Алексей Алексенко   /  Екатерина Шульман   /  Виктор Ерофеев   /  Владислав Иноземцев   /  Александр Баунов   /  Александр Невзоров   /  Андрей Курпатов   /  Михаил Зыгарь   /  Дмитрий Глуховский   /  Ксения Собчак   /  Станислав Белковский   /  Константин Зарубин   /  Валерий Панюшкин   /  Николай Усков   /  Ксения Туркова   /  Артем Рондарев   /  Алексей Алексеев   /  Андрей Архангельский   /  Александр Аузан   /  Евгений Бабушкин   /  Алексей Байер   /  Олег Батлук   /  Леонид Бершидский   /  Андрей Бильжо   /  Максим Блант   /  Михаил Блинкин   /  Георгий Бовт   /  Юрий Богомолов   /  Владимир Буковский   /  Дмитрий Бутрин   /  Дмитрий Быков   /  Илья Васюнин   /  Алена Владимирская   /  Дмитрий Воденников   /  Владимир Войнович   /  Дмитрий Волков   /  Карен Газарян   /  Василий Гатов   /  Марат Гельман   /  Леонид Гозман   /  Мария Голованивская   /  Александр Гольц   /  Линор Горалик   /  Борис Грозовский   /  Дмитрий Губин   /  Дмитрий Гудков   /  Юлия Гусарова   /  Ренат Давлетгильдеев   /  Иван Давыдов   /  Владислав Дегтярев   /  Орхан Джемаль   /  Владимир Долгий-Рапопорт   /  Юлия Дудкина   /  Елена Егерева   /  Михаил Елизаров   /  Владимир Есипов   /  Андрей Звягинцев   /  Елена Зелинская   /  Дима Зицер   /  Михаил Идов   /  Олег Кашин   /  Леон Кейн   /  Николай Клименюк   /  Алексей Ковалев   /  Михаил Козырев   /  Сергей Корзун   /  Максим Котин   /  Татьяна Краснова   /  Антон Красовский   /  Федор Крашенинников   /  Станислав Кувалдин   /  Станислав Кучер   /  Татьяна Лазарева   /  Евгений Левкович   /  Павел Лемберский   /  Дмитрий Леонтьев   /  Сергей Лесневский   /  Андрей Макаревич   /  Алексей Малашенко   /  Татьяна Малкина   /  Илья Мильштейн   /  Борис Минаев   /  Александр Минкин   /  Геворг Мирзаян   /  Светлана Миронюк   /  Андрей Мовчан   /  Александр Морозов   /  Егор Мостовщиков   /  Александр Мурашев   /  Катерина Мурашова   /  Андрей Наврозов   /  Сергей Николаевич   /  Елена Новоселова   /  Антон Носик   /  Дмитрий Орешкин   /  Елизавета Осетинская   /  Иван Охлобыстин   /  Глеб Павловский   /  Владимир Паперный   /  Владимир Пахомов   /  Андрей Перцев   /  Людмила Петрановская   /  Юрий Пивоваров   /  Наталья Плеханова   /  Владимир Познер   /  Вера Полозкова   /  Игорь Порошин   /  Захар Прилепин   /  Ирина Прохорова   /  Григорий Ревзин   /  Генри Резник   /  Александр Роднянский   /  Евгений Ройзман   /  Ольга Романова   /  Екатерина Романовская   /  Вадим Рутковский   /  Саша Рязанцев   /  Эдуард Сагалаев   /  Игорь Свинаренко   /  Сергей Сельянов   /  Ксения Семенова   /  Ольга Серебряная   /  Денис Симачев   /  Маша Слоним   /  Ксения Соколова   /  Владимир Сорокин   /  Аркадий Сухолуцкий   /  Михаил Таратута   /  Алексей Тарханов   /  Олег Теплов   /  Павел Теплухин   /  Борис Титов   /  Людмила Улицкая   /  Анатолий Ульянов   /  Василий Уткин   /  Аля Харченко   /  Арина Холина   /  Алексей Цветков   /  Сергей Цехмистренко   /  Виктория Чарочкина   /  Настя Черникова   /  Саша Чернякова   /  Ксения Чудинова   /  Григорий Чхартишвили   /  Cергей Шаргунов   /  Михаил Шевчук   /  Виктор Шендерович   /  Константин Эггерт   /  Все

Наши колумнисты

Михаил Елизаров

Михаил Елизаров: «Собачье Сердце» — сбитые ориентиры. Киноверсия

«Профессор Преображенский, вы творец!» — под всеобщие аплодисменты восклицает восторженная поклонница науки. Увы, Преображенский способен именно что преображать, но не создавать. Не Создатель, а Подражатель.

+T -
Поделиться:

«Профессор Преображенский, вы творец!» — под всеобщие аплодисменты восклицает восторженная поклонница науки.

Увы, Преображенский способен именно что преображать, но не создавать. Не Создатель, а Подражатель. Акт сотворения Шарикова из гипофиза трупа и собаки — пародия на божественный акт сотворения. В этом контексте фамилия Преображенский, намекающая на сословное, а именно церковное, происхождение, приобретает нарицательный комедийный оттенок. Соратник Преображенского и второй демиург доктор Борменталь — носитель еще более «говорящей» фамилии: «Бор» — машина для сверления; «менталь» — область умственного, мозг. Борменталь — тот, кто сверлит мозг, по-простому — «мозгоеб». Борменталь действительно редкий зануда — стоит вспомнить его реплики: «Иканье за столом у других аппетит отбивает, сначала налейте Филипп Филиппычу, потом мне» и т. д. У определенной публики эти два персонажа неизменно вызывают коллективный спазм сочувствия и классовой солидарности.

Но что хорошего сделал «творец» Преображенский? Из его телефонного разговора можно понять, что он в свое время восстановил функцию семенников чекистскому наркому — не бескорыстно, а чтобы обеспечивать себя охранными бумажками. Стареющей потаскухе пообещал пересадить яичники обезьяны, чтоб та могла и дальше представлять интерес для карточного шулера Морица. Вылечил дряхлого развратника: «Голые девушки стаями» «Ей Богу, последний раз такое на Рю де ля Пэ». Профессор принимает платежеспособных нэпманов, но не простой народ. (С его слов, только ради науки.) Нищую старушку-странницу, которая пришла всего-то «на собачку говорящую посмотреть», Преображенский просто не пускает на порог. Характерное «Не хочу!», относительно полтинника в пользу детей Германии, растаскано на цитаты и дословно претворено в жизнь современной финансовой элитой. «Не хочу», произнесенное преображенской невинной улыбочкой, усыпляет совесть, уберегает от нелепых расходов на голодающих стариков и детей. Профессор злопамятен. Он не может забыть украденных десять лет назад калош. Этого факта уже достаточно, чтобы возненавидеть пролетариат, о котором он имеет весьма смутное представление — дескать, они должны заниматься «чисткой сараев, своим прямым делом». Действительно, может ли быть иная работа для некрасивых, грубых, примитивных, опасных существ, которые из чего только сделаны! — из трупов и бродячих псов. Не сомневаюсь, что многие до сих пор разделяют эту теорию происхождения пролетариев. Преображенский — чревоугодник. Жрать он умеет и любит. Он знает, что водку нужно пить исключительно с горячей закуской. «Если вы скажете, что это невкусно, доктор Борменталь, вы мой враг». Ему даже не приходит мысль, что кто-то в силу финансовых причин не может позволить себе питаться, как Преображенский. Преображенский сообщает, что подманил Шарикова «лаской», а точнее колбасой. Для чего? Чтобы просто накормить голодного пса? Чтобы завести домашнего любимца? Нет, чтобы использовать в своих опытах. В этом Преображенский не особо отличается от своего «отпрыска» Шарикова — заведующего подотделом по очистке. Шариков ловит и душит котов. Его жестокость честна — без сантиментов. Преображенский двуличен — как европейское сообщество, бубнящее о милосердии и одновременно устилающее трупами Сербию или Ирак. Представленный живодером Шариков ничем не хуже подманивающего лаской бродячих собак Преображенского.

Осмеянное имя Полиграф Полиграфович в своей природе мало чем отличается от «Филипп Филиппыча» — такое же удвоенное. «Полиграф» по словарю Ушакова — копировальный прибор. Шариков, интуитивно ощущая себя сложной копией, возводит свою суть в квадрат — Полиграфович. Он своего рода Симулякр Симулякрович Ноль (шарик — нечто круглое, нулеобразное, попросту — круглый ноль). В словаре Даля «полиграф» — тарабарская грамота или тайнопись. Тайна в квадрате, помноженная на ничто — генетический код Шарикова. Нового Адама помещают в мир, где все запрещено — «на пол плевать нельзя, по матушке нельзя». Шариков живет как умеет — курит, тренькает на балалайке, гоняется за кошками, волочится за Зиной — прислугой Преображенского. Его пытаются выставить виноватым, но он ни при чем — это его природа, то, с чем он появился на свет. Потешаться над Шариковым — «Котяра проклятый лампу раскокал!» — все равно что потешаться над младенцем, за то что тот мочится в пеленки и гукает. Демиургам в Шарикове претит буквально все: одежда, круг интересов, художественный вкус. Переписка Энгельса с Каутским летит в огонь, потому что Преображенского испугал итог вдумчивого чтения, поистине соломоново решение «отнять и поделить». Шариков чувствует социальную несправедливость общества — «один в восьми комнатах проживает, другой на помойках пропитание добывает».

Новый Адам приводит к себе домой Еву — некую Васнецову. До этого Шариков был наказан за ночной поход к Зине (ну, не к Борменталю же ему подкатывать!). Шарикова уличают, что он «не был на колчаковских фронтах», а Еву изгоняют. (В фильме подчеркнут корыстный ревнивый интерес Борменталя — эта Ева понравилась ему самому. Лишенный мужской витальности Шарикова, он сам не решился на знакомство.) Адам-Шариков не выдерживает тирании и восстает против своего создателя — Лжебога Преображенского. В этом порыве он продолжает исполнять свою миссию заведующего подотделом по очистке. Он хочет очистить Москву от Преображенских и Борменталей — преступно безответственных демиургов. Не случайно Преображенский запоздало хватается за голову: «Доктор Борменталь, что мы натворили!».Бунт подавлен. Шарикова наказывают, а именно — оскотинивают. Он снова превращается в собаку. В этом видится изощренная либеральная жестокость. Не убить, а лишить разума, произвести лоботомию, чтобы получить безвольное послушное существо, довольное своей жизнью, поводком, краковской колбасой, потаскухой-бабушкой. Как часто вы повторяете себе: «Я состоялся как человек, гражданин, специалист, у меня семья и работа, друзья, достойная зарплата»? Подойдите к зеркалу и приглядитесь к своим почти невидимым шрамам. Вдруг вспомните, что вы когда-то были человеком.

Комментировать Всего 14 комментариев
И мне понравилось

Жестко, логично, нетривиально

Отлично написано, чего уж тут!

Графомания, причем довольно посредственная. Хотя, получше чем про козленка, считавшего до 10-ти.

Похоже по стилю на возможный репортаж Юлии Латыниной со съезда партии "Единая Россия". Так плоско, что уже просто плохо...

Позвольте все-таки не согласиться с Вами. Как сделано - мне понравилось, о смысле спорить не стану, отдельная и долгая тема.

В стебе не надо искать смысл. Он в самом факте стеба. А Ваше несогласие это замечательно, просто присмотритесь к конечному литературному продукту, как к целому, созданному из формы и содержания. Возможно, удастся увидеть дефекты первого и отсутствие второго. 

Правильно Вы говорите, я это как стеб и читаю. С этой точки зрения форма мне нравится.

Да ну, коллега, безвкусица какая-то... Вы на картинку посмотрите, похоже на агитку в стиле Der Erwige Jude и соотвествующую печатную продукцию. Не иначе оттуда "вдохновение" черпали...

Да.. Согласен с Виталием абсолютно- безвкусно это как-то..

Думаю, в Вас с Виталием просто говорит обида за всеми любимый фильм. Нет?

Помилуйте, в чем обида-то? Ни за Бортко, ни за Дашкевича, и уж тем более за Булгакова мне не обидно и г-ну Канавину, уверен, тоже.

Нам навязывают графомана с большой трибуны титульной страницы. Причем делают это, судя по всему только потому что он большой и собирает холодное оружие. Ах, да, книга у него премию выиграла, но читали ли ее редакторы? Мне вот читать после этих текстоизвержений не хочется, хотя намерение изначально было...

Оригинальность, по счастью, не мерило таланта, коллега. Иначе бы весь мир был завален аналогичным "творчеством" авторов типа Горалик или Елизарова. Король не только голый, он еще и жалкий.

Вся эта профанация напомнила мне старый "компьютерный" юмор в доинтернетную эту - типа "Винни-пух и 9600 бод" или как-то так. Специфические смехуечки для тех кто в теме. Не более. И вряд ли стоит этому придавать бОльшее значение.

 Да, посильнее "Фауста" Гете.

Мне сначала эссе нравилось, но потом меня резанула фраза "Преображенский двуличен — как европейское сообщество, бубнящее о милосердии и одновременно устилающее трупами Сербию или Ирак" и я стал читать далее уже другими глазами.

Я ходил на демонстрации против вторжения в Югославию и бомбежек Белграда и считаю, что это был одним из самых сильных преступлений администрации Клинтона-Олбрайт, но, даже, у  моих друзей сербов не повернулся бы язык сказать про то, что европейцы выстлали Сербию трупами.

Что касается Преображенского, то он до неприличия практичен и этот факт Булгаков все время подчеркивает и делит мир на людей полезных (к коим он относит не только себя и Брументаля, но и, скажем, свою прислугу) и людей безполезных, вроде шариковых и швондеров.  

Кроме того, трудно избавиться от ощущения, что образ Преображенского списан с автора, то есть, Булгаков говорит его устами то, что думает сам. И в этом смысле, этот образ - честный самоанализ. Не говоря уже о том, что Булгаков был врач и большой гурман. (Я как-то читал про его гастрономические ревью в газете Труд с первой выставки на ВДНХ)

Что касается Брументаля и Шарикова. Очень простой вопрос: кого Вы предпочли бы себе в соседи: Брументаля или Шарикова?  Я уже не спрашиваю: Преображенского или Шарикова.

Булгаков шариковых ненавидел, но в Шарикове была душа не Шарика, а "Клима Григорьевича Чугункина, 25-ти лет, холостого, беспартийного, сочувствующего, судимого 3 раза и оправданного: в первый раз благодаря недостатку улик, второй раз происхождение спасло, в третий раз - условно каторга на 15 лет. Кражи"

Как выяснилось в результате этой эксперимента, душа находится в гипофизе, его то Преображенский (вместе с яичниками) и пересадил бедному псу.  Использование собак для научных экспериментов в те времена было нормой и не считалось аморальным. Тот же Павлов, к примеру.

Что касается полтинника детям. Он не детям пожалел, а этой тетке в шапке. Ежу было понятно, что голодающие дети этих денег не увидят. Я уверен, что попроси Брументаль (или Елизаров) у него деньги на помощь детям, то он дал много больше, чем полтинник.

Как хотите, господа, но мне позиция Булкова близка и понятна. Я тоже не люблю шариковых и швондеров и не хочу ни жить с ними, ни помогать им, ни делить с ними общие планы и интересы. А Преображенский мне симпатичен и социально близок. И Брументаль. И Зина. И Шарик. 

Дмитрий Муравьёв Комментарий удален

Лен Филипов Комментарий удален

сердито и немузыкально...

отсутствие мелодии в тексте не позволит разобрать его на сувениры...

а какое произведение без цитат?

да  никакое...

эх,яблочко

да с голубикою

подойти буржуй - глазик выколю...

глазик выколю - другой останется

чтобы знал,ГАВНО - кому кланяться!

итит твою,мать, Филипыч!))))