Франциско Инфантэ начал в начале 1960-х, а последние работы тульской экспозиции датированы 2025 годом. Всё это время он занят одним сюжетом: как сделать бесконечность видимой. Сам он описывает это коротко — главным импульсом для него стало «переживание бесконечности, а затем тайны мира». Из этого выросли графика, кинетические объекты с моторами, зеркала в пейзаже и фотография.
Ретроспективу собрали Галерея «Веретьево» и Галерея Объединённого института ядерных исследований, впервые выставку показали в наукограде Дубна. Куратор — Ирина Горлова, до этого она возглавляла отдел новейших течений Третьяковской галереи. В Туле выставку развернули на втором этаже Музея станка творческого индустриального кластера «Октава».
Летом 1963 года двадцатилетний Инфантэ приехал на Кавказ, в местечко Лоу, где отдыхала его будущая жена и соавтор Нонна Горюнова. Они ночевали на берегу, слушали море и смотрели наверх. Тогда он и вообразил небесный свод, на котором звёзды складываются в геометрические фигуры, сделал несколько зарисовок и назвал их «Космос кабалистики». Вернулся к идее через два года и нарисовал больше ста «проектов реконструкции звёздного неба». Работал в комнате коммуналки на Фрунзенской набережной, которую превратил в мастерскую: деревья из сквера перед домом доставали до его пятого этажа, и эту графику веток на фоне светлеющего неба он срисовывал с натуры. То есть космос в этих листах собран из московского сквера за окном.
Логика тут менее безумная, чем кажется. Вселенная расширяется, звёзды разлетаются, свет многих из них идёт к нам от объектов, которых давно нет. Инфантэ считает, что рядом с такими реальными чудесами есть место и «концептуальному чуду» — сознанию, которое видит небо расчерченным на фигуры. Слова «концепция» применительно к искусству в 1963–1967 годах ещё не употребляли, но занимался он именно ею.
Вторая обязательная точка маршрута — объект «Пространство, движение, бесконечность». Инфантэ сделал его в двадцать лет: три металлических каркаса разного размера, между ними натянуты нити, дающие эффект объёмного рисунка. Прямая отсылка к «Линейным конструкциям» Наума Габо; о нём молодой художник узнал в начале 1960-х от Алексея Певзнера, родного брата Габо, жившего в Москве, и потом разглядывал работы в альбомах. В 1965 году Инфантэ приделал к конструкции мотор и вставил лампочки в узловые точки каркаса. Концентрические объёмы пришли в движение, световые линии наложились друг на друга — получилась модель мерцающей звёздной системы.
