Выставка Александра Бродского в галерее Гельмана и счастье

25 мая в галерее Марата и Юлии Гельман открылась выставка Александра Бродского «Окна и фабрики» — по состоянию на май лучшая выставка в городе

+T -
Поделиться:

На открытии люди не помещались в зале, а атмосфера была такая, какая бывает, ну скажем, на новоселье или крестинах ребенка. Вокруг Бродского непременно возникает такое семейное, восторженное поле — все ужасно довольны, всем ужасно нравится. Выставки Бродский делает редко, но на каждую приходит пол-Москвы, и все потом их очень долго вспоминают.

Почему все это происходит — не так уж просто объяснить. Вообще, Бродский — архитектор. Выставки он делает не так уж часто. И на них, как несложно заметить, всегда обычно одно и то же. И даже это «одно и то же» выглядит вроде бы таким... необязательным. Ну, какие-то почеркушки. Инсталляции из чайных пакетиков. Как бы глиняные домики. Иногда даже просто листки из блокнота. Или процарапанные рисунки на как бы замазанных серой краской окнах («Окна и фабрики» — это буквально эти самые окна по периметру плюс макеты руинированных фабрик в центре). Но при этом удивительным образом от каждого из них совершенно безошибочно возникает ощущение, что перед тобой большое искусство, редкий дар. Или, как позже написали в своих блогах посетители, а Марат Гельман их процитировал, «ощущение сказки и полета», «близко к гениальности». «Какая выставка роскошная, ну типа счастье», — написал он вечером после открытия в своем блоге.

Анна Наринская полагает, что эта всеобщая любовь от того, что, как в известном анекдоте, «во-первых, это красиво». Причем красиво особой, античной красотой — за что Бродский ни возьмется, получается ну почти Парфенон.

Григорий Ревзин говорит, что у Бродского просто какая-то удивительная оптика, благодаря которой на окружающее нас говно он смотрит с невероятной нежностью. И нежность эта, а также мастерство, с годами никуда не пропадает.

Остальные опрошенные нами посетители выставки упирали по большей части на слова «счастье» и «восторг».

Вот, например, чайные пакетики — конечно, восторг.

Сам Бродский весь вечер принимал поздравления и потихоньку отмечал.

А Гельман тем временем рассказывал, что итальянские коллекционеры ценят Бродского даже больше своих деятелей arte povera.

В общем, как-то так получается, что Бродского любят буквально все: коллекционеры, друзья, арт-критики, коллеги — все-все-все. И даже дети.

Ну, типа счастье, что еще скажешь.

Комментировать Всего 3 комментария

да

внуку понравилось

хотя Звездочетов еще веселей, так что я бы не стал так серьезно рассказывать, что самое лучшее на сегодня среди выставок.

ну, мне-то кажется, что Звездочетов и рядом не лежал. А так-то конечно, много хорошего. Вышивка вон в "Проуне" тоже отличная.

Вам видней. Помоечка - она ближе русскому пониманию прекрасного.