Сергей Николаевич /

Вещественное доказательство

Одной из сенсаций Московского биеннале «Мода и стиль в фотографии» стал проект «Мэрилин и я», придуманный и осуществленный нашим соотечественником, художником Юрием Торопцовым, ныне живущим в Париже. С фанатом голливудской дивы пообщался Сергей Николаевич

+T -
Поделиться:

Почему-то я думал, что он трансвестит. Ну, скажите, какой нормальный человек станет возить по свету платье Мэрилин Монро и просить разных занятых людей, включая королеву Великобритании, с этим самым платьем сфотографироваться в обнимку? А ведь именно этим занимался в течение нескольких лет художник Юрий Торопцов, уроженец поселка Гродеково, что под Владивостоком, учившийся в Нью-Йорке, а теперь проживающий в Париже, автор фотопроекта «Мэрилин и я».

Впрочем, при встрече он оказался скромным юношей, похожим на вежливого японца. Вязаный шарф Сommes de Garson, очки Prada. Никакого эпатажа: платиновых париков, высоких каблуков и накладных ресниц. Не путать с Мамышевым-Монро! Тут все очень благопристойно, чинно, благородно. Торопцова представляет серьезная парижская галерея Galerie Photo 12, его агентом является дочь экс-президента Франции мадам Валери-Анн Жискар-д-Эстен. На вернисажи приходит солидная платежеспособная публика. А «Мэрилин и я» стала просто сенсацией парижской арт-жизни, которую никак не ожидали от художника из России.

Надо признать, если чем Торопцов и удивляет больше всего, так это своим ненатужным, очень естественным и неагрессивным космополитизмом. Во всем, что он делает, чувствуется та спокойная недемонстративность, которая и отличает продвинутое западное сознание. Ему не надо ничего доказывать, бороться, развенчивать. «Свой среди своих» — это его самоощущение в мире, где все родня, все братья и сестры. Конечно, все они очень разные, но всех их объединяет одно — любовь к покойной богине экрана, незабвенной М.М. При этом на каждом из их портретов обязательно скромно голубеет платье из гардероба актрисы, которое друг Юрия, французский коллекционер Жак Ле Ру купил на аукционе Julien’s в 2005 году.

Все участники фотопроекта так или иначе находятся с этим платьем в плотном контакте: кто-то его прижимает к себе, кто-то на него любуется издали, кто-то надевает, а кто-то откровенно флиртует с ним, как с живым существом. Платье как покинутая земная оболочка, как слабенький отпечаток с давно утерянного негатива, как эхо забытого аромата. Прижмись — и услышишь, потрогай — и почувствуешь, надень — и вспомнишь. Потому что забыть эту женщину нельзя! «Мэрилин и я» — очень интимная история обладания и утраты, неубитых желаний и тайных, мучительных снов, о которых трудно рассказывать. Хотя модели Торопцова и пытаются это сделать в коротких подписях к собственным фотографиям.

Для одних Мэрилин — это символ секса, для других — образ любящей матери. Третьи воспринимают ее исключительно в контексте трагической гибели — как призрачность красоты и невозможность счастья в этом мире. Лично мне больше всего понравился портрет бывшего министра культуры Франции Фредерика Миттерана, который специально по случаю съемки в компании с платьем Мэрилин надел парадный костюм, черные туфли с длинными шелковыми носками, закурил любимую сигару и, окутав себя сизым дымом, погрузился в меланхолию. Превосходная иллюстрация к «Закату Европы».

Или совсем другой по настроению и колориту портрет — полдень в Нью-Йоркском Центральном парке. На свежей травке рядом с коробкой, в которой упаковано платье Мэрилин, разлегся юный фавн в белых шортах — нью-йоркский актер Дэви Сантос. И столько звериной грации в его позе, столько простодушного лукавства в глазах и улыбке… Что-то подобное излучала сама Мэрилин, пока жизнь не загнала ее в силки депрессии, наркотиков и неудачных романов. Красивое животное, редкая порода, сексуальная энергия — все в этом кадре. А в финале выставки появляется стена колумбария на Вествудском кладбище в Лос-Анджелесе, где под дощечкой вроде тех, что раньше вешали себе на дверь дантисты, и под одинокой розой лежит на асфальте мятое платье в клеточку. Вещественное доказательство, что когда-то Мэрилин Монро жила на земле.

Спрашиваю Юрия, не жалеет ли он, что не удалось упросить поучаствовать в проекте Катрин Денев и королеву Елизавету II? Ну конечно, немного обидно. Но они тоже присутствуют. Катрин написала коротенькое предисловие, а секретарь королевы прислал любезное письмо с отказом, которое он воспроизвел в своем каталоге к выставке. Все они, так или иначе, сошлись на фоне платья М.М. в этой коллективной мизансцене, которую придумал наш бывший соотечественник, фотограф из Парижа Юрий Торопцов. И, кажется, не было ни одного посетителя выставки в фонде «Екатерина», который не захотел бы ее повторить или в ней поучаствовать.

Фото: Яков Халип
Фото: Яков Халип
Юрий Торопцов и Сергей Николаевич