Катерина Мурашова /

Памяти товарища Сухова

Проблемы восточной семьи в современном Петербурге

Иллюстрация: Corbis/Fotosa.ru
Иллюстрация: Corbis/Fotosa.ru
+T -
Поделиться:

— Проблема у нас такая: она плачет все время, как мы куда-нибудь приходим, — сказала молодая и очень красивая узбечка по имени Гузаль.

Ее дочь Бахмал, которой уже скоро должно было исполниться три года, спокойно обходила мою комнату, рассматривая игрушки.

— Ну вот, вы же ко мне пришли, а она не плачет, — оптимистично заметила я.

— Бывает… — философски сказала мать.

При этом девочка не ответила ни на один мой вопрос, а разрешение взять игрушку спрашивала жестом или нечленораздельным бормотанием.

— Бахмал вообще разговаривает?

— Почти нет. Несколько слов говорит: мама, папа, пить…

— На каком языке говорят в семье? На каком языке говорят с Бахмал? (Гузаль говорила по-русски с акцентом, но согласовывала слова и строила предложения практически без ошибок.)

— На русском, только на русском. Муж вообще узбекского не знает.

— А вы?

— Я знаю, конечно, — обаятельная улыбка.

— Я имела в виду: на каком языке вы говорите с дочерью?

— Тоже на русском. Только песенки иногда на узбекском пою.

— Когда вы приехали в Петербург?

— Четыре года, чуть больше. Бахмал здесь родилась.

— Расскажите подробней, как родилась и развивалась Бахмал, и что вас сейчас беспокоит. И дайте мне карточку…

Беременность и роды без патологий. Невропатолог ставит девочке 1 группу здоровья (что сейчас, если честно, редкость). Мать молода и тоже здорова, выросла в поселке (ауле?) где-то под Хивой. Полная семья, мама, папа, бабушка, дедушка (со стороны отца). Бахмал все обожают. При всем этом у девочки сильная задержка развития речи и очень странное социальное поведение. До самых недавних пор у нее начиналась истерика даже при входе в автобус. Она часто отказывается заходить в магазин и ее приходится тащить. В поликлинике она не позволяет врачам до себя дотронуться. Если совсем расстраивается и боится, может сама вызвать у себя рвоту. Никуда не отпускает от себя мать. Пробовали отдать ее в ясли, там она месяц сидела в углу и плакала, ничего не ела и не давала никому себя успокоить. В конце концов бабушка с дедушкой велели невестке не мучить ребенка и оставить Бахмал дома. Воспитатели в яслях, в принципе, это решение поддерживали.

— А как Бахмал ведет себя дома?

— Когда мы с ней вдвоем, все в порядке, — говорит Гузаль. — Она меня слушается, может сама поиграть, поесть, раздеться. Когда бабушка с дедушкой придут — ой! — все плохо. Кормить — только с ложки, если что-то не дать, падает и кричит.

— Бабушка с дедушкой сразу дают?

— Конечно. Говорят: она маленькая, не понимает еще, начнет говорить, тогда уж…

— А она все не начинает, и не начинает… — задумчиво пробормотала я.

Уже понятнее, но все равно — противоречивого поведения родственников при отсутствии неврологии мало для всего букета симптомов. Есть что-то еще, что от меня пока ускользает. Не все симптомы Бахмал принадлежат ей. Но — кому?

— Гузаль, а вы пытались выработать какую-нибудь общую воспитательную стратегию со своими старшими родственниками? Ведь для ребенка вредно…

— Нельзя, никак. Они меня слушать не будут.

— А на чьей стороне муж?

— На стороне телевизора. Как придет с работы, так — туда. А вообще — как мама с папой сказали…

— Но это же ваша семья. Вы же могли бы поговорить с ним отдельно, объяснить ему. Когда вы идете куда-нибудь вместе…

— Мы не ходим никуда. Один раз за три года в кино были. Родители говорят: зачем деньги тратить?

— Гм… Но вы могли бы и сами постараться. Ведь когда-то, до рождения Бахмал, вы понимали друг друга. Вспомните то время, когда он за вами ухаживал…

— Не было того.

— Как это — не было?!

— Они тут, в Петербурге, давно живут. Тридцать лет уже. А женить сына на родину повезли. За месяц все — приехали, узнали  и свадьба была. Потом сюда уехали.

Вот оно, оказывается, как. Достаточно преуспевшие по меркам земляков, давно закрепившиеся в Северной столице узбеки решили, что пора женить сына. Поехали на родину, выбрали и купили себе там красивую, умную, образованную, воспитанную и здоровую невестку. Привезли сюда. Здесь она живет фактически на положении инкубатора для наследников, няньки и домработницы. Сразу, как забеременела, родители сына отселили ее спать в отдельную комнату — нечего, все важное уже случилось, вдруг ребенку повредит. Сын подчинился. Зарабатывают в семье сын и отец. Женщинам выдают деньги строго на хозяйство. Сходить с дочкой в зоопарк — баловство это, да и она в метро будет плакать, зачем?

— Гузаль, как вы учились в школе, в техникуме, там, под Хивой?

— Я отличница была, да, самая веселая в нашем классе, много друзей, все меня любили.

— А что вы теперь чувствуете, когда стоите перед свекром и свекровью и не можете ничего сделать?

— Меня тошнит.

Ага. Вот теперь все симптомы прояснились.

— Приведите ко мне бабушку Бахмал. Чтобы пришла, скажите так: психолог хочет говорить с главной женщиной в семье.

* * *

Бабушку звали Адолат, что в переводе с узбекского означает «справедливость». Она с ходу пошла в наступление:

— Небось, невестка вам жаловалась на меня, да? Гулять не даю, на ребенка кричать не даю, по дому всю работу проверяю. Вы скажете: ваши традиции здесь не работают, надо по здешнему порядку жить, надо самостоятельность дать, пусть гуляет где хочет, пусть старших не слушает, мужа не слушает, пусть спит допоздна, пусть на дочку кричит…

— Помилуйте! — я подняла руки ладонями к собеседнице. — Я что, похожа на товарища Сухова или председателя общества Освобождения женщин Востока? Вы совершили всего одну ошибку, но ее уже не исправишь.

— Какую это ошибку? — подозрительно спросила Адолат.

— На рынке провинциальных узбекских невест вы, столичные жители из России, могли выбирать. Понятно, что вы выбрали лучшее. Но здесь и таилась ловушка. Вы приобрели для себя и своего сына СЛИШКОМ красивую, умную и самостоятельно мыслящую девушку. Для ваших целей надо было брать что-нибудь поневзрачнее. Сейчас Гузаль бьется о прутья клетки, а страдает развитие вашей внучки.

Адолат надолго задумалась.

— И что же теперь? — спросила она.

— Вы старше и умнее, — сказала я. — Вам и придется все налаживать. Знаете, как лишнюю воду при поливе отводят?

— Конечно. Еще один арык открыть надо.

— Ну вот. Отведете от внучки ее злость, напряг, разочарование. Отправите невестку на какие-нибудь курсы, медицинские или педагогические, чтобы полезно было. Потом, когда Бахмал подрастет, на работу, можно прямо в садик, в школу, чтоб за детьми (будут же еще?) присматривала. И еще — раз в неделю в кино, в театр или в музей, под присмотром вашего сына, конечно, — вы же видите, какая она красавица, а у нас сейчас в городе неженатых гастарбайтеров пруд пруди, так что сами понимаете…  

— А Бахмал как же?

— А вы-то на что? Годик уж еще помучаетесь, а потом — в садик, ей нужно социализироваться. А сейчас отдельными тройками (вы, ваш муж, Бахмал; мать, отец, дочь) возите ее в наши парки — это для нее менее травматично, чем закрытые помещения, пусть постепенно привыкает. Два раза в месяц — обязательно, как лекарство, лучше — чаще. Каждый месяц будете приходить ко мне вместе с Бахмал, отчитываться о проделанной работе.

— Я буду приходить?

— Конечно, вы. Мне нужно разговаривать с тем, кто решает. Сейчас позовите мне Гузаль на десять минут, я ей скажу, как карточки сделать для развития речи у дочери.

С Гузаль мы в основном говорили об ее отношениях с мужем. Что ж, могло быть и хуже, ей достался вполне добродушный, спокойный и неглупый экземпляр. Есть с чем работать. Про карточки я велела ей прочесть в Интернете.

* * *

— Здравствуйте, тетя! — сказала мне Бахмал через три месяца, входя в мой кабинет. — Как поживаете? Можно  ту куклу взять?

— Конечно, можно, зайчик! — расплылась в улыбке я. — Какой прогресс в речи! Адолат, вы просто волшебница!

— Тогда хватит, может? — хитренько глядя, спросила практичная Адолат. — А то какой расход! Им, вишь, понравилось везде ходить-бродить…

— Нет, нет, ни в коем случае не прекращать! — воскликнула я. — Бахмал еще как минимум год нужно нагонять сверстников в речи и социализации…

«А потом уж пусть Гузаль сама крутится как хочет, — подумала я. — Почему-то мне кажется, что она  справится».

Комментировать Всего 24 комментария

Прекрасные сразу две темы - свадьбы, сделанные родителями и дети (и животные) болеют болезнями родителей (хозяев)

Живи я в традиционной культуре, я бы сама с удовольствием выдала замуж свою дочь - что-то в этом все-таки было :)))

Ну как, как! Разумеется - традиционно! :)) Для начала я, наверное, провела бы маркетинговое исследование среди своих друзей и, например, на снобе: нет ли где-нибудь среди их ближнего круга приличных мужиков от тридцати до сорока лет, которые хотели бы жениться (но все как-то не получается - работа, склонность к домоседству, печальный неизжитый опыт, застенчивый характер, не встретить ту, которую нужно и т.д.) на очень приличной, симпатичной и образованной женщине-домоседке без всяких вредных привычек с очень традиционной профессией - учительнице? Потом устроила бы их знакомство (согласно традиции оба знали бы, для чего, собственно, их знакомят). Ну а если бы они понравились друг другу... :)))

А дочку спрашивать заранее стали бы, хочет ли она этого?

Я бы спросила. Но в традиционном мире как будто подразумевается, что - обязательно хочет. Как же это: женщине не хотеть успешно выйти замуж? И родители - того же хотят. Стало быть, все вроде правильно... :)))

Эту реплику поддерживают: Лена Де Винне

В традиционном (чьи традици?!) мире вообще все должно быть правильно :-)...

Мне понравилось, как Катерина умело использовала информацию об арыках  для убеждения главной женщины в семье!

Эту реплику поддерживают: Natalia Kuznetsova, Анна Зарембо, Светлана Кузнецова

Надежда, как говаривал незабвенный Ходжа Насреддин придворному астрологу: "Я ничего не понимаю в звездах, зато кое-что понимаю в девушках..." :)) Что я понимаю в арыках?! :)

Эту реплику поддерживают: Иосиф Раскин, Алия Гайса

Нет, н о Вы же сказали ей то, что ей было близко и понятно, значит, Вы знали об этом, я вот ничего не знаю об арыках, что их  отводят и тд...

Надежда, всю жизнь моя любимая книга "Ходжа Насреддин" Соловьева. События ее, как я понимаю, происходят в основном на территории современного Узбекистана, и там подробно описана процедура полива. Вот и вся моя информация :))) - а книгу рекомендую любому, она безупречна и великолепна. Арыки я, конечно, в реале видела не один раз, но подробно ознакомиться с их системным функционированием не имела возможности (в отличие от Адолат, разумеется, которая среди них выросла).

Cоловьёва не читала, но рассказы о Насреддине очень любила в детстве, и где-то даже эта книжка есть.

А мне больше всего понравилось, как Катерина назвала ее "главной женщиной".

На полуправду-полулесть - все ведутся :-)))))))

Эту реплику поддерживают: Алия Гайса

На мой взгляд, если Гузаль выстоит (не сорвется сама в невроз), то жизнь с Адолат станет для нее отличной школой (ведь ей жить и поднимать детей в мире, существенно отличном от того, в котором она выросла), и она будет когда-нибудь вспоминать это время так, как на встречах однополчан бывшие солдаты вспоминают своего командира, который заставлял их красить траву и "нейтронные отражатели" :)

Эту реплику поддерживают: Лена Де Винне

У моей бабушки (единственной, которую я знала, и с которой у меня ассоциируется вся моя история - Москвы и России) был в молодости муж из Северной Осетии (мой дедушка, но я его видела лишь два раза в жизни в детстве - потому культурной связи с теми краями не ощущаю, хоть и его братья иногда потом бывали в гостях).

Так вот, у бабушки была неоднократно мною слышанная история про то, как сразу после свадьбы они поехали в поселок Дигора в Северной Осетии праздновать с родственниками. Его мама встретила ее словами: "На тебе, Милка, ключи от всего - теперь ты хозяйка". На что она ответила: "Что ты! Ты всегда хозяйка". Чем, по ее мнению, обеспечила себе прекрасные отношения со свекровью.

Правда жили они в Москве, а вовсе не в поселке Дигора, так что, думаю, отдаленность семьи сыграла несоизмеримо более положительную роль :-)

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина, Алия Гайса

Катерина, у меня два вопроса:

1) почему Гузаль должна пользоваться спросом только у неженатых гастарбайтеров?

2) почему Вы не стали их предупреждать какой кромешный ад их ожидает в период пубертата Бахмал, когда к семейной дисгармонии добавится культурная? Они ведь девочку учить в Питере собираются 

Алена, психолог-консультант обычно не учит людей жить (хотя на практике, конечно, всякое бывает :)), а работает с проблемой, с которой к нему обратились. В моем случае - истерики, задержка развития, нарушения коммуникации и публичные рвоты у Бахмал. С этим я и работала. Эта семья, несмотря на многолетнее проживание в Питере, сохраняет традиционный уклад. Есть у этого риски? Безусловно. Я им судья? Ни разу нет. Гузаль, кстати, все-таки не без сознания замуж выдавали. Могла остаться в поселке под Хивой и там строить семью, в которой сама бы и заправляла.

А что касается пубертата Бахмал - так кто же его знает, как оно будет? Я - точно не знаю. Ведь муж Гузаль тоже здесь учился (он даже узбекского не знает), и ничего...

Если Гузаль когда-нибудь придет ко мне с проблемой: как европеизировать жизнь семьи в интересах отрочества Бахмал (и других детей, которые у них, скорее всего, родятся), будем с этим работать :)))

Эту реплику поддерживают: Надежда Рогожина

Это вообще частовстречающееся заблужедние - что психолог "учит жить" и "дает ответы на вопросы".

Ага, ага. И вот эта часто всплывающая идея: для вас же было уже очевидно, что... Во-первых, все мои "очевидности", особенно направленные в далекое будущее, обычно гроша ломаного не стоят - жизнь многообразнее любых алгоритмов, а во-вторых - кто я такая? Ведь ятрогении-то тоже никто не отменял. Я скажу, что в голову пришло (и о чем меня не спрашивали), а если я вдруг - авторитет (специалист же!) или просто у меня суггестивность повышенная?.. Как наше слово отзовется? Всегда помню то ли притчу, то ли правдивую историю о мнительной даме, которой молодой здоровый врач сказал: пока я жив, вы тоже не умрете...  

Эту реплику поддерживают: Лена Де Винне

Честно говоря, иногда довольно очевидно, в чем "затык". Чего конкретный человек пытается достичь своим поведением, хотя на поверхности оно направлено на что-то другое.

Но "очевидности" про будущее - как сегодняшний прогноз погоды на следующее лето :-)

Катерина, я все равно не понимаю какое отношение к проблеме имеют неженатые гастарбайтеры.

Я нигде в своем комментарии не предлагала Вам никого учить жить. Есть очевидные риски:

а) недовольство матери своим положением и ее сложные отношения со свекровью

б) девочка растет в иной культуре, и если ее мать с детства готовили к роли инкубатора, то возможности девочки явно будут шире. Есть ли проблемы у мужа Гузаль из текста неочевидно, может и есть, раз его роль в семье незаметна.

Мне было интересно почему Вы не стали обсуждать эти риски с семьей? 

Если мы считаем психолога-консультанта врачом и сравним его, например, с кардиологом, то последний, если он профессионален, предупредит пациента о повышенном относительно других риске инфаркта и порекомендует бегать, не курить и не толстеть, а также раз в год делать ЭКГ

Ален, "неженатые гастарбайтеры" - это образный комплимент красивой женщине

Эту реплику поддерживают: Алена Рева

Алена, я разговаривала с Адолат, ее семья живет в национальной парадигме. Адолат почти не видит мира вне семьи, но ей легко понять и взволноваться тем, что на красотку Гузаль здесь могут засматриваться "свои". Почему ей не пришло в голову, что невесту говорящему только по-русски сыну можно было бы и в Питере поискать?

Сравнивать психолога с кардиологом я бы не стала во-первых потому, что личность устроена немного сложнее нашего кровяного насоса, и всяческих бифуркаций там неизмеримо больше, а во-вторых потому, что таких универсальных рецептов личного и семейного счастья, как "бегать, не курить и не толстеть", я просто не знаю :)) Но, повторюсь, если бы ко мне пришли с вопросом: как мне вписать моих детей в современную российскую культуру? (и, кстати, несколько раз действительно приходили) - мы бы с этим работали.

Эту реплику поддерживают: Иосиф Раскин

Катерина, я Вас понимаю.

Но считаю, что решать проблемы можно по-разному. Можно взять уровень, предлагаемый собеседником, а можно вывести его на уровень, удобный себе.

И то, и другое вполне себе метода. Но бонусы от использования разные.