Вадим Рутковский /

Воинственный «Хоббит»: трилогия завершилась огнем и мечом

«Хоббит: Битва пяти воинств» — самая размашистая и самая честная из всех работ Питера Джексона: на экране — только то, что обещано в названии, битва до последней капли крови, когда в бой идут старики, дети, женщины, орлы, медведи, летучие мыши, гномы, эльфы и орки

+T -
Поделиться:

Кажется, только вчера, а на самом деле уже два года назад мы писали о начале трехтомной экранизации скромной (по сравнению с «Властелином колец») книжки Дж. Р. Р. Толкиена. В компании хоббита время летит незаметно — и вот уже неравнодушная к кино часть человечества гадает, чем займет себя освободившийся от бремени Средиземья Питер Джексон. Я бы не стал драматизировать ситуацию: возможно, снимет что-то относительно личное вроде «Кинг-Конга» и относительно камерное вроде «Милых костей», возможно, будет заниматься продюсированием чужих проектов (ходят слухи о новом «Тинтине»), возможно, засядет за мемуары, как Бильбо Бэггинс.

В последнем кадре финальной части «Хоббита» (это не спойлер, даже если вы не читали оригинал, угадать развязку не составит труда — все будет хорошо) седой Бильбо раздраженно отмахивается от поздравлений со 111-м днем рождения: грузное стариковское тело полурослика утопает в кресле-качалке, но мыслями он давно вне зоны комфортной норы, откуда когда-то увели его в нежданное путешествие шумные, прожорливые и пьяные гномы, мыслями он, кажется, и не покидал огненных земель, где приключения и битвы; адреналиновые инъекции не заменить крыжовенным вареньем и яблочными пирогами (как замечал я по другому киноповоду, «хорошая драка лучше хорошего фильма», и мистер Бэггинс с этим бы согласился). Приключений в третьей части не так уж и много, зато военных эпизодов — мало не покажется. Дракона Смауга, почти сравнявшего с землей Озерный город, Бард Лучник одолеет в самом начале. Но не к миру приведет эта победа. Как говорится у Толкиена, «Бильбо считал, что с гибелью дракона приключение их по существу закончено, в чем сильно ошибался».

Для тех, кто хорошо помнит литературный первоисточник, третья часть не станет сюрпризом: на момент обрывавшейся «на самом интересном» «Пустоши Смауга» в книжке оставалось не так уж много страниц, и теперь они подробно изложены в двух с небольшим часах («Битва» короче предыдущих фильмов и вместе с финальными титрами длится 144 минуты). Но меня «Хоббит» изрядно удивил — как удивила когда-то, в младшем школьном возрасте «Битва за Москву» Юрия Озерова. Я никогда с подобного рода кино прежде не сталкивался. На огромном, состоявшем из двух трехчасовых фильмов (у каждого было свое название — «Агрессия» и «Тайфун») кинополотне не было ничего, что обычно манило в кино: ни фантастики, ни политики, ни приключений, ни шуток, ни детективных расследований, ни любовных историй. Была только та самая историческая битва с подробной предысторией. В деталях, сверхкрупным планом, под стать хроникально-документальным лентам.

«Хоббит: Битва пяти воинств» — такое же батальное произведение, выполненное с хроникальной дотошностью. Для современного Голливуда — почти вызывающий жест (а Джексон, автор великих тошнотворных шедевров «Дурной вкус», «Мертвые заживо» и «Познакомьтесь с Фибблами», настоящий панк, сколько «Оскаров» ни получи). В фильме, конечно, есть уступки человечности — например, продолжение мелодраматической линии о роковой любви эльфийки Тауриэль (надо ли говорить, что у Толкиена этого персонажа нет) к спасенному ею гному Кили. Но это минимальная дань коммерческим стандартам; в остальном же Джексон выступает в роли Председателя на пушкинском «Пире во время чумы»: «Есть упоение в бою, / И бездны мрачной на краю, / И в разъяренном океане, / Средь грозных волн и бурной тьмы, / И в аравийском урагане, / И в дуновении чумы. / Все, все, что гибелью грозит, / Для сердца смертного таит / Неизъяснимы наслажденья — / Бессмертья, может быть, залог! / И счастлив тот, кто средь волненья / Их обретать и ведать мог». Живописное и очень логичное завершение юбилейного года, когда мир, как мог, кто выставками, а кто — гражданской войной, отметил 100-летие со дня начала Великой войны.