Копченая селедка

В театре Young Vic идет спектакль с интригующим названием Kursk

Фото: Keith Pattison
Фото: Keith Pattison
+T -
Поделиться:

 

 —Название Kursk – это копченая селедка, — сообщил мне актер Лоуренс Митчелл, красавец с бархатным голосом. Он играет в спектакле капитана.

 

 — Не понимаю...

 

 — Red herring. Не знаешь такого выражения? Это обманка, которая сбивает со следа. Потому что самой подводной лодки «Курск» в спектакле нет.

 

Ее в спектакле и правда нет. Есть другая субмарина — британская, которая шпионит за «Курском». В начале спектакля ее капитан, герой Митчелла, зачитывает переписанное автором пьесы, очевидно, из энциклопедии подробное описание атомной подводной лодки и дает зрителям понять, что он и его команда спускаются под воду, чтобы незамеченными пройти под «Курском» и заснять его торпеды и прочие хитрости.

 

Дальше на протяжении часа с лишним британские подводники пьют чай, моются, мастурбируют, ругаются, читают телеграммы из дома, подпевают Coldplay и Blondie из магнитофона и обозревают океанские просторы. О «Курске» — ни слова. Минут за пятнадцать до конца спектакля К-141 таки появляется в поле зрения британцев; они шустро фотографируют все, что следует, и, не успев далеко отойти, слышат взрыв. В этот момент из добротной, отлично сыгранной комедии спектакль превращается почти в классицистическую трагедию: за чаем разворачивается борьба между долгом и чувством, между «русские такие же, как мы, и мы обязаны их спасти!» и «если мы выдадим себя, то Вашингтон, Москва и Лондон через минуту будут в состоянии боеготовности». В конце спектакля красавец-капитан зачитывает переписанные, вероятно, из той же (или из другой) энциклопедии имена погибших на «Курске», а потом сидит, закрыв лицо руками. Поклон.

 

Спектакль поставила творческая группа Sound&Fury, которая, как ясно из названия, прежде всего увлекается звукоинсталляциями. Собственно, на субмаринную тему они вышли именно в поисках вдохновляющих звуковых картин, а там уж как-то сам собой вспомнился «Курск». Звук в спектакле действительно неплох: все очень убедительно гудит, лязгает, звякает и булькает — особенно учитывая, что посадочные места не предусмотрены и зрители стоят прямо на сцене, в центре звуковых волн. Cаунд-артисты подошли к задаче ответственно не только с художественной точки зрения — в качестве консультантов они привлекли нескольких профессиональных подводников. В результате текст пьесы пересыпан терминами и выражениями, неизвестными ни зрителям, ни, судя по всему, актерам. Ситуации и диалоги в спектакле, по заверениям присутствовавших на премьере зрителей-подводников, тоже очень точно описывают то, что происходит на британских субмаринах. В общем, все отлично: достоверно, с выдумкой и достойно сыграно. Одно непонятно: при чем тут «Курск»?

 

Никто из участников спектакля на этот вопрос внятного ответа мне не дал. Постановщики Марк и Том Эспинеры честно признались, что история привлекла их прежде всего с точки зрения звукового оформления. Им было интересно воссоздать напряженную атмосферу в замкнутом пространстве на большой глубине. Редактор-консультант и исполнитель одной из ролей Иан Ашпитель, бывший подводник, а ныне актер, разглагольствовал о том, что на всех субмаринах в мире все одинаково: везде мастурбируют, ругаются, читают телеграммы из дома и подпевают магнитофону, и на «Курске» до трагедии вряд ли было иначе. Он же сообщил, что изначально была мысль поместить действие собственно на «Курск», но потом ее отмели «из уважения к погибшим». Почему не отмели саму идею упоминания «Курска», никто не знает.

 

Неудивительно, что русских зрителей на спектакле почти не встретишь. Единственная обнаруженная соотечественница, как выяснилось, имеет к «Курску» почти непосредственное отношение: двоюродный брат финансового аналитика Софьи Кафиевой был в личном составе подводной лодки.

Кафиева сказала мне, что больше всего ей хотелось бы узнать, что там произошло на самом деле.

Главное ощущение от спектакля у нее — недоумение. Она не понимает, зачем нужна была эта «селедка».

Словом, тем, кто хочет услышать что-то о трагедии на «Курске», на спектакле делать нечего. Те же, кто хочет посмотреть на оригинальные декорации и симпатичных актеров, вполне могут успеть: спектакль еще несколько дней идет в Лондоне, а потом отправится на театральный фестиваль в Эдинбурге. Носовые платки перед спектаклем можно не покупать. Не пригодятся.

 

Яна Мелкумова