«Я недолго думая превратился из кормильца в домохозяина. Для меня это было естественное решение, — говорит член клуба «Сноб» Антон Юхновец. — В сегодняшних семьях супруги должны быть в состоянии переключаться с одной роли на другую, не обижаясь на партнера. Это делает семью более гибкой в новых ситуациях и, что еще более важно, формирует у отцов прекрасные отношения с детьми».

Это Антон вспоминает время, когда он больше полугода был в собственной семье вместо мамы. Их первая с Тарой дочь родилась в Москве, а когда Василисе было два месяца, семья Юхновец вернулась в Нью-Йорк. Тара тут же вышла на работу: было бы глупо упустить хорошее предложение. Антону не хотелось хвататься за первое попавшееся место дизайнера. Супруги решили, что он будет сидеть с Васей, иногда выезжая на собеседования, она — зарабатывать деньги. Сейчас все вернулось к консервативной семейной модели: Антон работает арт-директором американского издания журнала GQ, Тара сидит с детьми. Готов ли Антон повторить этот опыт? «Без проблем, как только представится возможность. Когда дети становятся старше, с ними становится сложнее, но в то же время интересней».

Находясь в ладу с собой и с собственной семьей, Антон и не мог сказать иначе. А вот Анатолий В. после нескольких фраз в том же духе (про взаимовыручку в семье и готовность поддержать любимую) ненадолго задумывается и просит не называть его имени. И если жена его не опознает, то он согласен начать издалека — с распорядка дня. 7.30 — подъем, 7.40 — приготовление завтрака, 7.45 — подъем жены и двух детей. Всех надо накормить. Почти всех — одеть. Потом Анатолий развозит семейство по школам, работам и детским садам. В 9.00 снова дома и почти свободное время до часу дня (стиральная машина, покупки, конструирование обеда и мелкая уборка квартиры не в счет). В час надо встретить из школы старшего, забрать из сада младшего, накормить, сделать уроки, поиграть в развивающие игры на компьютере, отвести на кружки и секции, посмотреть мультики, погулять во дворе. Музеи, аттракционы, магазины, велосипеды — по погоде. 18.30 — жена приходит с работы, они ужинают, после чего Анатолий идет выпить пива с друзьями и посмотреть футбол.

Анатолий признается, что поначалу новый образ жизни его тяготил. Одна работа закончилась, другая не нашлась, кризис среднего возраста, всемирный экономический кризис и т. д. «Дома сидеть было невозможно: там то приходящая теща, то постоянная няня. Пришлось отвоевывать у них пространство для жизни. Выгнал всех, сам занялся детьми и уборкой и обнаружил, что это не так уж и сложно. Женщины явно преувеличивают героизм домашнего хозяйства. Убедить собственных детей доесть приготовленный мною суп все-таки проще, чем заставить сотрудников доделать неизвестно откуда свалившийся проект. Дети меня любят, сотрудники — терпят».

Если для женщин-домохозяек характерны жалобы на скуку и ограниченность жизни, то мужчины, наоборот, открывают для себя совершенно новые горизонты. В любой профессиональной сфере в какой-то момент кажется, что уже все давно придумано до нас, а вот домашний быт выглядит непаханым полем для инноваций и оптимизаций. Гуманитарий Владимир Алексеев, например, обнаружил, что если ходить по магазинам самому, то расходы снизятся примерно в полтора раза — без потерь в качестве жизни. Разговор с ним происходит в супермаркете «Перекресток», где, продвигаясь между полками, можно, с одной стороны, слушать, что говорит Владимир, а с другой — смотреть на предметы, постепенно заполняющие его тележку. Никаких полуфабрикатов: картошка, яйца, кусок курицы на бульон для взрослых, каши и хлопья для детей и в конце, уже у самой кассы, пачка презервативов, тоже, надо полагать, для взрослых. Все, кроме презервативов, с удовольствием комментируется:

«Жена зарабатывает примерно столько же, сколько раньше зарабатывал я, а я трачу меньше, чем тратила она. Шопинг для женщины — это вид эмоциональной разгрузки. Я же покупаю только то, что нужно, не испытывая при этом никаких лишних эмоций. Дешевле выходит».

Макс, муж очаровательной бизнесвумен, беседовать может только на бегу. Бизнес на какое-то время (он надеется, что не навсегда) забрал у него жену, оставив ему детей и надежду на светлое будущее. Сегодня ему нужно отпустить приходящую к детям няню. Завтра ему нужно будет отпустить приходящую к детям няню. Послезавтра ему нужно будет отпустить... О том, что будет, если няня внезапно заболеет, Макс старается не думать. «Когда моя жена открыла ресторан на Петровке, знакомые сказали: "О! Теперь ты можешь не работать?" "Нет, — ответил я, — теперь я не могу работать". Потому что если я буду работать, то детей надо будет отдавать в детский дом, как сирот».

Большинство опрошенных мужчин, если разговаривать с ними в отсутствие их жен, кризис в качестве причины перехода в новый статус почти не упоминают. Одни — явно чтобы не наступать на больную мозоль, другие же — и это самое удивительное — вообще приходят к выводу, что для самореализации не обязательно ходить на работу. Игорь, бывший начальник строительных проектов, вспоминает свою работу с отчетливо заметным содроганием:

«Я чувствую себя абсолютно счастливым. Больше нет заказчиков, подрядчиков и таджиков. Зато есть простые и понятные занятия с собственными детьми и нормальный человеческий быт. Наверное, я просто наигрался в карьеру. Теперь играю в железную дорогу и в пиратов. Пока зарплаты жены будет хватать на содержание дома, нас обоих такая ситуация устраивает. Если кому-то кажется, что три бессмысленных заседания в день и сотни телефонных звонков лучше, чем приготовление обеда, пусть заседает. Мне это все просто не нужно. Я сознательно впал в детство и пока этим очень доволен».

Работать дано не каждому: в применении к мужчине эти слова звучат пока еще очень маргинально в России, но уже совершенно буднично в Европе. Там пособие по уходу за ребенком вполне конкурирует со средней зарплатой. И, выбирая между карьерой и домоводством, останавливаются на карьере те, кто действительно этого хочет.

«Традиционное представление о распределении ролей в семье, — говорит питерский социолог Илья Романовский, — основано на физиологических особенностях человеческого тела. Мужчина сильнее, а значит, эффективнее добывает еду и прочие материальные ценности. Но с переходом на деньги и новые технологии мужчина эти свои преимущества постепенно теряет. Отсюда и неминуемое смешение ролей. Особенно на Западе. Там почти каждый пятый мужчина с удовольствием пользуются своим правом на декретный отпуск. А в Финляндии, например, процент отцов-домохозяев приближается к 70. Скорее всего, эта тенденция постепенно захватит и остальные страны».

В общем, мужчин-домохозяев становится все больше. И среди них попадаются интересные и вполне довольные своим положением экземпляры.

 

Александр Шом