«Озорные нулевые» в Сохо

На открытии выставки The Naughty Noughties («Озорные нулевые») в галерее Riflemaker фотограф Алексей Киселев жаловался, что в Москве его работы не ценят, а его модель Данила Поляков лежал голый в белой пене и вертел в руках бритву

Участники дискуссии: Тимон Афинский
+T -
Поделиться:

 

Модель, перформер и профессиональный нарциссист Данила Поляков, пробравшийся в мир моды на высоких женских каблуках, успел поработать для Denis Simachev, John Galliano, Gaultier Homme и появиться на обложках многих европейских глянцевых журналов. И вот, покорив мир гламура своей андрогинной внешностью, Поляков решил показать всем, что он может быть не только ванильно-вылощенным, а странным и даже страшным.

В этом ему помог его друг и соавтор Алексей Киселев, в портфолио которого работы для Vogue, Harpers Bazaar, Esquire. Три года Киселев документировал чуть ли не каждый шаг Полякова, преследуя его в Милане, Берлине, Париже и Москве, в результате чего появился альбом The Naughty Noughties. Выставка в Лондоне стала продолжением этого проекта, целенаправленно развенчивающего культ гламура.

Галерея Riflemaker затерялась среди несметных баров и пабов в Сохо. Но это не стало препятствием для зрителей. И в лучших лондонских традициях, на узкой полоске тротуара, как перед любым баром или пабом, столпились люди: кто с бокалом, кто с сигаретой.

Фото: Марго Григорян
Фото: Марго Григорян

Здесь все — ну или почти все — говорили по-русски. «У меня такое впечатление, что я вдруг оказалась в Москве» — такими словами встретила меня у входа стилист и фэшн-журналист Яна Мелкумова, выглядевшая немного растерянной, но явно обрадованная знакомым лицам.

Зайдя внутрь, я поняла, почему все эти люди толпились у входа: в залах галереи они бы точно не уместились.

Куратор выставки Оксана Бондаренко рассказала мне, что же тут происходит.

Из зала к выходу решительно направилась директор арт-компании ArteLia Лилия Рогова: кажется, «первый московский фрик» произвел на нее не самое хорошее впечатление. Я решила спросить, почему она уходит.

Выйдя вместе с Роговой на улицу, я встретила Шахри Амирханову, которая, подобно создателям выставки, сбежала из глянцевого мира Москвы. По ее сведениям, альбом Киселева — Полякова гораздо лучше продается в Лондоне и Париже, чем в гламурной Москве.

На узкой лестнице, ведущей в подвальный этаж галереи, я наконец-то увидела Киселева. Автор фотографий косвенно подтвердил информацию Амирхановой: он тоже считает, что выставке самое место не в Москве, а в Лондоне.

Подробнее о концепции выставки рассказала одна из ее организаторов, Джама Нуркалиева. По ее мнению, Данила Поляков — это человек, влюбленный в самого себя, и единственное, чем он владеет, это собственным телом.

Наконец я решилась посмотреть на главного героя вечера, Полякова. Рыжий, тощий, нескладный, весь в какой-то отвратительной белой пене, он сидел на полу в самом углу зала, производил странные манипуляции с безопасной бритвой и выразительно смотрел мне в камеру.

Я попробовала было разговорить артиста. Но в ответ на мой вопрос о странной эстетике, которую он выбрал, художник многозначительно сообщил следующее.

И действительно: существо в целлофане, пене и перьях, сидящее на полу в неудобной позе, уж точно не казалось тем глянцевым юношей при полном макияже и на шпильках, фотографии которого украшали стены вокруг.

А в это время в Москве, на студии Firma, проходил онлайн-вернисаж выставки The Naughty Nоughties — на сайте thejuly16.com и на экране, установленном в студии, шла прямая трансляция из Лондона.

Комментировать Всего 1 комментарий

Дмитрий Муравьёв Комментарий удален

Очень понравилось мероприятие, но не пеформансом, а самими фотоработами. Видно, что не один год Киселев тенью преследовал Полякова.