Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube
Шоу Сноба на Youtube Шоу Сноба на Youtube
Все новости

big.jpg

«Пятиэтажки нужно сносить». Испанский архитектор о жизни в Москве

Редакционный материал
Густаво Гонсалвес, испанский архитектор с уругвайскими корнями, — о разном восприятии времени русскими и европейцами, безопасности в Москве, «хрустальных» детях и о футболе
16 февраля 2018 16:34

О переезде в Россию и работе с русскими заказчиками

Я работал главным архитектором в студии в Коста-Браве, недалеко от Барселоны, когда встретился с моей будущей русской женой, прилетевшей сюда на отдых. Несколько лет наши отношения продолжались на расстоянии: я не мог оставить работу в Испании, а она — семью в России. Русские женщины очень красивы — это я уже знал, но то, что они терпеливы и умны, я понял, когда моя жена на протяжении шести месяцев помогала мне оформлять документы о разрешении на работу и переезд по всем международным и российским инстанциям. Один бы я не справился.

Первые русские, которые приезжали в Испанию в конце 90-х, заказывали «классику», под которой подразумевалась лишь помпезная пародия на нее. Сейчас архитектурные вкусы заказчиков из России заметно улучшились. В работе с русскими особенно остро чувствуется разница в восприятии времени. У них есть стремление сделать все быстро, не задумываясь о последствиях. В итоге на работу времени уходит больше, чем планировалось. Например, договариваемся с заказчиком, он говорит: «Мы хотим выполнить все работы за две недели». Я начинаю ему объяснять, что в такие короткие сроки невозможно сделать хороший проект, и по его лицу уже понимаю, о чем он думает: «Это просто ленивый испанец, он делает все медленно». И только когда начинается строительство, заказчик понимает, что этот «ленивый испанец» все-таки был прав, что времени требуется больше. Встречаются русские, которые после обсуждения деталей проекта исчезают на месяц, а потом внезапно звонят: «Архитектор, завтра начинаем!» У них почему-то не возникает мысли, что архитектор завтра может быть занят. К этому очень сложно привыкнуть. Одним из моих первых заказов в Москве был проект ресторана, площадью около 200 метров. Работы шли каждую неделю, но по 2–3 часа. Строительство было завершено спустя полтора года. Такое представить в Европе просто невозможно.

Об архитектуре и безопасности в Москве

Москва сильно меняется на протяжении последних семи лет, что я здесь живу. Город растет, но я не чувствую себя уютно в мегаполисах, где больше миллиона человек. Конечно, пятиэтажки нужно сносить, но, если бы я мог, я бы строил новые здания на той же высоте. Проблема маленьких городов России — в отсутствии вариативности в архитектурных решениях градостроительства. Даже в Москве есть районы, где все здания однотипные, а в небольших городах это чувствуется еще сильнее, когда ты идешь по улице, а одно здание повторяется тысячу раз. Несколько лет назад я работал над проектом жилого и гостиничного комплекса в Олимпийской деревне в Сочи. На 30 корпусов, которые мы должны были построить, было утверждено всего два варианта дизайна.

В Москве слишком много камер видеонаблюдения: когда задумываюсь об этом, становится не по себе. Но, с другой стороны, мы с моими коллегами из Европы сходимся во мнении, что в Москве очень безопасно. Красивая девушка совершенно спокойно может идти по улице в 12 часов ночи. В центре Мадрида или Барселоны такая прогулка в позднее время закончилась бы печально. Часто сами русские говорят: «Москва — большой город, тут опасно». С этим я не согласен. Поверьте, мне есть с чем сравнивать, я видел, что происходит в Бразилии и США.

О воспитании детей и системе образования

В России дети словно «хрустальные». У меня есть десятилетняя дочь, и когда мы с ней гуляем, нередко наблюдаем такую картину: если ребенок на детской площадке куда-то лезет, родители тут же бросаются к нему, если ребенок чихает — его срочно нужно укутать. Разумеется, здесь другая природа, суровый климат. Но мы в Испании относимся к вопросу воспитания спокойнее: ну, падает ребенок — пусть падает. Конечно, он будет падать, это же ребенок. А здесь родители стремятся контролировать детей во всем, оберегать их. В одной из песен Стинга есть слова: «Я надеюсь, русские тоже любят своих детей». И это правда: русские очень любят своих детей. Просто по-своему. А вот в московских школах сейчас слишком много нагрузки по всем предметам. Так нельзя, ведь у детей же тоже есть лимит психологического и физического здоровья. Я вижу, что моя дочь приходит из школы очень уставшая. Система образования в России больше похожа на соревнование между преподавателями, кто больше нагрузит своих учеников.

О социальном расслоении общества и русских водителях

Социальное неравенство и некоторые особенности российского менталитета все еще остаются для меня непонятными. Как объяснить моей дочери, почему по ночам пьяные люди проводят время на детской площадке, на которой мы с ней гуляем днем? Или почему ветеран войны, инвалид вынужден просить милостыню в метро, в то время как по дорогам столицы ездит такое количество автомобилей класса люкс, которого нет ни в одной европейской стране?

Агрессия москвичей чувствуется на дорогах — водят слишком быстро. В Испании есть очень сильная социальная реклама. Каждый понедельник обновляется статистика по количеству людей, погибших в дорожных происшествиях, например, «за эти выходные в автомобильных авариях погибло 30 человек». Не знаю, ведется ли подсчет жертв в России, но мне кажется, что тут статистика была бы более пугающей. Забавляет, и одновременно приводит в замешательство отношение к поворотникам у русских. Если в Испании водитель включает поворотник, это значит «я буду поворачивать», если в Москве — «я уже повернул».

Об отношении к футболу и перспективах России на ЧМ-2018

Я из Уругвая, так что для нас увлечение футболом — национальная черта. Я иду на все матчи чемпионата мира 2018, которые будут в Москве. Интересно будет посмотреть на игру Россия — Уругвай. У русских в отношении этого вида спорта есть любопытная черта: с одной стороны, они говорят, что в стране нет футбола, а с другой — всегда кричат «мы будем чемпионами». Испанцы более последовательны и реалистичны в этом смысле. Они говорят: «Мы плохо играем, не проходим дальше четвертьфинала, проигрываем Германии», но ровно до того момента, когда одерживают победу. Я не согласен, что в России «нет футбола», просто сейчас не лучшее время, профессиональный уровень сильно упал. И тем не менее в 70–80-х годах у вас была отличная команда. Я не думаю, что у России на этом чемпионате будет много возможностей проявить себя с неожиданной стороны, но допускаю мысль, что ваша команда сыграет хорошо. Как это называется — чудо?

Записала Мария Тюмерина

Поддержать лого сноб
0 комментариев
Зарегистрироваться или Войти, чтобы оставить комментарий
Читайте также
В разгар прений на тему «До чего же в Москве все плохо» редакция «Сноба» решила напомнить, что мы живем в красивом городе, и составила лонг-лист московских зданий, которыми можно гордиться
Антон Кальгаев
Главная тема Moscow Urban Forum-2017, открывшегося на этой неделе при поддержке «Сноба», — развитие агломераций, в число которых входит и Москва. В развитии и изменении облика российской столицы большую роль сыграли иностранные архитекторы и дизайн-бюро. Центры современного искусства, гостиницы, музеи, кампусы, бизнес-центры, фабрики, театры и университеты — какие видные сооружения в Москве были созданы иностранцами?
В России, где ремесленное производство и малый бизнес — всегда риск, куда прибыльнее и безопаснее пилить бюджеты, чем взять в руки настоящую пилу и открыть свое предприятие. Но наши герои — архитектор, полиграфический дизайнер и инженер — все-таки рискнули