Иллюстрация: Александр Дейнека / РИА Новости

RIAN_83845.HR.ru.jpg

Иллюстрация: Александр Дейнека / РИА Новости

Космонавт Юрий Батурин: Проблемы в отрасли — частный случай общей деградации

Редакционный материал

Советник президента Ельцина по вопросам национальной безопасности, член-корреспондент РАН, летчик-космонавт и герой России Юрий Батурин предлагает «Снобу» свою версию аварии «Союза» и говорит о главных причинах кризиса в российской космической отрасли. Мы также публикуем отрывок из книги Юрия Батурина «Властелины бесконечности. Космонавт о профессии и судьбе», вышедшей летом 2018 года в издательстве «Альпина паблишер», в которой автор рассказывает о нештатных ситуациях и авариях в космосе

12 Октябрь 2018 10:51

Забрать себе

Что произошло 11 октября? Стартовавший к Международной космической станции экипаж не смог долететь до космоса. Это очень серьезный инцидент — сорвано задание, поставленное перед экипажем. Разумеется, случившееся потребует принятия определенных мер. Придется как минимум перестраивать режим работы МКС. Ведь количество членов экипажа теперь будет меньше, а сроки их пребывания в космосе могут измениться.

Полеты в космос до сих пор остаются ответственным и, как мы в очередной раз убедились, опасным предприятием. Об этом следует помнить тем, кто считает, что полеты на орбиту превратились в легкую прогулку. К сожалению, это далеко не так. Люди, которые садятся в космический корабль, всегда идут на смертельный риск. Какие-то внештатные ситуации происходят в каждом полете. Если прийти на разбор полета, которые проводятся после каждого возвращения экипажа на землю, можно узнать о целом перечне непростых ситуаций, требующих анализа специалистов. Однако обычно такие «тонкости» не интересуют широкую публику.

Оценивая случившееся вчера, прежде всего хочу отметить, насколько надежна ракета-носитель типа «Союз». В ее конструкции предусмотрено все. Аварийная система ракеты уже не в первый раз спасает жизни экипажам. 26 сентября 1983 года за 1,2 секунды до старта запущенная аварийная система увела капсулу экипажа с Геннадием Стрекаловым и Владимиром Титовым от взрывающейся ракеты. Еще раньше, в 1975 году, во время запуска экипажа Василия Лазарева и Олега Макарова на «Союзе» отказали двигатели третьей ступени. И тогда автоматика тоже спасла экипаж.

Сейчас двигатели отказали на второй ступени. И мы снова видим, что экипаж благополучно приземлился и жив. Конечно, никакая техника не может быть надежной на 100 процентов, но в данном случае мы говорим об очень надежной системе.

За десятилетия, прошедшие с отмены ГОСТов, с производства ушли профессионалы, прошедшие старую школу. Кроме того, изменилась система ценностей. На первом месте теперь рубль, и он определяет все

Насколько я могу понять, двигатели отказали на высоте чуть более 50 километров. За несколько секунд до набора этой высоты система аварийного спасения сбросила собственную основную двигательную установку, поскольку тут безопасно срабатывает парашютная система. Кроме того, запускается управляющий двигатель, который уводит корабль от аварийной ступени ракеты, — словом, все произошло именно так, как и должно было произойти в подобной ситуации.

Как такая авария могла случиться в принципе? Если искать корни нынешнего печального положения в российской космической отрасли, то копать придется глубоко. В 1990-е у нас было принято критиковать советское наследие и пытаться от него избавиться. Именно тогда был принят закон о техническом регулировании, который отменил все советские ГОСТы. Взамен предлагалось вводить новые стандарты, которые утверждались бы законом. Но, поскольку новые государственные стандарты так и не были приняты, вопрос остался в руках производителей. Именно это привело к деградации всей нашей технической сферы — космическая отрасль лишь частный случай. Теперь производители сами пишут себе тот стандарт, который им удобен. Старые советские ГОСТы, в том числе для космической отрасли, сохранились, есть они и для «Союзов». Только соблюдать такой стандарт теперь не обязательно. И это немедленно снизило надежность всей техники. Обрушение происходило не одномоментно. Просто за десятилетия, прошедшие с отмены ГОСТов, из производства ушли профессионалы, прошедшие старую школу. Зачастую их сознательно снимали с руководящих постов. Те, кто пришли им на смену, уже не умеют так работать. Кроме того, изменилась система ценностей. На первом месте теперь рубль, и он определяет все. У родоначальника советской космической отрасли Сергея Павловича Королева когда-то было правило: если ты сделал что-то не так — приди и доложи! Так быстрее найти ошибку. И за такой доклад никогда никого не наказывали. А теперь никто не будет сообщать о своих промахах. Ведь за это могут, например, лишить премии в размере 2 тысяч рублей. И так по цепочке из-за таких копеечных расчетов мы понижаем надежность всей российской космической промышленности.

Иллюстрация: AKG Images / East News

«Властелины бесконечности. Космонавт о профессии и судьбе». Отрывок из книги

Нештатные ситуации — часть риска

Надежность ракеты-носителя «Союз» очень велика. Но в технике абсолютной надежности не бывает. Возможен и неблагоприятный исход запуска. Поэтому на корабле «Союз» предусмотрена система аварийного спасения (САС) экипажа. Идея состоит в том, чтобы в случае аварийной ситуации во время старта увести корабль с экипажем на безопасную высоту и расстояние, после чего с помощью парашюта доставить на Землю. У САС есть свои двигатели: центральный двигатель, четыре управляющих двигателя и двигатели разделения. За 30 минут до старта система спасения приводится в готовность, как говорят, «взводится». Автоматика САС начинает работу и функционирует по-разному, в зависимости от того, на каком участке выведения она понадобилась. Первый из них еще до того, как ракета оторвалась от Земли, — от взведения до команды «контакт подъема». В этот период она начинает функционировать, только если получает сигнал «Авария» (от систем ракеты-носителя или от руководителя пуска). Автоматика выдает команду на разделение спускаемого аппарата от приборно-агрегатного отсека и включает обе камеры центрального ракетного двигателя САС, задача которого увести бытовой отсек и спускаемый аппарат с экипажем от аварийного носителя на высоту, необходимую для работы парашютной системы.

Через 1,8 секунды после сигнала «Авария» включаются управляющие ракетные двигатели САС, чтобы в зависимости от направления ветра и учтенного в компьютерной программе расположения стартовых сооружений формировать траекторию увода. Через 4 секунды после команды «Авария» включаются ракетные двигатели головного обтекателя, на котором и размещена САС. На вершине траектории аварийного увода запускаются ракетные двигатели разделения, которые уводят аэродинамический головной обтекатель вместе с бытовым отсеком на расстояние, исключающее столкновение с отделившимся СА. За всю историю пилотируемых полетов на кораблях типа «Союз» САС потребовалась всего два раза, что говорит о высокой надежности наших ракет-носителей.

Шумилин отдавал команды строго по графику: «Ключ на старт», «Протяжка один», «Продувка»… Внезапно он увидел в перископ языки пламени — необычные, с черной копотью

26 сентября 1983 г. при подготовке старта корабля «Союз-Т» (его порядковый номер 10 потом перешел к следующему кораблю), в котором находились В. Г. Титов и Г. М. Стрекалов, прямо на стартовой площадке начался пожар в двигателе ракеты. При аварии на старте решение о включении САС принимают два человека — руководитель пуска и технический руководитель по ракете-носителю, которые находятся в бункере поблизости и получают доклады от всех групп (расчетов), обеспечивающих пуск. Распоряжения отдаются только голосом — никаких кнопочных наборов команд. Оба «стреляющих» независимо друг от друга за два часа до старта получают из штаба в конвертах пароль на случай аварии, действительный только для данного пуска.

Сначала все шло нормально. Руководитель пуска А. А. Шумилин отдавал команды строго по графику: «Ключ на старт», «Протяжка один», «Продувка»… Внезапно он увидел в перископ языки пламени — необычные, с черной копотью. «Это пожар», — понял он и несколько раз подряд прокричал аварийный пароль — «Днестр». Офицер в пультовой, находящейся в 20 км, как и положено, нажал кнопку «Авария». Но на борт эта команда может уйти только при нажатии двух кнопок. Секундой позже команду «Днестр» выдал также технический руководитель по ракете А. М. Солдатенков. И второй офицер в другой пультовой тоже нажал кнопку «Авария». Команда ушла на борт, на все с момента обнаружения пламени затрачено 10 секунд. Чуть более секунды ушло на автоматический запуск двигателя САС, он оторвал головной блок от ракеты менее чем за секунду до взрыва! САС сработала блестяще. На высоте около километра произошло разделение отсеков корабля, и СА опустился на парашюте примерно в четырех километрах, тут же, на космодроме Байконур. При парашютировании космонавты в иллюминатор видели пожар, который практически уничтожил стартовую позицию. Огромные перегрузки при работе САС космонавты выдержали. Оба даже шутили. Титов попросил зарегистрировать рекорд — самый короткий полет в истории космонавтики продолжительностью пять с половиной минут. (Самый короткий полет на ракете действительно был занесен в Книгу Гиннесса.) А Стрекалов сказал Титову: «Ты, Володя, военный, тебе не положено, а я, пожалуй, попрошу». Чеканя шаг, Стрекалов подошел к группе начальников и обратился по форме: «Товарищ генерал! Разрешите напиться по случаю досрочного прекращения космического полета…»

Чеканя шаг, Стрекалов подошел к группе начальников и обратился по форме: «Товарищ генерал! Разрешите напиться по случаю досрочного прекращения космического полета…»

За спасение экипажа А. А. Шумилину и А. М. Солдатенкову были присвоены звания Героев Социалистического Труда. А Геннадию Стрекалову, когда экипаж возвратился на аэродром Чкаловский, даже машину не прислали, чтобы довезти до дома, в Москву. Его Георгий Степанович Шонин на своей машине подвез. (Титов жил в Звездном, рядом с Чкаловским.) А ведь впервые при аварии на старте была испытана система аварийного спасения, да не на собачках, а на людях! Потом все же экипаж наградили — выдали по две тысячи рублей!

(....)

5 апреля 1975 г. при выведении корабля «Союз-18», который пилотировали космонавты В. Г. Лазарев и О. Г. Макаров, произошла авария. На 288-й секунде полета не отделилась вторая ступень. Поэтому не запустился двигатель третьей ступени ракеты-носителя. И на 294-й секунде полета от автоматики поступила команда «Авария», по которой произошло разделение спускаемого аппарата и приборно-агрегатного отсека и включились два двигателя головного обтекателя. Через 0,32 секунды включилась вторая группа ракетных двигателей головного обтекателя, чтобы увести бытовой отсек и спускаемый аппарат с траектории аварийной ракеты-носителя. Затем по штатной программе ввелась парашютная система. Космонавтам пришлось испытать огромную перегрузку — в 21 g, — правда, кратковременно. Общая продолжительность полета составила всего 21 минуту 27 секунд, он оказался суборбитальным из-за аварии ракеты-носителя «Союз». Спускаемый аппарат с экипажем приземлился в горах Алтая, на склоне горы Теремок-3 на правом берегу реки Уба. Лишь через сутки поисково-спасательная группа нашла космонавтов и эвакуировала их с места нештатного приземления.

К счастью, система САС за долгие годы потребовалась только два раза.

Новости партнеров

«Мнения» на «Снобе»

Ежемесячно «Сноб» читают три миллиона человек. Мы убеждены: многие из наших читателей обладают уникальными знаниями и готовы поделиться необычным взглядом на мир. Поэтому мы открыли раздел «Мнения». В нем мы публикуем не только материалы наших постоянных авторов и участников проекта, но и тексты наших читателей.
Присылайте их на opinion@snob.ru.

0 комментариев

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи

Войти Зарегистрироваться