GettyImages-cgo043.jpg

Катерина Мурашова

«Мы все умрем» или «с чего ты это взял»? Как говорить с детьми о смерти

Редакционный материал

Взрослые считают, что тема смерти слишком тяжела, и стараются избегать ее при общении с ребенком. Почему не стоит этого делать, объясняет семейный психолог и писатель Катерина Мурашова

21 Декабрь 2017 11:41

Забрать себе

Когда моему сыну было лет пять или шесть и он жил с бабушкой на даче (я работала и приезжала на выходные), нам на участок кто-то подбросил большого рыжего хомяка. Хомяк очевидно был стар, к тому же у него была опухоль.

— Мы ведь возьмем его? — с надеждой спросил меня сын.

— Ну разумеется, — пожала плечами я. — Он не может жить самостоятельно.

Хомяка поселили в старом аквариуме, он был совершенно ручной, вполне освоился, ел с аппетитом. Мой сын и соседский мальчик Дима (чуть постарше моего сына) назвали его Аркадием, прилежно ухаживали за ним и выпускали гулять на травку. Мой Сеня животных просто любил, а вот у Димы был отчетливый естественно-научный интерес — он собирал жуков в коробочки, ловил в пруду головастиков и держал их в банках… Меж тем опухоль у хомяка увеличивалась.

Моя мама говорила с тревогой:

— Катя, ты же видишь, он больной — он скоро умрет. А дети к нему привязались. Что же делать?

— А что мы, собственно, можем сделать? — удивлялась я. — Оперировать старого хомяка бессмысленно. Он уже прожил свою хомячью жизнь. Грызуны в неволе, как правило, умирают от новообразований. Я, наверное, тебя не понимаю…

— Но ведь у Сенечки с Димой будет такой стресс, когда он умрет!

— Ну, будет, — я опять пожала плечами. — И что? Какие-то сволочи этого хомяка, видимо, и выбросили, когда он стал болен и не нужен, чтобы «не травмировать» своих детишек зрелищем больного и умирающего зверька. Помоги им бог, когда они сами станут больными, старыми и ненужными. Но Аркадию повезло: он опять любим и за ним ухаживают. Мы же не станем уподобляться его прежним хозяевам?

— Ну, не знаю, — протянула мама. — Тут надо как-то подумать… Все-таки дети еще слишком маленькие.

Где-то спустя месяц хомяк Аркадий скончался.

«Я его ночью закопала в лесополосе и камнем привалила, чтобы кошки с собаками не раскопали. А детям сказала, что он отправился в путешествие, чтобы они не расстраивались»

Я была в городе, мама позвонила мне из телефона-автомата и свистящим шепотом сказала:

— Я его ночью закопала в лесополосе и камнем привалила, чтобы кошки с собаками не раскопали. А детям сказала, что он отправился в путешествие, чтобы они не расстраивались. Они, правда, все равно расстроились. Но ты им тоже ничего не говори. А иначе это будет настоящая психологическая травма — Сенечка у нас такой чувствительный.

— О господи! — только и сказала я.

Когда я приехала на дачу, сын сразу подбежал ко мне:

— Мама, мама, а у нас Аркадий пропал! Бабушка говорит, что он отправился в путешествие!... Но, мама, я как-то сомневаюсь. Зачем ему? Он же был уже старый и больной, и эта опухоль. Он ел хорошо, но ходил-то уже с трудом. И когда мы его выпускали, он просто на солнышке устраивался и лежал. Мама, зачем ему путешествовать?

— А что ты сам думаешь? — спросила я, не зная, как вести себя дальше.

— Мы с Димой думаем, что он умер, — грустно сказал сын. — А бабушка нам не сказала, чтобы мы не переживали.

Я вздохнула с облегчением.

— Да, — сказала я. — Аркадий действительно умер. Это печально, но он прожил хорошую и длинную хомячью жизнь. Он был добрый, умный и красивый, и таким мы и будем его вспоминать… Но бабушке ничего не скажем, хорошо?

— Да, конечно, — легко согласился сын и убежал играть.

Я решила, что на этом история хомяка Аркадия благополучно завершилась. Но не тут-то было!

«Как говорить с детьми о смерти?» надо переформулировать в «Как нам говорить о смерти с самими собой?». И тогда все сразу встанет по своим местам

На следующий день Дима и Сеня подошли ко мне и стояли, переминаясь с ноги на ногу. В конце концов Дима толкнул Сенечку («Твоя же мама, ты и говори!»), и я услышала следующее:

— Мам, мы это… а где бабушка Аркадия похоронила?... Нам бы посмотреть… Дима вот… Мы никогда мертвых хомяков не видели… интересно же.

— О господи! — сказала я еще раз и твердо заверила мальчиков в том, что не имею ни малейшего понятия, где именно упокоился Аркадий, и спрашивать об этом у бабушки тоже не стану. А свой интерес к мертвым хомякам им придется удовлетворить как-нибудь в другой раз.

Мальчики покивали и ушли. Кажется, именно такого ответа они и ожидали. Но стоило ведь и спросить!

Вообще говоря, не существует вопроса, вынесенного в заголовок этого текста. «Как говорить с детьми о смерти?» надо переформулировать в «Как нам говорить о смерти с самими собой?». И тогда все сразу встанет по своим местам.

Смерть — это естественная часть нашего мироустройства. Жизни без смерти не существует, и обратное утверждение также верно.

Животные, по всей видимости, не осознают своей собственной и всеобщей смертности. Любого человека в возрасте приблизительно от четырех до семи лет, как правило, по какому-то конкретному поводу настигает мысль: «Когда-нибудь мама умрет! И я умру. И все люди умрут…»

На этом этапе ребенку нужна помощь взрослого, лучше близкого. Еще лучше — матери.

Оказать такую помощь достаточно легко. При этом нужно соблюдать единственное условие: у разговаривающего с ребенком человека должна быть отчетливая, собственная, все равно какая по содержанию точка зрения. То есть до того, как состоится ваш разговор с ребенком о смерти, вы должны (возможно, неоднократно) поговорить о смерти с самим собой. Вписать смерть в собственную картину мира, и уже исходя из этого (совершенно неважно, кто вы при этом — атеист, православный христианин, буддист, агностик и т. д.) научиться не шарахаться от ее постоянного присутствия в нашей жизни.

Неважно, что именно вы будете объяснять ребенку — про прорастание травкой или игру в раю на арфе, — важно, чтобы вы сами так думали, и это казалось вам естественным и правильным мироустройством.

Если родитель договорился на эту тему сам с собой, то даже самый маленький ребенок (мне доводилось видеть детей, подошедших к этому экзистенциальному порогу в неполных четыре года, хотя чаще это происходит все-таки позже), воспользовавшись природным механизмом имитации, легко и быстро решит стоящую перед ним важную возрастную задачу.

Вот открывшийся мне кошмар: все люди, оказывается, умирают! А мама в курсе? Да, в курсе. Она спокойна по этому поводу? Считает это естественным? Ну ладно, значит, и мне нечего бояться. Все в порядке, все идет по плану.

Единственный плохой ответ на закономерный вопрос ребенка: «Мама, а ты умрешь?» — это испуганный вопль родителя: «Да что ты такое говоришь?! С чего ты это вообще взял?!»

Дети приходят в мир с готовностью принять все, что в нем есть. В том числе и вечный круговорот жизни и смерти

Тут ребенок понимает: она знает, и она (большая, умная, сильная) ужасно боится. Значит, мне (маленькому, слабому) надо бояться еще больше. А говорить об этом нельзя ни в коем случае!

Сказано — сделано: дальше ребенок боится еще больше, а говорить перестает совсем. Стоит ли объяснять, насколько это неконструктивно?

Успешно прошедший вышеописанный этап ребенок идет дальше и начинает выстраивать свои отношения с то и дело встречающейся на его пути смертью, как и со всеми прочими явлениями этого мира. Что нужно делать при встрече со смертью? Какие ритуалы соблюдать? Чего нельзя делать ни в коем случае? Как и сколько нужно горевать? С кем и как можно говорить об этом? Чего говорить не стоит? Можно ли радоваться смерти врага? Что приводит к смерти?

Все это — нормальная исследовательская программа по очень важному вопросу. Здесь опять же родители должны ребенку помочь, отвечая и информируя уже конкретно.

Например, у нас скончался близкий человек — мы будем делать то-то и то-то (конкретика зависит от мировоззрения членов семьи, от обстоятельств и т. д.). Ребенок понимает: смерть — это не прекращение жизни, это ее продолжение в той или иной форме (память, ритуалы, загробное существование, метемпсихоз и что там еще может породить человеческая фантазия).

Смерть как чужая трагедия (землетрясение унесло жизни тысяч человек на другой стороне земного шара, ребенок посмотрел передачу по телевизору и теперь в ужасе) тоже обсуждается. Да, люди погибли. Да, это трагедия. Да, по сравнению с могучими силами природы наши возможности пока что очень так себе. Можно подробно ответить на вопросы ребенка о конкретной профилактике: сейсмоопасный ли у вас район, и если да, то соблюдение каких конкретно правил может повысить личные шансы на выживание. Убедитесь, что ребенок все понял и запомнил. Уверьте его, что вы тоже знаете эти правила и непременно выполните их, если придется. Да, от смерти никому не уйти, но мы сделаем все, чтобы подольше сохранить жизнь. И давай пожертвуем немного денег для тех людей, которые выжили после того землетрясения, но остались без крова или нуждаются в лечении. Ты готов пожертвовать из своей копилки? Это очень достойно. Но я, конечно, тоже добавлю. Там в телевизоре были реквизиты? Нет? Ну тогда, я думаю, мы легко найдем их в интернете, я уверена, сейчас миллионы людей по всему земному шару переводят деньги на эти счета… То есть все то же, что и выше: родители знают, они опечалены, но не в панике, мы предпринимаем конкретные действия по поводу случившегося, жизнь продолжается.

Наши дети приходят в мир с готовностью принять все, что в нем есть. В том числе и вечный круговорот жизни и смерти. Если вы сами его принимаете на основе системного мышления (повторюсь, система при этом может быть любой) и готовы делиться и разговаривать об этом с детьми, то и у ваших детей с этим не будет существенных проблем.

Хорошим поводом к семейному разговору на сложные, но важные темы может стать просмотр спектакля «Синяя синяя птица» в новой постановке Театра наций.

 

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме

Читайте также

Как говорить о том, чего одинаково боятся и взрослые, и дети
Иногда помощь во взрослении приходит необычным образом и оттуда, откуда ее совсем не ждали

Новости партнеров

Глядя на ребенка, уже, кажется, невозможно не думать о том, где он хранит свою веревку и не пропадало ли в доме мыло
Наша школа была самой новой в селе. Её построили в конце 70-ых годов и перевели туда часть детей, живших на окраине. Раньше…
Спецпроект, посвященный лучшим молодым фильмам, продолжает буги на костях — провокационная анимация Антона Дьякова
13 комментариев
Сергей Кравчук

Сергей Кравчук

Правильно, детям родители всегда должны стараться говорить правду. Также  важно не забивать мозг сказками про загробную жизнь, в которую потом начинают верить многие взрослые.

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Сергей КравчукСергей Кравчук, Сергей, не согласна. Если родитель сам верит в то, что их собака после смерти родится официантом или что бабушка сейчас сидит одесную господа и играет на арфе, то именно так и нужно сказать пятилетнему ребенку, который пришел с вопросами о собаке и бабушке.

Борис  Цейтлин

Борис Цейтлин

Пост Вы истолковали превратно. Речь у автора о том, чтобы детям изложить свою картину мира. Правда же на этот счет никому достоверно не известна.

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Борис Цейтлин, Борис, но многие люди думают что правда по этому важному вопросу известна именно им ;))

Екатерина Шашкина

Екатерина Шашкина

При текущих темпах развития науки

Жить можно столько, сколько захочется.

Начинайте перестраивать свой мозг в первую очередь.

А дети разберутся сами, у них мозги не заскорузлые.

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Екатерина Шашкина, Екатерина, в каком смысле «разберутся»? Пятилетний ребенок, впервые встретившийся с бездной всеобщей смертности нмв нуждается в поддержке близких.

Екатерина Шашкина

Екатерина Шашкина

Всеобщей смертности?

Катерина Мурашова, Вы прочитали мой комментарий?

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Екатерина Шашкина, Гм. Прочитала, но возможно не поняла.

Екатерина Шашкина

Екатерина Шашкина

Через пару-тройку десятков лет

Катерина Мурашова, вы сможете жить, пока не надоест. Подготовьтесь уже :)

И не забивайте голову детям устаревшей информацией. Лучше разъяснить им ценность здорового образа жизни.

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Екатерина Шашкина, а, теперь поняла, откуда ветер дует. Но поскольку я все-таки биолог по базовому образованию, вижу все несколько иначе.

Сергей Кравчук

Сергей Кравчук

Катерина Мурашова, у меня уже был период объяснения сыну смерти, довольно затяжной. Все ему честно рассказывал, что каждый когда-нибудь умрет, и я, и мама, и он тоже. Конечно же не я сам начал рассказывать, а после того как он дошел в расспросах до этих пунктов, потому что я его стараюсь никогда не обманывать и говорить правду. Потом начались детские страдания. Несколько дней он мне рассказывал, что он не хочет, чтобы мы с мамой умирали. Мама меня тоже уже достала своими претензиями, что нельзя ребенку всю правду говорить. Но потом как то успокоилось все. Закончилось тем, что таки пришлось соврать в конце, когда он начал мне несколько раз просить, чтобы я нашел лекарство от смерти, я ему сказал, что найду, когда он уже вырастит. Думаю, в будущем, если я доживу до момента, когда надо будет отвечать за базар, можно будет что-нибудь еще придумать, типа тех ухищрений, которые вы написали - о памяти, ритуалах, но категорически кроме загробной жизни.

Катерина Мурашова

Катерина Мурашова

Сергей Кравчук, Сергей, а почему «ухищрений”-то? Если я правильно понимаю, Вы - последовательный материалист и атеист. И Вас это Ваше мировоззрение устраивает. Это значит, что для себя проблему всеобщей смертности Вы как-то решили, она для Вас «вписана в картинку», и отнюдь мира не портит. А почему было вот этим опытом честно с ребенком не поделиться?

Сергей Кравчук

Сергей Кравчук

Да, возможно, если бы доставал меня дальше с расспросами, то пришлось бы и свои мировоззрения выкладывать. Но пока притихло все на время, возможно он себе уже свое мировоззрение придумал. А может быть мама уже пособила, она у меня верующая, и сказка про боженьку прокатила. Потом видно будет.

Хотите это обсудить?

Войти Зарегистрироваться