«Амур — анклав осколков азиатских цивилизаций».
Как живет Комсомольск-на-Амуре — крупнейший город БАМа
«Амур — анклав осколков азиатских цивилизаций».
Как живет Комсомольск-на-Амуре — крупнейший город БАМа
Новый репортаж совместного проекта «Сноба» и РЖД «Путь на восток» — из Комсомольска-на-Амуре — города, созданного 87 лет назад на месте нанайского стойбища
Центральная площадь Комсомольска-на-Амуре называется площадью Юности. Сам город тоже часто называют городом юности — в 1930-е его строили, как следует из названия, комсомольцы.

В 7.40 утра к зданию Амурского судостроительного завода, ради которого, в частности, и затевалась стройка, стягиваются люди. В Москве они бы так шли к метро. Велопарковка в виде якорей переполнена, на въезде для машин — очередь. Из громкоговорителя разносится музыка: «И никуда, никуда мне не деться от этого».

Город стоит на Амуре, одной из крупнейших рек Дальнего Востока. Здесь строят корабли и подводные лодки, а еще самолеты: местный авиационный завод имени Гагарина выпускает линейки Су, Sukhoi Superjet и Т-50. Наконец, через Комсомольск проходит газопровод на Сахалин. Но все это — история последних 80–90 лет. До того долина Амура многие века был родиной нанайцев — одного из коренных малочисленных народов Севера.

Нанайцы
Художница, активистка и преподаватель Виктория Пассар организует фестивали, спектакли и яхтенные походы по Амуру — с энтузиазмом, а и иногда и с грантами. Виктория — нанайка. Всего нанайцев в России 16 тысяч, и большинство из них живет в Хабаровском крае. Виктория мечтает сделать современную нанайскую одежду, а пока надевает для интервью амири — традиционный праздничный нанайский халат — и показывает изображение своего родового ковра, в центре которого драконы.

«Драконы у нас символизируют божества, но в то же время и древо жизни. Как и изображения пресмыкающихся — лягушек, ящериц, змей. А древо жизни у многих архаичных народов — символ центральной оси, лестницы, по которой шаман поднимался в небо, и трех миров — верхнего, земного и нижнего.

У нас вообще очень развита мифология древа. Есть не только мировое древо — есть древо шаманское, есть родовое. У каждого человека тоже есть свое особое древо Фиоха. Он выбирает его в лесу и может использовать для молитв, обращенных к небу. Древо помогает донести их лучше и быстрее.
Нанайцы сложились как этнос в Средние века. До этого сюда доходили люди из Индии, Индонезии, Африки, и, видимо, их потомки ассимилировались здесь — раз в нанайском языке есть слова "обезьяна" (монён), "слон" (сопаан) и "верблюд" (тэмэн).

По сравнению со многими коренными народами Севера у нанайцев более развито орнаментальное искусство. Что у других было? Мех да кожа. Учитывая сложность работы с таким материалом и его особенности, они могли использовать в основном только геометрические орнаменты. А у нас был привозной текстиль, мы выделывали рыбью кожу. Наличие такой сложной орнаментики у народа при первобытно-родовом строе может указывать скорее на существование другой пришедшей на Амур древней культуры, впоследствии утраченной. Например, в Средние века на территории нынешнего Приамурья было государства Бохай, а позднее здесь жили чжурчжэни. Амур — это анклав осколков азиатских цивилизаций и их потомков.
Вообще до прихода русских не было народа "нанайцы". Было много самоназваний, диалектов, родов. Слово "нанайцы" придумали в 1930-х. Собрались представители разных родов и, хорошенько подумав, определили себя как "люди земли": по-нанайски "на" значит "земля", а "най" — "человек".

С установлением советской власти многие нанайцы обрусели, ассимилировались. Мой папа, например, русский. В 1980-х люди хватились исчезающих нанайской культуры и языка. А теперь разговорной среды нет. Я понимаю нанайский, могу читать, но свободным разговорным не владею.

При этом русские исследователи многое сделали для сохранения нанайской культуры, большое спасибо им за это. Я активно сотрудничаю с русскими, в моей инициативной группе "Древо жизни" есть и нанайцы, и русские.
В Хабаровском крае много нанайских общин, но в основном они создаются ради рыболовства: правительство выделяет коренным народам квоты на ловлю рыбы. 50 килограммов на человека на кету, три килограмма на карася, полтора килограмма на касатку. Смешные, на самом деле, квоты, но так как рыбачат не все, нанайцы предпочитают вступать в общины, чтобы те вылавливали и распределяли на всех. Лишь некоторые общины делают что-то для сохранения нанайской культуры.

Моя мама была художником, мастером декоративно-прикладного искусства. Она первой превратила нанайский орнамент в самостоятельное средство выражения: делала картины из бересты в технике "художественная вырезка". Я тоже делаю такие картины, но балансирую на грани традиционного и современного.
До 30 лет я воспринимала нашу культуру как что-то само собой разумеющееся. Мама таскала меня по всяким фестивалям и детским лагерям с уклоном в традицию, по национальным деревням и нанайским бабушкам. Когда она умерла, я поняла, что не могу просто забыть это. Мама ушла — и все ушло, кто будет хранить ее наследие, заниматься нанайской культурой? У меня такое ощущение, что я для этого и родилась: сохранять и продолжать нашу культуру, делать ее актуальной. Если сохранять ее только как традиционную, законсервированную, она точно постепенно забудется и будет интересна лишь ученым-этнографам. Я не могу отдать нашу культуру в архив, для меня она живая и родная».

Нанайско-русский словарь
Бачигоапу — Здравствуй

Пудин — Красавица, красна девица

Мэргэн — Богатырь

Эниэ — Мама

Ама — Отец

Мапа — Старик, а также вежливое обращение к медведю

Хани бису? — Как дела?

Улэн — Хорошо

Ми улэсии — Я тебя люблю

Мангбо (с носовой н) — Река (Амур)

Пуймур — Водяной дракон, а также иногда Амур

Боа Эндурни — Всевышний

Най — Человек

На — Земля

Нанай — Человек земли

Чока — Нерожденные души младенцев, живут на древе жизни

Пэдэн дэрэдигу — Идите с миром

Узнать больше о нанайском языке можно здесь.

Железнодорожники
В Дальневосточном учебном центре профессиональных квалификаций РЖД пять подразделений, одно из них — в Комсомольске-на-Амуре. Там готовят специалистов по 82 специальностям: от машинистов и составителей поездов до вальщиков леса и кухонных рабочих.

В комсомольском учебном центре обучают машинистов самых мощных тепловозов в мире — 3ТЭ25К2М. Брянский машиностроительный завод начал выпускать их в 2017 году. Новые трехсекционные тепловозы сразу же отправили на БАМ — протестировать в сложных условиях. К концу 2019 года по российским железным дорогам будет ездить 12 таких тепловозов, способных перевозить составы весом 7100 тонн.

Подготовка машиниста занимает от 29 до 31 недели. Улучшить показатели учеников помогают тренажеры, имитирующие кабины локомотивов. Всего в учебном центре восемь тренажеров для машинистов.
Машинисты, которые занимаются на новейших видеотренажерах, осваивают профессию быстрее. Этот тренажер имитирует закрытую кабину локомотива с дисплеями, дающими полный обзор пути. Видео, которые используют в тренажере, снимали на тех участках БАМа, по которым машинистам предстоит ездить впоследствии.

В центре работают 18 штатных преподавателей и 20 внештатных. Один из них — ветеран БАМа Евгений Никульшин, долгое время работавший военным машинистом. В 1970-х Евгению Михайловичу приходилось водить поезда по старой железной дороге, построенной еще при Сталине, а зимой перевозить грузы по временным рельсам, проложенным по льду Амура.

Занятия в учебном центре идут круглый год без перерывов на каникулы. Ежегодно центр выпускает около 2300 специалистов.

Мусорщики
В 2013 году из-за сильных дождей затопило половину Дальнего Востока, включая Комсомольск-на-Амуре. Горожане до сих пор вспоминают, как держали оборону, спасая дамбу.
Тогда же вода смыла нанайскую деревню Бельго на противоположном берегу Амура. Ее восстановили, оставив один разрушенный дом в память о стихии. В 2019-м наводнение в Комсомольске повторилось.
Компания «Сталкер» Александра Серебрянского — крупнейшее в регионе предприятие по сортировке и первичной переработке мусора. «Сталкер» вносит свой вклад в борьбу с изменением климата без малого 25 лет, а Серебрянский может бесконечно говорить о трех вещах: мусоре, бомжах и бизнесе.

«В 1989 году я закончил службу в вооруженных силах. 33 года, капитан запаса первого ранга. Передо мной 600 рублей выходного пособия, три бутылки водки и мысль: что же дальше?

Вышел на трассу. Едет мусоровоз, водитель меня посадил к себе, привез на свалку. Смотрю: ничего себе, какая красота! Куча ворон и бичей, а у меня три бутылки водки.
Бичи решили, что я человек свой. Выпили, посидели, поговорили. Они меня накормили. И говорят: в общем-то жизнь на свалке прекрасная, но проблема со стеклянными бутылками — начало октября, холодает, руки мерзнут их мыть, а грязные в пункте приема не берут.

Каждая бутылка стоила тогда 12 копеек. Я договорился сдать их грязными по 8 копеек. И продал не ящик, а целый КамАЗ. Бичи обрадовались: Саня, давай ты нашим начальником будешь. Так я и решил уйти от грязи человеческой к обыкновенной грязи. Она, пожалуй, честнее будет.

Это как раз совпало с началом кооперативного движения. Все пооткрывали кооперативы и не знали, что с ними делать. Вот и у нас в Комсомольске-на-Амуре был никому ненужный кооператив на городской свалке. Мы его забрали, поднялись быстро. Так я стал предпринимателем первой волны.

На нас стали обращать внимание: в стране все разваливается, а на свалке, наоборот, что-то делается, что-то шевелится. Стали даже поговаривать, что наша свалка — одна из лучших на Дальнем Востоке и единственная, которая не горит.

Девяностые предпринимателей научили выживать на свои. Приходишь в банк денег просить, а тебе говорят: свалка? Ни за что! А какие у меня свои? То, что предприятие заработает, плюс пенсия. Благо военная пенсия всегда была немаленькая. Вот порой и снимал ее, чтобы выплатить людям зарплату.
В 2006 году меня со свалки выгнали. Администрация решила, что слишком много денег я там зарабатываю. Но еще до этого, в 1995 году, я получил "Сталкер" — предприятие по переработке вторсырья. Вышло так: я выступал на экологической конференции, где был и тогдашний директор предприятия. На тот момент оно почти полностью заглохло. Я говорю городским властям: "Я хожу по деньгам. Из года в год мы у вас берем деньги на содержание свалки. Если вы хотите, чтобы я перестал брать у вас деньги, отдайте мне это предприятие".

Вот и работаем до сих пор. Возродили заготовку вторсырья в городе — то, что сейчас принято называть раздельным сбором. Соревновались с Хабаровском — Комсомольск-на-Амуре в три раза меньше, а макулатуры собирал вдвое больше. Всегда вовремя платили зарплату — это святое. Организовали для работников полевую кухню и общежитие.
Я пытался одновременно и собирать мусор, и сортировать его, и чистить, и перерабатывать, и превращать в какой-то товар. Все испробовал. Наигрался. Денег это не принесло.

Китайцы меня научили, что все это разные бизнесы: собрать мусор — это один бизнес, отсортировать и переработать — другой. У каждого свой менеджмент и своя реклама. С тех пор, как я решил, что занимаюсь чем-то одним, стал только привозить и сортировать, все стало получаться. Когда занимаешь свое место в жизни, сразу все становится на свои места».

Рекомендации
Посмотреть
Второй сезон реалити-шоу «Аркуда» о выживании в хабаровской тайге. Первая серия тут.
Как добраться
В Комсомольск-на-Амуре летают самолеты из Хабаровска, билет стоит около 3 тысяч рублей. До Хабаровска можно долететь из Москвы. Также из Москвы можно долететь до Владивостока, а оттуда доехать до Комсомольска-на-Амуре за сутки на поезде. Билет в купе стоит от 2 тысяч рублей.
Зачем ехать
В Комсомольске-на-Амуре сохранился Силинский лес — 50 гектаров нетронутой уссурийской тайги — и несколько памятников архитектуры сталинской эпохи. Многие местные достопримечательности находятся за пределами Комсомольска. В 37 километрах от города Болоньский заповедник, где можно увидеть редких аистов, в 60 километрах — горное озеро Амут с ледяной водой, а в 134-х — памятник природы «Амурские столбы»: скалы, напоминающие древних идолов.

«Квинтэссенция всего хорошего, что было в СССР»
Монологи строителей БАМа
ЧИТАТЬ
«Такой тайги нет больше нигде»
Тайшет: как живет самый западный город БАМа
ЧИТАТЬ
«Соленое озеро и прыжки в Лену в Усть-Куте»
Как живет старейший город БАМа
ЧИТАТЬ
«Молодежь уезжает в большие города, но возвращается обратно»
Нетипичный малый город Северобайкальск
ЧИТАТЬ
«Железнодорожники, золотари и бюджетники»
Чем живет бамовский поселок Таксимо
ЧИТАТЬ
«Ледник и пустыня за один день»
Что посмотреть в Новой Чаре
ЧИТАТЬ
«Ты к нам приехал — значит, друг»
Путешествие в Нерюнгри, угольный край
ЧИТАТЬ
«Мерзлотка, пожарные поезда и вокзал-птица»
Главные слова Тынды, столицы БАМа
ЧИТАТЬ
«Амур — анклав осколков азиатских цивилизаций»
Как живет Комсомольск-на-Амуре, крупнейший город БАМа
ЧИТАТЬ
«Крабов ловят руками, а креветок — сачком»
Как живет Советская Гавань, последний город БАМа
ЧИТАТЬ
Текст: Евгения Соколовская
Выпускающий редактор: Татьяна Почуева, Юлия Любимова
Корректор: Наталья Сафонова
Фотографии: Кирилл Пономарев
Продюсер: Кристина Логвина
© All Right Reserved.
Snob
dear.editor@snob.ru