Кино на «Снобе»: Борьба ума, чести и совести в драме «Проверка»

Спецпроект, посвященный лучшим молодым фильмам, продолжает картина Галы Сухановой — редкий в эпоху тотального релятивизма образец кино морального беспокойства

Фото предоставлено автором
Фото предоставлено автором
+T -
Поделиться:

Гале Сухановой 30 лет. В этом году она окончила режиссерскую мастерскую Вадима Абдрашитова во ВГИКе, после чего поступила в магистратуру сценарного факультета к Юрию Арабову: «Очень хочу научиться писать толковые полные метры». Ее дипломную работу «Братишка» — анекдот про то, как один брат излишне заботится о другом, — на прошлой неделе показывали на 33-м Международном кинофестивале ВГИК, мы же представляем ее предыдущую, более зрелую работу «Проверка». Эта драма, снятая в лучших традициях советского реалистического кино, рассказывает о социальных работниках, выбирающих между долгом и справедливостью. Онлайн-премьера — у нас.

Дотянуться до мамы. Однажды я случайно наткнулась на репортаж по НТВ о рейде соцопеки по неблагополучным семьям. И увидела эту девочку, которая носилась по квартире и уверяла сотрудников опеки, что у них с мамой все хорошо. В ней было столько жизненной силы и характера, что я не могла оторвать глаз. В репортаже пьяная мама сидела в кадре и что-то говорила, служба поснимала ради отчетности и уехала, а мне в душу запала эта девчонка. Я поняла, что не снять про нее я не имею права. И когда подошло время курсовой, я написала этот сценарий, который сразу был утвержден мастерами. Правда, когда я захотела снова пересмотреть этот ролик, я перерыла весь архив этой передачи и не нашла его.

Языком кино. Начала писать сценарии я в возрасте 15 лет. Не рассказы, не романы, а сразу сценарии. Почему — не знаю, семья очень далека от искусства. Скажу только, что история мне близка, я росла в подобной семье. Хотела сначала поступать на сценарный, но потом поняла, что хочу сама воплощать свои идеи в жизнь. И рада, что сначала получила режиссерское образование. Наоборот было бы сложнее.

Кто играет. Актеров во ВГИКе мы обычно ищем по всем доступным актерским базам. Когда-то у студентов еще был свободный доступ в актерскую базу «Мосфильма», теперь это сложнее, выделяют буквально пару бесплатных часов на всю огромную картотеку. Но выкручиваемся, какие-то продюсерские центры типа «Ники» идут нам навстречу, спасибо им большое. В моем случае было много проб, пока я не нашла Елену Булавкину, исполнительницу роли сотрудницы соцопеки, которая делает главный выбор. Я поняла, что она то, что мне нужно. Ей очень понравился сценарий, она сказала, что у нее есть знакомая девочка, которая по нутру очень похожа на мою героиню. Что эта девочка иногда выдает очень серьезные, взрослые вещи, у нее нетипичное мышление. Мы поехали на пробы. Варя из хорошей творческой семьи — актерской семьи и, казалось бы, далека от неблагополучного мира. Однако уже на пробах я почувствовала, что она сможет это сделать. И оказалась права: Варя, как настоящая трудяга, приходила на все пробы и репетиции, иногда с температурой, снималась по 8-10 часов беспрекословно. Вообще, спасибо огромное моим актерам, за их веру в меня и в эту историю, за их желание работать и творить. Татьяна Пискарева, которая играет женщину в форме, Алексей Козлов, который в роли репортера, тоже были сразу утверждены мной и прекрасно справились со всеми задачами.

Детский сад. С Варей для начала мы подружились. Потом много разговаривали на тему неблагополучных детей, мне очень помогли в этом и Елена, и мама Вари — Инна. Мы старались не грузить, а рассказать в максимально доступной ребенку форме про детей, у которых трудное детство и которым приходится бороться за свою семью и свое счастье, пусть суровое. Варя в жизни далека от моей героини, она веселый благополучный ребенок, но после наших рассказов и разговоров в ее глазах сразу появлялась взрослая глубина, которую мы и пытались запечатлеть. Стихов было несколько вариантов, сначала выучили другой, но ради органичности рассказали тот, который она уже знала — про маму.

Техподдержка. Сам процесс съемок был не тяжелый, а очень творческий, а вот подготовительный период оказался действительно суров. Долго не могли найти объект, несколько раз нам переносили съемки из-за того, что не было камеры, еще чего-то. Хотя у нас уже было все готово, и мы должны были снимать накануне. Приходилось снова переделывать все графики. Но, когда начались съемки, все прошло строго по плану. Нам удалось выбить такой график: день репетиция, день съемки. Это было необходимо из-за выбранной нами стилистики — длинные планы по 3-4 минуты. Одна только техническая репетиция по камере и фокусу занимала довольно много времени. Поэтому такой способ съемки через день очень облегчил нам жизнь. И дал мне бесценный опыт настоящих больших репетиций с актерами: ни между паузами, пока ставят свет, ни до смены или после, а полноценный день перед съемкой, чтобы успело все усвоиться, уложиться внутри и перейти в нужное качество.

Пустой дом. Когда мы уже были на грани отчаяния в процессе поиска объекта, когда несколько договоренных квартир слетело, нам сказали, что рядом со ВГИКом есть расселяющийся дом, и там много пустых квартир-коммуналок. Я сразу же туда побежала и увидела то, что нам нужно. Кстати, хотела бы сказать слова благодарности Клембо Татьяне Константиновне и Левченко Люции Жавдатовне, работникам Ростокинского ГКУ ИС: они с большим пониманием и теплом отнеслись к тому, что нам нужно снять студенческое кино, и приложили все силы, чтобы нам дать разрешение на съемки в те сроки, которые нам были нужны. Вообще такое отношение сейчас к некоммерческому, студенческому кино довольно редко. Нам не просто разрешили, нам с участием было предложено несколько вариантов. Так что мы очень благодарны.

Если бы стены могли говорить. Из квартиры, в которой мы снимали, только выехали люди. Квартира старая, обшарпанная, какая нам и была нужна. Однако она была почти пустая, и наполнить это огромное пространство было непросто. Перед Алевтиной Груниной, художником-постановщиком, стояла непростая задача: сделать максимально узнаваемо и достоверно, но при этом внедрить в этот бедлам вещи, которые говорили бы что-то о хозяевах, создать творческий образ… Детские плакаты на ободранных обоях, старые облезлые игрушки, которые мы искали на всех барахолках, особенно пошло-розовый заяц, найденный Сашей Демидовой, художником по костюмам, трельяж без зеркала, но с детским фотографиями и остатками какого-то праздника, низкий журнальный столик, где девочка делает уроки, шкаф с оторванной дверцей — все это не случайные вещи, все это искалось, привозилось, приживалось…

Короче. Любое ограничение в кино — только трамплин для самовыражения. И определенный вызов. Самому себе и самовыражению. Я люблю короткий метр. У него свои законы и средства выразительности, и в этих рамках можно сделать многое.

Традиции реализма. Когда снимала «Проверку», ни о каких параллелях с советским кино не думала. Больше о репортерских передачах, документалистике. Но на интуитивном уровне хотелось сделать что-то простое, честное. И, вероятно, связь с советским кино сработала на этом уровне. Вообще фильм сразу в голове сложился, и этот финальный план был одним из первых, что увиделся. Какой-то прямой ссылки на конкретный фильм не было, когда мы его снимали. Просто нужно его было снять так.

Время неразвлечений. Если честно, после трудностей подготовительного периода, постоянно откладывающихся и переносящихся съемок и сложного постпродакшна я немного устала, и в голову закралась такая мысль: а нужно ли вообще такое кино? Мы никого не веселим. Не развлекаем новым киноязыком, свежими идеями, фантастическим монтажом. Кто будет это смотреть? Когда мы озвучивали картину, кто-то случайно зашедший вдруг проронил: «О, вы что, новости озвучиваете?» Эти «новости» долго звучали у меня внутри. И когда я решила отправить «Проверку» на кинофестиваль «Арткино» в этом году, я была уверена, что зрители не будут смотреть «новости»… Каково же было мое удивление, когда мы взяли главный приз в номинации «Лучший игровой фильм до 15 минут», и зрители очень тепло отозвались о кино. После этого я поняла, что мы иногда берем на себя смелость решать за зрителя — развлекать его этим или другим. Иногда зрителю нужно не только развлечься, но и просто подумать.

Не аплодируйте, лучше деньгами. Фильм снимался на ВГИКовский бюджет, он формируется из двух составляющих – студента-режиссера и студента-оператора. Это курсовая работа, ее бюджет составляет около 270 тысяч рублей, включая все этапы производства. Однако наличными нам выдают по минимуму: на расходные материалы, аренду объекта и реквизита. Остальное — техникой и постпродакшном.

Легче и быстрее. На только что завершившемся кинофестивале ВГИК, где «Проверка» не прошла во второй тур, была представлена еще одна моя картина — диплом «Братишка». Сняла я его не по своей идее. Кончались все сроки, необходимо было запускаться. История о двух братьях давно гуляла на нашем курсе, и я решила за нее взяться. Захотелось попробовать снять жанровую легкую вещь. То, чего еще не делала. Не все, на мой взгляд, получилось, но опыт был для меня бесценным. Многим зрителям фильм пришелся по душе, что не может не радовать.

Другие фильмы проекта:

Если вы хотите стать участником проекта, присылайте информацию о себе и своей работе по адресу koroche@snob.ru.