Как фэшн-блогеры убили критиков

Когда-то у моды были критики, которые решали, хорошо ли платье и стоит ли его носить человечеству. Существовал некий негласный худсовет. Люди это были обученные, тренированные, довольно честные, с острым глазом и языком. Сейчас они повывелись. То есть пишут они по-прежнему хлестко и точно, но теперь их совсем никто не слушает

Фото: Anzenberger/Fotodom
Фото: Anzenberger/Fotodom
+T -
Поделиться:

Теперь вместо них — блогеры. Может, они колумбийских университетов и не оканчивали, да и в школе, похоже, учились так себе, зато они страстно и сверх всякой меры любят моду. Наденут новые туфельки и зафотографируют себя в них до помех в айфоне. К тому же, обыкновенно фэшн-блогер — это молодая и красивая девушка, а критик — женщина в очках и со странной челкой. Для траффика это важно.

Так было не всегда. Сначала блогеры имели дикий вид. Например, первым фэшн-блогером считается Дайан Перне. Выбеленное лицо под темными очками и карминной помадой, а вокруг — километры черного шелка и черных волос: те, кто ее не боялся, над ней посмеивались. Затем Брайан Грей Ямбао — молодой человек в вуалетке и в искрящихся микрошортах. Была еще Тави, двенадцатилетняя девочка в очках. Дайан наколдовала себе уважаемый фестиваль фильмов о моде, Брайан, по слухам, теперь за одно свое появление на мероприятии получает 50k, а Марк Джейкобс называет сумки в его честь; Тави выросла, стала красавицей и феминисткой, запустила журнал не только о моде и снимается в кино.

Почти одновременно с условными фриками пришли стрит-фэшн фотографы. Выглядели они просто, снимали талантливо. Томми Тон, Скотт Шуман, Гаранс Доре — все они мгновенно прославились, а заодно заставили модную общественность выкинуть все черное, бельгийское и японское и разодеться в пух и прах для их объективов. Параллельно появлялись персонажи вроде Сюзи Баббл — девушки лет восемнадцати, полные энтузиазма и желания носить или хотя бы мерять красивые вещи и писать о них, что думают. И это было даже здорово. Зашли в магазин, надели платье, сфотографировали, написали пару строчек, а то и целый абзац, выложили. Пошли в следующий. В какой-то момент самых звонких пустили в шоурумы и на показы. А читатели смотрели и доверяли, подписывались и комментировали, копировали и заводили собственные аккаунты. И это был золотой век фэшн-блогинга.

Тем временем и без того малочисленные критики страдали и терпели лишения. Мало того, что на них давили издатели, на которых в свою очередь давили рекламодатели. И когда это не помогало, бренды прибегали к личному возмездию: то Кэти Хорин запретят появляться на показе YSL, то Сьюзи Менкес или Робин Гиван усадят в унизительный третий ряд. А на первом нет-нет да и появится какая-нибудь двенадцатилетняя выскочка с айфоном: стресс. В общем, Кэти Хорин в начале этого года ушла из профессии, а Сюзи Менкес теперь служит в интернет-версии Vogue и пока продолжает быть справедливой и неподкупной, но все же это чревато. «Не секрет, что содержанием журналов управляют рекламодатели. Разместили модуль — получили в подарок страницу с текстом, и если рекламодателю не нравится текст, он просто звонит и угрожает снять рекламу. Вы спросите, можно ли ожидать от издания, живущего на рекламные деньги, честного репортажа о том, что показ Chanel или Louis Vuitton был полным говном? Вряд ли», — рассказывала Дайан Перне.

В блогеров поверили. У них была не только своя независимая точка зрения, но и технический арсенал для ее мгновенной передачи. К тому же у блогеров вдруг появился доступ в самое сердце моды: на показы. Их читательская аудитория росла по экспоненте: помимо собственно блогов, появлялись аккаунты в Facebook, Twitter и Instagram. К примеру, на момент написания этой статьи у Эми Сонг (@songofstyle) в одном только Instagram было 1700000 подписчиков. И это ничто по сравнению с Кьярой Ферраньи (@chiaraferragni), у которой 2800000: девушка входит в списки самых влиятельных персон по версии Business of Fashion. Было только одно но: блоггеры по-прежнему не были журналистами, которыми были критики. И дело даже не столько в словарном запасе, сколько в профессиональных этических нормах. Сначала за подарки, затем за небольшие, а теперь уже и за большие деньги простые и жадные до моды девушки с айфонами принялись наперебой публиковать то, что им предлагали бренды. Некоторые из девушек стали миллионерами. Банкротами остались подписчики, которые вместо рупора правды получили рекламный канал, и старомодные честные критики, некоторые из которых, правда, завели свои блоги. На них вся надежда.