Марат Гельман: Оказалось, время не потеряно

С 1 по 23 июня в Перми пройдет мультижанровый фестиваль «Белые ночи в Перми», придуманный три года назад Маратом Гельманом. Фестиваль включает в себя выставки, театральные постановки, концерты, уличные перформансы. Гельман рассказал проекту «Сноб», что увидят пермяки в этом году и как за три года проект стал по-настоящему пермским

Фото: Арсений Несходимов
Фото: Арсений Несходимов
+T -
Поделиться:

СВ тот момент, когда вы начинали свой проект «Пермь — культурная столица Европы», вас активно поддерживал тогдашний губернатор края Олег Чиркунов. Больше года назад он покинул свой пост, на его место заступил Виктор Басаргин, который не спешил подписывать с вами контракт. В феврале это случилось. Что происходило в промежутке? 

Все думали, и я тоже, что эти девять месяцев потеряны. Когда сменилась администрация края и губернатор, никто ничего не делал, все сидели и чего-то ждали. В ноябре вообще рабочая группа законодательного собрания начала обсуждать «похороны» музея PERMM, и тут неожиданно некоторые депутаты вступились за меня: «Молодежь встречает друг друга у Гельмана в музее или на фестивале “Белые ночи”. Встречаются, влюбляются, женятся, появляются дети. Что надо еще? Зачем это закрывать?» Это стало прорывом. Ведь это сказали люди, которые до того меня критиковали и ругали, считали, что меня не надо поддерживать, потому что со мной и так дружит губернатор.

И вот тут стало понятно, что безвременье было очень полезным, потому что пермяки поняли, что не хотят терять музей, не хотят терять фестиваль, ставший для них главным праздником. Для меня это очень ценно, ведь раньше я постоянно сталкивался с большим предубеждением по отношению к культурному проекту Перми. Теперь все стало на свои места: если раньше проект лоббировали сверху, то сегодня его лоббируют снизу. Проект стал реально пермским.

СА что такого реально пермского в фестивале? 

В этом году впервые пройдет выставка пермских художников «Искусство против географии». Это молодые, дико интересные ребята, которых фактически вырастила Пермь. И довольно забавно, что эта выставка есть прямое продолжение разговора, начатого почти пять лет назад. Дело в том, что после открытия Пермского музея современного искусства на меня тут же обрушился вал критики: все начали возмущаться, почему мы не выставляем пермских художников и когда это случится. На это я всегда отвечал: «Никогда. У искусства не спрашивают прописку. Представьте себе, в Перми появится магазин, в котором продаются только книги пермских писателей. Кому он будет нужен?» А сегодня, оцените, у нас в музее выставляются пермяки! И это принципиально новые люди, с высоким уровнем культурного потенциала.

СЧто еще можно будет увидеть на фестивале?

Все три недели «Белых ночей» расписаны под завязку. В целом драматургия такая: в первую неделю упор делаем на визуальное искусство, открываем выставки, показываем public art. Вторая неделя посвящена пермскому творчеству. В самом центре фестиваля, 12 июня, начинается та самая «Живая Пермь»: горожане празднуют День города — Перми исполняется 290 лет. Мы подумали так: в день рождения принято приглашать друзей и дарить подарки. Нашим подарком станут наши гости — мы везем проект «Русское зарубежье»: художники из разных городов поздравляют Пермь. Вообще, в нашей стране контакты с ближайшим зарубежьем  обычно идут по официальным линиям, поэтому граждане чаще всего получают этнографические праздники типа «День украинского вареника». А мы покажем современное искусство Украины, Казахстана, США и европейских стран. Это новый формат, уникальный. Киев подарит выставку и концерт, Нью-Йорк представит фестиваль мультфильмов, Берлин, Иерусалим и Париж покажут выставки своих художников. Лондон дарит выставку фотографий русских модельеров и концерт Габриэля Прокофьева, внука Сергея Прокофьева.

Последняя неделя фестиваля делится на театральную, музыкальную и литературную части.  

СРади чего еще стоит ехать в Пермь? 

Я очень горжусь, что в этом году мы сделаем самую масштабную выставку public art в России. Но вообще если уходить от частного к общему, то, на мой взгляд, сюда стоит ехать за тем, чтобы увидеть, как Пермский проект поменял ситуацию во всей стране. Мы изменили отношение к культуре не только у простых граждан, но и у чиновников. Теперь им понятно, что управлять можно не только через приказы и аресты. Когда люди понимают смысл происходящего,  когда они чувствуют, что к ним относятся по-человечески, все становится гораздо проще и интереснее.

Вот смотрите, изначально фестиваль «Живая Пермь» проходил всего пять дней. На второй год этого фестиваля к нам приехали семь тысяч человек. Тогда бывший теперь губернатор Пермского края Олег Чиркунов предложил растянуть фестиваль на месяц, чтобы увеличить туристический поток. И тут произошло удивительное: мы ждали около 150 тысяч человек, а приехало всего 30 тысяч, но не успели мы расстроиться, как пришли данные, сколько прошло человек через главные ворота фестиваля — миллион двести тысяч. В Перми, по официальной статистике, проживает миллион.

Я делал много разных фестивалей. В 90-е годы в Москве, когда все поголовно ходили на все культурные события, максимальное количество людей на площадке едва достигало двадцати тысяч. Для нас с вами «Пикник Афиши» — прорыв, потому что на него пришло пятьдесят тысяч человек. А тут вдруг — миллион!

СПочему так произошло? 

Я думаю, что мы нашли баланс между развлечением и искусством, ведь большинство людей приходит на фестиваль за развлечением, но по ходу дела они посещают выставки, слушают музыку, в том числе классическую, видят произведения современных художников. Второй важный момент, что фестиваль стал семейным. Я думаю, здесь работает такая нехитрая штука. В семье мужчина всегда в чем-то виноват: на рыбалку уезжает с друзьями, в школе родительские собрания не посещает, в магазин за продуктами не ходит. А тут вдруг фестиваль, куда можно пойти с семьей и классно провести с женой и ребенком все выходные. Ребенок счастлив, жена счастлива — все довольны. Поэтому для нас особенно важна детская программа, которая начинается днем, а не вечером. И, кстати, именно это стало причиной, почему фестиваль в Перми проходит без алкоголя. Здесь не принято напиваться, потому что на детских утренниках не пьют.

СМожет быть так, что фестиваль стал таким популярным, потому что в другое время года и пойти-то пермякам некуда? 

С одной стороны, да. И «Белые ночи» — это время, когда город кипит разными активностями. С другой — в городе есть музей современного искусства PERMM, есть театр «Театр», Оперный театр, которые работают круглый год.  

Я вообще считаю, что «Белые ночи» является прообразом нашей будущей жизни. Все 12 месяцев должна кипеть жизнь во всей России, точно так же как в июне в Перми. Мы просто показываем пример. Дело еще и в том, что в нашей стране довольно большая эмиграция. Не только политическая ситуация в стране вынуждает людей покидать родные города; люди уезжают еще и потому, что им скучно. Вот мы эту скуку и стараемся исключить. В прошлые годы администрация Пермского края проводила исследование и выяснила, что в 2008 году из области хотело уехать 60% молодых людей в возрасте  18–30 лет. А полтора года назад — всего 11%. К сожалению, я не знаю, что происходит сейчас. Администрация сменилась, опросы больше не проводят.

СЭто означает, что нынешний губернатор вообще не принимает участия в фестивале? 

Это не так. «Белые ночи» настолько важны для города, что оргкомитет фестиваля возглавляет председатель правительства края. Ну, а личным вкладом Басаргина я считаю участие в фестивале Екатеринбурга, откуда он сам родом. И это круто, потому что изначально Екатеринбург очень ревниво относился к Пермскому краю. Ведь бывший Свердловск подарил России и миру новую культуру, а тут какая-то Пермь? Словом, у нас были сложные отношения. Так что участие екатеринбургского объединения «Куда бегут собаки» и группы «Елочные игрушки» в «Белых ночах» — заслуга Басаргина.

СС прошлым губернатором вы были прямо друзья. А какой уровень взаимоотношений установился с Басаргиным?

Исключительно рабочий. Он понял, что городу нужен фестиваль. Он это услышал и делегировал все в правительство. Сам он больше занимается хозяйственными вопросами, а от культурной сферы максимально дистанцировался.

СЕсли он дистанцировался от культурной сферы, то с чем связано открытое письмо Басаргину Союза художников, опубликованное на днях в «Известиях»? 

Союз художников — это архаичная структура, которая была сформирована еще в Советском Союзе. Эти люди живут по тем правилам, которые мне неинтересны. Я никогда с ними не работал, а общался исключительно с конкретными художниками. Это письмо имеет отношение к газете «Известия», а не к ситуации в Перми. Поверьте, губернатор ежедневно получает письма с требованием уволить Гельмана. Эти письма идут пачками. И столько же требований прокурорских проверок.

Конечно, у меня сейчас нет карт-бланша: Чиркунов больше не работает в Перми. Он ведь ничего заранее не утверждал, не цензурировал, приходил на мероприятие в день открытия, удивлялся или возмущался вместе со всеми. Сейчас же — сплошная бюрократия. Это и есть те самые «новые условия». Конечно, очень трудно работать в  таких условиях, и мои сотрудники в музее плачут по поводу прокурорских проверок. (Их было семь за год. А в Художественной галерее — ни одной.) Зато теперь у меня есть ответ для всех, кто раньше говорил, что мы «пилим бюджет»: я их просто отправляю к результатам проверок.