Мстёра до Свомас: иконописная слобода

Первые письменные упоминания о Мстёре относятся к XVI–XVII столетиям. Так, в духовной грамоте князя Ивана Васильевича Ромодановского, датированной 1521 годом, упоминаются родовые земли, расположенные между реками Мстёра и Тара — притоками Клязьмы.

В наши дни Мстёра широко известна как один из крупнейших центров русской иконописи. Достоверные сведения о развитии иконописного ремесла в Богоявленской слободе — именно так до XIX века называлась Мстёра — относятся к XVIII веку. Первые мастера-иконописцы упоминаются в документах 1710 года. Также есть сведения, что в 1718 году трое художников из слободы были приглашены в Москву для росписи домовой церкви княгини Анастасии Борисовны Ромодановской, а спустя два десятилетия число приглашённых мастеров увеличилось до 32 человек.

К концу XIX века Мстёра превратилась в крупнейший иконописный центр страны. В слободе действовали 32 мастерские, где трудилось около 800 живописцев, при том что население насчитывало менее четырёх тысяч жителей. Практически всё население было связано с художественными промыслами: помимо иконописцев здесь работали чеканщики, мастера по золочению и изготовлению киотов, а женщины занимались вышивкой белой гладью. На фотографиях, представленных на выставке, можно увидеть панорамы Мстёры начала XX века и её жителей, занятых этими традиционными ремёслами.

Реформа 1918 года: Ольга Розанова и замысел Свободных мастерских

Ольга Розанова (1886–1918) вошла в историю как одна из крупнейших представительниц русского авангарда, изобретательница цветописи. Её картина «Зелёная полоса» — признанный шедевр абстракционизма. Однако важной частью её биографии стало назначение в 1918 году на должность заведующей подотделом художественной промышленности отдела ИЗО Наркомпроса, где она занялась реформированием художественного образования в новом государстве рабочих и крестьян.

Совместно со своим помощником Александром Родченко она готовила реформу центров во Мстёре, Богородске и Иваново — традиционных очагов иконописи, резьбы и текстиля. Согласно плану художников авангарда, именно в таких местах следовало создавать учебные заведения нового типа — Свободные мастерские, основанные на отказе от академической иерархии, свободе выбора преподавателя и ориентации на новый эстетический язык искусства.

В ноябре 1918 года Ольга Розанова отправилась инспектировать процесс реорганизации Мстёрской иконописной школы. Но эта поездка оказалась для неё роковой: в пути она заразилась дифтеритом и скоропостижно скончалась в Москве 7 ноября.

Фёдор Модоров: от иконописной школы к первым Свомас

С 1889 года в Мстёре работала иконописная школа, учеником которой был Фёдор Модоров (1890–1967), один из будущих создателей и руководителей Мстёрских Свомас. Он окончил школу в 1906 году и уехал в Москву, где работал подмастерьем в мастерских своих земляков, иконописцев-реставраторов, и как вольнослушатель посещал Училище живописи, ваяния и зодчества.

От этого периода творчества Модорова осталось лишь несколько работ, среди них представленные на выставке иконы «Спас Недреманное Око» и «Взбранной Воеводе» начала ХХ века. «Спас Недреманное Око» является редкой иконографической композицией: Христос Отрок, почивающий на ложе с открытыми глазами, возле которого сидит Богородица. Красная ткань, на которой лежит Христос, и поза Богоматери акцентируют жертвенный аспект композиции и символизируют грядущие страдания Спасителя. Интересно, что данный сюжет чаще встречается в храмовых росписях, нежели в иконописи.

Именно с Модоровым связан первый этап истории Мстёрских Свомас. Как выпускник местной иконописной школы и художник, получивший опыт в Москве, он оказался фигурой, соединявшей старую мстёрскую tradition и новую систему художественного образования. В первые годы существования мастерских эта связь была особенно важна: Свомас не столько отрицали местную художественную школу, сколько пытались переопределить её в условиях новой культурной политики.

Авангардисты, ЛЕФ и ВХУТЕМАС

После ухода Фёдора Модорова в 1922 году с поста руководителя образовательную политику в Мстёре определяли художники, тесно связанные с Левым фронтом искусств (ЛЕФ). Они углубили кооперацию с главным художественным вузом страны, превратив провинциальное учебное заведение, по сути, в «подготовительное отделение» ВХУТЕМАСа-ВХУТЕИНа. Одной из центральных фигур был Виктор Пальмов (1888–1929), а рупором его лефовских идей недолго был самодеятельный орган «Искусство и жизнь». В октябре 1925 года руководство Мстёрской опытно-показательной станции решило выпускать два новых издания: серьёзный журнал «Искусство в труд», публиковавший только статьи педагогов, и их совместный с учениками журнал «Искусство». Они печатались на стеклографе — приборе, похожем на печатную машинку со специальной литографской лентой. В Мстёрском художественном музее благодаря одной из старейших сотрудниц — Галине Николаевне Дугиной — уцелели четыре экземпляра этой уникальной «периодики». Мстёрские издания, выходившие с мая 1926 года, адресовались к своей аудитории и к местному населению. Они содержали политические статьи, воспоминания, публикации по истории искусства и художественных промыслов о прошлом Мстёры. Художники были активными авторами и участвовали в оформлении.

Сергей Светлов и «Мстёрский альбом»

В период руководства мастерскими Виктором Пальмовым одним из преподавателей во Мстёре был Сергей Светлов (1900–1966). О нём известно не так много: с 1911 по 1917 год он учился в Строгановском центральном художественно-промышленном училище, был членом Общества молодых художников (ОБМОХУ), а до появления в Мстёре в 1924 году работал в Свомас Переславля-Залесского.

Долгое время из художественного наследия Светлова были известны лишь две картины — «Композиция с часовым» (1920) и «Мост» (1921), хранящиеся в собрании Русского музея. Но так было до открытия альбома с фотографиями и миниатюрными репродукциями собственных работ, который Светлов собирал во Мстёре с 1924 по 1929 год, — так называемого «Мстёрского альбома».

Он был найден в США галеристом и коллекционером Ильдаром Галеевым и впервые экспонируется на выставке. Альбом — своеобразное портфолио, которое раскрывает Светлова как необычайно талантливого художника, по стилю тяготеющего скорее к сюрреализму. На выставке посетители могут познакомиться с альбомом в цифровом формате, где представлены все его развороты.

От иконописи к лаковой миниатюре

Под руководством ещё одного художника авангарда, ученика Татлина — Виктора Киселёва — в Мстёре работала живописно-малярная мастерская, претендовавшая на то, чтобы создать некие творческие ориентиры для местной ремесленно-кустарной среды. Ученики Киселёва в основном занимались росписью различных деревянных изделий. Вероятно, две шкатулки-платочницы 1925 года как раз и являются образцами их деятельности. Они отражают переходный этап в истории мстёрских промыслов, когда бывшие иконописцы осваивали новые формы декоративного искусства на фоне упадка вековой традиции, и ту роль, которую взяли на себя художники-преподаватели Мстёрской коммуны в отношении местного сообщества.

В росписи ещё заметны черты иконописной художественной школы: тонкий рисунок, плавность линий, декоративность пейзажа и тщательная проработка деталей. Одновременно произведения наполнены новым по духу, советским содержанием. Подобные сюжеты были близки массовому зрителю и соответствовали художественной политике 1920-х годов, стремившейся соединить народное искусство с актуальными сюжетами и смыслями.

Эти экспонаты демонстрируют, как в условиях Свомас мастера Мстёры сумели сохранить выразительность иконописного письма, но адаптировали её к новым реалиям. Подобные предметы стали основой знаменитой мстёрской лаковой миниатюры — одной из визитных карточек русского декоративно-прикладного искусства XX века.

Подготовила Мария Юдина