Андрей Успенский: Для меня Павич был человеком-глыбой

Умер Милорад Павич

+T -
Поделиться:
Подробнее

Павич скончался 30 ноября. Причиной его смерти, по словам родственников, стал инфаркт. Совсем недавно, 15 октября, писатель отметил свое восьмидесятилетие.

На родине, в Югославии, писатель печатался с конца 1960-х. А международную славу Павичу принес роман «Хазарский словарь», опубликованный в 1984 году и переведенный на десятки языков.

В Сербии Павич известен и как переводчик Пушкина и Байрона, литературный критик, философ.

В 2004 году Милорад Павич был номинирован на Нобелевскую премию по литературе, в 2009 году вышла его последняя книга «Мушка».

Андрей Успенский

   Это глубочайший писатель. Вот есть люди-глыбы, формирующие и определяющие настроения эпохи. Для меня Павич был человеком-глыбой. В свое время он просто перепахал меня, всколыхнул самое глубокое. Очень жаль…   

Комментировать Всего 4 комментария

Это глубочайший писатель. Вот есть люди-глыбы, формирующие и определяющие настроения эпохи. Для меня Павич был человеком-глыбой. В свое время он просто перепахал меня, всколыхнул самое глубокое. Очень жаль…

О мертвых либо хорошо, либо ничего, поэтому я воздержусь говорить личное. Однако я абсолютно согласен с мнением одного моего приятеля, который сказал, что Павич был Борисом Вианом своего времени.

Это был такой славянский гибрид Борхеса и Астуриаса: концентрированных интеллектуальных текстов и магического реализма. При этом не экзотический, а свой, потому что все-таки все славянские письменные культуры родственны друг другу, и культурные коды в них схожие. Поэтому «Пейзаж, нарисованный чаем», хоть какой он кроссворд, а все равно читается запоем и ложится хорошо.

Но плюс ко всем интеллектуальным упражнениям там совершенно пронзительные метафоры и картинки. Я не про «баба без зада, что село без церкви» (хотя тоже замечательная строчка). Я про «кончик ее косы всегда был мокрым: она любила сосать волосы». Про «ели виноградарские персики, пушистые, как теннисные мячи». Про «никто не бывает мудрым и красивым все семь дней в неделю». Про «прошлое осязаемо присутствует в нем в любое время, как тарелка и нож во время еды».

И про «осталось решить, на каком языке помолчать».

А что он не получил Нобелевку по литературе, когда его выдвигали в 2004-м — ну ясно, не получил. Как бы ее, интересно, получил писатель из Сербии, который при этом не был сербоненавистник (а совсем наоборот) и написал в частности: «Вокруг них падали американские бомбы и горела улица Святого Саввы. По окончании налета они шли посмотреть на новый город. Каждый раз перед ними открывались все более широкие горизонты, потому что исчезали целые здания». У них там на Нобелевку другие назначены, политкорректные.

Мечтая о поездке в Сербию, я все думал: надо подгадать под концерт Балашевича и как-то так сделать, чтобы познакомили с Павичем. У него есть что спросить.

Прособирался.

Полка книг.

ОЧЕНЬ ЖАЛЬ, Я ЛЮБИЛА ЕГО КНИГИ.

Иногда казалось, что он переписывает самого себя, иногда это было чересчур изобильно... но никогда не плохо. Онн умел наслаждаться жизнью и умел про это рассказать. Что большая редкость. Писал хорошие книги. Для многих они были настольными. Для меня в частности.