/ Нью-Йорк

Михаил Идов: Эксклюзив

Около 80 интервью с классиками американской литературы было опубликовано на страницах итальянского таблоида. Как итальянскому журналисту, к тому же слабо владеющему английским, удалось вытянуть из писателей провокационные высказывания, которых не встретишь в англоязычной прессе?

Фото: Glen Wexler/Gallery Stock/Agency.Photographer.ru
Фото: Glen Wexler/Gallery Stock/Agency.Photographer.ru
+T -
Поделиться:

Два месяца назад одна итальянская журналистка, интервьюируя живого классика американской литературы Филипа Рота, спросила его, почему он так сильно разочарован в Обаме. «Я не разочарован в Обаме», — ответил Рот. «А почему вы тогда его ругаете в Libero?» — спросила журналистка. «В чем?!» Выяснилось, что за четыре месяца до того итальянский таблоид Libero опубликовал интервью с Ротом, которого писатель не давал. Автор, Томмазо Дебенедетти, элементарно выдумал и вопросы, и ответы. Коллеги заново взглянули на другие интервью Дебенедетти — с мастером юридического детектива Джоном Гришэмом, автором «Рэгтайма» Э.Л. Доктороу, Тони Моррисон, Гюнтером Грассом и прочими литературными тяжеловесами. Все до одного оказались выдуманными. Всего их было около 80.

По удивительному стечению обстоятельств у меня оказался номер Дебенедетти, и я смог взять у него небольшое, но эксклюзивное интервью. Вот оно:

Т.Д.: Пронто.

М.И.: Сам такой. Ты с ума сошел? Ты что творишь?

Т.Д.: Во-первых, я ничего не выдумал. Они все открещиваются от своих интервью по политическим причинам. Рот, например, не хочет гневить Обаму, потому что боится, что это скажется на его нобелевских шансах.

М.И.: Ага, это он тебе сам сказал.

Т.Д.: Да, между прочим. Но просил не повторять.

М.И.: Ты понимаешь, что теперь от любого переводного интервью писателям будет легче открещиваться? Мол, не давал такого и все.

Т.Д.: Это как?

М.И.: Ну, смотри: вот мы с тобой сейчас не разговариваем. На самом деле я сижу в Нью-Йорке и выдумываю твои ответы на мои вопросы. Я даже не знаю, как до тебя дозвониться.

Т.Д.: Грязная ложь!

М.И.: Кроме того, пишут, что ты и английского-то не знаешь. А я по-итальянски — только «пронто».

Т.Д.: Так мы по-русски, кажется, разговариваем.

М.И.: А, ну да.

Т.Д.: Еще вопросы есть?

М.И.: Томмазо, знаете, что вас погубило? Рот ваш. Филип, точнее, Рот. Если бы вы просто лепили интервью с людьми вроде Джона Гришэма, все бы только посмеялись, потому что этим типам никто ничего хорошего не желает. Еще за арт-проект бы сошло. Границы реального там, герой, выдумывающий автора, и т. д.

Т.Д.: Знаете, что-то вроде этого мне как раз говорил Пелевин.

Комментировать Всего 6 комментариев

Повторю слова одной знакомой Вам бабушки: "Так он еще и остроумный?" Спасибо, очень смешно.

Миша, ты гений. Я вчера читал в Нью-Йоркере про Томмазо, и думал, что имея дело с таким материалом, они его подали как-то скудно. Ты возвратил мою веру в high-brow стеб!

Прекрасный, высококачественный и захватывающий стеб))

Спасибо огромное. Это тот случай, когда сильно везет с новостным поводом.

В конце 90-х в моём референтном кругу обсуждалась идея о протаскивании в глянец серии интервью с уже мёртвыми ньюсмейкерами, о смерти которых руководство просто было не в курсе. Началось всё, кажется, с вопроса Макса Маслакова на плейбоевской редколлегии: "А почему у нас до сих пор не было интервью с Аркадием Северным?"

Мне до сих пор кажется, что это был бы весьма эффектный проект.

А Дебенедетти чудный, спасибо. На мой взгляд, истинная журналистика не должна позволять реальности себя ограничивать.