Варвара Бабицкая /

«Супернацбест»: отпущение грехов

Премия «Национальный бестселлер» отметила круглую дату, вручив круглую сумму в 100 тысяч долларов лауреату десятилетия — им стал Захар Прилепин за роман «Грех»

Фото: Данил Головкин
Фото: Данил Головкин
+T -
Поделиться:

Результат сильно удивил самого лауреата. На мой вопрос, ожидал ли он победы и кому бы сам отдал премию, будь это в его власти, Прилепин ответил, что испытал шок: «Я бы дал премию либо Гарросу и Евдокимову за “Головоломку”, либо Проханову, либо Юзефовичу. Это мой личный выбор, потому что эти романы взломали какую-то новую реальность — языковую, политическую, социальную. Но ее дали мне, и я ничего не могу с этим поделать. Я даже пришел не в той одежде, в которой приходят на получение премии: в грязной рубашке, в грязных джинсах, сам небритый — я пришел просто тусануть и бухнуть с мужиками. Это стало для меня огромным, абсолютным удивлением. Я точно ни одной секунды не верил, что мне ее дадут, по сотне разных причин: потому что это сборник рассказов, хотя и объединенных общим героем, потому что жюри из банкиров, потому что в шорт-листе Пелевин и Шишкин».

Малое жюри, составленное из председателей всех прежних жюри «Нацбеста», выбрало «Супернацбест» из десяти книг — победителей прошлых лет. В шорт-лист вошли Леонид Юзефович, Александр Проханов, Гаррос — Евдокимов, Виктор Пелевин, Михаил Шишкин, Дмитрий Быков, Илья Бояшов, Захар Прилепин, Андрей Геласимов, Эдуард Кочергин.

Все думали, что главный приз получит Виктор Пелевин. И не только потому, что Виктор Пелевин объективно самый популярный из финалистов, а еще потому, что пресс-релиз обещал появление писателя-социопата на церемонии — такое не каждое десятилетие случается. Однако по ходу церемонии ее бессменный ведущий Артемий Троицкий внес коррективы: по его словам, некоторые писатели осели на соседних от банкетного зала этажах гостиницы «Украина» в кафе и ресторанах, пообещав явиться только в случае победы. Этого уж, видимо, было не избежать, поскольку по условиям внеочередной церемонии деньги вручались победителю только лично, а в случае неявки должны были употребиться на увеличение премиального фонда следующих лет. А приз был на этот раз все-таки порядочным.

Наиболее оживленным моментом церемонии стало появление отца-основателя премии Виктора Топорова с чемоданом наличности в руках. Помимо, так сказать, обнажения приема, этот эффектный жест имел и более практический смысл. «Нацбест» издревле славится своей непрозрачной экономикой. При относительно скромном премиальном фонде —  первый приз в 10 тысяч долларов, которые лауреат к тому же делил с номинатором, вручали только на следующий год после победы: Виктор Топоров пояснил, что «это очень дисциплинировало лауреатов», которым по уставу премии положено на следующий год заседать в составе малого жюри, но кто бы мог иначе гарантировать явку. А еще это обстоятельство было вызвано проблемами с фандрейзингом: возглавлявшая московский офис топоровского издательства «Лимбус Пресс» Татьяна Набатникова рассказывала, что уволилась в 2003 году после того, как ей пришлось самой изыскивать 2000 долларов, чтобы расплатиться с московскими рецензентами.

«Национальный бестселлер» и вообще всегда был скандальной премией. Артемий Троицкий упомянул об этом в том месте церемонии, где положено перечислять регалии, назвав «Нацбест» «черной овцой среди премий, не вписывающейся в общие комильфошные каноны». Такая у него была неотъемлемая функция, амплуа на литературной сцене, и премия отрабатывала это амплуа всеми возможными способами, хронически вызывая у литературной общественности возмущение и насмешку. В жюри заседали ежегодно не профессионалы из книжной области, а телеведущие, фигуристы и трактористы. Одно время «Нацбест» имел сомнительную политическую репутацию: когда в 2002 году лауреатом стал Проханов с романом «Господин Гексоген», от сотрудничества с премией отказалось издательство НЛО, кроме того, с «Нацбестом» стойко ассоциируются национал-большевики Эдуард Лимонов и нынешний лауреат Захар Прилепин, прославившийся революционным романом «Санькя».

Критики не уставали измываться над «Нацбестом» и потому, что премия, чей девиз — «Проснуться знаменитым», из года в год норовила осчастливить своим вниманием то Виктора Пелевина, то Дмитрия Быкова, то Андрея Геласимова, то есть людей, определенно уже давно не нуждавшихся в рекламе. Возникал закономерный вопрос, кто тут с кем делился символическим капиталом: премия с лауреатом или лауреат с премией.

Я вспоминаю здесь все эти хорошо известные подробности с ностальгией, потому что, похоже, на десятом году существования «Нацбест» остепенился.  Начиная с этого года организаторы премии внесли изменения в устав: теперь из конкурса могут быть исключены произведения, выигравшие другие крупные литпремии и даже попавшие в их шорт-листы.

В шорт-листе «Нацбеста-2011», который своим чередом будет присужден в зимнем саду гостиницы «Астория» в Санкт-Петербурге 5 июня, — знакомые все лица, включая, скажем, Михаила Елизарова, Павла Пепперштейна и даже уже получавшего «Нацбест» Дмитрия Быкова. Но хоть формально устав премии приведен в какое-то соответствие с заявленными целями. И ни одно из номинированных в этом году произведений особенно не раздражает.

Среди членов малого жюри этого года — рэпер Noize MC и журналист Олег Кашин , в полном согласии с конъюнктурой политического момента: либеральная литобщественность носа не подточит. Да и вообще идеологические противоречия были как-то сняты: член жюри Эдуард Лимонов, закономерно отдавая свой голос однопартийцу Захару Прилепину, заметил, что «давно не оказывался в более дикой компании», то есть за одним столом с Аркадием Дворковичем, помощником президента РФ Дмитрия Медведева. Но это хорошо, добавил оппозиционный писатель, поскольку в данном случае они делают одно благое дело — поддерживают литературу, и только попросил передать президенту, что стране нужны свободные выборы, что Дворкович и обещал исполнить.

Ну и наконец, хотя публика и была слегка разочарована отсутствием Пелевина, на последнем этапе в затылок лауреату дышал Эдуард Кочергин, а свои симпатии подавляющее большинство опрошенных мною отдавало Юзефовичу, решение жюри одобрили, кажется, все. «Нацбест» никогда не вводил никаких литературных критериев, поэтому звание «книги десятилетия» никто не воспринимал всерьез; едва ли на него могла претендовать любая из книг шорт-листа. Если же говорить о совокупности заслуг, то удельный вес Прилепина, конечно, не таков, как у Пелевина, зато Прилепину премия нужней. Возвращаясь к поощрению молодых талантов, исторически Прилепин — идеальный лауреат «Нацбеста».

Трудно не испытать сожаление: кто же теперь будет нас бесить? Система амплуа на литературных подмостках будто взбесилась: еще пахнет порохом после прощального залпа «Русского Букера», а «Нацбест» вручается при полном благорастворении воздухов. Так что одна надежда теперь на «Большую книгу».

Комментировать Всего 3 комментария

Я бы дал Геласимову. Правда, я не всё ещё читал; но чёрт возьми, если я их не читал, то какие же они бестселлеры? ;)

Я бы дала Кочергину, потому что хороший, или Пелевину, потому что - ну правда в смысле популярности величина, несравнимая со всеми остальными вместе взятыми. Но там же нет внятных критериев. Вроде как Нацбест положено давать, наоборот, книжке неизвестной -с тем, чтобы она стала бестселлером. Но поскольку в этот раз оценивали лауреатов прошлых лет - логично было бы посмотреть, чья книжка бестселлером таки стала. Но и тут все сложно, потому что мы понимаем - на успех очередной книжки Пелевина или Быкова вряд ли сильно может повлиять премия. И так далее. И при этом понятно просто из состава жюри, что каждый из них просто читал книжки и выбирал, какая полюбилась - мало у кого из них могли быть свои соображения в области литературной политики, вот у Лимонова и Юзефовича разве. 

А всё-таки противно, что любая премия - как ни верти, политика.