Алексей Алексенко   /  Екатерина Шульман   /  Виктор Ерофеев   /  Владислав Иноземцев   /  Александр Баунов   /  Александр Невзоров   /  Андрей Курпатов   /  Михаил Зыгарь   /  Дмитрий Глуховский   /  Ксения Собчак   /  Станислав Белковский   /  Константин Зарубин   /  Валерий Панюшкин   /  Николай Усков   /  Ксения Туркова   /  Артем Рондарев   /  Алексей Алексеев   /  Андрей Архангельский   /  Александр Аузан   /  Евгений Бабушкин   /  Алексей Байер   /  Олег Батлук   /  Леонид Бершидский   /  Андрей Бильжо   /  Максим Блант   /  Михаил Блинкин   /  Георгий Бовт   /  Юрий Богомолов   /  Владимир Буковский   /  Дмитрий Бутрин   /  Дмитрий Быков   /  Илья Васюнин   /  Алена Владимирская   /  Дмитрий Воденников   /  Владимир Войнович   /  Дмитрий Волков   /  Карен Газарян   /  Василий Гатов   /  Марат Гельман   /  Леонид Гозман   /  Мария Голованивская   /  Александр Гольц   /  Линор Горалик   /  Борис Грозовский   /  Дмитрий Губин   /  Дмитрий Гудков   /  Юлия Гусарова   /  Ренат Давлетгильдеев   /  Иван Давыдов   /  Владислав Дегтярев   /  Орхан Джемаль   /  Владимир Долгий-Рапопорт   /  Юлия Дудкина   /  Елена Егерева   /  Михаил Елизаров   /  Владимир Есипов   /  Андрей Звягинцев   /  Елена Зелинская   /  Дима Зицер   /  Михаил Идов   /  Олег Кашин   /  Леон Кейн   /  Николай Клименюк   /  Алексей Ковалев   /  Михаил Козырев   /  Сергей Корзун   /  Максим Котин   /  Татьяна Краснова   /  Антон Красовский   /  Федор Крашенинников   /  Станислав Кувалдин   /  Станислав Кучер   /  Татьяна Лазарева   /  Евгений Левкович   /  Павел Лемберский   /  Дмитрий Леонтьев   /  Сергей Лесневский   /  Андрей Макаревич   /  Алексей Малашенко   /  Татьяна Малкина   /  Илья Мильштейн   /  Борис Минаев   /  Александр Минкин   /  Геворг Мирзаян   /  Светлана Миронюк   /  Андрей Мовчан   /  Александр Морозов   /  Александр Мурашев   /  Катерина Мурашова   /  Андрей Наврозов   /  Сергей Николаевич   /  Елена Новоселова   /  Антон Носик   /  Дмитрий Орешкин   /  Елизавета Осетинская   /  Иван Охлобыстин   /  Глеб Павловский   /  Владимир Паперный   /  Владимир Пахомов   /  Андрей Перцев   /  Людмила Петрановская   /  Юрий Пивоваров   /  Наталья Плеханова   /  Владимир Познер   /  Вера Полозкова   /  Игорь Порошин   /  Захар Прилепин   /  Ирина Прохорова   /  Григорий Ревзин   /  Генри Резник   /  Александр Роднянский   /  Евгений Ройзман   /  Ольга Романова   /  Екатерина Романовская   /  Вадим Рутковский   /  Саша Рязанцев   /  Эдуард Сагалаев   /  Игорь Свинаренко   /  Сергей Сельянов   /  Ксения Семенова   /  Ольга Серебряная   /  Денис Симачев   /  Маша Слоним   /  Ксения Соколова   /  Владимир Сорокин   /  Аркадий Сухолуцкий   /  Михаил Таратута   /  Алексей Тарханов   /  Олег Теплов   /  Павел Теплухин   /  Борис Титов   /  Людмила Улицкая   /  Анатолий Ульянов   /  Василий Уткин   /  Аля Харченко   /  Арина Холина   /  Алексей Цветков   /  Сергей Цехмистренко   /  Виктория Чарочкина   /  Настя Черникова   /  Саша Чернякова   /  Ксения Чудинова   /  Григорий Чхартишвили   /  Cергей Шаргунов   /  Михаил Шевчук   /  Виктор Шендерович   /  Константин Эггерт   /  Все

Наши колумнисты

Ольга Серебряная

Ольга Серебряная: Камбэк как разновидность истории

Фото: ИТАР-ТАСС
Фото: ИТАР-ТАСС
Участница демонстрации 25 августа 1968 года, поэтесса и правозащитница Наталья Горбаневская во время акции, посвященной годовщине со дня демонстрации в поддержку Чехословакии
+T -
Поделиться:

Есть такая штука — история, и с ней вот уже который год происходит какая-то ерунда. То ее не дают фальсифицировать, то предлагают ввести наказания за изложение этой истории, не соответствующее каким-то еще не утвержденным ГОСТам, то сценарий фильма подправят, потому что там «не тот взгляд, которого ждут ветераны Великой Отечественной войны». Эта вызывающая столько забот история на самом деле очень короткая: длилась она четыре года, с 1941 по 1945, и трепет начала вызывать лишь несколько лет назад. Пока ветераны еще действительно чего-то ждали, она никого особенно не волновала. Теперь из нее собираются соорудить новое основание российской государственности, и к маю 2015 года наверняка соорудят. 70-летие Победы отметят с такой же помпой, как некогда отметили 70-летие Великой Октябрьской социалистической революции. Отметили — и тут как раз все кончилось.

Есть еще одна разновидность истории — она сочиняется исключительно в терминах камбэков и аргументированных опровержений этих камбэков. Что бы ни произошло, через минуту обязательно появляется человек с исторической параллелью наперевес и начинает гвоздить этой параллелью сопротивляющуюся современность. Чаще всего камбэки бывают в 37-й год. Камбэк в застой чуть менее популярен. Опровержения, соответственно, понятные: на каждый 37-й год отвечают отсутствием расстрелов и лагерей, а на каждый застой отзываются открытыми границами и свободой интернета. Есть, правда, люди, которые смотрят на все это веселее и называют происходящее в последние годы тотальной реконструкцией. Ну, знаете, есть такие ребята, реконструкторы, которые бегают по полям в старинной военной форме. Вроде бы все так же, как двести лет назад, только понарошку.

И вот в прошлое воскресенье на Красной площади собираются люди и разворачивают плакат «За нашу и вашу свободу». Реконструкция это или нет? На первый взгляд вроде бы да. Воспроизводится демонстрация сорокапятилетней давности против вторжения войск стран Варшавского договора в Чехословакию. Повтор события происходит там же, где событие первоначальное (разве что Лобное место теперь огорожено), берется один из оригинальных лозунгов этого события и приглашается участница оригинальной демонстрации Наталья Горбаневская. Акция длится пять минут и заканчивается арестом. Чистый повтор.

Но на второй взгляд никакая это не реконструкция. Потому что при настоящей реконструкции аресты должны были тоже производить реконструкторы, то есть участники игры, переодетые гэбистами. А тут появляются настоящие полицейские, тащат людей в настоящие автозаки и везут в настоящий участок, где составляют самый настоящий протокол за проведение несанкционированной акции. И нельзя сказать «я так не играю».

Вот в этом сломе и начинает светить настоящая история — не та, которую фальсифицируют, и не та, которую предъявляют в виде готовых параллелей, а история, внутри которой устанавливаются новые смыслы. Повторение акции сорокапятилетней давности вдруг оборачивается нынешним утверждением публичного протеста. Исторический смысл акции 25 августа 1968 года в мгновение ока становится неопределенным. Из первой политической демонстрации в послевоенной советской истории (какой она была, например, для меня) она мутирует в неприятный эпизод антисоветской пропаганды, в маргинальное домашнее ЧП, случившееся на фоне блестяще проведенной военной операции в Праге. И пока Горбаневская снова выходит на площадь, ветераны операции «Дунай» с гордостью вспоминают свои пражские подвиги и просят министра обороны Шойгу признать их воинами-интернационалистами и наградить грамотой за мужество и воинскую доблесть. Становится ясно, что реконструкция той демонстрации невозможна просто потому, что мы еще не договорились, что же тогда произошло. Дело старых диссидентов обретает былую живость, как и зверства противостоящих им сил правопорядка. Сражение, которое завязалось в воскресенье на Лобном месте, для нас сейчас куда более настоящее, чем проведенная 45 лет назад военная спецоперация по захвату Дубчека.

Историей всегда начинает веять «вдруг». Я помню, как проснулась однажды летом — проснулась поздно, с неудобным чувством, что все проспала, и вяло поплелась на кухню заваривать чай. Там что-то вещало радио, и с первых же слов стало понятно, что вот оно, поперло. Я не знаю, который по счету повтор заявления ГКЧП я тогда прослушала, но внимание он захватывал сильнее, чем любой из прямых эфиров, вскоре заполонивших все медиа. Последовавшие за этим заявлением демонстрации в Москве и Петербурге были историческими в том же смысле, что и воскресная акция на Красной площади: ими правили не страсти, а какая-то общая воля, необходимость утвердить позицию, существование которой товарищи из ГКЧП как-то не учли.

И вот эта история, кажется, начинает прорываться сейчас из самых разных мест. Казалось бы, мэрские выборы — а ощущения у некоторых кандидатов похожие.

Комментировать Всего 12 комментариев

Да, есть такая вещь. Была действительно блестяще проведенная военная операция в Праге - безотносительно к ее смыслу и оценке. А сейчас сплошной бриколлаж и полная тупость - обоюдоострая.

"Блестящих" танков на улицах "безотносительно к смыслу и оценке" не бывает. Как и "филигранной работы палача".

Почему не бывает - бывает. Качество выполненной задачи можно оценивать независимо от ее смысла и моральной оценки. Уровень мастерства того же снайпера не зависит от того, в кого он стреляет.

Я имею в виду, что хотя точность снайпера можно оценить квантитативно и объективно, называть его работу "блестящей" или "зверской" мы будем в зависимости от того, в кого он стреляет. В ситуации стрельбы нет позиции "над конфликтом" - ну разве что заявить, что "оба хуже"

Оценка мастерства и оценка действий - разные вещи, хотя мы предпочитаем все это сваливать в одну кучу.

"филигранная работа" - к этому должен стремиться каждый палач! увы, и палач нынче не тот уж пошел. 

А были времена - до десяти-двадцати тысяч человек отдельные бойцы невидимого до поры фронта исполняли.

Это, в общем-то, все равно - если смотреть с точки зрения того, в кого стреляют

Сиреляли в затылок и без предупреждения - поэтому у расстреливаемого не могло появиться собственной точки зрения. Непрофессионал заставил бы еще людей помучаться, так что разница есть.

Откуда вам знать, была у них точка зрения или не была? У вас личный опыт? Вас уже расстреляли?

Меня еще нет. Но я уже знаю.