе 2 стакана виски выпил, а 3й бесплатно.

Ирландец: - Это все фигня. У нас вот идешь, находишь кого-то в пабе, с этом человеком кушаешь и пьешь, и все на шару, а потом еще поднимаешься наверх в бед-энд-брэкфаст и занимаешься бесплатным сексом.

Англичанин и шотландец конечно-то опешили и спрашивают: И ты что так уже делал?

Ирландец отвечает: Нет, моя сестра делала.

Многие англичане считают, что ирландцы тупые. Я немного не понимают таких ультра взглядов, потому как в любой нации найдутся и талантливые и тупые.

Кстати, ирландцы любят рассказывать анекдоты про англичан типа:

Господь призвал к себе англичанина и ирландца и говорит:

- Я исполню по одному вашему желанию, подумайте хорошенько и скажите, чего вы хотите.Конечно же, сноб англичанин не мог потерпеть, чтобы какой-то ирландец первым обратился к Господу, поэтому он тут же выпалил:- Господи, окружи британию стеной каменной до самых небес, чтобы мы больше не видели этих рыжих ирландцев!Господь щелкнул пальцами и желание было исполнено мгновенно.- Теперь твое желание, Патрик - обращается Господь к Ирландцу. Тот подумал и говорит:- А теперь, господи, когда ты уже построил стены, заполни их водой до краев...

Кстати, Максим, мне пришла мысль, что ведь у нас тоже много анекдотов про украинцев, евреев, немцев (в лице коллег Штирлица), чукчей и т.д. Шовинизм или шовинистические шутки не имеет национальности.

так ненавидеть, можно только ОЧЕНЬ близкого родственника.

В Европе действительно масса таких же примеров "не любви" к соседям. 

Но в англии - это особое исполнение! Максим метко заметил в статье - у них ничего нет! НИЧЕГО! Но именно они ценят и решают, что лучшее, что худшее.  Стратегия этой страны фантастична! Им не нужна манна небесная сегодня, они обещают ее всем, но завтра. 

А рассказ ХОРОШ! Ах! Как хорош! Как мысль о рае! только заканчивается ...опять на земле. 

Пошел дожевывать бутерброт (кстати, Максим - у британцев это СЭНДВИЧ! Их бесит название "бутерброд", они скорее с "чиабатой" смирятся)

   Дорогой Максим! Кажется мне, что споры вообще - трата времени. Если истина в них и рождается, то бывает это крайне редко. Уж точно жалко времени на   споры с большинством. Большинство - ничто и никто. Как же спорить с деперсонализированной пустотой?

Дорогая Ольга, рад тебя слышать. Ты права абсолютно. Просто у меня так устроена  голова,  что в спорах я сам для себя проговариваю какие-то вещи,которые  плтом сам лучше  понимаю

Мэлу повезло, что Меган на него в суд не подала :-)

Тупые ирландцы, немцы-дураки... все верно... вообще, я заметила, что англичане очень любят "посмеяться" так же и друг над другом. Высмеивают и ругают любого, даже самых близких друзей... так если он настолько useless thieving bastard, то зачем вы общаетесь?

Почему-то сначала отмечаются недостатки людей (чаще всего довольно-таки грубо, я даже не про мат, а про "ниже пояса"), потом, если отсутствует должная поддержка окружающих, добавляется "ah, he/she is alright, really". Не знаю что это за манера - высокомерие, занудство... English sharp humor gone wrong :-)

В тему, мне кажется. Меня поражала и поражает жуткая ксенофобия российского общества. Откуда? Почему?

И желание разбиться на классы немедленно, как только бабло приваливает.

Мне грустно, няня!!!

Вит, Россия - крепостная страна, это в генезисе, в порах, в крови людей здесь  находящихся. И ксенофобия - естественное следствие отсечения не похожего на тебя опыта. Любой русский режим заискивает перед Западом, копирует Запад,оплевывает свою родню ради Запада (от Петра до Путина) но Запада настоящего,Шекспира и Платона - не знает и знать не хочет. И новый русский мир тому очередное подтверждение. Победившие демократы немедленно создали  столь же убогую эстетику и табель об убеждениях, что и Советская власть. С той лишь разницей, что при Советской власти люди  работали, а сегодняшние демократы живут на гранты. А деление на классы сегодня превосходит 20 век в геометрической прогрессии.

Максим, с последними вашими двумя фразами можно (и нужно, наверное) долго спорить. Но, зная, что вы - человек умный и образованный, понимаю, что это просто эпатаж, так что спорить бессмысленно...

да нет,Вит, я правда так и думаю...А спорить-зачем?

Похоже мы разделяем одно пространство но живем в разных реальностях

Если этот рассказ обобщает ваше впечатление от Англичанина мне искренне жаль что вам попадались одни идиоты.

Мне кажется,это Вы обобщаете:

Есть этот рассказ,есть и другие.Мне вообще много людей встречалось.