Top.Mail.Ru

Фото: Cristina Gottardi

Untitled-2.jpg

Фото: Cristina Gottardi

Катя Морозова: Оборона Рима. Почему необходимо прочитать новую книгу Аркадия Ипполитова

Редакционный материал

Под конец года «Сноб» спровоцировал бурную полемику вокруг новой книги своего культового автора Аркадия Ипполитова «Просто Рим». Публикация вызвала шквал эмоций, как среди поклонников книги, так и ее оппонентов. Если отбросить частности, суть конфликта сводится, в конечном счете, к вопросу: как сегодня писать об искусстве? Можно ли автору, пусть и выдающемуся, игнорировать «тьму низких истин» в виде исторических дат и научных изысканий в пользу эффектной концепции и красивого мифа? Возможно ли, погружаясь в столь древнюю историю, избежать разных толкований и даже ошибок? И наконец, где та грань, которая отделяет сегодня фикшн от нон-фикшн? «Сноб» предлагает вернуться к этой теме и публикует статью главного редактора литературного журнала «Носорог» Кати Морозовой, написанную под впечатлением от дискуссии вокруг «Просто Рима»

22 Январь 2019 16:21

Этот текст — продолжение моего предновогоднего поста в фейсбуке, который по законам жанра должен был содержать итоги года. Но вся история, которой он вместо итогов был посвящен, в каком-то смысле про нарушение законов жанра и последствия этого.

Прошедшей осенью вышла новая книга Аркадия Ипполитова, третья в серии «Образов Италии XXI». В самом конце года на нее появился отзыв, названный рецензией. То, что за ним последовало, вызвало желание возразить всему прочитанному как в этой статье, так и вообще по ее поводу.   

В истории очень много примеров неожиданных и неоднозначных суждений деятелей культуры о равновеликих (или не очень) коллегах. Если отбросить психологические причины тех или иных высказываний, то может показаться, что неверное понимание или даже тенденциозность — показатель принадлежности людей к разным системам, частью которых становится даже способность мыслить и понимать другой язык. Столкновение разных систем и языковых пространств иногда приводят к удивительным ситуациям. Для меня чем-то подобным стала полемика вокруг отзыва на книгу «Просто Рим», сделавшего ее практически книгой года — по количеству упоминаний в фейсбуке.

Употребленное слово «полемика», правда, слишком смягчает все оттенки спора, иногда балансировавшего на грани чего-то не слишком достойного с обеих сторон, а бессмысленность попыток корректных возражений против рецензии как раз и навела на мысли о невозможности коммуникации между замкнутыми в разных системах людьми. Автор рецензии — «дежурная» по Риму, журналистка Слава Швец, ведущая тематический канал в телеграме, — написала текст, характерный для жанра заметок в блоге, построенный на выявлении исторических и лингвистических ошибок писателя. При этом рецензия сдобрена шутками и мемами, увы, средней тонкости («Точность для слабаков») и дотошным морализаторством. То, что в итоге предложено читателю, выглядит скорее не рецензией на книгу, а продолжением диалога с пиарщиками издательства, обратившимися к Швец с просьбой о рекламе. Вполне правильно, что она не стала размещать рекламу книги, не читав ее; то, что взялась написать рецензию, — тоже. И конечно же, никто не запрещает писать критический разбор и находить ошибки, но когда обращаешься к определенному жанру, в данном случае к критической статье на литературное произведение, то неплохо бы соблюсти правила (учитывая, что сама рецензия только и делает, что призывает их соблюдать). 

Мне уже приходилось это говорить и, видимо, придется повторить: получившийся отзыв полностью игнорирует книгу, ее литературные особенности и ограничивается перечислением неверных фактов, что само по себе могло бы, безусловно, стать частью любой рецензии, но никак не единственным содержанием и самоцелью. Наличие ошибок может с разной степенью досадности сказываться на художественной литературе, но — и даже не знаю, стоит ли здесь ставить слово «увы», — без них не обходится практически никакой текст. К ним могут прибавиться ошибки корректорские, редакторские и прочие. В случае успешности текста и по мере его переизданий что-то исправляется, что-то сопровождается комментариями, а что-то остается изящной особенностью, браком, иногда даже ценимым. Это факт жизни текста, документирование процесса его создания, его рукотворности. У Швец же, повторюсь, происходит подмена рецензируемого — как если бы о деревянном столе судили по стружке, оставшейся после его изготовления. Это попытка подрыва писательского авторитета, но в таком случае любой рефлексирующий читатель вправе задаться вопросом: а можно ли доверять журналистке, пусть историку по образованию, но не являющейся ни филологом-классиком, ни литературным критиком?

Блог, который ведет Швец, — это преимущественно популяризация исторической науки, любопытная коллекция фактов, изображений и новостей на тему Рима и его истории, которая, безусловно, может быть полезна и интересна очень многим читателям.

Но давайте честно: так же как автору блога о Риме хочется читать «правдивые» тексты, так же и многим читателям книжных рецензий хочется читать правдивые отзывы на эти тексты, включающие в себя все аспекты. На возможные возражения о большом количестве ошибок и неточностей в книге могу ответить вот что: меня смутило, что в рецензии очень буквально понимаются и трактуются слова, как будто автор полностью игнорирует возможность свободы их употребления. То есть ее критика часто строится на том, что у Ипполитова использованы не прямые по значению слова. 

Наиболее характерен пример с Вергилием и «Энеидой». Ипполитов пересказывает известную историю о создании «Энеиды» — госзаказа на патриотическую тему.  В рецензии он обвиняется в незнании источников, потому что употребил словосочетание «Вергилий провозгласил...», что, конечно, при большом желании можно понять и как то, что Вергилий все «провозглашенное» выдумал сам, но можно и так, как подразумевается автором: Вергилий обработал какое-то количество уже существовавших сказаний о предке римлян Энее и придал им определенный вид, в том числе показав преемственность рода. Почему Ипполитова обвиняют в том, что он не заглянул, ради проверки существования легенды до Вергилия, в Плутарха и Светония, живших уже в новую эру, то есть гораздо позже смерти Вергилия, как говорит сама Швец, загадка. 

Примерно та же ситуация с несчастным Октавием-Октавианом (Октавий — имя при рождении) и театром Марцелла/мостом Фабричо, которые почему-то обязательно должны были быть упомянуты рядом с Пантеоном как самые древние действующие сооружения (Марцелла как театр перестал функционировать еще до падения империи, а мост — при всей натянутости сопоставления его со зданием — конечно, можно упомянуть, но это не отменяет возможность автора решать, нужно ему такое упоминание или нет). 

Я не возьмусь утверждать правомерность или ошибочность многих других обвинений, но лишь хочу показать, что при такой манере их предъявления должна быть стопроцентная уверенность в понимании критикуемого текста. У читателя, который потрудится подумать над этой рецензией, вполне могут закрасться сомнения в абсолютной непогрешимости написанного и хоть какой-то компетенции автора в «вопросах литературы». В финале и вовсе берет верх эмоциональная составляющая: напоминание о «фальсификации истории», сомнение в ценности «романа» (эта сентенция, по-моему, одна из самых печальных, очень напоминает риторические приемы условной Госдумы, когда та выносит суждения о художественных произведениях на основании тех или иных ценностей), апелляция к моральным ценностям прошлого («куда делся институт редактуры») и даже упоминание денег несчастных читателей, ради наживы которыми, видимо, эта книга и писалась.

Если все же говорить о главном, то есть о книге, то «Просто Рим» — это эссе, в первую очередь, о барокко (ни в коем случае не «пересказ истории Рима»), о теме, начатой еще в первой книге о Ломбардии. «Особенно Ломбардия», как выяснилось в ходе обсуждений и споров, для большинства читателей — любимейшая книга Ипполитова. Она действительно удивительно легкая и цельная, «Рим» получился тяжеловеснее; чувствуется, что человек, написавший эту книгу, старше и местами беспощаднее, в том числе и к себе. Показателен момент с самоиронией по поводу одной из главных сентенций «Ломбардии»: «Барокко — это мясо». В «Риме» Ипполитов пишет, что одно из самых популярных мест его прошлой книги задолго до него воспроизвел Аннибале Карраччи, заявив о своей живописи как о carne fresca (свежее мясо). Такого рода сближения с историей и персонажами прошлого, сокращение дистанции между рассказчиком и эпохами, по которым он волочит за собой читателя, — его узнаваемая черта. «Панибратство» (или фамильярность) с вечностью, в которой упрекали Ипполитова некоторые комментаторы, вообще-то можно считать достоинством, качеством, означающим некоторую свободу. Свобода одного часто страшит других, поэтому в стиле Ипполитова усматривают чуть ли не агрессию. Но кажется, что такое неудовольствие кого-то из читателей вызвано тем, что они чувствуют себя в слегка уязвимом положении, в том смысле, что им не всегда может хватить сил и скорости уследить за некоторыми маневрами повествования —  глазам будет мучительно, если заставить их смотреть на мир вокруг через линзы с большими, чем нужно, диоптриями. Ипполитову не близко отношение к Италии как к стране руин, которое есть у многих текстов ХIX и XX веков. Он по-особому вписывает Италию в русскую литературу, переоткрывая ее как живой урок многим явлениям современной культуры. Для этого используется огромный арсенал скрытых цитат, аллюзий и парадоксов; плетутся «стилистические кружева», и читатель следит за захватывающим «приключением ума», как метко определили жанр книг Ипполитова все в тех же фейсбучных обсуждениях. Ум этот принадлежит очень петербургскому по духу писателю, выросшему из определенной литературной традиции, находить разбросанные по тексту координаты которой — увлекательнейшее занятие. Кто-то же нашел среди строк лишь неверные факты и «фантазии», придавая этому слову негативный оттенок и забывая, наверное, что фантазии и вымысел — пока лучшие из доступных человеку миров.

Лого Телеграма Читайте лучшие тексты проекта «Сноб» в Телеграме Мы отобрали для вас самое интересное. Присоединяйтесь!
0 комментариев

Хотите это обсудить?

Войти Зарегистрироваться

Читайте также

Журналист Слава Швец, окончившая Папский Григорианский университет по специальности «Культурное достояние католической церкви», подробно разбирает только что вышедшую книгу-путеводитель Аркадия Ипполитова «Просто Рим. Образы Италии XXI». И приходит к выводу, что автор позволил себе слишком вольное обращение с историей Вечного города
После Лондона и Парижа настала очередь Рима

Новости партнеров

Составляем культурную программу приближающихся новогодних каникул

«Мнения» на «Снобе»

Ежемесячно «Сноб» читают три миллиона человек. Мы убеждены: многие из наших читателей обладают уникальными знаниями и готовы поделиться необычным взглядом на мир. Поэтому мы открыли раздел «Мнения». В нем мы публикуем не только материалы наших постоянных авторов и участников проекта, но и тексты наших читателей.
Присылайте их на opinion@snob.ru.