Россия заплатит ученым за переезд

25 июня в России будут объявлены условия конкурса по программе грантов объемом 12 миллиардов рублей. По условиям конкурса западные ученые должны будут переехать в Россию, а российские — отправиться работать в провинцию. О том, как это будет работать, министр науки Андрей Фурсенко рассказал журналу Nature

+T -
Поделиться:

«Россия добивается взаимности у потерянных ученых» — с таким заголовком Nature опубликовал интервью с министром образования России. Интервью у Фурсенко взял Константин Северинов, профессор университета Ратгерса в Нью-Джерси, крупный молекулярный биолог-эмигрант, который после работы на Западе в 2005-м вернулся в Россию.

Подробнее

Фурсенко рассказал, что в 1990-е из России уехали 35 тысяч ученых, еще столько же числятся в своих НИИ, но на самом деле работают за границей. Всего Россия потратит на этот этап реформы науки 2,8 миллиарда долларов (то есть 90 миллиардов рублей). Деньги в первую очередь пойдут на то, чтобы вернуть ученых из-за границы. И еще на то, чтобы приглашать западных знаменитостей поработать здесь.

Министр объяснил, как новое вливание денег поможет сломать традицию «закрепления» профессоров за университетами. 12 из 90 государственных миллиардов поделят на гранты, каждый размером до 150 миллионов рублей, а потом проведут на них конкурсы. Бороться за миллионы смогут и западные, и российские ученые. Первым придется обосноваться в России (Фурсенко обещает, что, в отличие от случая того же Северинова, им не предъявят требование заново защищать диссертации) и создать научный коллектив из местных аспирантов и кандидатов. От вторых потребуют, чтобы те, получив деньги, в обязательном порядке сменили университет и тоже набрали себе на новом месте исследовательскую группу. Фактически это выглядит как освоение целины: если ученый уже работает в МГУ, ехать ему придется в какой-нибудь провинциальный университет и там с нуля разворачивать научную деятельность.

Сергей Гуриев считает, что новая программа приведет науку в университетыи создаст конкуренцию в исследовательской среде. Виктор Саприцкийполагает, что идея имеет мало шансов на реализацию — разница воплате приглашенных и местных ученых создаст непреодолимые конфликты

Сергей Гуриев

   Я член совета при правительстве, который будет принимать решения об этих грантах. Я считаю, что это очень правильная программа с нескольких точек зрения.

Во-первых, программа открыта для российских ученых, живущих в России, для российских ученых, живущих за границей, и для иностранных ученых, даже не говорящих по-русски.

Во-вторых, программа будет выдавать гранты на основе реальных научных достижений и научного потенциала, учитывая публикации в международных научных журналах и индекс цитирования – то есть настоящую научную репутацию, а не дутые показатели, которые, к сожалению, часто используются во внутрироссийских конкурсах.

В-третьих, программа направлена на создание исследовательских подразделений, лабораторий, кафедр в российских вузах — исследовательских групп международного уровня. И тем самым она поможет начать процесс становления науки в университетах. Не секрет, что сегодня Академия наук доминирует в исследовательском пространстве России и, к сожалению, отсутствие конкуренции самым пагубным образом сказывается на исследовательском потенциале РАН, а следовательно, всей российской науки.

Программа хороша еще и тем, что она открыта для ученых из Российской академии наук, поэтому здесь нет никакой монополии. Требования программы таковы, что ученые должны проводить достаточно много времени в том университете, куда они приедут в течение 2011 и 2012 годов. Должна быть сформирована группа из молодых ученых, аспирантов и кандидатов наук. Мы стремимся создать науку в университетах и для этого пытаемся поддерживать критическую массу исследователей. Возможно, лаборатория — это слишком маленький проект, но зато мы выделили на каждый проект достаточное количество денег, 5 миллионов долларов, чтобы привлечь ученых самого высокого уровня, международных звезд.
Виктор Саприцкий

   В этой идее есть несколько системных проблем. Одна из них — очень трудно инкорпорировать хорошо оплачиваемых иностранных ученых в среду малооплачиваемых русских. Будет такое гетто из русских ученых, которые получают по 20 тысяч рублей, и туда вводят иностранцев, которые получают минимум 200 тысяч. При этом русские ученые очень часто по способностям не хуже, просто система такая, что нет ни мотивации, ни возможности реализовывать проекты. Если пригласить этих ученых на выделенные деньги, я не понимаю, с кем они здесь будут работать. Я работал в Америке, я знаю. Если приглашать ученых в какую-то команду, то всей команде надо нормально уже платить. Среди нищих профессоров будет ходить барин — это не работает, это ерунда.

Как я понимаю, они говорили все же о другом — что пригласят хороших ученых, как в свое время Рюриковичей на Русь, и они научат, как быть и жить. Но проблема не в том, что здесь ученые плохие, проблема в том, что не создана система. Кроме того, здесь нет никакой мотивации для молодых. Вот это ключевая проблема. При тех окладах, которые есть сейчас, молодым нет никакого смысла идти в науку. Мне, как человеку, который работает в науке, кажется, что идея выделить гранты и на них пригласить ученых мало реализуема. Можно выделить несколько направлений, но при этом возникает другой вопрос. Все мы знаем, какие сейчас «откаты» и под какие проценты выделяются деньги — и вот что из этих денег в итоге дойдет? Кто ими будет управлять?

Третья проблема, очень серьезная — кто будет управлять грантом. Будут управлять те же администраторы — ничего не получится, они ничего в этом не понимают. Четвертая проблема — коммерциализация, от которой в России ученые всегда были отодвинуты. То, что делается в Сколкове, — это тоже гетто, но наоборот. Они там внутри будут на непонятных принципах, в эксклюзивном положении.

Если не будут созданы научные коллективы по нескольким направлениям фундаментальных наук, которым будут даны возможности определять всю цепочку научных работ и коммерциализации, то я очень скептически все это оцениваю.

Есть два типа работы: в Европе всегда создается команда, которая работает над проблемой. В Америке — это в основном один, но очень высокооплачиваемый специалист, и у него несколько technicians, которые ему помогают. Надо выбрать, что важнее. Только создавая такие центры — но не в лепрозориях типа Сколкова, а именно в университетах, — можно что-то сделать.

И еще: деньги очень важны, но если к этим деньгам не будет системных решений, ничего не получится. Ученым должны доверить управление, снять административные барьеры. Считается, что ученые – такие дурачки в очках, а мы в министерстве знаем лучше. Так вот до тех пор, пока они будут считать, что они лучше знают, не будет ничего. Совершенно очевидно, что в министерстве считают, что они дают деньги и часть этих денег должна им вернуться, а эти дурачки и так проживут, как жили до этого.

И все же не все так мрачно. Хорошо уже то, что об этом стали говорить. Перестали говорить, что все чудесно. Плохо, если все поделят и скажут, что все опять украли, и опять станут пенсии выдавать. Ну, посмотрим.   

Комментировать Всего 61 комментарий

В этой идее есть несколько системных проблем. Одна из них — очень трудно инкорпорировать хорошо оплачиваемых иностранных ученых в среду малооплачиваемых русских. Будет такое гетто из русских ученых, которые получают по 20 тысяч рублей, и туда вводят иностранцев, которые получают минимум 200 тысяч. При этом русские ученые очень часто по способностям не хуже, просто система такая, что нет ни мотивации, ни возможности реализовывать проекты. Если пригласить этих ученых на выделенные деньги, я не понимаю, с кем они здесь будут работать. Я работал в Америке, я знаю. Если приглашать ученых в какую-то команду, то всей команде надо нормально уже платить. Среди нищих профессоров будет ходить барин — это не работает, это ерунда.

Читать дальше

Как я понимаю, они говорили все же о другом — что пригласят хороших ученых, как в свое время Рюриковичей на Русь, и они научат, как быть и жить. Но проблема не в том, что здесь ученые плохие, проблема в том, что не создана система. Кроме того, здесь нет никакой мотивации для молодых. Вот это ключевая проблема. При тех окладах, которые есть сейчас, молодым нет никакого смысла идти в науку. Мне, как человеку, который работает в науке, кажется, что идея выделить гранты и на них пригласить ученых мало реализуема. Можно выделить несколько направлений, но при этом возникает другой вопрос. Все мы знаем, какие сейчас «откаты» и под какие проценты выделяются деньги — и вот что из этих денег в итоге дойдет? Кто ими будет управлять?

Третья проблема, очень серьезная — кто будет управлять грантом. Будут управлять те же администраторы — ничего не получится, они ничего в этом не понимают. Четвертая проблема — коммерциализация, от которой в России ученые всегда были отодвинуты. То, что делается в Сколкове, — это тоже гетто, но наоборот. Они там внутри будут на непонятных принципах, в эксклюзивном положении.

Если не будут созданы научные коллективы по нескольким направлениям фундаментальных наук, которым будут даны возможности определять всю цепочку научных работ и коммерциализации, то я очень скептически все это оцениваю.

Есть два типа работы: в Европе всегда создается команда, которая работает над проблемой. В Америке — это в основном один, но очень высокооплачиваемый специалист, и у него несколько technicians, которые ему помогают. Надо выбрать, что важнее. Только создавая такие центры — но не в лепрозориях типа Сколкова, а именно в университетах, — можно что-то сделать.

И еще: деньги очень важны, но если к этим деньгам не будет системных решений, ничего не получится. Ученым должны доверить управление, снять административные барьеры. Считается, что ученые – такие дурачки в очках, а мы в министерстве знаем лучше. Так вот до тех пор, пока они будут считать, что они лучше знают, не будет ничего. Совершенно очевидно, что в министерстве считают, что они дают деньги и часть этих денег должна им вернуться, а эти дурачки и так проживут, как жили до этого.

И все же не все так мрачно. Хорошо уже то, что об этом стали говорить. Перестали говорить, что все чудесно. Плохо, если все поделят и скажут, что все опять украли, и опять станут пенсии выдавать. Ну, посмотрим.

Свернуть

"Среди нищих профессоров будет ходить барин — это не работает, это ерунда"

опять про уравниловку. 

опять НЕ про результаты. 

Гранты надо выделять под проекты, а не под переезд ученых. И сторонних ученых привлекать опять же под проекты.

Так на проекты и выделяют. Просто одним из условий сделали присутствие на месте по меньшей мере в течение чтырёх месяцев в году. По-моему, весьма логично.

Переход профессоров из университета в университет — обычное дело на Западе, но совершенно новый ход для российской науки. Если вы учились в государственном университете — вспомните: часто ли вам приходилось иметь дело с приглашенными профессорами? Даже не из Штатов или Японии, а хотя бы из Петербурга? Профессорская должность в России намертво привязана к месту, поэтому переместиться на семестр-другой в соседний университет — немыслимая затея. Сам Северинов, например, несмотря на громкое возвращение, по-прежнему остается профессором Ратгерса — мне он сказал, что проблем у него с этим нет, хотя и признал, что ситуация нестандартная.

Главный минус проекта виден сразу. Если в США у профессора есть шанс сменить университет на равный по статусу, то в России, похоже, затевают что-то вроде командировок на целину. Серьезные университеты есть в трех-четырех российских городах, и ученые, у которых есть шанс получить грант, наверняка уже там работают. Получив его, они теперь будут вынуждены отправиться куда-нибудь на периферию. Другими словами, если вы молекулярный биолог на пике карьеры, то любимую тему придется надолго забыть. Сначала понадобится закупить для Н-ского университета первые секвенаторы с электронными микроскопами и научить коллег, которые в глаза не видели таких приборов, ими пользоваться.

Мне кажется, в Ваших рассуждениях есть несколько логических прыжков, которые неверны. Если в России хорошие университеты в 3-4 городах, то обязательность перехода в новый университет совсем не означает переезда из Москвы в Урюпинск. Возможны переезды между Москвой, Питером и Новосибирском. Такие переезды более чем полезны для науки и для ученых.

Артем, проблема в том, что и "3-4 города с хорошими университетами" четко ранжированы (как Вы наверняка знаете). Если сравнить те же индексы цитирования по институтам, то весь СПбГУ набирает вдвое меньше ссылок на свои работы, чем химический факультет МГУ. В этом смысле химфак СПбГУ для топового химика из МГУ - та же самая целина.

А смена места - это в любом случае движение сверху вниз, и именно в этом я вижу изъян затеи. Не станем же мы думать, что грантовая программа адресована тем, кто не сумел или не захотел перебраться из Питера в МГУ, а теперь вот внезапно решился.

так во всем мире, но проблем это не создает

Во всем мире есть рейтинги университетов. Но, кстати, переезду в университет другого ранга не придается слишком много значения. Важнее не то, каково новое место - а кто вы на новом месте (и кем были на старом).

А вообще, самое важное - что у человека в мозгах и в душе, место значения почти не имеет.

кроме этого профессора в России ненавидят конкуренцию:((

Поэтому всех этих "иностранных ученых" ждет хорошо подготовленная ненависть. Кому сильно захочется что-то мне иное доказать - я преподавал в университете, закончил два высших учебных заведения и мой отец всю жизнь работал в высшей школе и переезжал из одного университета в другой - я в курсе ситуации...

Северинов - часть целой группы, таких несколько сотен наверное. И м.б. еще приедет сколько-то. Они будут ненавидимым меньшинством, причем возможно, на первых порах - распределяющим деньги- вместо прогнившей Академии. Что будет дальше - одному богу известно.

Я член совета при правительстве, который будет принимать решения об этих грантах. Я считаю, что это очень правильная программа с нескольких точек зрения.

Во-первых, программа открыта для российских ученых, живущих в России, для российских ученых, живущих за границей, и для иностранных ученых, даже не говорящих по-русски.

Во-вторых, программа будет выдавать гранты на основе реальных научных достижений и научного потенциала, учитывая публикации в международных научных журналах и индекс цитирования – то есть настоящую научную репутацию, а не дутые показатели, которые, к сожалению, часто используются во внутрироссийских конкурсах.

В-третьих, программа направлена на создание исследовательских подразделений, лабораторий, кафедр в российских вузах — исследовательских групп международного уровня. И тем самым она поможет начать процесс становления науки в университетах. Не секрет, что сегодня Академия наук доминирует в исследовательском пространстве России и, к сожалению, отсутствие конкуренции самым пагубным образом сказывается на исследовательском потенциале РАН, а следовательно, всей российской науки.

Читать дальше
Программа хороша еще и тем, что она открыта для ученых из Российской академии наук, поэтому здесь нет никакой монополии. Требования программы таковы, что ученые должны проводить достаточно много времени в том университете, куда они приедут в течение 2011 и 2012 годов. Должна быть сформирована группа из молодых ученых, аспирантов и кандидатов наук. Мы стремимся создать науку в университетах и для этого пытаемся поддерживать критическую массу исследователей. Возможно, лаборатория — это слишком маленький проект, но зато мы выделили на каждый проект достаточное количество денег, 5 миллионов долларов, чтобы привлечь ученых самого высокого уровня, международных звезд.
Свернуть

Эту реплику поддерживают: Артем Оганов, Максим Цыганов, Евгений Михайлов

Замысел программы понятен и мне он нравится. Даже если сложится лишь на 10-15% уже будет неплохо. Очень важно с чего то начать, хоть что то сделать, а не рассуждать о том как всё будет классно, когда все это даст свои плоды.

Эту реплику поддерживают: Артем Оганов

«Программа по переселению» — мысль, конечно, интересная. Но одна программа по переселению (просто соотечественников) уже была и как-то не очень сработала. Так что будем посмотреть на прикладную имплементацию.

Проблем здесь, как я вижу, две — научно-практическая и бытовая. Сначала о первой. Можно получить приличный грант и на него оборудовать свою лабораторию как нужно. А вот как быть с соседними, «безгрантовыми» лабораториями? Изолированная хорошо оборудованная лаборатория, эдакий оазис на общем фоне, эффективно работать не сможет. Разве что в ней действительно ну уж все в наличии. Но тогда это уже не лаборатория, а целый НИИ :-) А в университетской среде мне достаточно часто приходилось пользоваться оборудованием соседей, одалживать у них реактивы и т. д. Без этого многие вещи были бы неосуществимы. Я всегда знал, что вот если именно «это» вдруг понадобится — оно есть у тех-то. А заодно у них есть опыт работы с «этим», и всегда можно получить ценный совет. Взаимодействие с коллегами за границей замечательно, но к ним не зайдешь на кофе и не спросишь: «Вася, а можно я завтра твой спектроскоп попользую?» Или: «Ботулинический токсин есть? Одолжишь полмиллиграмма?» Да и представьте себе атмосферу: у одних счастливчиков есть грант и нужное «железо», а окружающим остается заниматься только «абстрактным математическим моделированием» :-)

А с бытовой стороной и так все понятно — 90-е давно прошли. Уехавшие успели пообрасти чем только можно — от потомства до кредитов. Та же ипотека (кстати, заманивать обратно лучше не деньгами, а жильем — квартирный вопрос портит вне зависимости от широты и долготы). Просто так снова все бросить и вернуться обратно, да еще и с семьей — на это решатся немногие. Среди серьезных исследователей не так уж и много таких искателей приключений. А что касается российских ученых в России, то, насколько я понимаю, речь опять же о профессорах, завлабах и т. д. — то есть снова о людях, которым за 40, оседлых, вросших в свою среду. И чтобы из нее взять и переместиться в другой город на длительное время, дела должны идти действительно плохо. Более реалистично было бы создавать программы «командировочного» плана для обмена опытом: поработал(а) пару-тройку месяцев на новом месте и обратно. Получил(а) за это грант и полное покрытие расходов. Сработался(ась) с людьми. А там, глядишь, через пару-тройку таких командировок на новом месте может понравиться больше, чем на старом, вот человек постепенно и переберется.

Эту реплику поддерживают: Irina Singh

Вы предложили два-три месяца, министерство предложило четыре месяца в году. Можно разбить на две командировки, как раз и договоритесь :)

Я так понял, что речь о долговременном, если не постоянном переселении, с созданием и курацией полноценных рабочих групп. А обмен опытом на несколько месяцев - всегда хорошее дело. В крайнем случае можно узнать, как не надо работать - но "негативный результат - тоже результат".

Конечно, это смелая задача, но не невыполнимая. При достаточном уровне финансирования и достаточно широких полномочиях опытный ученый может создать лабораторию под себя с нуля.

Институт, в котором я работаю, меньше чем за 10 лет стал крупным передовым научным центром, одним из самых престижных в области морских исследований. А начиналось все с одного-единственного барака.

Важно, чтобы руководители могли подбирать себе команду на конкурсной основе, а не были бы ограничены местным составом.

Спасибо, Женя,

но это же в Германии! Видите ли Вы такую возможность в России? Представляете ли лично для себя возможность переезда в рамках этой программы - если Ваша область тоже получит поддержку?

Эту реплику поддерживают: Irina Singh

Илья, в России даже в данный момент есть передовые лаборатории и даже институты. И даже на периферии. И даже в моей области (с моей областью очень сложно, т.к. наука молодая и в России не успела сформироваться школа). Но их в данный момент слишком мало. Ну очень мало.

Но можно надеятся, что при достаточном финансировании и при условии международной экспертизы все действительно постепенно наладится.

Хотела ли бы я вернуться? При определенных условиях это возможно.

Я и сейчас с российскими учеными в постоянном контакте.

Меня смущает только то, что свою команду грантер должен формировать на месте. Для успешной работы грантерам нужны более широкие полномочия

всегда веселило сочетание "смелая задача":))

мне почему-то казалось, что смелым может быть только человек, а "задачи", "цели", столы, стулья.... смелыми быть не могут.

Дмитрий, вы надо мной иронизируете?

нет, не над Вами, над словосочетанием...

я не первый раз его слышу...

Вы неправы. По Ушакову, может быть смелый поступок или смелая шутка, а значит, почему бы не бывать смелым задачам (в значении "дерзкий, выходящий за границы того, что принято").

ok "по Ушакову" понятно. А что Вы сами думаете по этому поводу?

Да что тут думать? Обыкновенное метонимическое расширение значения, ничего особенно интересного.

Вспоминается старый анекдот: «мой дядя потерял зрение, а не лишился рассудка»

Эту реплику поддерживают: Irina Singh

Александр, заинтриговали: напомните пожалуйста анекдот, и расскажите, в чем его привязка к случаю? :)

Дело происходит в СССР, одному парню пришло письмо, что его дальний родственник, какой-то дядя, владелец заводов-пароходов, потерял зрение, других родственников нет, и это дядя приглашает его в США, на помощь в управлении большим хозяйством. Парня, разумеется, сразу в КГБ, и делают встречное предложение: пусть дядя переведет свое хозяйство в СССР, и вы тут ему и поможете.

Концовку вы знаете…

Привязку к случаю теперь тоже.

Александр Соколов Комментарий удален

Интересно, а можно ли на эти деньги создать независимую лабораторию, которая не подчинялась бы никаким институтам? Или могу ли я, уже имея такую лабораторию в Москве, подать на такой грант? Это решило бы массу проблем.

Если я должен обязательно стать сотрудником госинститута, это невероятно затруднит выполнение программы. Я должен оформиться на работу в этих неповоротливых и неработающих структурах. Я даже не рассматриваю для себя заведование российской лабораторией, потому что мне сказали, что я должен буду защитить для этого докторскую. Далее, если представить себе работу таких элитных ученых внутри институтов, это породит огромную зависть и ревность среди коллег. А если я затею просто независимую лабораторию и буду, например, арендовать помещение у госинститута — это другое дело.

А еще непонятно, как они будут рассматривать заявки на гранты и оценивать успешность: у них нет экспертов для этого…

Эту реплику поддерживают: Андрей Владимиров

Хорошо уже то , что гос-во задумалось, ЧТО делает его СИЛЬНЫМ.

У нововведения , безусловно, слабейшая сторона - психологическая совместимость. Как и заметили говорящие выше, трудно добиться работы в команде, где есть финансовая дискридитация. Саботаж будет на высшем уровне.

я думаю, эта программа будет работать

Аналогичная программа уже успешно работает в Китае, но там приглашают только ученых, работающих заграницей. В российской программе эта проблема решена очень эффективным ходом - россияне тоже могут участвовать, но должны переместиться из былой рутины в новое место. Это разом решает несколько болезненных проблем российской науки.

Единственная потенциальная проблема - зависть коллег, которые будут получать на порядок меньше денег. Я спрашивал у китайцев (там ведь практически идентичная программа!), возникают ли из-за этого трения и конфликты. Ответом было категоричное "нет" - а причина в том, что для них высокая зарплата ученого мирового уровня, работающего в том же институте - гарантия, что и их зарплата будет быстро расти (если они тоже будут производить реальную науку). Более того, госфинансирование и статус всего института (в Китае, но в России тоже это можно ввести) каждый год оцениваются в жесточайших конкурсах - где важно не только набрать хорошие показатели, но и обогнать другие лаборатории. Для этого приезд мирового класса ученых - лучшее средство. Так что проблема с разницей в зарплате - реальна, но нерешаемых проблем нет.

"Не кровати надо переставлять в борделе, а блядей менять." - из анекдота

А почему мы раздать эти деньги университетам и дать им право самим решать кого приглашать, кому сколько платить? Причем, независимо от того, приехал этот ученый из США или из Урюпинска. Распилят? Так и в этом случае распилят. Решение о том, сколько кому платить и кого приглашать в университет должен сам университет. Проблема в том, что у нас бедные университеты. И теперь приходят чиновники и говорят: у вас нет денег, а у нас есть, поэтому мы будем решать кого приглашать и сколько ему платить.

Надо понять главное: почему в американском университете решение о том, кого приглашать и сколько ему платить решает ректор (или тот кому он поручил), а не Фурсенко и созданные при правительстве комитеты.  Надо решать корневую проблему: почему наши университеты не приглашают Оганова или Нудлера на профессорские должности и не предлагают им такие условия, что оба не думая, срываются с места и переезжают. 

Эту реплику поддерживают: Александр Альшванг

Степан, для того, чтобы принять такое решение, надо предполагать, что руководители университетов сами заинтересованы в развитии научного и педагогического потенциала своиз ВУЗов. Сейчас это не так. 

Причин мне видится три: 30-е, 70-е и 90-е. Имеются в виду десятилетия двадцатого века. 

В 70-х, покуда границы страны оставались полуприкрытыми, а научная общественность все более становилась в контрпозицию к власти и порядкам, все меньше талантливых ученых соглашались не только заниматься бытовой текучкой, но и занимать серьезные позиции в руководстве наукой и университетами. Со временем оказалось, что это самовопроизводящаяся система. Чем больше завхозов приходило на ответственные посты, тем меньше внимания оказывалось новаторским разработкам, оборудованию лабораторий и прочими вещами, мало относящимися к текущим хозяйственным проблемам.

В 90-х была серьезно изменена массовая система ценностей. Поскольку советская пропаганда, пытавшаяся (всерьез или по найму) приподнимать ценность научного знания, образования, коллективизма и проч., вмиг исчезла, ей на смену вышли ценности гораздо более базовые, но в самом диком виде. Подворовывать из подвластного бюджета теперь мечтали не только вторые секретари райкомов, но и все подряд. Университеты, к сожалению, не стали тут исключением, а тотальное присутствие "поколения завхозов" тому только способствовало.

Наконец, 30-е. Это время практического складывания системы Наркомпроса. Все университеты России по-прежнему полностью подчинены государству, полностью им финансируются и в очень малой степени заинтересованы в наличии студентов. Лучше эти студенты или хуже, больше их или меньше - университетам практически все равно.

Боюсь, что в этих трех узлах развития содержатся ответы на все ваши "почему"  

"Степан, для того, чтобы принять такое решение, надо предполагать, что руководители университетов сами заинтересованы в развитии научного и педагогического потенциала своиз ВУЗов. Сейчас это не так."

Тогда эту проблему и надо решать. Если ее не решить первой, то все остальные решения будут бесполезны.

Степан, Вы давно наши университеты видели? Я целиком и полностью за то, чтобы дать им больше независимости, но в нынешней ситуации поручать садовничим и вербицким распределение грантов - это верный способ свести отдачу к нулю.

Очевидно, что прийдется начинать с реформы университетов. Всей системы высшего образования. 

Этим Минобр тоже пытается заниматься, но это надолго. Невозможно дожидаться результатов этого процесса и ставить от него в зависимость любую научную деятельность.

Мф. 9:17 "И не наливают молодое вино в старые мехи; а иначе рвутся мехи, и вино выливается, и мехи пропадают; напротив, молодое вино наливают в новые мехи, и сохраняется и то и другое."

Получаем Сколково, стройку на острове Русском и Арктический федеральный университет.

Сколково запрограммировано провальный проект. Это будут выброшенные деньги и потраченные зря время и усилия. Про стройку на острове Русский и Арктический федеральный университет я ничего сказать не могу. Не знаю. 

Почему "запрограммировано провальный"? И уточните, пожалуйста, Вы про "инноград" или про бизнес-школу?

Про инноград. Но коротко ответить трудно, а длинно потребует изрядного времени. Тогда надо уж целую статью писать на эту тему. Э

Я уже излагал свое мнение - в достаточно схематичной форме - и здесь на сайте и в различных интервью газетам. 

Так что обсудим при встрече :)

Ага, нашёл интервью, суть Вашей позиции ясна. Хотя в свете новых событий - обсудил бы при встрече с удовольствием :)

Вот чего я не поняла из интервью - это кто будет оценивать поданные проекты? Фурсенко сказал, что оценка поданных на конкурс заявок "будет проводиться по правилам международной экспертизы", но будут ли к этому процессу привлекаться собственно международные эксперты? Или оценка будет проводиться так же, как сейчас? Прежде чем рассуждать, сработает новая инициатива или нет, мне кажется, хорошо бы разобраться в механизме.

Эту реплику поддерживают: Катерина Мурашова, Андрей Пирогов

Да уж, главное чтобы не было как сейчас с гос конкурсами. Сотни страниц надо заполнить. Собрать десятки бумажек. Перечитать конкурсную документацию, что б понять, что весь коллектив полные ослы, т.к. не могут сообразить что же имеется ввиду. И только для того, что бы увидеть как пара миллионов ушла не понятно к кому. Хорошо хоть с РФФИшными заявками и отчётами стало проще, интернетизация хоть здесь сыграла свою облегчающую роль.

Мне кажется, эти гранты по 150 миллионов окончательно убьют нашу науку. Науку деньгами не купить. Мега учёный с запада на качественно новый уровень её не выведет. Научные достижения государства закладываются со школы, потом они усиливаются в вузах (особенно в педагогических это важно), закрепляются в научных институтах и аккумулируются в Академии Наук. Что происходит у нас. Школьное образование стоит на месте. Основные вузы страны, в которых учится основная масса выпускников школ никогда в жизни не получат приличный грант. Педагогические вузы страны на грани вымирания и в ещё большую яму с отходами загоняют школу, выпуская псевдо-учителей. Остаётся пара десятков вузов, где есть цитируемые ученые и научные школы. Научные школы между собой не дружат. Приверженец одной никогда не поедет вливаться в коллектив другой. Никто из московской лабаратории с женой, детьми, родителями, дачей не уедет в Томск, даже если там ему будут платить на 20 тысяч больше. Можно позвать молодых кандидатов, но к кому они приедут? Молодой кандидат - продукт научного руководителя и его школы. Его никто не ждёт в другом регионе, порой просто потому, что не места в штате.

Эти колоссальные деньги надо не в гранты вбросить, а в комплексное равномерное развитие образования по всей стране. Чтобы электронный микроскоп не только был в МГУ, например, но и в Абаканском Педе. Чтобы электричество было не только в элитных гимназиях Москвы, но и в ауле Усиша в Дагестане.  Надо не комиссии создавать, в которых всё решается по-знакомству (и не говорите, что этого нет в российских грантах, плавали, знаем), и придумывать идиотские псевдо-независимые бальные системы вычисления победителя, а поездить по стране и заглянуть в каждый кабинет школы, вуза, НИИ. Несмотря на всё увеличивающееся количество грантов, лично меня не покидает желание "свалить" из страны. Может потому,  что довольно противно видеть как кидают объедки со стола те, которые обязаны богатством нам - географам и геологам.        

Одно возражение: система, где "научные достижения аккумулируются в Академии наук" - не предел мечтаний, а ровно то, что требуется сломать. Потому что университеты в такой системе отодвигаются на второй план, и студентов учат люди, которые никакой серьезной наукой не занимаются. Собственно, от этого и происходят все те неприятности с научным образованием, которые Вы красочно описываете дальше.

Эту реплику поддерживают: Степан Пачиков

Андрей, Ваши лозунги противоречат Вашей же конкретике. Говорите, что "науку деньгами не купить", и тут же - что нужно больше электронных микроскопов. По-Вашему, электронный микроскоп для Абаканского педа надо материализовывать из вакуума усилием духа? или всё же купить?

Борислав Козловский Комментарий удален

Борислав, тут вопрос такой. Академия это что? РАН? Непосредственно "Золотые мозги" или РАНовские институты. Я - представитель института географии РАН, ничего плохого в его существовании не вижу. Помимо этого заведения, учил студентов в МосПеде, бывшем Ленинском, а параллельно через МосОблУнивер пытался заработать денежек. И таких полу и четверть ставочников у нас большинство. Не надо разрушать Академию, к сожалению она сама, в прямом смысле этого, слова вымрет через 5-10 лет.

И знаете что ещё, возможность купить мега ученых с запада, это значит продать русскую науку вообще. Сужу по своей области. Работ на западе аналогичных тем, в которых, к примеру, участвую я, нет. А есть мега-ученые - мега-выдумщики. На рассказах которых, BBC снимает фильмы, а Клювер издаёт книги. 

Ну как-то так и представлялось

Аркадий Дворкович: «Мы построим в Сколкове лучшие поля для гольфа, лучшие клубы и рестораны».

Какое-то очень грустное впечатление колонизации российского пространства возникает... На трубе сидит "корпорация", ее охраняет спецназ, обеспечивает бюрократия, подметает улицы приглашенный гость-сосед, строит дома еще кто-то, и т.д. и т.п.

И вот теперь - дивитесь! - у нас лучшие умы современности за бешеные бабки нам будут чего-то придумывать?.. Или - не нам? А на экспорт.

Те немногие оставшиеся отечественные ученые - вне игры? Детские садики - в дефиците. Вузы скоро столкнутся с демографическим кризисом.

И на лучших полях (Дворковича) станут играть самые эффективные менеджеры России! А на них будут работать все, кто еще захочет здесь жить... Пока не устанут. Но, главное, не "восстанут".

Андрей,

объясните пожалуйста: в чем Вы видите колонизацию - в этом сюжете? В том, что Россия пытается вернуть мозги из-за границы?

К сожалению, я вижу в этом сюжете не возврат российских мозгов из-за границы, а привлечение зарубежных мозгов в тепличные условия, которые им пообещал президент Медведев на форуме в Питере. А также я опасаюсь, что оазис "Сколково" задуман исключительно для экспорта. И всё это укладывается в моей голове в канву некогда (опрометчиво публично) провозглашенной идеи Путина о корпорации "Россия". И простые граждане России в этой системе  выглядят обслуживающим персоналом для приглашенных.

И еще мне особенно "понравился" тезис: "По условиям конкурса западные ученые должны будут переехать в Россию, а российские — отправиться работать в провинцию".

Надо читать текст с условиями конкурса. Без этого можно сказать одно: 5 миллионов долларов США (150 миллионов рублей) не очень большая сумма для того, чтобы за нее драться, все бросать и переезжать.

Для нормальной лаборатории с экспериментальным оборудованием, это только начальный взнос. Для теоретиков, это более-менее серьезные деньги, но кто скажет, что будет потом? Бросить все, приехать лет на пять, а потом все поменяется в другую сторону?

Я бы использовал эти деньги для эндоумента, чтобы организовать САМООКУПАЮЩУЮСЯ лабораторию. А именно, эти деньги должны быть вложены в акции и облигации, а финансирование должно идти за счет дохода с вложений. Это бы гарантировало стабильность при условии, что лаборатория будет жить по средствам. Дополнительные гранты увеличивали бы сумму эндоумента и таким образом расширяли бы возможности лаборатории.

Давайте почитаем условия конкурса, когда они будут опубликованы, и вернемся к этому разговору.

Игорь, а что делать целым наукам, которые не могут зарабатывать? Например, археология, палеогеография, геоморфология? Хозрасчетные формы тут и сейчас существуют. Но это гроши, с которых ещё и налоги сдирают, как, собственно, и с выдаваемых на сегодняшний день грантов любая головная организация забирает "свои" 15-20 процентов. Уверен, что и с этих 150 миллионов, кто-то "свои" 15-20 процентов заберёт. Просто так. Просто так.

Есть большая разница, выдавать гранты научным коллективам или вузам. Дать грант вузу, это значит, что до коллектива дойдёт пара процентов. Дать грант коллективу, это значит обделить вуз, а это значит поругать между собой ректора/директора и завлаба.

Верится, что Сергей Гуриев, как член совета, учтёт многие несуразности сегодняшних проблем правительственных грантов. И действительно предложит модель распределения средств грамотную, продуманную и добрую. 

Андрей, дело в том, что любая фундаментальная наука не может зарабатывать. Речь идет о форме организации, которая существует на проценты с вклада (первоначальный взнос, т.н. эндоумент) вложенном в акции, облигации и т.о. независима от государства. Это может быть астрофизика или ботаника или археология, неважно.

Проценты с грантов сдирают везде, это называется оверхед. В США, например, в разных организациях разный процент в диапазоне от примерно 40 до более чем 100 процентов на т.н. прямые (зарплата плюс бенефиты) и непрямые (командировки, оборудование, материалы) расходы. Часть этих денег (бенефиты) возвращается в виде пенсионных денег перечисляемых на пенсионный счет работника и на покрытие медицинских и других страховок. Другая часть - это чисто накладные расходы: аренда помещений, зарплата бухгалтерам, электричество и т.д.

Страшно? :) Однако, все это живет и работает! 

Сегодня, как и обещано, появился пресс-релиз о конкурсе, а на сайте министерства опубликованы правила.

Даже не верится! Ожидал страниц 100 документации! А тут, докажите что вы лидирующие и 150 млн ваши! :)

Непонятно почему раз в год по 4 месяца. Проще гораздо если бы минимум 6 месяцев за два года - нормальный срок оплаченного sabbatical в университетах США. Для опытного учёного полгода достаточно чтобы запустить лабораторию аналогичную ранее им созданной. Вообще-то не думаю чтобы много tenured профессоров согласились на такой отчаянный шаг. Вот брать оплаченных грантом российских аспирантов и кандидатов к себе на практику - это вполне реально.