Вера Бергельсон защитила Гумберта Гумберта

Набоковский герой помогает профессору из Нью-Джерси реформировать американское уголовное законодательство

Фрагмент картины Бальтазара Клоссовски "Девочка с кошкой"
+T -
Поделиться:

 

Вера Бергельсон выступила против «объективного вменения» — юридического принципа, позволяющего привлекать к уголовной ответственности без установления вины. В подзащитные она выбрала себе самого знаменитого педофила мировой литературы — Гумберта Гумберта. Даже если бы Гумберт был полностью уверен в том, что Лолита совершеннолетняя, это не спасло бы его от наказания — его осудили бы по факту. А это, считает Бергельсон, в корне несправедливо.

Реликтовая юридическая категория «объективного вменения», которая сохранилась в британском и американском праве — там он называется strict liability, — совершенно неизвестна современным правовым системам континентальной Европы. Советские справочники называли привлечение к уголовной ответственности без установления вины буржуазным пережитком, в корне чуждым советскому правосудию. Российский УК прямо запрещает объективное вменение, нет его и в законодательствах большинства стран мира. А в США оно есть, и Вера Бергельсон делает все для того, чтобы его не стало.

В Средние века, объясняет Бергельсон, на принципе «объективного вменения» было построено вообще все европейское право: его задача была не в том, чтобы наказать виновного, а в том, чтобы возместить ущерб. С этой точки зрения было совершенно не важно, почему ты убил соседскую корову — из чистой злобы или по недосмотру. Важно было лишь, чтобы сосед получил за корову надлежащую компенсацию. Позже в праве победил современный принцип «субъективного установления вины», но в XIX веке «объективное вменение» вернулось в правосудие западных стран: с развитием индустриализации появилась необходимость защищать население от вредных производств, неосторожного обращения с техникой и прочих опасностей цивилизации. Такие проступки наказывались слабо. Это был компромисс, поясняет Вера Бергельсон  — разбираться с намерениями нарушителя в каждом отдельном случае было просто невозможно, это остановило бы всю работу судов.

Сегодня наказаний за проступки без выяснения мотивов и установления вины становится все больше и больше, особенно в сфере административного права. Например, нарушений ПДД. Но в Соединенных Штатах «объективное вменение» сохранилось и в уголовном законодательстве.

 

Особенность «объективного вменения» в том, что даже разумная ошибка подсудимого совершенно не спасает его от ответственности, тогда как другие стратегии защиты прекрасно работают. Секс с несовершеннолетними — как раз такой пример в законодательстве большинства штатов США. Наказание наступит и в том случае, если «виновный» приложил все усилия для того, чтобы выяснить возраст партнерши, и искренне считал ее совершеннолетней. Для того чтобы проиллюстрировать всю абсурдность этой ситуации, Бергельсон придумала несколько вариаций на тему Гумберта Гумберта.

 

В своей статье о стратегиях защиты в случаях объективного вменения Вера Бергельсон детально анализирует несколько ситуаций, в которых набоковский герой мог бы избежать ответственности. Он мог бы доказать, что Лолита его подпоила (временная невменяемость), он мог бы оправдаться тем, что действовал под угрозой насилия (например, что ему угрожал побоями писатель Клэр Куильти). Гумберт мог бы, в конце концов, прикинуться сумасшедшим и настаивать, что принял Лолиту за реинкарнацию своей покойной возлюбленной Аннабеллы  Ли или считал, что она и есть Аннабелла Ли, повзрослевшая на 20 лет. В этих случаях Гумберта признали бы сумасшедшим. Но даже нотариально подтвержденная клятва матери Лолиты, что дочери 17 лет, не спасла бы Гумберта от тюрьмы. Такое абсурдное положение Бергельсон считает фундаментальным нарушением принципа справедливости, выходящим за рамки дел о сексе с несовершеннолетними.

 

 

Что касается конкретно законов о сексе с несовершеннолетними, то большинство штатов ограничивают их применение «правилом Ромео и Джульетты»: если разница в возрасте между партнерами не больше пяти лет, то суды такие дела обычно не рассматривают  вообще. Закон написан для того, чтобы защитить детей от насилия со стороны взрослых, а не для того, чтобы регулировать личную жизнь подростков.

Несмотря на все причуды американского права, Вера Бергельсон считает его одним из самых совершенных в мире — и с точки зрения текста законов, и по тому, как оно применяется. Среди главных преимуществ американской юридической системы она называет прецедентное право и невероятно высокий статус судей.

 

Впрочем, законы не всегда позволяют судьям быть справедливыми. Бывают случаи, когда у судей связаны руки и они вынуждены принимать решения, которые противоречат здравому смыслу и чувству справедливости, потому что так требует закон. Например, в рамках так называемой войны с наркотиками установлены обязательные минимальные сроки наказания для преступлений, связанных с наркотиками, — это одна из причин невероятно большого числа заключенных в тюрьмах США. Подобные драконовские законы существуют и в других сферах, и тогда судьи вынуждены отправлять людей в тюрьму за незначительные преступления. С просьбой о помиловании одного такого осужденного Вера Бергельсон обратилась к президенту США —другие инстанции решить этот вопрос не в состоянии.

 

 

Комментировать Всего 8 комментариев

Вера, я недавно интересовался правовыми системами различных стран.

И с удивлением для себя обнаружил, что правовая система штате Луизиана от традиционной для США системы прецедентного права.

Интересно, как это работает?

Меня разные маразматические законы в отдельных штатах сильно напрягали. Например, в Аризоне я подписывал бумагу о том, что несу ответственность за то, что все сидящие за столом люди - совершеннолетние  (хотя нас за несовершеннолетних принять было сложно) для того, чтобы заказать бутылку пива в ресторане.

И еще, если преступление совершено на границе двух штатов. Чье законодательство применяется?

Правовая система Луизианы действительно исключение.  В отличие от англо-американской прецедентной модели, право Луизианы основано на Кодексе Наполеона.  В наше время различия уже не столь драматичны, т.к. все штаты имеют своды законов в разных областях, и эти своды часто бызируются на некотором "образцовом" законе, написанном специалистами и утвержденном легислатурой штата.

Маразматических законов хватает везде.  А также хватает маразматиков, которые на всякий случай хотят перестраховаться.  Не знаю, с чем именно Вы столкнулись в Аризоне.  Не исключено, что со вторым.

Вопрос о юрисдикции решается обычно по тому, какой штат имеет к нарушению больше отношения.  Например, если убийца стрелял из Нью Йорка, а жертва стоял уже в Нью Джерси, то в принципе оба штата будут иметь основания судить преступника.  Причины, по которым это будет скорее тот, а не другой штат, могут включать в себя доступ к свидетелям и  вещдокам, а иногда и то, какое право накажет этого преступника строже. 

Вера, спасибо.

Думаю, что это бесконечная тема для обсуждения.

А кто решает? И что вероятнее - что дело будет решаться в штате, где наказание строже или мягче?

Помнишь, несколько лет назад было дело о "вашингтонских снайперах".  Одному из них было 17.  Штаты, имевшие основания для суда, долго мерялись у кого что длиннее, в частности, позволяет ли их судебая система просить смертной казни для несовершеннолетнего.  Это был крупный козырь, практически джокер. 

А я вот вчера прилетела в Москву и буквально по дороге услышала новость, что Госдума приняла поправки к закону, в частности, освобождающие от уголовной ответственности за секс с несовершеннолетними мужчин, состоящих в законном браке со своими "жертвами" (http://echo.msk.ru/news/602713-echo.html). Оказывается, это было необходимо потому, что в России довольно часто приговаривают к тюремным сроком законных мужей несовершеннолетних женщин (которые с разрешения органов опеки могут вступать в брак). Например, посадили 19-летнего мужа 15-летней жены (и отца ребенка). Это не то же самое, что "объективное вменение"?

Я не специалист по российскому праву, но, если сам факт сексуальных отношений с малолетним партнером наказуем независимо от ошибки нарушителя -- то да, это strict liability.  Подобные законы (исключения для мужей-жен) есть и в большинстве штатов, но не во всех.  Например, пару лет назад было громкое дело, когда 20-летнего мужа посадили на полтора года, оторвав от 15-летней жены и ребенка.  Не исключено кстати, что отсутствие исключения для жен-мужей это недосмотр легислатур, которые, движимые наилучшими побуждениями, в последние пару десятилетий отменили исключение в статье об изнасиловании для мужа-жены (по давним законам, муж в принципе не мог быть признанным в изнасиловании жены), а отменив это исключение, не подумали, как это отразится на statutory rape.